Тишина в лесу не вернулась.

Она стала… другой.

Кровь медленно растекалась по земле, но затем Нико заметил странность — алая жидкость не просто впитывалась в почву. Она стекала к трещине между корнями старого дерева. Той самой, которую он сначала принял за обычный разлом земли.

Трещина дышала.

Слабо. Почти незаметно. Но дышала.

Воздух вокруг стал плотнее. Листья замерли, будто их прижали к небу невидимой рукой. Нико не двинулся. Он чувствовал это — знакомое напряжение силы разлома, но сейчас оно было иным. Более глубоким. Более голодным.

— Значит, ты питаешься… — тихо произнёс он.

Трещина дрогнула.

Часть крови исчезла внутри.

И вместе с этим Нико ощутил, как по его руке, той самой, что выпускала отталкивающую волну, пробежала новая вибрация. Не ударная. Не разрушительная.

Разделяющая.

Он сделал шаг назад, но его тень осталась на месте.

Сначала он решил, что устал. Что сознание играет с ним. Но затем тень дрогнула, поднялась с земли и медленно отделилась.

Перед ним стоял он сам.

Та же катана. Те же черты лица. Но взгляд… пустой. Без сомнений. Без следов боли.

Клон не говорил. Он просто смотрел.

Нико чувствовал связь — тонкую нить между ними. Стоило ему подумать о шаге, и клон повторил его движение. Стоило напрячь ладонь — клон сделал то же самое.

Но ощущение было странным.

Будто часть его души вынули наружу.

— Значит, так теперь будет… — прошептал Нико.

Клон склонил голову. И на мгновение его губы дрогнули, будто в холодной усмешке.

В груди что-то сжалось.

И тогда лес изменился снова.

Тёплый ветер коснулся лица.

Он услышал голос.

— Нико…

Он знал этот голос.

Медленно повернулся.

Она стояла между деревьями. Та же, какой он помнил её в последний день. Мягкий взгляд. Живые глаза. Ни крови. Ни боли.

— Ты не должен так смотреть, — сказала она тихо. — Ты становишься тем, кого сам бы убил.

Нико не шагнул к ней.

Он не протянул руку.

Он смотрел.

— Это не твой мир, — холодно ответил он. — Ты — остаток.

Её взгляд дрогнул.

— Я — ты.

Слова задели сильнее любого удара.

Клон сделал шаг вперёд, ближе к образу. И в этот момент Нико почувствовал странное раздражение. Почти злость.

— Хватит.

Его ладонь вспыхнула лёгкой волной энергии.

Образ рассыпался, как дым.

Лес снова стал холодным.

Клон стоял рядом.

Теперь внутри было тише.

Слишком тихо.

Нико посмотрел на свою руку. Сила ощущалась иначе — плотнее, глубже. Но вместе с ней пришло понимание.

Разлом не просто даёт.

Он берёт.

Он поднял катану и, не глядя на труп монстра, направился обратно к городу.

Клон двигался рядом — бесшумно, синхронно.

Когда впереди показались огни гильдии, Нико позволил тени раствориться обратно в себе. Это произошло без вспышки — просто воздух стал плотнее, и двойник исчез.

Но ощущение разделённости осталось.

В зале гильдии его встретили взгляды.

Кто-то усмехнулся, ожидая провала.

Кто-то даже не поднял глаз.

Нико положил на стол трофей монстра.

Тишина.

Один из старших охотников нахмурился.

— Один?

— Один, — спокойно ответил Нико.

Другой подошёл ближе, разглядывая следы на его одежде.

— Он был из среднего разлома. Такие не падают так быстро.

Нико встретился с ним взглядом.

— Падают.

В помещении повисло напряжение.

Кто-то впервые заметил его глаза.

Они стали темнее.

Слухи начали рождаться в тот же вечер.

«Он слишком быстро растёт.»

«Он что-то использует.»

«Он не обычный охотник.»

Нико забрал оплату. Не улыбнулся. Не поблагодарил.

Выходя из гильдии, он на секунду остановился.

В отражении окна он увидел себя.

И будто на долю мгновения — ещё одну фигуру рядом.

Он не стал проверять.

— Следующая охота, — тихо произнёс он. — Будет сложнее.

И впервые внутри не было сомнений.

Только расчёт.

Тьма не захватила его полностью.

Но теперь у неё было имя.

И форма.