Нико резко сел на постели.

Дыхание тяжёлое. Ладони влажные. Сердце бьётся быстрее обычного.

Комната тёмная, но уже не ночная — предрассветная. Серый свет медленно просачивается сквозь щель в шторах.

Это был сон.

Просто сон.

Он проводит рукой по лицу, сжимает переносицу.

Вода. Трещины. Её глаза.

За дверью слышатся тихие шаги. Не спешные. Спокойные.

Блерта.

Живая. Настоящая.

Тень внутри молчит. Но ощущается плотнее, чем раньше. Словно после разговора она стала… увереннее.

Стук в дверь.

— Нико? — её голос мягкий. — Скоро светает.

Он смотрит на дверь секунду дольше, чем нужно.

— Иду.

Голос звучит ровно.

Он поднимается, надевает рубашку, застёгивает ремни. Движения привычные, чёткие. Контроль возвращается в мышцы.

Но мысль не уходит.

“Причина.”

Он выходит в коридор.

На кухне горит одна свеча. Блерта стоит у стола, режет хлеб. Волосы собраны небрежно, лицо спокойное.

Слишком обычная картина для человека, который только что тонул в его сне.

Она оборачивается.

— Доброе утро.

Он коротко кивает.

— Доброе.

Она смотрит внимательнее.

— Всё нормально?

Секунда паузы.

Он вспоминает её холодную руку из сна.

— Да.

Она явно чувствует, что что-то не так, но не давит.

— Я подумала, лучше поесть перед выходом. Первый тип всё равно требует концентрации.

Он садится напротив. Между ними стол — как граница.

Они едят в тишине.

Не неловкой.

Но осторожной.

В какой-то момент она замечает его взгляд.

— Ты смотришь так, будто я что-то сделала, — говорит она спокойно.

Он отводит глаза.

— Ничего ты не сделала.

Это правда.

И одновременно — не совсем.

Он борется с образом из сна. С тем ощущением, что потеря уже случилась где-то в будущем.

Она вздыхает.

— Если ты снова начинаешь строить стены, скажи сразу.

Он поднимает взгляд.

В её глазах нет манипуляции. Только честность.

И именно это делает всё сложнее.

— Я просто не выспался, — отвечает он.

Она держит его взгляд ещё секунду. Потом кивает.

— Хорошо. Тогда поедим и идём.

Без упрёков. Без давления.

И это почему-то ранит сильнее, чем если бы она спорила.

Когда они выходят из дома, рассвет уже окрашивает крыши бледным светом.

Город ещё полуспит.

Идут рядом, но не касаются друг друга.

Нико чувствует, как тень внутри внимательна. Не агрессивна. Просто наблюдает.

Он смотрит на Блерту.

Она идёт уверенно, спокойно. Настоящая. Тёплая. Живая.

Не та холодная фигура из воды.

И всё же где-то глубоко остаётся ощущение:

Если придётся выбирать между силой и ней…

Он не знает, какой ответ даст.

Впереди уже видно слабое искажение воздуха — разлом первого типа начинает проявляться за стенами города.

Утро тихое.

Слишком тихое.