Снег начался, когда его уже не ждали.

Обычно в это время года зима готовилась уходить, однако природа рассудила по-своему, и пребывание Хризос в Кройце ознаменовалось аномальным снегопадом.

Переживая за выросшую в тёплом климате сестру, Латина собрала свои тёплые вещи и побежала в западный район… Точнее, бежал Винд, а девушка трусила за ним. Она знала, что на занесённых улицах лучше не торопиться, и слишком хорошо помнила, как неприятно падать и как потом болит ушибленная отмороженная попа.

Латина предпочитала милую, женственную одежду. Хризос натянула пушистую вязаную шапку, повязала шарф, и они вместе вернулись в «Танцующий оцелот». Увидев их в новом образе, посетители таверны дружно подумали, что близняшки стали ещё очаровательнее, чем обычно, и невольно сравнили Хризос с розовой овечкой.

— Обычно у нас выпадает мало снега, намного меньше, чем в остальном Лабанде. Давно нас так не засыпа́ло, — сказала Латина, присела рядом с сестрой, которая жадно смотрела в окно, поставила две кружки, наполненные чем-то бордовым, взяла свою, подула и сделала глоток

Это было вино, но непростое: подогретое, с фруктами, пряностями и сахаром. Проще говоря, глинтвейн. Кеннет ещё очень давно показал маленькой ученице, как варить его, и с тех пор Латина готовила глинтвейн каждую зиму. Сперва только для Дейла, возвращавшегося с заданий продрогшим до костей, потом — когда повзрослела — и для себя тоже. Правда, она мгновенно пьянела, поэтому предпочитала безалкогольный вариант.

Хризос никак не отреагировала. Латина не стала повторять, она просто сидела и потягивала поостывший напиток.

Судя по всему, на обратном пути они сделали немаленький крюк.

Дейл улыбнулся, вспоминая старое доброе прошлое.

— Латина, помнишь, как ты веселилась, когда впервые увидела снег?

— Ещё бы. У нас в Василио я ни разу его не видела.

— Это да, — согласился юноша, вызвав в памяти сухие пустыни страны демонов.

Первая зима Латины в Кройце выдалась не особо снежной, однако девочка ликовала весь день. Она часами сидела у окна, порой открывала створки, не обращая внимания на жалобы мёрзнущих посетителей, и выглядывала наружу.

В какой-то момент Дейл не выдержал и позвал её погулять.

На улице Латина мигом скинула капюшон и задрала голову к серому небу, с которого падали снежинки, и застыла.

Парень с сокрушённым видом покачал головой, несколько грубовато стряхнул с платиновых волос тонкую снежную шапку и спустя некоторое время отвёл Латину обратно в таверну, чему девочка совсем не обрадовалась. Хотя взрослые просто беспокоились, как бы она не простыла. Досконально знающий свою помощницу Кеннет к моменту возвращения подсуетился и набрал горячую ванну.

Шли годы, Латина взрослела и уже не так бурно проявляла чувства, но всё равно переключалась на свою волну. Впрочем, перед старшей сестрой, радующейся снегопаду ничуть не меньше, она изо всех сил старалась выглядеть спокойной и собранной.

Дейл заметил её старания и отвернулся, пряча непрошенную улыбку.

— Завтра такие сугробы наметёт… — проговорила Латина.

— Наметёт? — переспросила Хризос.

— Ага. Снега навалит столько, что дети смогут поиграть в снежки. Но ходить по улицам всё равно нужно будет очень внимательно. Хризос, давай ты посидишь дома.

— Пожалуй, я не стану слушать тебя.

— Эй! — воскликнула Латина, ошеломлённо уставившись на сестру.

Дейл вздохнул.

— Латина, говори что угодно, но ты сама раньше совсем нас не слушалась.

— Вот-вот.

— Это точно.

Кеннет и Рита поддержали юношу.

Латина надулась. Она хотела казаться взрослой перед сестрой, но остальные всё испортили.

— Но я согласен с тем, что хорошо бы вернуться в западный район пораньше, пока город совсем не завалило, — продолжил Дейл.

Он родился в горной местности, где дома заметало чуть ли не до самых крыш, и не считал такую погоду чем-то особенным, однако Хризос могла попасть в беду прямо посреди улицы.

— Команда Аделины почистит дорогу, но всё же…

— Тогда я могу заночевать здесь, — сказала Хризос, перебивая Дейла.

— М?

— Фуэ?

— У вас найдётся свободная комната? — продолжила девушка, повернувшись к Кеннету. — Не смотрите, что я сестра Платины, берите с меня как с обычного постояльца.

— Ох…

Кеннет тоже не ожидал такого поворота и невольно отвёл взгляд.

Что бы Хризос ни говорила, она оставалась правителем страны демонов, а таверна не была рассчитана на гостей такого уровня. К тому же мужчина сомневался, стоит ли укладывать на одном этаже обычных посетителей и сестру обожаемой Принцессы фей. Разумеется, о том, чтобы вышвырнуть на мороз других приезжих, и речи не шло.

— Хризос.

— Что?

— Переночуешь у меня? — предложил Дейл, решив выручить друга.

Хризос рефлекторно поморщилась и не без оснований — всё-таки Дейл предложил комнату, где они с Латиной нежничали каждый божий день.

— Сможешь всю ночь провести с Латиной, — искушал юноша.

— Ладно, — сдалась Хризос.

Тогда Латина тихо поднялась со стула, направилась на кухню, а оттуда — на чердак. Вероятно, собралась прибраться и заодно сменить постельное бельё.

— А я посплю в одном из номеров… Хотя нет, вдруг что-нибудь случится. Посижу на лестнице.

— Если что и случится, то только из-за тебя. Ты тут единственная угроза.

— Не бойся, ничего я тебе не сделаю. Латина будет плакать.

— О, я знаю.

Этот аргумент удивительным образом действовал на плачевного героя.

Вот так Хризос решила впервые переночевать в таверне.

Увы, во всей суматохе никто не вспомнил про авантюристок, брошенных в особняке.

Обычно Латина принимала ванну перед началом вечерней смены, помогала занятым Кеннету и Рите с детьми. Раньше купала Теодора, пока он был маленьким, сейчас — Эмму. На этот раз она решила помыться вместе с Хризос: переживала, справится ли сестра без слуг, и собиралась познакомить её с артефактами, ведь о них в Василио даже не слышали.

Вход в пристройку охранял верный волчонок, поэтому даже Дейл мог лишь гадать, что происходит внутри.

«Ага, закончили», — подумал он, услышав весёлые голоса, поднял голову и обомлел.

— О… Ого…

— Дейл, ты чего? — удивилась Латина.

— Так… Просто в очередной раз убедился, до чего же вы похожи.

Дейл привык видеть в повседневной одежде Латину, но не Хризос. Пушистые вязаные вещи скрадывали линии тела, так что сейчас сестёр можно было различить только по цвету глаз, да и то если очень приглядеться.

«Хотя я всегда пойму, кто из них моя Латина», — упрямо подумал юноша.

— Ух ты! Какие сугробы! — воскликнула Латина, посмотрев в окно.

Они с Хризос буквально прилипли к стеклу, как маленькие дети.

— Да уж, завтра будет махач.

— Какой махач?

— В Кройце после больших снегопадов дети устраивают Великую снежную битву.

— М?

— Эмма ещё маленькая, останется дома, а вот Тео можно отпустить. Я тоже пойду, — весело сказала Латина.

Хризос ничего не поняла. Она выросла в Василио и, естественно, ничего не знала о снежных играх.

Великая снежная битва была традиционной детской забавой в Кройце.

Всё началось одним зимним днём через год после того, как Латина поселилась в «Танцующем оцелоте».

Дейл улыбнулся, вспоминая то время.

«Она за день до битвы уже не могла усидеть на месте».

†Латине было девять лет.

В тот год зимой выпало рекордное количество осадков. Снег шёл часто и помногу, а морозы стояли такие, что Дейл сомневался, стоит ли вообще выбираться из-под одеяла по утрам. Однако Латина вставала каждый день очень рано, чтобы выбежать из таверны и первой оставить следы на нетронутом белом покрове.

Дети радовались даже лёгкому снежку, а тут улицы прямо-таки завалило, и, когда природа наконец-то успокоилась, стало понятно, что назревает конфликт.

Кому достанется главная площадь Кройца?

В центральной части города, с высоты птичьего полёта напоминающего крест, стоял особняк градоначальника — сердце правления. Неподалёку от него располагалась площадь, где открывался базар и любили отдыхать жители. Там же часто играли дети, и теперь, после таких метелей, каждому хотелось скорее порезвиться в снегу.

Однако на всех места не хватило бы. Кому-то обязательно пришлось бы уступить.

Решение нашлось, и родилось оно в школе при храме Асфара.

— Давайте играть все вместе. Так же веселее, правда? — предложила девочка, глядя в окно на падающие снежинки.

— Вместе… Ну да, веселее, этого не отнять, — согласилась одна из её подруг с заговорщической ухмылкой.

— Я обожаю грандиозные замыслы… Но в этот раз, пожалуй, побуду зрителем. Слишком уж там холодно, — сказала другая, тайком подмигнув первой.

Ещё одна девочка мягко хлопнула в ладоши и улыбнулась:

— Ух ты! Здорово! Чем займёмся? Я могу как-нибудь помочь?

В этом году в школе Асфара собрались ученицы, с поразительной ловкостью воплощающие свои задумки.

Одна проявляла лидерские качества: она взялась руководить всеми. Другая мастерски собирала и анализировала различные сведения, поэтому рассказала о замысле остальным ребятам. А третья обладала необычайным обаянием, с помощью которого свела на нет все споры и разногласия.

К слову, её обаяние распространялось не только на ровесников.

— Слушайте, слушайте! Когда снег закончится, мы все вместе будем играть в снежки! — закричала Латина, ворвавшись в таверну.

— Ого! Кажется, юная леди, тебя ждёт настоящее веселье.

— Да! Мы будем играть весь день!

Восторженная девочка сияла как медный пятак, и завсегдатаи, конечно, не могли не разделить радость маленькой любимицы.

В эти дни «Оцелот» посещало больше авантюристов, чем обычно. Идти охотиться на магических тварей в такую погоду не хотелось, а тут горожане как раз завалили Доску объявлений Акдара просьбами расчистить снег — относительно лёгкими для искателей приключений и в то же время приносящими доход. Интересы обеих сторон совпали.

Так авантюристы узнали о планах Латины и разнесли по всему Кройцу, что «наша Принцесса фей с нетерпением ждёт большое сражение».

Город замер в ожидании Великой снежной битвы.

Уже за день до часа икс Латина была вся как на иголках. Она то и дело выбегала на улицу, будто намеревалась мчаться на площадь прямо сейчас.

— Латина, если ты так хочешь погулять… Может, заодно почистишь снег перед таверной?

— Хорошо! — согласилась девочка, убежала на чердак и вернулась с курткой.

— У меня на родине каждый год выпадают горы снега, так что я знаю всякие маленькие хитрости. Давай научу, а то быстро запаришься. Всё-таки махать лопатой тяжело, — улыбнулся Дейл, повязывая Латине шарф, и обернулся. — Кеннет, ты же не против, если мы сгребём снег прямо к боковой стене?

— Честно говоря, его бы сразу растопить… Справитесь?

— Так я ж не владею магией огня. Хотя в магии света тоже есть парочка подходящих заклинаний. Попрошу Латину.

Девочка ошеломлённо смотрела на них, как будто не веря своим ушам.

«Неужели вся эта гора снега в нашем распоряжении?» — говорила она всем своим видом.

Дейл усмехнулся.

— Пожалуй, пусть полежит немного, ладно?

— Ладно, чего уж там.

Кеннет тоже души не чаял в своей маленькой ученице.

— Мы можем сгрести снег в одну большую кучу и даже слепить снеговика.

— Снеговика? — переспросила Латина.

— Да. У тебя будет важное задание — скатаешь ему голову, — улыбнулся Дейл и повёл дочку на улицу.

Сообразительная девочка быстро запомнила все уловки, поэтому они ловко справились с работой и принялись играть: придали куче снега форму, потом вместе скатали громадный шар и водрузили его на вершину.

Латина в изумлении уставилась на снеговика, который получился выше неё.

— Кеннет дал мне угля. Хочешь сделать ему лицо?

— Давай!

Латина с самым серьёзным видом взяла уголёк, подошла к снеговику, мгновение помедлила — ей не хотелось портить такую белизну, — но потом настроилась и с размаху воткнула его в самый центр головы. Получился нос.

В ответственные моменты девочка бывала на удивление решительной.

— Ах, Латина, у тебя даже лица снеговиков получаются милыми!

Дейл же светился от счастья, словно неожиданно пришла весна.

Они играли до тех пор, пока из таверны не высунулся Кеннет с криком: «Эй, Дейл, а ну давай домой, застудишь ведь ребёнка!»

Сегодня посетителей таверны ждал большой сюрприз, ведь их встречал сам король снеговиков, окружённый множеством маленьких подданных.

Однако на следующее утро монарха нашли без головы.

Латина расстроилась, но не очень сильно: она вся горела в предвкушении долгожданной Великой снежной битвы. В назначенный час девочка надела любимую курточку кремового цвета, набор из вязаных розовых шапочки, шарфа и рукавичек, и вышла из «Танцующего оцелота».

— Уж сегодня я точно сделаю Руди! — воскликнула она.

— Я бы тоже не прочь посмотреть… Да, совсем не прочь… — проговорил Дейл, даже не пытаясь скрыть тоску и уныние.

— Ты дал слово. Не смей нарушать его из-за своих хотелок, — строго отчитала его Рита.

Парень искоса взглянул на неё.

— Нарушишь тут. Не могу же я отказать храму. Как ни крути, а пока что работаю я именно там.

Порой Дейл забывал о полученном с рождения даре небес. Боги наделили его своим благословением, поэтому в Тислоу, святой земле Колмозея, парня учили не только клановым ремёслам, но и полноценным обрядам. Официально Дейл занимал высокий пост в храмах Оранжевого бога, а титул героя был вторичным, служил эдаким признанием его навыков охотника, служителя и несостоявшегося вождя. По крайней мере, так считал сам Дейл, причём не без оснований. «Герой» — это не название должности, а просто термин для обозначения антипода архидемонов.

— Эх, ладно… Латина, желаю тебе хорошо провести время.

— Спасибо! — ответила девочка и помчалась к центральной площади, размахивая рукой на прощание.

— Эй! Не беги, только не беги! Не хватало ещё упасть и удариться!

Дейл с улыбкой проводил дочку, затем повернулся к разрушенному снеговику и резко помрачнел.

Тут показался Жильвестр.

— Здоро́во, Дейл.

— Мгм, — невнимательно откликнулся парень.

«Чем это он занят?» — удивился Жильвестр и подошёл к нему.

— Видишь следы?

— Вижу. Наверное, пьянчуги постарались.

— У нас их тут пруд пруди.

— И не говори. Постоянно что-то ломают.

— Вот-вот.

В глазах молодого и пожилого авантюристов сверкала сталь. Они прекрасно помнили, как их очаровательная Латина радовалась слепленному снеговику.

Они ещё немного поизучали улику — следы ног — и принялись действовать.

Латина бежала по Кройцу, у неё захватывало дух от восторга.

Обычно вдоль улиц стояли какие-то ящики, валялся мусор, но зима накрыла всё красивым толстым одеялом. А дома в объёмных белых шапках выглядели настоящими произведениями искусства.

Внезапно с козырька упал снег. Латина затормозила, обернулась, подошла к куче, осторожно потрогала её кончиком ботинка и, услышав хруст, улыбнулась. Она бы с огромным удовольствием задержалась и поиграла, но помнила о скорой битве, поэтому одёрнула себя и поспешила дальше.

Дорога была знакомой, однако ноги то и дело увязали в сугробах. Впрочем, в южном районе торговцы начали убирать снег перед своими магазинчиками. Сперва девочка придерживалась расчищенных мест, но почти сразу недовольно тряхнула головой и свернула с главной улицы.

К этому часу дети уже принялись подтягиваться на поле боя. Много кого Латина знала и, заметив у края площади небольшую толпу, подошла туда.

Там девочка с тёмно-коричневыми волосами, носящая явно недешёвую, подогнанную по фигуре курточку, раздавала указания, хотя ни организатора, ни чётких правил у битвы не было, несмотря на её размах.

— Сильвия, доброе утро!

— О, привет, Латина! — улыбнулась подруга, помахав в ответ.

— Что делаешь?

— Сперва я не хотела морозиться и собиралась просто посмотреть, но это оказалось очень скучно, так что я взялась руководить всеми.

— Неужели это так весело? — удивилась Латина.

По её мнению, играть со всеми было намного лучше, а холод — это досадная мелочь, не более.

— Ещё как! Смотри, я говорю, и все меня слушаются! Конечно, это очень весело!

— М-м?

Сильвия не скрывала, что у неё свои ценности.

— Кому-то, как и мне, нравится командовать; кто-то просто не любит физическую работу. Но это же такое событие! В нём должны поучаствовать все, вот я и ищу каждому занятие по душе. Как-то так. Ладно, Латина, теперь тяни. — Сильвия протянула коробочку.

— Хорошо.

Латина схватила торчащую верёвочку и вытащила чёрную фишку. Увидев её, Сильвия ткнула пальцем куда-то назад:

— Ты будешь с «правыми». Вон твоя команда.

— Угу.

Латина взглянула в ту сторону и увидела большую группу ребят. Другая такая же стояла немного поодаль. Сильвия что-то крикнула, и один из детей нарисовал в снегу пару цифр — обновил количество участников в командах.

«А-а, вот как это работает», — протянула про себя Латина.

Стоит упомянуть, что разделение на «левых» и «правых» произошло с лёгкой руки Сильвии и остальных командиров.

Сперва они хотели использовать цвета, но сразу же отказались от этой идеи. Даже малыши знали, что Ахмар — бог войны, и, если бы кого-то назвали «красными» в его честь, другая команда тут же принялась бы возмущаться.

Стороны света также отпадали. Кройц уже делился по этому признаку, и ребята были привязаны к своим районам. Кроме того, дети торговцев и ремесленников с юга и востока комплексовали перед западными богатеями и враждовали с дворянчиками севера.

В общем, руководство учло все нюансы и выбрало оптимальный вариант.

Оказавшись среди «правых», Латина увидела друга и перевела дух. Всё-таки она нервничала в окружении незнакомых лиц.

— Марсель!

— Доброе утро, Латина.

Девочка осмотрелась, но больше никого из их компании не увидела.

Марсель догадался, что у неё на уме, и негромко пояснил:

— Хлоя и Руди с «левыми», а Энтони где-то тут носится. Сильвия захапала его.

— Вот оно как.

Латина не расстроилась, узнав, что лучшая подруга попала в другую команду. Самым важным было то, что они с Руди оказались по разные стороны.

Время шло, народ прибывал, всем хотелось выяснить, кому достанется право владеть площадью.

Латина встретила одноклассников, учеников из старшего и младшего звеньев. За эти полтора года в Кройце она завела много друзей.

— Сегодня я обязательно одолею Руди! — решительно сказала она Марселю, изнывая от нетерпения.

— Тебе так этого хочется? — спросил друг, ловко катая один снежок за другим.

Этот тихий спокойный мальчик был превосходным слушателем, поэтому товарищи нередко высказывались ему.

Латина не отставала от него, и вскоре они налепили целую гору боеприпасов.

— Руди всё время обзывает меня маленькой, слабой и медленной! Я ему не проиграю!

Несмотря на внешние кротость и очарование, Латина была гордой девочкой и страшно негодовала, из раза в раз проигрывая более сильному и выносливому Рудольфу даже в самых обычных пятнашках. Тот тоже подливал масла в огонь, постоянно отпуская колкие насмешки. Любой другой видел, что так Руди неуклюже проявляет свою детскую симпатию, но сама девочка этого не осознавала. Причин много: низкая самооценка, необычайная чувствительность к доброте — противопоставлению враждебности, — но при этом полное незнание её оттенков, укоренившиеся обычаи демонов. Но самая главная одна — непробиваемое легкомыслие.

«Я не буду уступать вечно и когда-нибудь обязательно заткну Руди!» — напоминала себе Латина.

Сегодня наконец-то наступил тот день, когда она выплеснет накопившееся недовольство.

Марсель слушал её и улыбался.

Самопровозглашённое командование не стало тратить время и прорабатывать правила, ограничившись лишь самыми основными. В кого попали снежком, тот выбывает. Побеждает команда, которая первой прорвётся на базу противника и захватит флаг.

К этому моменту по всей площади уже возвышались снежные стены, выполняющие роль укрытий, а на противоположных краях стояли базы. Эту непосильную для детей и весьма непростую для большинства взрослых работу умудрились каким-то образом завершить в рекордные сроки. Возможно, помог кто-то очень сильный или же прекрасно владеющий магией… Настоящая мистика.

Разумеется, слух о грандиозном сражении не обошёл стороной жителей Кройца. Зрителей собралось множество. Прагматичные взрослые сразу смекнули, что в такой заварушке будет невозможно следить за подсчётом выбывших, однако дети о таком даже не задумывались. Конечно, никто не стал портить им веселье нудными лекциями.

«Солдаты» замерли в ожидании сигнала.

В центр площади вышла Сильвия, старший организатор. Она вскинула красный флажок, явно сделанный на скорую руку, и провозгласила:

— В бой!

По команде её подчинённые на обеих базах спустили красные флаги и ударили в металлические сковороды.

Великая снежная битва началась.

Латина первой сорвалась с места. Помпон на розовой шапке прыгал в такт шагам.

Она не боялась выбыть на первых секундах, потому что соперники были далеко и не докидывали снежки. Хладнокровно оценив ситуацию, девочка мгновенно определила безопасный маршрут и нырнула под прикрытие стены за мгновение до того, как на неё обрушился град снежков, брызнувших во все стороны. «Левые» не зевали.

«Руди точно побежит по центру. Тут-то я его и возьму!»

Латина прекрасно знала характер своего друга.

Рудольф не разменивался на такую «мелочь», как составление планов, и нёсся вперёд, пробивая путь дарованным природой, крупным даже среди сверстников телом. Обычно он так и Латину побеждал, но сегодня всё было по-другому. Прикрываемая снежными залпами товарищей по команде девочка терпеливо ждала цель.

«Вон он!»

Она принялась действовать по заранее разработанной схеме.

В свою очередь, Рудольф тоже увидел Латину. Собственно, иначе и быть не могло. Он сразу приметил знакомую миниатюрную фигурку в розовых шапке и шарфе, выскочившую из вражеского строя сразу после сигнала.

Невольно мальчик сравнил её с зайчонком, пытающимся слиться с окружением. А когда он увидел болтающийся из стороны в сторону помпон, внутри зажглось инстинктивное желание поймать его, сцапать железной хваткой, наткнуться на раздосадованный взгляд серых глаз. Раздосадованный, но такой очаровательный…

«И это ты называешь “спрятаться”? Вот дурёха!»

Из-за края снежной стены торчал кончик розового помпона.

Латина отлично училась и быстро соображала, но порой проявляла чудеса невнимательности.

Поглядывая на «правых», Рудольф принялся обходить укрытие по широкой дуге.

«Зайду туда и закидаю её с головы до ног!»

Когда до стены оставалось совсем немного, Руди сорвался с места, сжимая холодные снаряды в обеих руках и предвкушая победу. Латина наверняка отвлеклась на его перемещения, но ведь это коварная уловка. На самом деле он собирался кинуть снежок по параболе и попасть прямо в макушку.

«Эта копуша ни за что не успеет отреагировать!»

Снежок описал в воздухе дугу и резко ударил по шапке.

Рудольф вбежал в укрытие, представляя себе недовольную Латину, и… остолбенел.

Его встретила розовая шапка, одиноко висящая на ледяном столбе.

— ?!

«Ловушка!»

В то же мгновение спрятавшаяся Латина поднялась на ноги.

Что-то сверкнуло.

— Эй! Магией нече… — закричал Рудольф, и тут его погребла миниатюрная лавина.

В магии света атакующие и защитные заклинания имели одинаковое происхождение. Всё зависело от воображения мага: представлял он щит — получался заслон, сворачивал энергию в шары и пускал их во врага — стрелял издалека, оборачивал ею кулаки — бил вблизи.

Латина контролировала магическую энергию лучше взрослых. Ей ничего не стоило создать заслон под слоем снега, а затем резко поднять его. Образно говоря, перевернуть стол.

Обезвредив Рудольфа, Латина подняла обеими руками здоровенный снежный ком и опустила его на голову мальчика.

Это было самое настоящее добивание.

В конце концов, по правилам участники выбывали только при попадании снежка. Порой девочка проявляла педантичность даже там, где от неё этого не требовали.

— Ура, я победила Руди! — закричала она, вскинув руки.

А ведь битва продолжалась…

Тут же в голову Латине прилетел снежок, потом другой, а за ними — целый залп. Бедная девочка в мгновение ока превратилась в вопящего от страха снеговика.

— Руди исполнил роль наживки! Вражеский маг ликвидирован! Погнали, народ! В атаку! — победоносно закричала генерал Хлоя.

Лучшая подруга Латины не ведала жалости.

В итоге её команда победила, а сама Хлоя поразила многих взрослых выдающимися навыками командира.

Впрочем, в своей битве Латина одержала верх, о чём и сообщила всему «Танцующему оцелоту»:

— Ура! Я победила!

— Ну что, Латина, наигралась? Хочешь чего-нибудь перекусить?

— Давай!

Кеннет подал ей печёный батат — свежий, только-только с противня. Шеф-повар нагревал его постепенно, чтобы сохранить сладость, в результате получился настоящий кулинарный шедевр, достойный зваться полноценным десертом.

Несмотря на всю беготню, Латина немного замёрзла, кончик её носа покраснел, однако тёплая сухая одежда и горячее молоко с сахаром помогли согреться.

— Ой, я тут шла домой и видела человека, который притворялся снеговиком. Надеюсь, он не простудится, — вспомнила девочка, но тут же забыла о чудаке, переключившись обратно на свой успех.

Свежеиспечённый батат, вторая кружка молока — вся эта вроде бы простая еда сегодня казалась вдвое вкуснее. Конечно, солдаты обычно праздновали победу за рюмкой спиртного, но Латина была всего лишь ребёнком.

— Вот видишь, потренировалась вчера, и всё получилось, — улыбнулся Дейл, и Латина просияла.

«Не зря я учил её убирать снег», — растроганно подумал парень.

Тислоу славился своими магами земли. В клане практически каждый умел колдовать, поэтому они изобрели необычный способ расчищать территорию с помощью заклинаний. В других регионах это посчитали бы бесполезной роскошью, излишеством, но тислоуцы мыслили рационально и пользовались любыми доступными средствами, призванными облегчить и без того нелёгкий труд.

Дейл не видел саму битву, но благодаря завсегдатаям знал обо всём в мельчайших подробностях. И всё же Латина сама должна была рассказать ему о своём подвиге.

В карательной операции за разрушенного короля снеговиков он тоже не принимал участия, лишь слышал краем уха, что здоровенные суровые авантюристы нашли хулигана, покусившегося на работу всеобщей любимицы из южного района, доступно ему всё объяснили и заставили почувствовать на своей шкуре, каково это — оказаться на месте снеговика. Разумеется, парень и сам был бы не прочь проучить наглеца, однако тогда он провёл бы меньше времени с Латиной, и отмщение потеряло бы всякий смысл.

— Давай как-нибудь слепим ещё одного снеговика.

— Давай.

— И сделаем его ещё больше.

— Ага!

«Ради Латины можно разок и в детство вернуться, ничего плохого в этом нет. Так, надо придумать, во что ещё можно поиграть. Может, вылепить большую снежную скульптуру?» — подумал Дейл и кинул в рот небольшой батат, которым поделилась девочка.

†Неизвестно, что сыграло свою роль — слепая удача Хризос или благоволение за добрые дела Латины, — но снег не перешёл в дождь, ночью тучи улетели, и утром над Кройцем синело ясное небо.

— Ого… — восхищённо протянула Хризос.

Она и сегодня была розовой овечкой. Видимо, такой наряд пришёлся ей по вкусу. Латина же решила попробовать что-то новое и нарядилась лавандовой овечкой.

Вместе с сестрой они вышли из таверны, чтобы как можно скорее оставить первые следы на снежном одеяле.

Винд всю ночь носился по заднему двору и буквально перепахал его. Естественно, им двигали инстинкты, поэтому его никто не ругал, но Латина явно расстроилась, увидев этот кошмар. Беспечный и своенравный волчонок, похоже, понял свою вину, потому что покорно сидел у ног девушки, заискивающе виляя хвостом.

Тут мимо близняшек промчался сын Крюгеров, воплощение детского озорства.

— Сестрёнка, я побежал!

— Пока, Тео! Да хранит тебя Ахмар! — с улыбкой попрощалась Латина, желая названному брату победу в сегодняшней битве.

— Платина.

— М?

— Мы тоже пойдём? — уточнила Хризос с радостным предвкушением, будто маленький ребёнок.

— Да, но взрослым можно только смотреть на битву, — ответила Латина, усмехнувшись, и неторопливо зашагала по улице.

Дейл шёл следом. Сёстры были чересчур легкомысленными. Стоит отвести взгляд — и они, скорее всего, присоединятся к детскому сражению. Более того, не постесняются использовать заклинания.

— Эй, ты сейчас подумал обо мне что-то нехорошее? — спросила Хризос, обернувшись и послав юноше косой взгляд.

Дейл беспечно махнул рукой.

— Да ну что ты…

— Хризос, смотри, куда идёшь, а то… — поспешно начала Латина.

И в этот момент Хризос, конечно же, поскользнулась. Однако она из гордости не упала, а, резко выдохнув, напрягла ноги и застыла в нелепой позе. Впрочем, через несколько секунд девушка задрожала — колени подкашивались, но сама она сдвинуться с места не могла.

— Хризос, всё хорошо?

— Нет, Латина, сначала помоги ей, а потом спрашивай, — подсказал Дейл.

Опомнившись, Латина протянула сестре руку. Хризос наконец-то выпрямилась, успокоилась и пристально уставилась на Дейла.

— Да-да, смотри под ноги и не зевай по сторонам, — небрежно бросил юноша.

Он вспомнил обещание, которое дал Латине много лет назад.

«В снежной битве поучаствовать не выйдет, но можно построить большую горку. Я уверен, они с Хризос не откажутся пару-тройку раз скатиться с неё. А застесняются — всегда можно придумать оправдание. Например, испытать горку перед тем, как пускать на неё детей. Да и времени много это не займёт. Девочки помогут магией, Винд тоже протянет руку… лапу помощи. Идеально, — думал Дейл, медленно шагая по дороге. — Я и сам, конечно, хорош. Только увидел снегопад и сразу вернулся в детство. Хотя, наверное, в этом нет ничего такого. И погода благоприятствует. Когда ещё выпадет такая возможность…»

Он твёрдо вознамерился устроить сёстрам первые совместные снежные забавы.

Что ни говори, а Дейл до сих пор не расстался с мышлением опекуна.