1891 год — Уэко Мундо, Лес Меносов

Они бежали, подгоняемые азартным рыком и враждебной духовной силой, что била в их спины. Ясно как день, что попытка скрыться наивна, ибо голодный охотник позади серьёзно сел на хвост и никак не собирался отступать. Также, желай тот реально настигнуть двух не самых быстрых Пустых, то это бы уже произошло, но пока охотника вело желание повеселиться, скрасив скучное бытие в Уэко Мундо, — это можно использовать… вернее даже необходимо.

— Вот же! — злобно рыкнула Менос по имени Лолли Айвирне, пытаясь ускориться, вопреки тому, что предельный уровень скорости давным-давно достигнут.

Она обладала довольно странной, или скорее даже отвратительной, по людским меркам, но вполне ещё нормальной для местных, внешностью. Верхняя часть тела отдавала человеческой формой, только полностью закованной в сегментарные пластины из белого хитина. Всю голову скрывала фирменная маска Холлоу, лишь длинные волосы спадали на спину, из которой прорастали, угрожающе извивающиеся, отростки. Ноги же ей заменял хвост сколопендры со множеством лапок, что на удивление быстро и ловко перебирали.

Рядом с ней, молча бежала её подруга, Меноли Маллия, стараясь не отставать. Она же выглядела довольно похоже в своей пустой сущности, но не внешностью, а скорее природой изменений. Туловище, вплоть до головы, по-прежнему было заковано в хитин, позволяя только пучку коротких светлых волос прорезаться сквозь грубую защиту. Руки представляли собой огромные клешни, что с завидной лёгкостью способны разрезать человека надвое. А вот всё что располагалось ниже живота занимала скорпионья часть тела с убойным жалом.

И вот, обладая совершенно неприспособленным для скоростного передвижения строением своих монстроподобных тел, они пытались найти более удобное место для сражения. Возможно, оно будет смертельным, но лучше попытаться продать жизнь подороже, чем просто милостиво позволить сожрать себя заживо. Правда, хоть ситуация и довольно критична, учитывая Адьюкаса высокого уровня и три десятка обычных Пустых, что подчинены сильнейшему, да только надежда на спасение никуда не исчезала, вопреки почти гарантированному худшему исходу.

Быстрее… Быстрее! БЫСТРЕЕ!

Смерть дышала в спину, духовное давление колебалось с безумной частотой, удерживаясь на пике, показывая не столько эмоциональное напряжение, сколько попытку превзойти физические пределы. А из-за деревьев выглядывали хищники, множественные шаги и рыки не исчезали, наоборот — их становилось больше, а звук преследования нарастал. Возможно, скоро всё подойдёт к концу.

Только вот к какому?

— Давайте, бегите! Ибо души пропитанные страхом и отчаянием — величайший из деликатесов, — облизнулся монстр, неотрывно наблюдая за преследуемыми своими жёлтыми глазами.

Обладая формой гибрида волка и лиса, он, Регуло, с поразительной скоростью передвигался по Лесу. И учуяв запах добычи, тот никогда более не позволит ей скрыться. Как Пустой, как Адьюкас, он был рождён для этого, иначе никак нельзя описать его поразительную способность к маскировке и невероятные инстинкты охотника. Правда, вместе с этим в нём сильна и гордыня, чувство собственного величия просто не позволяло ему истинно преклоняться пред кем-либо. Лишь Бараггану удалось заставить его служить себе, но сейчас, когда ему дана миссия, Адьюкас предпочёл оттянуть сроки и использовать свободное время для собственного увеселения, хотя прекрасно знал, где расположилась искомая цель. Возможно, помимо вышеперечисленного, отчасти в нём витает страх предстать пред целым Васто Лорде, чтобы в итоге пасть как прошлые неудачники. Всё-таки доподлинно неизвестно: провоцировали ли те его, аль просто субъект оказался в своей гордыне подстать Луизенбарну?

Тем временем же, Айвирне практически вслепую выстрелила Серо, убивая одного Низшего, которому не повезло встать на траектории атаки, но, по сути, успеха действие не возымело. Регулус наблюдал за всем со стороны, из укрытий, наслаждаясь зрелищем и «доводил мясо до кондиции», — такова уж привычка. По поводу смерти подчинённого Пустой ничуть не беспокоился, ибо появись нужда — легко новых наберёт, благо приток Падших не иссякаем. Остальные Низшие начали медленно, но верно настигать убегающих. Один из них сумел наброситься на Лолли сзади, только вот она нанесла удар одним из отростков на спине. Нападавшего отбросило, а затем всё его тело начал разъедать доселе невидимый яд. Хватило жалких секунд, чтобы от него ничего не осталось.

Правда, несмотря на удачную контратаку, скорость снизилась. Пусть ненадолго и ненамного, но в итоге преследователи приблизились практически вплотную. Бежать уже было нельзя, оставалось принять бой. Обе это понимали. Они на удивление синхронно развернулись, каждая создавая по Вспышке Пустоты, заставляя противников разорвать расстояние.

— Ну давайте! — взбеленилась Айвирне, ярко демонстрируя весь свой боевой характер, покуда её подруга предпочла промолчать и внимательно смотрела на Низших, готовясь к внезапному удару.

Множество монстров уже окружили их, отчего Адьюкасам пришлось встать спина к спине. Конечно, их сила превосходила каждого, пусть и находилась на самом дне данной ступени эволюции, да только проблема была совсем не в них, а в том, кто стоит за всем. Надо же, они полагали, что в Лесу Меносов будет довольно безопасно, ибо многие сильные Пустые предпочитают выбираться на поверхность. К несчастью, что-то в последнее время привлекло к этому месту повышенное внимание. И вот, результат — напоролись на того, с кем лучше бы им никогда не пересекаться.

— Он выжидает, — произнесла Меноли, пристально изучая округу, в тщетной попытке обнаружить настоящего врага.

— Трус! — прокричала Лолли, ощущая неистовое чувство опасности. Это пробуждало волнение, а от волнения проистекала довольно грубая манера поведения, словно отрицающая факт зарождающегося в душе страха за жизнь.

И словно по команде, более двух десятков Низших напали, ведомые обещанием вкусить часть питательной пищи. Но их желанию не суждено сбыться. Смертельное жало и острые клешни Маллия вместе с ядом Айвирне превращали нападавших в фарш, а общее духовное давление заставляло тех замедляться, попадая под удары Адьюкасов. Собственно, создавалось впечатление, что зря они пытались отыскать более удачное место для боя, — обманчивая уверенность росла, лилась в их разум словно отрава.

— И всё?! Тупые Низшие! — презрительно прокричала Лолли, испытывая огромный удар по гордости, причём болезненный. — Давай, вылезай и ты, ублюдок! — в своей самоуверенности продолжила она.

И несмотря на слова, Пустая думала, что нападать тот не станет, ошибочно полагая о возможном страхе скрытого врага. Позабыла, какой же мощной духовной силой он обладает. Той силой, которая и заставила их спасаться бегством, ибо одно давление так и говорило: «Ты умрёшь, и нет иного исхода!». Такой прокол в Уэко Мундо стоит жизни, плата взимается мгновенно.

— Аргх! — болезненно вскрикнула Меноли.

Повернувшись к ней, она увидела, что у её подруги более нет хвоста. Быстрый панический взгляд пробежался по округе и остановился на Регуло, что стоя на четвереньках, сжимал в своих, острых как бритва, зубах недостающую часть тела. Обе видели, как он, издевательски сверкая своими жёлтыми глазами, сжал челюсти, перемалывая в фарш свою добычу.

— Н… НЕТ! — с ужасом вскрикнула раненная, срываясь к Пустому, но на пути постоянно вставали новые и новые противники, замедляя её, давая время главному охотнику.

— Чёрт! — не на шутку взволновалась Лолли, одним махом умертвляя троих Низших.

Ситуация складывалась откровенно скверная. Да, даже самые серьёзные раны заживают на нечеловеческих телах Меносов, лишь бы было время. Регенерация позволяет относиться к ранам довольно спокойно практически всегда. Практически, потому что есть определённое исключение, опасность, которую каждый Адьюкас стремится избежать любой ценой. Она проистекает из того, что, если кто-то пожрёт какую-либо часть тела Минуса данной ступени эволюции, то «надкушенный» более никогда не сможет стать Васто Лорде. Это правило общеизвестное, не имеющее конкретного подтверждения, но накрепко засевшее в голове каждого Пустого - сама сущность говорит об этом. И нет ничего страшнее, чем потерять надежду на становление сильным мира сего.

Регуло всё это знал, поэтому специально поступил схожим образом, — его любимый манёвр, который никогда не надоедает, ведь нет ничего прекраснее разбитых надежд.

И самое прекрасное — за этим приходит отчаяние, а значит и время обеда.

Со злобой Айвирне атаковала близ стоящих, освобождая путь для своей напарницы. Та же ринулась вперёд, собираясь убить Регуло, но манёвр был обречён на провал. Адьюкас легко сместился, пропуская клешню, чтобы следом вцепиться в неё и одним движением урвать для себя новую порцию. Хлынула кровь, когда как болезненный вскрик Меноли потонул в чувстве ужаса: неверный прислужник Бараггана перестал скрывать реацу, ошеломляя девушек.

С поразительной лёгкостью тот расколол хитин, впился в плоть и проглотил руку целиком, издавая утробное рычание. Это произошло за какие-то мгновения. Достаточное, чтобы понять произошедшее, но категорически мало для хоть малой возможности среагировать. Маллиа было попыталась предпринять какое-либо действие, только всякие мысли выбил удар Регуло: длинный чёрный хвост Пустого просто снёс Маллия в сторону, переломав тело. И говорить не стоило, какая боль её настигла.

— Ах ты!.. — заметила неладное Айвирне. Чёрная тень пронеслась рядом с ней. Поначалу ничего не происходило, а затем девушка-Менос ощутила жгучее болезненное чувство, вернее совсем не ощутила правого бока. Опустив взгляд, она неверяще посмотрела на отсутствие оного, лишь вытекающая кровь и пустота. — Кх!.. — скривилась та, покуда страх в груди стремительно нарастал.

За этой экспрессией с наслаждением понаблюдал Регуло, смакуя оторванную плоть. Следом он на огромной скорости оказался позади Лолли, схватив ту своей лапой за нижнюю нечеловеческую часть. Она ничего не смогла сделать, когда ей с размаху ударили по твёрдой каменной породе. Весь дух оказался выбит из девушки, — та последовала примеру Меноли, что лежала на земле, надеясь на регенерацию, хотя и понимала, что в сущности уже всё кончено.

У них закончились силы, как и шанс на будущее, где у них будет сила.

— Хи, — весело хихикнул Регуло. — Быстро же вы сдулись…

— Да пошёл ты! — процедила Айвирне с ненавистью смотря на победителя, покуда выжившие Низшие подступали ближе.

— Какая языкастая. Ну, ничего. Посмотрим как ты запоёшь, когда я начну рвать тебя заживо, — острые когти быстро прошлись по телу, оставляя глубокие царапины, из которых потекла кровь. — Вижу, у вас так себе регенерация. Значит, надолго не хватит, но вы там продержитесь сколько сможете. — он с усмешкой, обозрел пяток выживших Пустых, после чего произнёс: — Можете есть — то моя награда, только аккуратно, медленно и не всё.

Наверное, так и начинается Ад.

Минусы, во главе со своим вожаком, отрывали от их тел кусочек за кусочком. Ни в коем случае не смертельно, а с определённой целью, чтобы они страдали. Регуло на это смотрел и истинно наслаждался происходящим. Наверное, подобное зрелище пробуждало нечто из его бытия человеком. И коль так, то он совершенно точно был законченным садистом, наверное, неким маньяком. Это отразилось и на его нынешнем существовании, отчего даже сам Барагган находил нечто мерзкое в подчинённом. Несомненно, Владыка желал, чтобы он отправился на миссию вместе с теми Адьюкасами и убился об новоявленного Васто Лорде. Иначе не объяснить, что его первым же и отправили подальше, с глаз долой, с самыми не радужными перспективами.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А! — кричали проигравшие, когда их буквально жрали заживо, раздирая горло от возгласов. Бессмысленно, ведь никто не услышит, а если и услышит, то не придёт на помощь, — таковы уж Пустые. И подобное понимание погружало в пучины отчаяния и ужаса. Непрошеные слёзы и злость на весь мир, его сущую несправедливость. Ведь почему они? Так сложились обстоятельства. Их настиг закономерный финал, следствие слабости в мире, где действует только одно право — право сильного. И они никак не являлись такими. Возможно, будь времени у них побольше, и пара новорождённых Адьюкасов смогли показать что-то большее, но история не терпит сослагательных.

Практически полностью покрытые кровью, с оторванными хитиновыми сегментами, отчего открывался вид на израненную плоть, они лежали и хрипели, просто желая, чтобы всё поскорее закончилось. Понимание этого заставило отозвать мучителей, ибо уже сломленная жертва не вызывала такого интереса.

— Просите, — приказным тоном произнёс Пустой. — Просите, чтобы я прервал ваши мучения, чтобы я сожрал вас лично, — интонации в его голосе отпечатывались в сознании, словно перед ними стоит, мерзкое по своей натуре, божество смерти, которого нужно молить о желанном конце.

Слёзы у истерзанных не текли, но они уже рыдали внутри, целиком поглощённые самыми тёмными и «вязкими» чувствами.

— Делайте как говорю или… — договаривать не требовалось, ибо и так всё было понятно.

Под давлением, как физическим, как психологическим, так и духовным, обе не могли уже сопротивляться.

— П… П-п… — сквозь боль и непринятие попыталась заговорить Айвирне. — … П-прошу… — с ненавистью на саму себя таки закончила.

— Ну, а ты? Хочешь ли прекратить страдания? — скалился Регуло, обращая внимание на Меноли.

— Д-да… — с трудом выдала она, уже не особо понимая происходящее.

Порой Пустых сломать даже проще, чем простых людей. Наверное, потому что шансов выжить у них больше, но при этом и испытать агонию они могут гораздо более сильную, несмотря на сопротивляемость к посторонним влияниям. Особенно это усугубляется, когда воля довольно слаба. Или же тут дело в том, что банально нет выхода, а значит и за жизнь цепляться бессмысленно? Как бы то ни было, а в этот момент Регуло победил их по всем фронтам, даже гордости их лишил в конце-концов.

— Раз это ваше желание… — он хотел было договорить очевидные слова, только вот не смог. Нечто напряглось внутри него, говоря о возможной опасности, что подступала сюда. Нотки духовной силы улавливались его сенсорикой, а разум мгновенно опознал источник чистой мощи, что способен невероятно хорошо скрываться. «Он» не спешил сюда, но нагрянет вот-вот. — Мать твою! — выругался Адьюкас, ничуть не желая пересекаться с «ним», несмотря на поставленную задачу. — Сваливаем, либо останьтесь здесь и умрите, — отчеканил Пустой, на что остальные хоть и питали недовольство к подобному решению, но противиться не стали, на подсознательном уровне не желая пересекаться с чем-то, что на нынешнем уровне они осознать не в силах. — Бывайте, может ещё свидимся и тогда закончим начатое, — с сарказмом тот бросил слова девушкам и поспешил уйти с остатками своей «банды».

С мутным зрением Айвирне смотрела в никуда, наверное, чувство внутри неё можно выразить просто одним словом «опустошение». Она и её подруга просто лежали и не знали что делать. А если бы и знали, то всё равно ничего не смогли бы сделать. Хоть регенерация и остановила кровь, но энергии на заживление уже не хватало. Чтобы исцелиться нужна энергия, чтобы она появилась нужно пожрать плоть Пустого, причём в нынешней ситуации довольно много, только вот для этого нужно по крайней мере встать, — уже непосильная задача. Такими темпами их ждёт регресс: множество ранее подавляемых душ внутри почуют слабость и уничтожат управляющую личность, придёт безумие.«Двигайся… Давай же… Двигайся…» — без особых чувств взывала Пустая к своему, близкому к смерти, телу.

Закономерно, ничего не произошло, никакие слова и воля, особенно сломленная, уже тут не помогут.

В какой-то момент, когда тьма начала подступать, медленно скрывая взор, появился некто. То был Пустой, учитывая дыру в груди. Человекоподобный, не более двух метров ростом, даже чуть меньше, с какой-то худощавой фигурой, коя полностью окрашена в белый цвет, лишь чёрные крылья и хвост выделялись из этой неестественной белизны. Его маска полностью закрывала голову, отчего только хвост чёрных волос выглядывал из под неё, и оную украшали два рога в форме ушей летучих мышей. Зелёные глаза существа смотрели на неё… Нет, на них обоих и не выражали никаких чувств. Разве что, он чуть склонил голову в сторону, задумавшись о чём-то своём, пытался понять, что здесь произошло.

Как «демон» он явился на источник страданий, ощутив значимые вспышки духовной силы и теперь видел результат творимых здесь, секундами ранее, дел. Окинув взором умирающих Адьюкасов и трупы Низших Пустых, что своей силой могли достигнуть ранга «средний», Сифер довольно быстро понял произошедшее — бой. К сожалению, ничего для него интересного, опять. Васто Лорде, решив что делать ему уже здесь нечего, было собрался двинуться дальше, да не успел.

Она… Они обе ощущали подавляющую, холодную духовную силу монстра, стоявшего рядом. Его сила не была похожа ни на что виденное ранее. Даже Регуло мерк, казался жалкой искрой на фоне бесконечного мрака, — столь великим ощущался разрыв в сущности и грубой мощи. И то, это всего-навсего отголоски истины, сокрытой со всем тщанием. Холодная энергия касалась ран, промораживала их, лишала чувствительности столь радикальным способом. Одно присутствие этого Пустого оттеняло мрак внутри тем же мраком, только исходившим от него. Истинное отчаяние…

Когда же он не выразил ничего. Когда он собрался уже развернуться и уйти, они на удивление синхронно поняли, что не хотят впасть в безумие, лучше умереть. И в данный момент, исключительно этот монстр может даровать им избавление, раз не может остаться и продолжать приносить своим присутствием опустошение, затмевающее что-либо и дарующее покой.

— Кха… С… Стой… — с трудом выговорила она, но бесполезно, тот будто ничего не услышал, слова не могли достигнуть его. Некая искра надежды стремительно гасла, не успев даже разгореться. То ли от отчаяния, то ли от глупости, Айвирне собрала остатки духовных сил, наплевав на то, что это окончательно запустит процесс регресса, и вытянула в сторону неизвестного руку, будто стремясь обратить внимание, схватить его, задержать.

Это не должно было иметь смысл, или оказывать хоть какой-то эффект на на него.

Сифер замер, чувствуя слабую вспышку духовной силы и движение на периферии до безумия острого зрения. Он спокойно мог бы не поворачиваться, ибо любая подлая атака от этих, чудом живых Адьюкасов, даже гипотетически не могла ему навредить, но не желая взращивать вредную привычку недооценивать кого или что-либо, Пустой таки остановился и повернулся, чтобы увидеть всего лишь протянутую руку в свою сторону, — просящий о чём-то жест. Возможно о спасении… Нет, необычные пурпурные глаза смотрели с мольбой, но не о спасении, а об избавлении.

Это не должно было иметь смысл…

Почему-то этот противоречивый образ вызывал боль внутри него. Боль исходила от того, чего нет, что давно утеряно, или же никогда не являлось его частью, самой пустоты — первое его чувство, и оно категорически не понравилось. Возможно, проси та о спасении — Сифер бы наплевал, просто ушёл, не видя ни выгоды, ни почувствовав странного желания. Но и она, и другая, почему-то требовали иного, совершенно противоестественного. Образ въедался в голову, вызывая злость на подобное. Уже действуя больше на поводу этого импульса, Улькиорра подошёл к умирающей ближе. Его сенсорное восприятие прояснило неприятную картину распада, катализатором которого выступило настолько абсурдное действие, как просьба о смерти. Дело шло на минуты, требовалась энергия, но трупы Низших никак не скажутся на критической ситуации, слишком малый коэффициент полезного действия, поэтому требовался минимум Адьюкас, только вот нет времени на отлов.

Думал Сифер недолго, ибо находил лишь один выход из ситуации, точнее два. Правда, один, самый здравый — просто уйти, он быстро отверг, почему-то полагаясь на человеческую импульсивность. Несомненно, позже Пустой найдёт логические отговорки, но истинную причину всего они не отменят. Как бы то ни было, а в следующий момент Улькиорра, под удивлённый взгляд проигравших бой Меносов, просто оторвал свою левую руку до локтя. Не выразив никаких переживаний, он поднёс кусок высокоэнергетической плоти к маске Айвирне, которая поразилась такому ходу настолько, что впала в ступор. Конечно, такое состояние продлилось недолго, сильнейший голод, постепенно сводящий с ума, заставил её вцепиться в предложенное с остервенением, — пара другая укусов и ничего не осталось. Зато сразу же в неё хлынуло море энергии! Регенерация пошла полным ходом, а резерв духовных сил стремительно восполнялся. Поразительный результат, учитывая, что некоторая часть просто рассеивалась, не в силах быть усвоенной.

Без чувств взглянув на то, как, в каком-то смысле, его поедают, Сифер переместился к Меноли, что доселе не отводила зелёные глаза от происходящего. Теперь же, несмотря на чуть менее критичную ситуацию, он оторвал уже то, что осталось от руки, то есть от локтя до плеча, и так же преподнёс свою часть тела. Маллия, с сильным чувством благодарности, приняла сей дар, поедая плоть высшего существа в местной иерархии.

Уже отойдя чуть назад, Улькиорра посмотрел на результат подобной диеты: измождённые становились здоровыми практически сразу. Находя подобный опыт интересным, Сифер перестал чувствовать это… нечто и направился дальше, уже не особо обращая внимание на пару Пустых. Слишком уж много странностей во всём, есть над чем подумать, а думать лучше в одиночестве, сопровождающем его повсеместно.

— Э-эй подожди… те! — произнесла Айвирне, находящаяся в эмоциональном раздрае, её раны практически полностью исцелились, будто та вкусила панацею, только вот спасение пришло вопреки всему, отчего понять свои дальнейшие действия Пустой было сложно.

— Стойте… — Маллия говорила тише, скорее даже как-то несмело, но чувства внутри испытывала такие же, как и у подруги, которая исполняет роль лидера в их тандеме.

Но Сифер не обернулся, ибо не слышал, не волновало, пока отсутствует угроза.

— Чёрт! — ругнулась Лолли, нагоняя Васто Лорде, покуда Меноли последовала примеру. — Я же к вам обращаюсь, — с несвойственным доселе манерой ведения разговора высказалась она, заслужив удивлённый взгляд напарницы. — Эй… — напряглась от такого игнорирования, но ничего не произошло, Сифер продолжал идти по одному известному ему маршруту.

— Может не стоит так навязываться? — несмело подала голос Маллия, только ничего не добилась.

— Зачем вы это сделали? Вы же невероятно сильный Пустой, а мы напротив. — всё пыталась допытываться девушка, хвостиком следуя за спасителем от участи хуже смерти, от регресса. — Ведь если вы Адьюкас, то подобным ходом обрекли себя на невозможность стать сильнее. Или же… — в её голове роилось несколько мыслей. Например, он уже давно потерял некоторую часть себя, поэтому не способен эволюционировать, в следствии чего его не заботит проблема пожирания кем-то его части тела. Правда, самой логичной и очевидной казалась другая, но она боялась признать это, не понимала, почему вершина пустоты может поступить похожим образом, — это находилось выше её понимания.

— Простите, — подала голос Меноли, чувствуя неладное, ибо настолько не обращать внимание на происходящее немного… неестественно, — вы в порядке? — Пустая посмотрела на левую руку, что невероятно быстро регенерировала. Прошло всего-ничего, а конечность восстановилась почти наполовину.

— Хм, — Лолли не выдержала, поддалась бездумности и импульсивности, схватив Сифера за правую руку. Она в ту же секунду успела пожалеть и приготовиться к смерти, но взамен получила взгляд глубоких зелёных глаз, в которых теплился вопрос напополам с удивлением, и всё: никакого внезапного удара по презренному, много себе позволившему, Адьюкасу.

Происходящее выбило всех из колеи, кроме Улькиорры, который просто пытался понять, что же этой парочке от него надо, раз увязались за ним.

Меноли, как обладательница большей рассудительности, быстро оценила увиденное, и к ней в голову стали закрадываться некоторые подозрения. Сифер же, ещё постояв некоторое время, спокойно освободил руку и двинулся дальше, бросив странный взгляд на девушек, словно они творят сущую глупость.

— Да что это… — бубнила Лолли, желая получить ответ на свой главный вопрос «зачем?», ведь ясно же, что никакой выгоды от этого не получить, да и сам негаданный спаситель ведёт себя довольно своеобразно. — Хоть вы и спасли нас, но!..

— Не надо. Он не слышит, — слова Меноли зазвучали подобно грому среди ясного дня.

— Ч-чего ты мелешь, дура?! — отмахнулась Айвирне, но заметив, что её подруга полностью серьёзна, начала теряться. — В смысле?

— Просто ничего другого на ум не приходит. Глянь, на любые слова он не откликается, как будто они не достигают его, только эманации духовной силы, как когда ты протянула руку, касание и зрение, — пояснила та своей вспыльчивой подруге, демонстрируя высокую степень наблюдательности.

— Но вдруг тебе показалось? — как-то слабо возразила Лолли, прекрасно понимая, сколь убого это прозвучало.

— Глаза, — заметив обуревающее пурпурноглазую недоумение, добавила: — Они казались удивлёнными, с направленным вопросом… — она и сама осознавала, что полагается больше на чувства, чем на факты, но по-другому сейчас действовать невозможно. — В общем, его разум совершенно точно в порядке, а настрой довольно положителен. Думаю, сумей он ответить — сказал бы, сумей услышать — жест какой-нибудь показал, дал бы сигнал. — всё-таки смогла донести свою точку зрения Маллия, чувствуя… жалость.

Подобное откровение шокировало Айвирне, ибо, несмотря на всю силу, их спаситель довольно ограничен и, наверное, одинок. Она представить не может, чтобы с такими ограничениями получится выстроить хоть жалкое подобие социальных связей, особенно здесь, в Уэко Мундо. Ей-то лишь чудом удалось встретить Меноли и не сожрать её. До их дружбы прошло много времени, за которое они успели многое высказать друг-другу… Хотя, на самом деле, то было давеча, но в любом случае по нынешним меркам этого предостаточно. Правда, при этом стоит учитывать, что рождены из Гиллианов они были относительно недавно, отчего не особо успели проникнуться духом одиночек. Наверное, такое небольшое обстоятельство и позволило им сойтись. К несчастью, сегодня союзницы получили довольно неприятный урок. И вот, по итогу всего, они встретили того, кто на фоне показанной жестокости поступил благородно и даже жертвенно, скормив им часть себя — немыслимый поступок. Такое требует серьёзной платы, несмотря на то, что он её не требует от слова «совсем».

— Аргх! Да какая разница?! — встрепенулась Лолли, осознав произошедшее. Она обогнала, спокойно идущего, Сифера и встала у него на пути.

Улькиорра остановился, ожидая чего выкинет одна из Адьюкасов. Он впервые оказался в компании, которая хоть и навязывается, но не желает его опробовать на зуб, что бывает часто, пусть самым значимым событием по-прежнему остаётся та куча посланников Бараггана… если теория верна и он не зазря свалил вину на Короля Пустых. Собственно, невольный герой сегодняшнего дня терялся, ибо несмотря на тягость одиночества, Сифер уже не мог представить себя с кем-то поблизости, всё же кому нужен глухонемой? Плюс личная отчуждённость почти стала привычкой, чьё нарушение вызывает противоречивые чувства.

Тем временем, к девушке-сколопендре присоединилась подруга. Вопреки различным домыслам, они склонили головы, что показательно.

— Прошу принять нас как ваших фракционов, — и пусть слова не услышаны, бесполезны, Лолли всё равно их произнесла, скорее для себя, после чего натурально затаила дыхание.

Такой поворот почти шокировал Улькиорру. «Почти», потому что эмоции обычно либо приглушены, либо полностью угнетены пустотой внутри. И сейчас его, расширившиеся в удивлении, глаза говорили о многом, демонстрируя широкий спектр чувств: волнение, отрицание, боязнь и доля радости. Он хотел бы разорвать гнетущую изолированность, раньше часто мечтал об этом, но одно дело мечтать и другое — исполнять. Сложно разрушать привычный уклад, неприятно выходить из зоны, навязанного условиями, комфорта и страшно повязывать себя незримыми узами с кем-то. Эти связи имеют свойство становиться прочнее, а мир суров. Нет никаких гарантий, что ему не станет невыносимо, если кто-то оборвёт то, отчего он может стать зависимым. Хотелось отказаться… Наверное, таков самый простой вариант, только вот неправильный.

За прошедшее время Сифер потерял многое: краски былого блекнут, а его жизнь походит на существование робота. Редкие вспышки эмоций сменяются серостью, причём первого всё меньше и меньше, а вот второго наоборот больше. Он отдаляется от мира, постепенно уходит в себя. И, в какой-то момент, Улькиорра вполне может осознать, что уже ничего нет, нигде снаружи, ни в нём самом. Его глаза видят — оно существует, но когда он их закрывает, то теряется бытие, остаётся ничто. Сколько ещё нужно забыть, чтобы отказаться от установки «открыть глаза»?

Нет, помнится, Сифер обещал себе бороться, поэтому стоит отбросить сомнения и уже что-нибудь сделать против пустоты в душе.«Принимаю», — с подобной мыслью, коснулся головы каждой из новоявленных подчинённых, чтобы те наконец перестали смотреть в каменную породу под ногами и посмотрели на него.

Ощутившие касание девушки, посмотрели на «лицо» Улькиорры, ожидая отказа или простого игнорирования, но получили короткий кивок, выражающий согласие. Трудно описать их эмоции, скорее то была искренняя радость, замешанная на благодарность к своему спасителю. Высший Пустой принял под покровительство двух Адьюкасов. Ирония в том, что каждый из них дефектен. Первый ограничен лишь частью от всей картины мира, а вторые более неспособны на эволюцию. Печалило ли их это? Конкретно сейчас, скорее нет, чем да, ибо более яркие чувства вытеснили чуть более поздние, а плохому свойственно забываться. Возможно, последствия этого появятся позже и прибудут призраки прошлого по их душу, либо же совсем ничего не случится, — всё покажет, пока неясное, будущее, которое напоминает поток песчинок, где каждая олицетворяет возможный вариант.

***

Некоторое время спустя - Уэко Мундо, Лес Меносов

— Чёртов Барагган и его сомнительные желания! — выругался Регуло, проклиная старика, на которого уже долгое время работает. Точнее, работал, ибо совершенно точно, возвращаться обратно в Лас Ночес ему не стоит. Даже сообщи он о том, что обнаружил зверушку, его же всё равно попытаются кинуть позже: слишком своеволен, слишком непредсказуем. Это он понял давно, запланировал слинять под предлогом самоубийственной задачи, но теперь… Теперь Пустой хочет исправить не самое лучшее положение, в которое попал.

Чтобы он и бегал от кого-то — унизительно.

Инстинкты говорят, что поступил Регуло совершенно правильно, только вот гордыня не принимает подобного вообще. Исключение — Луизенбарн, но там совсем иная категория, поэтому почти простительно, можно и перетерпеть. А вот этот Васто Лорде, бездумно шляющийся по его Лесу Меносов, по его угодьям и чьё одно только приближение изрядно напрягает - никак не котируется. Наверное, потому что «новичок» не показал ничего впечатляющего, наоборот — ведёт себя довольно пассивно, отчего и разрыв в иерархии дико раздражал.

Почему он хуже этого белого ублюдка?!

Мысли сего рода всё прочнее и прочнее заседали в его голове, пустив корни в самые потаённые уголки той. И в итоге, сильного Адьюкаса поразила одна идея, быстро выстроившаяся в… не план, скорее пока лишь его набросок. Безумная затея, на которой погорел не один Пустой, жаждущий могущества и титула «лорда Уэко Мундо».«Я поглощу его и сам стану Васто Лорде», — холодная решимость охватила Регуло. — «А потом придёт и очередь Баррагана», — невероятные амбиции начали пожирать того изнутри, словно паразиты.

Адьюкас продолжал бы думать в сим направлении, только вот где-то впереди мелькнула вспышка рейрёку. И всё бы ничего, обычное явление в этих местах: кто-то умирает, где-то происходит прорыв в Мир Живых или Общество Душ… Но конкретно данная ситуация почему-то зацепила его. Энергия была противоестественной для Пустых, принадлежала… Шинигами!

Аномалия хоть и настораживала, но ненависть к Жнецам и желание полакомиться деликатесом вмиг взбудоражила умы всех, затмило предчувствие недоброго, лишь Регуло понимал, что происходит нечто странное. Конечно, в этих местах обитает некий Ашидо, который любит портить нервы обитателям Леса, только вот он не действовал столь открыто, предпочитая быстро нанести подлый удар и скрыться. В текущем же случае, энергия не исчезала, расходилась волнами по округе, манила «запахом» как вкуснейшее блюдо, словно приманка. Стоит покуситься, как капкан захлопнется, — примерно, такая ассоциация возникла в голове Регуло.

— Проверьте, что там впереди, — отдал приказ Пустым «среднего уровня» Адьюкас, на что те не задумываясь ускорили движение.

Сам же лидер скрыл реацу и стал наблюдать за всем со стороны.

Впереди располагалась довольно открытая местность, на которой стоял мужчина. Он выглядел как человек, но им не являлся — это точно, ибо проникнуть в Уэко Мундо живым просто так не получится. Неизвестный был высоким, худым и с бледной кожей. Волосы его имели тёмно-каштановый цвет, а глаза бирюзовый. Одеждой ему служил длинный белый плащ, воротник которого покрыт густой шерстью, открывающий вид на пластрон, украшенный рубиновый брошью. У его ног валялся некий Пустой, что был серьёзно ранен. Немного посмотрев на такое зрелище, мужчина вытянул руку с длинными когтями в сторону недобитого, после чего произошло странное: пространство будто поплыло, пошло рябью, образовало воронку, которая затянула Минуса в себя, скрывая ото глаз, — исчез, словно и не было никогда.

Доселе он не обращал внимание на появившихся Падших, но закончив дело повернулся к ним. Каких-либо слов не прозвучало, ибо было попытавшиеся напасть подчинённые Регуло с удивлением поняли, что двигаться не способны, сколько бы сил не прикладывали. Невидимые нити сковали их уродские тела, предвкушение быстро сменялось страхом.

— Тупые звери, как же просто вас привлечь, — холодно проговорил мужчина, повторяя прошлый манёвр. Не успели чего возразить Пустые, как их постигла судьба батареек для духа, навечно запертых внутри же оного. — Мало, слабаки… Нужно больше, сильнее. — отчеканил «человек», после чего посмотрел прямо в сторону тщательно скрывающегося Регуло.

От подобного взгляда Адьюкас не вздрогнул, скорее напрягся, видя странные способности чужака. Его слова навевали на определённые предположения, а духовная сила пусть и скрывалась, но даже просачивающиеся эманации намекали на немалые объёмы. Правда, задуматься по этому поводу не вышло, ибо чувство опасности взвыло. Регуло среагировал мгновенно. С небывалой скоростью, тот рывком ушёл в сторону, чувствуя как избежал чего-то невидимого.

— А вот ты сильнее, чем прошлые, — оценил Адьюкаса дух, выпуская духовное давление, чтобы выбить всякие мысли о побеге из головы Меноса Гранде.

У него не выйдет, не позволит, — это он понял сразу, доверившись собственным ощущениям.

— Серо! — луч алой агрессивной энергии вырвался из пасти дезертира армии Бараггана, устремившись к спокойно стоящей фигуре.

Дух никак не показал волнения, покуда смотрел на приближающуюся «смерть». Один шаг, и он оказался рядом с Регуло. Пустой замер, будто громом поражённый… Нет, шок тут играл последнюю роль, его тело просто отказывалось шевелиться, сколько бы сил тот не прикладывал. Видя же, как чужак протягивает в его сторону руку, мозги Минуса заработали с утроенной силой под воздействием адреналина.

— Постой! — прокричал он, с ужасом смотря на приближающееся… нечто. То ли смерть, то ли чего похуже. — Ты же ищешь сильных Пустых?! Я-я знаю, где таких найти! — пустил в дело все свои таланты на почве лизоблюдства и убеждения, которые обычно кончались для доверившегося неудачника условным ножом в спину. — Но только я! Сам ты их не найдёшь, слишком хорошо скрываются!

Ладонь с когтями замерла, а бирюзовые глаза сощурились. «Человек» не воспылал доверием к первому Адьюкасу, но находил вполне допустимым, что он может знать территории и убежища Высших Меносов. Благо, достаточно держать того на коротком поводке, чтобы убедиться. Возможно, дух бы отказался в любое другое время, правда ему необходимо набрать силу, для чего требуется отыскать Падших лучшей категории… Сам он их искать будет долго, есть шансы совсем не найти, а вот с проводником — другое дело.

— Хм, интересное предложение. Очень… своевременное, — хмыкнул победитель в не успевшей толком начаться битве. — Так уж вышло, что мне сподручнее довериться ему, но не тебе. Один шаг в сторону или даже взгляд — тебя постигнет участь остальных мерзких душонок, — давил реацу, показывая его место в их «отношениях».

— Кх!.. Понял, — сквозь зубы процедил Регуло, сдерживая злость. Удавалось с трудом, но понимание того, что это сейчас чертовски необходимо, позволяло отыгрывать роль. Он уже успел обдумать, как выкрутиться из заварушки, попутно получив максимум пользы. За подобный позор Адьюкас привык отплачивать сполна.

Он стравит двух идиотов, а потом будет пировать их трупами, — план прост, да эффективен, отработан годами.