- А сейчас, дебилы, мы с вами будем строить дорогу. Молоко на клыках ещё  не высохло, поэтому будете, так сказать, оказывать пользу. А всё ради того, чтобы наша доблестная армия смогла быстрее преодолевать расстояния нашей великой родины. Старшина, начать выдачу амуниции. Одна лопата в одни лапы.

Пересекая этот участок тракта, Тамир невольно усмехнулся от нахлынувших воспоминаний. Много лет назад, когда их батальон, сколоченный из вчерашних оболтусов, покинул город, тогда Тамир был счастлив – наконец-то начинается его настоящая служба. Эйфория длилась до тех пор, пока их не привезли на этот пустырь, через который планировали проложить новый тракт. Ему потребовалось время, чтобы смириться с тем, что их первым заданием было ворочать глыбы камней. Тамиру казалось, что он это на всю жизнь запомнил. Ежедневно они рыли глубокую траншею, в которую потом укладывали крупные каменные блоки, сверху присыпали камнями поменьше, затем засыпали мелкой щебёнкой и ровняли. Среди их батальона довольно быстро закрепилась поговорка «круглое потащим, квадратное покатим». После муштры от своего учителя книгочтения Тамир понимал, что так воспитывается умение выполнять приказы бездумно. Не сразу, но Тамир усвоил, как именно стоит вносить рацпредложения, и тогда в их батальоне дело пошло быстрее, а среди сослуживцев он сразу получил статус «головастого». Всё же не привыкшему к ручному труду сыну аристократов было трудно тягаться с детьми чернорабочих.

Погрузившись в воспоминания, он и не заметил, как подъехал к Рахте. Толкучка у ворот была слишком большой, даже для этого времени года. Нахмурившись, Тамир спешился.

- В чём дело, уважаемые? - спросил он, остановившись у торговой повозки. Два купца развалились у колёс телеги и ехать, судя по всему, никуда не собирались.

- Крантинтин у них там, ети их, - отмахнулся купец.

- А?

- Ну крантинтин. Затворен въезд. Вы что, не слышали? Сначала Кахута, а теперь и Рахта. Эх, репа, моя репа… Пропадёт ведь…

Ровно за это Тамир и не любил длительные вылазки вдали от городов. Как специально каждый раз случалось что-нибудь эдакое. И каждый раз приходилось вникать, навёрстывая упущенное. Немного послонявшись у ворот, Тамир понял, что въезд в город разрешён лишь некоторым категориям граждан, в число которых он никак не входил. Родовых регалий, подтверждающих фамилию, хоть и опальную, у него не было, равно как и значка капитана имперских войск.

Но Тамир был бы не Тамиром, если бы не помнил про сливное канализационное отверстие, расположенное в доках за пределами крепостных стен. Оно порядком забилось отходами, но разве это могло остановить того, кому ну очень приспичило в город?

- Сборище ротозеев, – довольно хмыкнул он, стряхивая с наплечника водоросли. Раствориться в толпе города для него было раз плюнуть.

Передав Домуру пробирку с веществом, которое Мастер над зеркалами вытащил из его мозга, Тамир наконец смог получить хоть сколько-то внятных новостей. За последнее время случаев буйства и следующих за ними убийств было всё больше. Именно поэтому города закрыли на въезд. По словам Домура, вся городская гвардия стоит на ушах, ликвидируя случаи буйства. Для помощи даже прибыл отряд элитных шаманов. Якобы всё делалось для того, чтобы успокоить население.

- Ну пока у них как-то не очень получается, - усмехнулся Тамир, - вся эта галдящая толпа на улицах. Не похоже, что гвардия хоть как-то контролирует ситуацию.

- Подожди немного, и запылают костры, вот увидишь, - мрачно ответил Домур, - церковники не упустят шанса ликвидировать тех, кто им мешает, прикрываясь эпидемией.

- Вот только инквизиции нам не хватало здесь. Церковь не жалует учёных. Уверен, что не хочешь уехать?

- Как-нибудь обойдётся, друг мой… - отмахнулся Домур, - кстати, Тамир, у тебя есть браслет из лирита?

- А? Это зачем ещё? Это же один из самых дешёвых металлов…

- Я бы и сам ни в клык долой, а вот одна моя знакомая утверждает, что лирит очень даже эффективен против этой напасти.

- Даму сердца завёл? – прищурил глаз Тамир.

- Да какое там, она в матери мне годится. Могла бы тоже быть учёным, но предпочитает бормотать свои молитвы и возиться с сиротами.

- Вот как, понятно. А почему именно браслет?

- Его труднее потерять, - пожал плечами Домур, - держи, вот, припрятал парочку на всякий случай.

Приняв браслет от Домура, Тамир внимательно посмотрел ему в лицо. Их историю встречи нельзя было назвать приятной или счастливой. Ещё при строительстве дороги он познакомился с Тимом, борзым, крепко сложенным ка’ахи, напоминавшим ему высокую тумбочку. Очень задиристую тумбочку, бывшую не прочь помахать кулаками в любое время. Как-то раз Тим увидел, как Тамир в свободное время тренируется на манекене с оружием. Поскольку стиль фехтования, которому учили аристократов, разительно отличался от тупой мужицкой свалки, которой учили в армейской учебке, Тим нашёл повод как завязать разговор. Этот разговор положил начало крепкой дружбе. Они вместе тренировались, прикрывали друг друга в сражениях, вместе росли в званиях. Тим был уверен, что Тамир сумеет не завести их отряд в гибельное положение, а Тамир был уверен, что Тим выполнит любой, даже безумный приказ. Жизнь Тима оборвалась в одной из многочисленных кампаний. Какого хрена, - подумал тогда Тамир, - эти обезьяны вчера научились отличать один конец палки от другого, откуда у них артиллерия?! Каменный снаряд, выпущенный с обороняющейся цитадели, оставил кровавую кашу в области от живота и ниже. Это был его просчёт, просчёт капитана, один из тех, что нельзя было предугадать или спланировать. Умирая, Тим ещё раз напомнил ему об обещании – приглядеть за младшим братом, Домуром. Он много раз рассказывал о нём, поэтому мнение у Тамира сложилось задолго до встречи. Хилый книжный червь, способный часами корпеть над книгами. Разумеется, Домур не знал, что место ассистента профессора он получил после того, как Тамир, пользуясь своими связями, пристроил пару профессорских отпрысков повыше к армейским чинам, из тех, чей живот увеличивался пропорционально удалению от линии фронта. Сам для себя Тамир решил, что эта была вещь, о которой Домуру было не нужно знать. Жизнь такова, как любил сам себе говорить Тамир, что есть вещи, которые не должны быть показаны.

В городе Тамира больше ничего не держало. Ходить в городе и задавать вопросы было сродни самоубийству – слишком много лишних глаз и ушей. Поэтому он решил отправиться туда, где действовал только один закон, туда, куда ещё не дотянулась рука церковников, а подковерные игры были скорее исключением, чем правилом. Его путь лежал в ставку юго-восточного командования, туда, где среди вечных лесов и гор находилась граница со страной неяко. Он решил, что правильнее будет начать оттуда. Всё же там были те, на кого можно было положиться. Ох и стальная же у меня будет задница, подумал Тамир, прыгая в седло.

◊◊◊

Сабира злилась. Аренда небольшой комнаты, что она сняла на постоялом дворе, истекала через два дня. Сама Сабира до сих пор не могла решить, что ей делать дальше. Отправляться ли назад, домой? Если да, то что говорить матери? Что делать после? Смирившись доживать свои дни в хлипкой лачуге, наблюдая, как меркнет великолепие рода? Если же нет, то что делать дальше? Где искать Мудамира и новый Цветок? Её изначальный план не подразумевал провала, который случился. Но больше всего её злило, что сейчас, когда она шла к постоялому двору из библиотеки, проведя там очередной безрезультатный день, её почти с ног сбил какой-то полудурок. Пожалуй, это слово наиболее ёмко описывает её первое впечатление.

- Жить надоело? – строго спросила она, оглядывая упавшего на землю ка’ахи.

Инстинктивно она выставила перед собой лапы, толкнув его локтями. Ка’ахи выглядел молодо, пожалуй, решила Сабира, даже младше меня. Он был одет в шёлковый кафтан, подпоясанный кушаком, и холщовые штаны.

- Помогите мне. Прошу!

- Ха? С чего бы?

- За мной гонятся мерзавцы! Прошу, помогите мне! Я щедро вознагражу вас!

- Хм? В карманах не пусто, да?

Его преследовали трое. Двое были вооружены длинными клинками и одеты в кожаную броню. Последний преследовавший был одет в кольчугу, латную перчатку, почему-то, правда, одну. И сжимал в руках булаву.

- Прошу, остановите их! Они же убьют нас!

- Этим мальчикам сегодня сильно не повезло. В отличии от тебя. У меня крайне плохое настроение, чтобы возиться с ними, - зловеще произнесла Сабира, разжигая в руке пламя.

Узкий проулок между домами, в котором едва могли разойтись двое, не шаркнувшись при этом плечами, был меньше всего предназначен для боевых манёвров холодным оружием. У магии в этом плане, в дополнение к дальнобойности, было преимущество. Подавляющее большинство активаций заклинаний сводилось к жестам рук. Основной процесс, запускающий заклинание, был мысленный.

Полоса пламени осветила узкий проулок. На мгновение можно было решить, что наступил день. Даже сама Сабира выглядела удивлённой. Конечно, она знала, что психоэмоциональное состояние активирующего магию напрямую влияет на её результативность. Однако её текущая злоба и усталость вывалились разом, создав поток пламени, сметающий всё на своём пути. Все трое преследователей превратились в пылающие факелы даже раньше, чем успели вскрикнуть.

- Валим отсюда. Ты, - Сабира строго посмотрела на неожиданного компаньона, - если кинешь меня, то будешь выглядеть так же уже через секунду. Тебе ясно?

- Яснее некуда.

Пробежав пару кварталов, петляя по улицам, они выбежали на одну из центральных улиц, растворившись в толпе. Убедившись, что хвоста нет, Сабира жестом приказала ему сесть на одну из лавочек, расположенных в парковой зоне.

- Ну? И сколько это, твоё «щедро»?

- Зависит от точки зрения, не так ли?

- Деньги есть деньги. Не сделаешь же ты меня принцессой…

- Можно и это устроить, на самом деле. Не сразу, конечно, я же не сампо[4], в конце-то концов. Смотрите, талантливая шаманка, здесь, - ка'ахи извлёк из кушака три мешочка, - здесь пять тысяч ронд в каждом. Устраивает? Или обсудим альтернативу?

[4] Магическая мельница из карельской мифологии

- Допустим, интересно, - Сабира решила посмотреть, что имеет в виду этот незнакомец.

- Деньги возьми, а то ещё решишь, что я мошенник, - рассмеялся ка'ахи, - а мне же нужно немного подчистить после сегодняшнего.

Сабира ещё раз посмотрела на компаньона. Он его прежнего состояния паники, в котором он пребывал на момент знакомства, не осталось и следа.

- Кто ты такой? – спросила она.

- Все вопросы завтра. С удовольствием отвечу на них. Мой вам совет. Не появляйтесь в квартале, из которого мы пришли.

- М? Почему?

- Слышит ли шаманка колокола, что звонят? – улыбнулся ка‘ахи.

Сабира прислушалась. Действительно, до её ушей доносился перезвон колоколов. Она знала, что в городах это используется как оповещение о чём-то важном и серьёзном. Сейчас колокола выбивали звон… тревоги?

- Снимите комнату в одном из постоялых дворов здесь. Ради вашей безопасности. И во имя успеха нашего дальнейшего сотрудничества, - ка’ахи поднялся с лавочки, - завтра после заката. Трактир «Третий клык». Вон он, в конце улицы. До встречи.

Сабира ещё некоторое время сидела одна, осмысливая произошедшее. Поддавшись эмоциям, она сожгла троих. Кем они были? Зачем она вообще в это влезла. Монеты в мешочках, что она нервно перебирала предательски звенели, словно надсмехаясь.

- Ну и во что ты вляпалась, Сабира? – тихо спросила она сама себя.

◊◊◊

На следующее утро Сабира, вопреки предостережениям незнакомца, всё же отправилась в тот злополучный квартал. Подстёгивало к этому свойственное всем членам семьи Курайо исключительное упрямство и в равной степени безграничная уверенность в том, как следует поступать. Сама Сабира тихо ненавидела в себе эти черты, что, с другой стороны, не мешало ей активно ими пользоваться. Девушка же уверяла сама себя, что идёт изучить новостной фон в

квартале. Она не сомневалась, что о произошедшем судачат в местных прилавках. Покинув постоялый двор, в котором, как она успела понять, останавливались в основном зажиточные купцы, она свернула в проулки. Сойти за местную жительницу было достаточно просто. Сабира лишь повязала платок на голове в местной манере, а также умыкнула небольшую плетёную корзинку. Правда её замучила совесть, поэтому она оставила несколько серебряных монет. Накупив овощей на местных развалах, она выглядела как одна из многих женщин ка’ахи, слонявшихся по улочкам.

- Воистину говорю вам. Огненный поток был. Бах! И нет их. Всех троих.

- Ой, да полно вам. Откуда знаете?

- Муж Наиры рассказывал. Своими глазами видел.

- Всем известно, что единственное, что может разглядеть муж Наиры, это дно кружки с алкоголем. Я вот слышала, что видели в небе летящий скот вчера на нашем кольце. Да столько, что лун не было видно.

Двое пожилых ка’ахи и торговец платками были явно в настроении поболать, решила Сабира. Сама же она не стала слушать окончания разговора. Этого ей было достаточно. Она двинулась дальше вглубь торговых рядов.

- Да нет же. Молнией их убило, говорю вам. Богов прогневили, не иначе.

- Пришельцы это пернатые всё. Из тех, что с неба падают. Их проделки.

Сабира прослонялась некоторое время, слушая сплетни. Несмотря на то, что была ещё даже не середина дня, слухи множились с астрономической скоростью. Единственное, что радовало Сабиру, так это то, что никто не говорил о шаманке или о чём-то подобном. Забавно, думала она, низшие сословия считали шаманов исключительными лоялистами нынешнему императору. В их головах не укладывалось, что кто-то с магическими способностями может идти против правопорядка. Настолько, что были готовы выдумывать любую чушь относительно произошедшего.

◊◊◊

- Я очень рад, что вы пришли.

Сабира была удивлена, когда их проводили на веранду, расположенную на втором этаже. Здесь, в окружении зелёных изгородей они были абсолютно одни.

- Я удивлена обстановкой, - сказала она.

- Прошу меня простить. Вещи, которые я бы хотел обсудить, они не для широкой публики. Кроме того, вести беседу, наслаждаясь видом намного приятней, чем смотреть на мордобой за соседним столиком, вы не находите?

Незнакомец был прав. С веранды открывался вид на вечернюю столицу. Тут и там постепенно зажигались газовые фонари. Пёстрыми бликами горели верхние этажи города. Отдельно подсвечивался, мерцая тысячами огней, императорский дворец.

- Сегодня интересный день. Не то, чтобы я подгонял его, но раз так совпало, то почему бы и не отметить. Моё имя Шен. И сегодня полгода, как я мёртв.

- Пока максимально непонятно, - Сабира внимательно следила за мимикой собеседника.

- Младший сын императора Эрика, да осветят Луны дорогу, которой он ведёт народ... бла бла бла… Что там дальше, не помню. Шесть месяцев назад я был выслан из дворца на задание, из каждой строчки которого читалось лишь одно слово «умри». Но, как видите, я живее всех живых. Теперь понимаете, что предложение про сделать вас принцессой – не пустой звук.

- Как забавно. Говоря такие вещи, ты говоришь о свержении власти, Шен, младший сын императора. С чего такой уровень доверия к первой встречной? Вдруг я самая патриотично настроенная горожанка, желающая долгой жизни и процветания семье императора?

- Этот город большой. Даже слишком. Но достаточно ли, чтобы спрятать в нём Сабиру Курайо? Огненную шаманку, что снимает жильё в дешёвом квартале, практически ничего не пьёт, не ест, а лишь роется в древних текстах?

- Подстроил специально, да?

- Мне все говорили, что я прирождённый актёр, - довольно ответил Шен, - просто я решил, что мне очень пригодится помощь мага.

- С чего ты взял, что я соглашусь. Мы ещё не договорились, - фыркнула Сабира, - ты слишком самонадеян.

- Сабира согласилась в тот момент, как направила струю огня в преследующих меня.

- С чего бы?

- Ты помнишь того паренька в кольчуге? Забавный такой. Позволь тебя заочно с ним познакомить. Капитан гвардии третьего этажа[5] Рахты. И как может помнить Сабира, убийство такого высокопоставленного ка’ахи обозначает…

[5] Города Ка’ахи имеют кольцевую структуру, которую в разговорах называют этажами, уровнями или кольцами. Этажами обычно называют дворяне, уровнями – купцы, а кольцами простолюдины.

- Измену империи.

- Которая в свою очередь карается смертной казнью без права на помилование.

- Это максимально подло с твоей стороны.

- Что поделать, мне ну очень нужен маг в бунт-команду. Но... Подожди, не перебивай. Но, моё предложение в силе. Сабира. Я серьёзно. Я предлагаю тебе трон империи Каге за помощь мне.

- С чего ты решил, что девять кланов согласятся усадить на трон разжалованную дворянку?

- Забудь ты про эти бирки. Признание и разжалование лишь статус на бумаге. Тех, кому вчера пели дифирамбы, сегодня мешают с навозом. Верно и обратное. Ты будешь держаться за это?

- Это личное, - отрезала Сабира, - зачем тебе это?

- М?

- Зачем тебе хаос в империи и смена власти? Только не говори, что обида за то, что тебя отправили на смерть?

- Что тебе известно про организацию под названием «Ждущие»?

- Первый раз слышу. Чего они ждут?

- А вот это и будет частью наших увлекательных приключений, -улыбнулся Шен, - итак, условия. Начиная с сегодняшнего дня я запрашиваю твоей помощи и активного участия. Через год я посажу тебя на трон империи. Иначе, можешь продать меня императору Эрику как мятежника. Как тебе такие условия?

- Год? А ты и правда очень уверен в себе, Шен.

- Просто владею ситуацией. Так мы договорились?

- Хм, хорошо. Я согласна потратить год своей жизни на это. Если ты мне объяснишь, в чём весь сыр-бор.

- Безусловно, - улыбка заиграла на лице Шен, - давай начнём издалека, если ты не против.

Империя Каге возникла много столетий назад, как результат союза девяти кланов. В течение долгого времени это были раздробленные территории, терзаемые междоусобной войной. После того, как пришёл великий голод, вызванный пожарами войны, а затем аномально холодной и долгой зимой, который едва не уничтожил ка’ахи как расу, девять наиболее влиятельных семей собрались для переговоров. По их результатам было решено объединить земли и выбрать независимую семью не из кланов как представителя власти. Идея была в том, чтобы не дать одному из кланов возвышаться над остальными. Выборная семья должна была получить одобрение от всех глав кланов. Только после этого глава семьи получал звание императора. На него возлагались обязанности по управлению страной и балансировании интересов всех кланов. Каждый клан мог в любой момент высказать недоверие к императору. Тогда собирался совет из кланов, который решал судьбу текущего императора. За всю многовековую историю к этой процедуре прибегали пару раз, и в обоих случаях она кончалась казнью императора и всей его семьи. Поэтому каждый выбранный император был заинтересован в том, чтобы поддерживать гармонию в кланах, стремился преумножать достижения на вверенных ему территориях. Именно такой подход позволил империи серьёзно расширить свои владения за счёт империи неяко Шипо порядка четырёхсот лет назад.

- С историей у меня всё в порядке, - покивала головой Сабира, - так при чём тут Ждущие?

- С ними всё немного сложнее. Эта организация, насколько я узнал, существовала очень давно, но активизировалась лишь недавно, за пару лет до прихода моего отца к власти. Это полурелигиозная полумагическая секта. Секта, которая не верит в Матерь земли. Они ждут некого события, что знаменует конец света.

- Фанатики, иным словом.

- Было бы так легко и просто, мы бы тут не разговаривали разговоры. Они оказывают серьёзное давление на отца, готовя империю к новой войне.

- Хм? Против кого?

- Увы, детали мне не удалось узнать. После того, как я начал копать, почти сразу же вышел приказ с высылкой меня из столицы. Я едва выжил, честно. Было похоже, что на нас напали тучи. В здравом уме ты можешь поверить, что тучи умеют колоть и резать? Вот и я бы не поверил.

- Если есть давление, то почему нельзя просто созвать совет кланов?

- Ждущие готовили это очень давно. Кстати, держи это – Шен протянул Сабире небольшой браслет из невзрачного металла.

- М? Что это?

- Браслет из лирита. Не снимай его, если хочешь остаться в сознании. Из одного очень надёжного источника Ждущие как-то влияют на разум.

- Заставляя глав кланов хлопать в ладоши от любого слова императора? – подняла бровь Сабира.

- Что-то в этом роде. При таком раскладе, как ты понимаешь, сбор будет невозможен. Или бессмыслен. «Император Эрик полностью удовлетворяет интересам глав кланов» – готов поспорить на свою правую лапу, что такой будет их ответ.

- И как они это делают?

- А вот это ровно то, с чего мы начнём. Мой поручитель…

- Поручитель?

- Анонимная персона, заинтересованная в том, что происходит. Всей мотивации я не знаю, но польза от участия этого лица очень и очень весомая.

- Иными словами кто-то, кто хочет смены власти, но не показывается? Удобно. Не марает лапы.

- У меня есть основания верить. Так вот, мой поручитель отправил лишь два слова. «Север. Башня».

- Не густо. И какая стратегия для поднятия революции? Прошлая, что была пару лет назад, провалилась.

- В этом и был её смысл, - снова улыбнулся Шен, - нащупать слабые места. Понять каким будет ответ империи и «Ждущих». Тебе известно, как был убит мятежный лидер?

- Застрелен из арбалета. Это все знают.

- Вот только во дворце не было арбалетчика.

- Что ты имеешь ввиду?

- Маги поручителя изучили место происшествия. Выглядит так, что выстрел из арбалета был произведён совершенно из другого места. Зелёная полянка? Съёмная комната в трактире? Казарма стражи? Этого никто не знает. Но факт, что стрела переместилась в пространстве, пробив лоб. Теперь понимаешь, что Ждущие - это не шайка обормотов? Я не очень много понимаю в магии, но их уровень вызывает уважение даже у меня.

- Да, перенос предметов в пространстве… Сходу и не скажешь, что за магия на это способна. Хотя… Если подумать, к нам иногда падают гости из другого мира.

- Тоже слышал про них, - закивал Шен, - иными словами, у нас есть откуда начинать.

- Так что с революцией-то? Продолжаю не понимать.

- Сейчас мы создаём хаос тут и там. Наша задача сделать так, чтобы Ждущие ошиблись, показав себя. Одно дело пускать арбалетную стрелу в голову действующего лидера мятежника. И совсем другое, когда лидер не известен. А цели и задачи мятежников не определены. Тебе понравились те слухи, что я распустил вчера в квартале?

- А ты тот ещё плут, как я погляжу.

- Стараюсь держать марку. Помогает оставаться живым, знаешь ли. Я вижу, как несут нашу еду. Предлагаю отложить нашу беседу. Местные повара учились готовить мясо у Богов. Не иначе. Другого объяснения почему здесь так вкусно, у меня нет.

- Мы уедем из Рахты, да?

- Да, поручитель считает, что в столице будет слишком опасно. Я согласен с ним. Последнее время обстановка слишком нервная. Думаю, что нагонят дополнительную стражу.

- Мне нужно будет кое-что сделать перед отъездом, значит.

◊◊◊

Осенние ранние сумерки уже медленно накрывали город, когда Сабира добралась до кладбища Рахты. Обычаи страны предписывали хоронить всех дворян в столице. Похороны в родных городах и селениях считались уделом низших сословий. Могилы дворян представляли из себя каменную коробку, размером метр на два, укрытую большой плитой. На плите были набиты имена всех, кто находился в этой могиле. Когда приходило время хоронить нового члена семьи, церковники проводили обряд по вскрытию могилы, после чего старые останки сжигались в специальных площадках, расположенных у каждой усыпальницы. Пепел высыпали в могилу, после чего сверху складывалось тело умершего.

Сабира склонилась над плитой, где были выбиты имена всех восьми поколений её семьи. Она действительно радовалась, что после разжалования их семьи в титуле могилу оставили нетронутой. Всё же посещение родовой усыпальницы было больше, чем просто традицией. Это место было живым доказательством того, что семья действительно существовала, стараясь ради будущих поколений.

- Отец, - прошептала она, - прошу благословите моё решение. Присмотрите за мной. Сейчас как ничто мне нужна ваша поддержка. На пути, по которому я иду ради семьи, очень легко оступиться.

Убрав руки от плиты, она сняла с пальца родовую печатку. Нащупав углубление под усыпальницей, она затолкала её туда.

- Я обязательно вернусь за ней. И тогда, обещаю, она засияет снова[6].

[6] Сабира имеет в виду что все родовые знаки, выдаваемые знати, связаны магией.  Именно по магии родовых знаков определяется, может ли конкретная персона попасть в часть города/здание/отдельное помещение. Управлением родовыми знаками заведует специальный отдел при императорском дворе, который отвечает за поддержание актуальных данных, выдачу привилегий или оповещение о экстренном сборе дворянств ко двору. Поскольку семья Сабиры была исключена из списка дворян, магия в их родовых знаках перестала работать. Обычно это проявляется в свечении драгоценных камней.

Стараясь сдерживать слёзы, она оторвала взгляд от могилы и торопливо засеменила по выложенной мелкими камнями дорожке.

- Можем ехать? – спросил Шен, который ошивался неподалёку.

- Да, теперь я никто. Просто Сабира. Без рода и племени.

В столице их ничего не держало больше. Их путь лежал в северные земли Империи. Поручитель Шена был уверен, что начать стоит именно оттуда. Забавно, думала Сабира, оглядываясь через плечо. Стены столицы удалялись всё дальше и дальше. Я совсем как Тамир много лет назад. Если ему рассказать, то он точно лопнет со смеху.

Редкие снежинки кружились в воздухе. Подгоняемые холодным северным ветром, они оседали на багряных листьях. Здесь, за городом, была уже поздняя осень. Сабира плотнее закуталась в накидку. Её мысли уносились далеко за пределы повозки, которая грохотала по смерзшейся колее тракта.