— Дейл, у тебя свитер совсем износился. Пора бы избавиться от него, — как-то раз сказала Латина, перебирая одежду в преддверии зимы.

В этом мире практически не существовало магазинов готового нового платья. Люди обращались к портным или заглядывали к торговцам поношенными вещами.

Латина превосходно шила и вязала, поэтому обеспечивала себя с Дейлом повседневной одеждой. Особенно хорошо у неё выходили свитера.

— Но ведь…

Юноша заколебался, хотя обычно придавал мало значения тому, что носил. Он взял старый свитер, горестно вздохнул, почистил его от катышков, однако, к сожалению, никак не улучшил ситуацию.

— Это же… Это первый свитер, который ты связала для меня.

Моргнув, Латина удивлённо спросила:

— Так ты помнишь его?

— Разумеется, помню. Ты тогда связала мне много шарфов, но ни одного свитера. Говорила, что они слишком сложные.

— Да, с ними та ещё морока. Не знаю, может, я порой слишком сильно натягиваю нить или ещё что, но рукава то и дело норовят выйти разной длины. А ведь рядов-то одинаково!

Латина надулась. Она делала что-нибудь для Дейла лишь после того, как хорошенько набивала руку.

— А вот Тео ты навязала целую кучу свитеров. Мол, поднатореть хотела, — проворчал Дейл, ничем в этот момент не отличаясь от обиженного мальчишки.

— Потому что Тео не придирается к мелочам. И ещё он растёт, поэтому долго одну вещь не носит, — оправдалась Латина. Она слишком хорошо знала Дейла.

Ещё девочкой она взялась за шитьё благодаря Хлое и её матери — своему наставнику в этом ремесле.

Однажды Латина увидела у них дома спицы с мотком пряжи и спросила, для чего они. Хлоя всё показала, рассказала и помогла подруге связать первый шарфик — простое полотно без узоров и украшений. Увы, он получился слишком коротким, к тому же девочке не удалось выдержать одинаковую ширину.

Она очень расстроилась.

— Такой хлипкий…

— Не переживай. Я тоже не сразу научилась подтягивать петли с нужной силой, — попыталась успокоить её Хлоя.

Однако Латина взглянула на её красивый прямой образец и приуныла ещё больше.

А вот Дейл взмыл на седьмое небо от счастья, увидев поделку. В те годы он чересчур сильно опекал приёмную дочку и, конечно, чуть ли не силой выбил себе её первую вязаную вещь. Если бы этот неказистый шарф получил кто-то другой, парень пришёл бы в неописуемую ярость.

С тех пор он каждому встречному хвастался подарком. Завсегдатаи тоже видели, сколько стараний вложила девочка, и гордились ею. Но сама Латина осталась недовольна своей работой, а от хвалебных речей Дейла ей хотелось провалиться сквозь землю от стыда.

Увы, в своём плачевном состоянии парень не замечал, каково ей приходится.

— Дейл, в следующий раз я свяжу тебе что-нибудь получше!

— Прекрасно! Я уже весь в нетерпении! — весело откликнулся Дейл, не обратив внимания, как решительно настроена девочка.

Прошло ещё очень много времени, прежде чем Латина настроилась подарить ему ещё что-нибудь.