Когда Майк вбежал в зал, преследуя Ванессу, он увидел, как Эбби делает то, что он и ожидал. Она танцевала… или что-то вроде того.

Сестра была на сцене с аниматрониками и двигала бёдрами взад и вперёд, подражая Элвису. Бонни повторял за ней.

Ботинки Ванессы громко стучали по полу. Майк посмотрел в её сторону. Девушка шла к выходу, опустив голову и плечи.

Майк побежал за ней.

— Ванесса, подожди!

Майк догнал Ванессу и схватил её за руку, заставляя повернуться к себе. По щекам девушки текли слёзы. Он отпустил её руку, словно обжёгшись.

— Поговори со мной, — тихо попросил парень.

Ванесса вытерла слёзы тыльной стороной ладони.

— Я пытаюсь, но ты не слушаешь.

Майк схватился за голову, чтобы сдержать крик, который рвался из груди. Он глубоко вдохнул и опустил руки.

— Мне нужно знать, что произошло в тот день. Неужели ты не понимаешь? Найти человека, который похитил Гаррета, — это самое важное.

Ванесса покачала головой. Она открыла рот, затем закрыла его. Сделала глубокий вдох и выдохнула. Её взгляд устремился к детским рисункам, и она нахмурилась.

Майк подумал, что Ванесса выглядит так, будто хочет признаться в чём-то, но в чём именно?

У Ванессы перехватило дыхание, она закусила губу и наконец произнесла:

— Ты не понимаешь.

— Тогда объясни мне!

Ванесса посмотрела Майку в глаза. Она сжала зубы и сделала глубокий вдох. Он был уверен, что она вот-вот всё расскажет...

У Ванессы как будто что-то щёлкнуло внутри. Она вся напряглась, глаза широко раскрылись.

— Что? — начал Майк.

Девушка неуверенно пошла к сцене.

Майк начал оборачиваться.

— Нет! — крикнула Ванесса.

Майк завершил поворот.

Эбби на сцене радостно смеялась. Бонни протягивал ей гитару, чтобы она тоже поиграла. Девочка с радостью взяла гитару, перекинула ремень через плечо и прижала её к себе.

Майк нахмурился. В его голове зазвучал сигнал тревоги. Но почему?

— Эбби, не надо! — крикнула Ванесса.

Она уже была далеко от Майка и бежала к сцене. Парень инстинктивно последовал за ней.

Как только он сделал первый шаг, его память мгновенно воспроизвела всё произошедшее: раскалённая докрасна и сверкающая гитара Бонни выбрасывала искры.

— Эбби! — закричал Майк. Он протянул руку, словно мог, как фокусник, остановить то, что должно было случиться.

Но Майк не был фокусником.

Всё, что он мог делать, — это наблюдать за происходящим, словно перед глазами Майка сменялись кадры из фотоплёнки.

Вот Эбби улыбается и проводит рукой по грифу гитары. Улыбка исчезает. Эбби в замешательстве щурится. Вспышка ослепительного белого света. Эбби исчезает в сиянии.

***

Всё, что Эбби могла видеть, — это яркий белый свет, который ослепил её.

Всё, что Эбби могла слышать, — это пронзительный звон, похожий на сигнал тревоги, только громче. У неё заболели уши.

Девочка закрыла глаза и прижала руки к ушам.

А потом белый свет исчез, но перед глазами остались маленькие звёздочки. Эбби моргнула.

Лица Майка, Ванессы и всех друзей Эбби были прямо перед ней. Все они выглядели странно... искажённо... и по-настоящему испуганно.

Эбби потрясла головой, как собака, чтобы избавиться от звона в ушах, и снова моргнула.

— Что случилось? — спросила она Майка.

Прежде чем брат успел ответить, Ванесса наклонилась и крепко обняла её.

Затем девушка отстранилась. Эбби заметила, как её взгляд метнулся к Майку. Майк всё ещё смотрел на Эбби. Он выглядел виновато. Как будто сделал что-то очень плохое.

Брат не ответил на вопрос, но Ванесса решила всё прояснить.

— Это был просто несчастный случай, милая, — сказала она. — Глупая случайность.

***

Вокруг парковки у пиццерии стрекотали сверчки. Майк не мог разглядеть ни их, ни деревья. Огни пиццерии были выключены, а луна скрылась за тучами. Звёзды тоже исчезли. Небо было похоже на тёмный купол из сажи, такой густой, что Майк с трудом мог представить себе дневное время.

Майк и Ванесса стояли рядом с её патрульной машиной. Они посмотрели на заднее сиденье его автомобиля, где, свернувшись калачиком, сидела Эбби, обнимая Дольфа.

— Спасибо, — сказал Майк Ванессе.

Майк покидал пиццерию в середине своей смены. Ванесса собиралась подменить его.

Девушка отмахнулась от слов благодарности.

— Просто отправляйся домой, Майк. Позаботься о сестре.

Майк кивнул, но не сдвинулся с места. Он оторвал взгляд от Эбби и посмотрел на Ванессу.

— Чего ты так боишься?

Ванесса бросила на него взгляд, который он не смог понять.

— На складе, — настаивал он. — Я видел твои глаза. Ты была в ужасе.

Лицо Ванессы мгновенно стало холодным и непроницаемым. Заботливая Ванесса исчезла. Загадочная Ванесса, мрачная Ванесса, задумчивая Ванесса... все они вернулись. Она... они... топнула ногой.

— Делай со своей жизнью, что хочешь, — рявкнула она. — Но если ещё раз приведёшь сюда Эбби, я тебя пристрелю.

Ванесса сощурилась и наклонилась к Майку. Ей не нужно было доставать оружие, чтобы он понял, что она, возможно, не шутит.

Девушка поспешила обратно в пиццерию. Майк подождал, пока звук тяжёлой металлической двери не заглушит стрекотание сверчков. Когда сверчки снова начали стрекотать, он сел в машину.

— Она очень разозлилась, — сказала Эбби с заднего сиденья.

— С ней всё в порядке.

— Почему все всегда так на тебя смотрят?

Майк повернул ключ в замке зажигания. Двигатель заурчал.

— Всё в порядке, — повторил он.

***

Но на самом деле всё было не в порядке.

Майк сидел за кухонным столом и смотрел, как в окно просачиваются первые лучи рассвета. По тому, насколько ярким был утренний свет, он понял, что облака, закрывавшие луну ночью, разошлись.

Майк хотел бы, чтобы в его жизни тучи тоже рассеялись, но они, казалось, приклеились к нему суперклеем. Даже изнурительные отжимания не смогли разогнать его мрачные мысли.

Из комнаты донёсся храп Эбби, который был чуть громче обычного.

Парень не мог поверить, что собирается совершить то, что задумал. Но разве у него был выбор? Ванесса права. Он не должен приводить сестру в пиццерию.

Вздохнув и чувствуя, что его вот-вот стошнит, Майк поднял телефонную трубку и набрал номер.

Когда на другом конце провода раздался щелчок, Майк заговорил. Он должен был сделать это, пока ещё мог.

— Привет, это Майк. Мне нужна твоя помощь.

Как только он произнёс эти слова, тут же пожалел о них.

Два часа спустя Майк всё ещё проклинал себя за свой выбор, но пытался извлечь из ситуации максимум пользы.

Солнце уже полностью взошло. Оно проникло на кухню и пыталось убедить Майка в правильности его действий.

Майк проверил, как поджариваются блинчики на сковороде, и затем принялся готовить бекон на чугунной сковороде. Сладкие и острые ароматы смешались и попытались передать Майку послание от солнца: «Всё хорошо».

Но Майк на это не купился. Он намеренно стоял спиной к кухонному столу, чтобы не смотреть на результат своих трудов, и продолжал готовить. Он всё приготовил и поставил в духовку, чтобы сохранить тепло. Затем глубоко вздохнул и пошёл будить сестру.

***

Эбби открыла глаза и увидела брата, который сидел на краю её кровати. Она улыбнулась ему, зевнув. Затем она почувствовала запах, который подсказал ей, что происходит.

— Это бекон?! — спросила она.

Круто. Обычно у них не было бекона. А Эбби очень любила бекон.

— Почему бы тебе не одеться и не прийти на кухню, когда будешь готова? — предложил Майк. — Нам нужно поговорить.

Эбби нахмурилась. Неужели он пытается подкупить её беконом?

Она пожала плечами. Ну и что? Это же бекон.

Майк вышел из комнаты, и Эбби вскочила с кровати. Она быстро забежала в ванную, сделала все утренние дела и вернулась в комнату. Надела свой любимый бордовый вельветовый комбинезон с золотистой рубашкой — она чувствовала, что день будет отличным. Потом побежала по коридору на кухню за беконом.

— Я готова к… — начала Эбби, но тут же осеклась, увидев, кто сидит за столом. Бекон, конечно, был вкусным, но это было не главное.

— Вот и моя любимая маленькая девочка, — сказала тётя Джейн.

Эбби попыталась испепелить взглядом тётю… вместе с её дурацкими короткими волосами и дурацким старым бледно-голубым брючным костюмом. Девочка сморщила нос, задыхаясь от дурацких тёткиных духов с запахом грейпфрута.

— Эбби, иди сюда, — позвал Майк.

Эбби посмотрела на брата испепеляющим взглядом. Но это не сработало. Её гнев превратился в боль.

— Что ты сделал? — спросила она.

Эбби поняла, что Майк знал, что она расстроена, но делал вид, что не замечает этого.

— Иди сюда, — снова сказал он. — Поговорим.

Девочка покачала головой. Ни за что. Она начала пятиться из кухни, уходя по коридору.

— Я понимаю, о чём ты думаешь, — произнёс Майк. — Но уверяю тебя, ты заблуждаешься. Прошу, Эбби, давай просто поговорим.

Эбби взглянула на тётю, а затем перевела взгляд на Майка. У него было такое выражение лица, словно он пытался съесть банку брюссельской капусты. Нет, скорее, он выглядел так, будто его тошнило от самого себя.

— Я тебя ненавижу, — сказала ему Эбби.

Она развернулась и побежала обратно в свою комнату. Когда она вошла и закрыла за собой дверь, то услышала, как тётя произнесла:

— Мне кажется, всё прошло хорошо.

Прислонившись спиной к двери, Эбби закрыла глаза и схватилась обеими руками за волосы. Из её груди вырвался звук, похожий одновременно на вой и рыдание. Слезы наполнили её глаза, и она заставила себя открыть их. Девочка не могла сдержать слёзы, которые катились по щекам, но она вытирала их так же быстро, как они появлялись.

Взгляд Эбби упал на её стол... и рисунки. Она подошла к столу и села на стул.

Открыв ящик стола, Эбби порылась в нем и нашла самый большой и чёрный маркер, который у неё был. Затем потянулась к стопке последних рисунков. Сжимая маркер в руке, Эбби начала закрашивать все изображения брата, которые только могла найти.

***

Майк не мог смотреть на тётю. Он схватил ключи и надел куртку.

— Она как ты, — сказала Джейн. — Всегда такая вспыльчивая.

Парень взглянул на неё. Он подумал, что она хочет поругаться. Но потом заметил, что она смотрит на него как-то мягче, чем обычно. Если бы Майк не знал её так хорошо, он бы подумал, что она смотрит на него с нежностью. Но нет.

— Когда она придёт в себя, — сказал Майк, — передай ей, что я сожалею. И я скоро вернусь.

— Когда именно "скоро"? Ты не очень чётко выразился.

Это была язвительная тётя Джейн, которую Майк знал... и не любил.

— Скоро, — повторил Майк.

Тётя Джейн выпроводила его.

— Тогда иди.

Майк обернулся к выходу.

— Но, Майк, — окликнула его Джейн, — есть ещё один важный разговор, который мы должны завершить. Когда ты вернёшься, мы обязательно его обсудим.

Она взяла ломтик бекона и откусила от него. В голове Майка мелькнула мысль о стервятнике, пожирающем падаль. Он почти выбежал из дома.

***

Сжимая в руках белый пакет с новым рецептом, который дал ему фармацевт, Майк направился к двери пиццерии. Совет пожилого фармацевта — «Знаете, что мне помогает? Тёплый стакан молока с ромашкой и мёдом» — всё ещё звучал в его голове.

Рад за вас, подумал Майк.

Ворона издала протяжный крик. Майк огляделся по сторонам, осматривая деревья вокруг Freddy’s. Он не смог обнаружить ворону, но его взгляд упал на деревянную вывеску с изображением Фредди Фазбера. Казалось, медведь на вывеске насмехался над ним.

— Заткнись, — сказал Майк. Он вошёл в пиццерию и направился прямо в кабинет.

Там Майк не стал медлить. Уселся в кресло за столом, включил плеер и проглотил три таблетки из пузырька, который достал из белого пакета, даже не запивая их. Его взгляд был устремлён на плакат, висевший напротив стола.

Возможно, из-за того, что Майк был полон решимости, или же из-за того, что в последние дни плохо спал, результат был мгновенным. Когда он прислушался к звукам ветра и шелесту листьев, доносящимся из плеера, его зрение затуманилось. Веки дрогнули и закрылись.

Майк идёт вперёд, и солнечный свет согревает его плечи. Лёгкий ветерок поднимает прядь его волос и щекочет щёку.

Парень слышит смех и оборачивается. Он удивлённо смотрит на свою семью, собравшуюся за столом для пикника.

Мама расставляет посуду на столе к обеду. Рядом с ней стоит отец, он кружит радостного Гаррета, словно самолёт по спирали. Лагерь наполняется смехом брата.

— Ну всё, хватит игр, вы двое! — говорит мама.

Майк с удивлением смотрит, как отец идёт к столу для пикника с Гарретом на руках.

— Аварийная посадка! — кричит он и издаёт свистящий звук, направляя мальчика вниз и с размаху сажает его на стол.

Затем отец смотрит на Майка.

— Эй, дружище! — окликает он.

— Не стой столбом, — говорит мама. — Иди к нам.

Родители усаживаются на скамейки. Гаррет слезает со стола и присоединяется к ним. Затем мальчик поворачивается и дарит Майку самую широкую и очаровательную улыбку, которую тот когда-либо видел. Глаза парня наполняются слезами.

Мама смотрит в его сторону.

— Дорогой, что случилось?

Майк вытирает глаза и кашляет.

— Это не...

Он отходит от стола для пикника.

— Это... не так, как было на самом деле. — парень качает головой. — Это не по-настоящему.

Родители и Гаррет обмениваются растерянными взглядами.

— Однако может стать правдой, — звучит голос за спиной Майка.

Майк оборачивается и видит светловолосого мальчика и ещё четверых детей, стоящих позади него. Он снова качает головой, на этот раз более решительно, и прикусывает губу. Его руки сжаты в кулаки.

— Что это? — спрашивает Майк. — Это не то, о чём я просил.

Светловолосый склоняет голову набок.

— Да, — говорит он, — но это то, чего ты хочешь.

Майк снова качает головой. Он пытается забыть всю эту сцену, отвергая её.

— Я хочу найти...

— Ты лжёшь! — перебивает его блондин.

Майк опускает взгляд.

— Ты пытаешься спасти Гаррета, — произносит мальчик. — Вот почему ты здесь.

Майк слабо качает головой.

— Ты хочешь изменить то, что произошло, — продолжает мальчик. — Ты хочешь вернуться.

Майк вскидывает руку, словно пытаясь защититься от слов мальчика.

— Это невозможно, — говорит он. — Они ушли. Все ушли.

— Неужели? — светловолосый указывает за спину Майка.

Парень не хочет смотреть, но всё же оборачивается и видит свою семью. Они смотрят на него с беспокойством, сочувствием... и надеждой.

Гаррет вскакивает с деревянной скамьи и бросается к Майку, который опускается на колени. Он смотрит прямо в глаза младшему брату.

— Ты можешь видеть этот сон каждую ночь, — говорит светловолосый мальчик. — Вы можете быть вместе, как раньше.

Его голос становится почти шёпотом.

— Ты можешь изменить то, что произошло.

Майк качает головой, а затем неуверенно кивает. Из его глаз текут слёзы, они стекают по щекам.

— Как...? — спрашивает он у светловолосого мальчика.

— Ты сказал, что мы можем попросить всё, что угодно. Это правильно. — Он приближается к Майку и наклоняется к нему.

Майк ожидает почувствовать тепло, но вместо этого ощущает дуновение холодного воздуха, когда мальчик говорит ему на ухо тихим голосом:

— Нам нужна Эбби.

Майк вытирает слёзы, его лицо искажается от боли. Он пытается понять…

Глаза Майка расширяются, и он наконец понимает.

— Эбби, — шепчет он.

Гаррет сжимает руку Майка.

— Они любят её, Майк, — говорит Гаррет. — И она любит их.

Майк смотрит на Гаррета. Сопли из его носа смешиваются со слезами. Он шмыгает.

— Это к лучшему, сынок, — восклицает отец за столом. — Это действительно так.

Майк смотрит на отца, который ободряюще улыбается. Хотя парень и расстроен, но не может не улыбнуться в ответ.

В разговор вступает мама.

— Ты видел её с ними. Ты видел, как она счастлива.

Майк смотрит на неё. Она тоже плачет.

— Разве она не заслуживает настоящей семьи? — спрашивает мама, вставая и опускаясь на колени рядом с Майком. Она большим пальцем вытирает слёзы с его щёк.

Неуверенный кивок Майка становится более уверенным.

— Пора её отпустить, сынок, — говорит мама. — Ты никогда не был тем, кто может заботиться о ней.

Майк понимающе кивает. Он не просто соглашается, он верит ей. Он знает, что она права.

Парень переводит взгляд с мамы на папу, потом на Гаррета. Его уверенность крепнет.

— Хорошо, — говорит Майк. Он кивает в последний раз. — Да.

Светловолосый мальчик приподнимает уголок рта.

Майк снова смотрит на брата. Его взгляд падает на прядь волос, которая закрывает глаза Гаррета. Майк хочет убрать её, но замирает на полпути.

Яркий луч солнца неожиданно ослепляет Майка, и он ощущает его тепло. Это переносит его из лагеря в прошлое.

Майк погружается в свои мысли. Он мысленно видит спящую сестру. Он понимает, что сидит на краю её кровати. Он видит, как его рука тянется и убирает прядь волос с её лица. Парень догадывается, что это воспоминание.

Но затем воспоминание превращается во что-то иное. Это уже не просто воспоминание, а нечто большее — видение, которое Майк хочет пережить ещё раз, а не то, что он уже пережил.

Парень замечает, что Эбби открывает глаза. Она выглядит заспанной, но на лице у неё улыбка.

«Ты дома», — говорит она.

Майк мысленно улыбается сестре.

«Я дома», — отвечает он.

В сознании всё расплывается. Он снова в лагере.

Солнце скрывается за облаками. В наступившей тени Майк пристально смотрит на Гаррета и понимает, что его рука все еще касается пряди волос брата. Майк отдёргивает руку.

С этим движением, кажется, спадает завеса. Лицо Гаррета приобретает пугающую бледность. И глаза его выглядят странно.

Милая… Гарретовость… исчезла из глаз Гаррета. Они стали глубокими колодцами пустоты. Майк с трудом поднимается на ноги.

— Подождите! Это не…

Он смотрит на родителей. Теперь они тоже бледны. И у них такие же бездонные глаза.

Майк снова качает головой.

—Это неправильно, — говорит он. —Простите, но я не хочу этого. Вы меня слышите? Я не хочу!

Майк оглядывается, чтобы увидеть светловолосого мальчика, но тот... и все остальные дети... пропали.

Майк осматривает лагерь, но не может их найти. Он поворачивается к... семья тоже исчезла. Все исчезли.

Майк остался один.

Он слышит, как шелестят листья на деревьях. Ветер становится сильнее. Раздаётся треск веток. Сквозь шум ветра и деревьев начинает звучать шёпот.

Сначала шёпот неразборчив. Это просто шорох, белый шум. Но затем шёпот становится более чётким.

—Эбби... — слышится шёпот.

Майк оглядывается по сторонам. Он понимает, что это дети. Их голоса дразнят его. Он поворачивается и поворачивается, пытаясь найти детей.

— Послушайте! — кричит Майк. — Не подходите к ней!

Шёпот становится громче.

— Эбби. Эбби. Эбби.

Майк кричит:

— Не трогайте мою сестру!

Шёпот прекращается, сменяясь смехом. Затем раздаются быстрые шаги.

Майк поворачивается на звук. Он видит только размытое движение. А затем в его сторону по дуге летит бумажный крюк. В грудь ему ударяет волна жара. Майк задыхается и прижимает руку к груди. Прежде чем он успевает это сделать, он видит ещё одно размытое пятно. На этот раз это цилиндр. Мальчик в цилиндре царапает когтями спину Майка.

Майк издаёт крик и мечется по кругу, не видя ничего, кроме деревьев. Внезапно он чувствует движение за пределами своего поля зрения, и это вызывает новый приступ боли. На этот раз боль пронзает его левую икру.

Ноги парня подкашиваются, и он пытается свернуться в клубок, но острая боль останавливает его. Удары сыплются слишком быстро, и он не успевает защититься. Его одежда рвётся на куски.

Майк падает навзничь в грязь, и над ним поднимается ветер. Он слышит жужжание, тихое и низкое.

Майк поднимает взгляд к деревьям. Его зрение затуманено.

Жужжание меняется. Оно больше не похоже на шум ветра. Теперь оно звучит... как механизм.

Веки Майка дрожат. Он пытается сопротивляться боли, но когда скрежет металла о металл становится ещё громче, его глаза широко открываются.