Джон не знал, случались ли нападения на крепость в прошлом, но сегодня точно настал тот день. Варвары осмелились атаковать Собачьи ворота, колокол на котором с каждый звоном становился все тише, растворяясь в бушующей метели.

Когда он шел на улице замка, пробираясь через встречный ветер, с каждым шагом погружая ноги по колено в снег, его голову обуздывали сомнения. Когда ему только предложили стать почетным членом защитников Собачьих ворот, то предложение было слишком заманчивым. Хорошая еда, отдельная теплая комната вне цитадели, а самое главное – не было обязательств по патрулированию Ледяной пустоши. Тем более, отлично понимая, что Намацийцы слишком слабы и разрознены, чтобы штурмовать замок. Они хорошие охотники и прекрасные следопыты, Ледяная пустошь для них родное место, но что им известно об искусстве штурма крепостей?

Но теперь все было по-другому, они осмелились атаковать во время бури, опаснейшего явления на Севере, которое может длиться несколько недель подряд. Значит варварами командует отчаяние или холодный расчет. Если второе, то Джон рискует погибнуть там, ведь они пошлют столько людей, сколько будет нужно. А доктрина главнокомандующего не предусматривает отступления, им просто не откроют ворота в крепость.

«Неуверенность рождает страх, а страх опасное чувство, когда ты охотишься на крупную дичь», - так любил говорить отец, когда Джон, будучи ребенком, с ним охотился. Но теперь отца нет, некому диктовать нравоучения. Джон боялся, и что с того?

Спустя пару минут ходьбы показались первые солдаты, столпившиеся возле ворот. Даже в тени капюшонов Джон смог разглядеть растерянность. Совсем недавно каждый из них бездельничал, попивая разбавленное вино из Танцующих островов. А теперь будут стоять до конца, обороняясь от бесчисленных орд варваров. Джон почувствовал мрачное удовлетворение.

Немного пройдясь, Джон смог разглядеть массивное тело командира Лару. Под его толстыми одеждами, меховым плащом, скрывались дубовые икры, вздутые мускулы рук и толстая бычья шея. «Был рабом на галерах» - так слышал Джон, их командир не только сбежал оттуда, но и убил капитана. Говорят, что череп бедолаги можно увидеть в спальне командира. Он из него пьет по вечерам.

Луру сейчас постоянно расхаживал, явно пребывая в опасном настроении. Убить, не убьет, но покалечить явно сможет. Один солдат умудрился так лихо повздорить с командиром, что тот до сих пор пускает слюни.

-Хватит ждать, открывайте ворота! – крикнул Лару.

-Но, командир, нам неизвестно, что сейчас происходит снаружи, - возразил солдат. – Возможно, варвары уже прорвались и уже идут сюда…

Молниеносный лещ коснулся щеки солдата, бедняга упал камнем в снег.

-Живо открыть, собаки! – рявкнул Лару.

Еще не отошедший от удара солдат, пошатываясь встал. Отдал честь и скрылся в башне. Джон невольно позавидовал его стойкости. Наверное, не первый раз получал. Через минуту ворота с грохотом поднялись. Все неуверенные взгляды толпы были устремлены внутрь их, в ожидании, что сейчас оттуда нахлынут варвары. Но такого не случилось. Командир махнул рукой и что-то крикнул, широкими шагами пошел первым. Все через мгновение последовали за ним.

Рука крепко вцепилась в рукоять меча. Напряжение, вой ветра, сутулые походки товарищей по службе. И вот первый труп. Из снега торчала лысая макушка, а в ней стрела. Джон преподнёс лампу и присмотрелся к стреле: черные полоски, непонятые символы вдоль древка – хорошо знакомый почерк.

Впереди показался знакомый силуэт четырёхугольной башни, одной из двух соединённых каменной стеной. Собачьи ворота возвышались на обрывистой дороге, преграждая единственный вход замок, что стоял на холме.

«Сейчас, там, наверное, идет ожесточенный бой, которого нам не видно.»

Решетка на Собачьих воротах оставалась опущенной, каменная лестница уходила на стену. Солдаты обнажили клинки и начали подыматься. Когда подошла очередь Джона, то командир махнул рукой в сторону другого укрепления.

На другой стороне стояла такая-же башня, а у ее основания толстая деревянная дверь, обитая железом. Возле нее полукругом собралось человек пятнадцать. Протиснувшись между двумя, Джон увидел, как один солдат ключом пытается открыть дверь. Не смотря на постоянные подначивания, открыта дверь была лишь через пару минут.

Первый этаж являлся кухней, в печи трещал огонь, в воздухе стоял запах сгоревшей еды, крови и холода. Джон прислушивался, но ответом была лишь тишина.

«Что это должно значить? Бой закончен? Мы победили?» - подумал Джон и, когда обходил стол, то увидел неприглядную картину. Тело повара, на его затылке сияла рана от топора, а руки держались за ножки стола. Мужчина спрятался под столом, когда началась суматоха, там его обнаружили и оттуда силой вытащили.

«Значит проиграли, раз враг дошел до самого нижнего этажа. Тогда почему ворота еще оставались закрыты?»

Выше был склад – огромное количество полок с лежащими на них припасами, одеждой и инструментами. Сейчас тут все было поломано, шкафы опрокинуты, вазы разбиты, весь пол устилала мука. Среди разбросанных вещей лежало тело варвара. Мужчина с бронзовым оттенком кожи, в деревянной броне. В руках лежал каменный топор.

Этаж дальше служил общей спальней. Тут и произошло главное сражение: кровати опрокинуты, кругом лежали трупы солдат. Джон насчитал двадцать тел, лишь пять тел принадлежали варварам.

Наверху что-то заскрипело, послышались шаги, все внимание людей теперь обращено было к лестнице. Сердце угрожающе екнуло, в голову пришла неожиданная мысль.

«Если они просто не успели открыть ворота?»

Там их встретили две дюжины людей, заполнивших всю помещение. Это были свои. Командир Лару сделал широкой шаг вперед к опустившему меч Джону и произнес:

-Враги?

-Нет.

-Кто-то выжил?

-Никак нет.

Командир цокнул.

-На стенах остались крюки, так они забрались и ушли. – Лару указал пальцем на пятерых. – Вы пятеро проверьте колокольню. И останьтесь здесь до момента, когда командование пришлет людей. Есть шанс, что Намацийцы вернуться. Марк, передай им ключи от дверей. А я вернусь с остальными.

-Есть, командир, - отсалютовали солдаты, и ушли наверх.

Все спрятали клинки в ножнах. И гонимые ветром вернулись в крепость. Командир приказал спать сегодня в цитадели. Джон чувствовал, когда спустился в туннель, что его одежда вся промокла. Еще немного, и можно было заболеть.

Стоя на перекрестке, он видел, как появлялись и исчезали факела, слуги и солдаты шли по своим делам.  Под всем замком была сеть туннелей, созданная именно для того, чтобы переходить куда нужно во время бури, которые в этом крае могут идти неделями, чуть ли не месяцами. Под землей было темно и мрачно, но заметно теплее, чем снаружи. Снег на его капюшоне по немного начал таять, капая над лицом.

Метель задувала так, что Джон чуть ли не ввалился обратно в туннель, вцепившись в стену. Сделал пару шагов вперед и обхватил руками веревку, протянутую вдоль тропинок, побрел к знакомому силуэту каменной цитадели.

В столовой сейчас было очень шумно. Здесь собралась большая часть ветеранов и защитники Собачьих ворот.

-Эти ублюдки посмели атаковать нас! Убили всех наших на вратах.

-Собачьи ворота на то и нужны, чтобы принимать удары. Ребята погибли из-за своей беспечности… - старик не успел договорить, как на него обрушился град ругательств.

-Замолкни, идиот. Никто не ожидал такого. Я уверен, что будь ты на этих воротах, то мы нашли тебя мертвым на нужнике, - здоровяк ударил по столу. – Нужно отомстить!

Все поддержали эту идею.

-Никто не спрашивал себя, как они вообще смогли дойти до сюда? – прыщавый встал и обвел всех взглядом. – У нас же есть разведка, с их постами, убежищами. Как тогда они смогли пройти сотню километров незамеченными? Кто за это отвечает?

-Старший командир Уил, - сказал кто-то.

-Правильно, - кивнул прыщавый. – Так может это из-за него мы навернули столько говна? Может, он был настолько беззаботным, что дал варварам зайти так далеко? Или он в сговоре с ними?

Джон видел этого человека, он был одним из людей главнокомандующего.

«Так вот какую игру ты затеял»

Все яростно откликнулись, кто-то выкрикнул, что хочет видеть голову разведчика.

-Так может мы сами спросим его? – повысил тон прыщавый, увидев такую поддержку. – Он ответит за свои поступки…

В столовую зашли дюжина солдат в кольчуге, готовые в любой момент обнажить свои клинки.

-Всем разойтись, - приказал Лон Кастл. – Иначе вас всех сочтут за изменников.

Люди возбужденно повставали, дурман недавних речей еще не прошел.

-Это общая столовая, мы в праве находиться здесь, - воскликнул здоровяк, рука его лежала на навершие.

-Вы в праве, - кровожадно улыбнулся Лон. – Но я вам советую по-хорошему разойтись.

-Ладно, ладно, - примирительно развел руками прыщавый, будто пугливая девка. – Мы уходим, - затем оглянулся на толпу. – Мы же все на одной стороне.

Джон оглянулся на людей, столпившихся вокруг его. Солдаты переговаривались между собой, иногда кидая мрачные взгляды в сторону пока что пустующей виселицы.

Послышались возгласы, на дороге возникла повозка, на которой, в окружении двух охранников, ехал человек, чьи глаза были закрыты широкой тряпкой. Джон не узнал бы его, если заранее не знал, что это был приговоренный к смерти старший командир разведки Уил Депо. За повозкой верхом на гнедой лошади сидел лысый мужчина с каменным лицом, одет он был во все черное, включая тонко выделанную куртку из блестящих черных колец, это был главнокомандующий Ванси Манкальтов. За ним шло личное сопровождение: вечно улыбающийся Лон Кастл, в частности палач и телохранитель, и, конечно же, упитанный командир снабжения Умфи Цинейский.

-Из-за этого ублюдка погиб мой друг, - сказал неизвестный рядом с Джоном и кинул камень в Уила, спрятанный за пазухой. Прилетело охраннику в шлем.

-Казнить ублюдка!

-И такие люди становятся старшими командирами.

Джон не был лично знаком с командиром, но слышал, как отзывались о нем знакомые из разведки, и эти слова были полны похвал. Нередко можно было увидеть, как Уил спорил со снабженцем Умфи по поводу увеличения пайков для разведчиков за стенами. Бывало, что лично выполнял особо важные задания. Большинству этот человек запомнился честным, но строгим.

Лон помог Уилу забраться на эшафот, двое стражников заранее встали по бокам от люка. Палач Лон перекинул веревку через перекладину, надел петлю Уилу на шею и затянул ее так, чтобы узел оказался точно под левым ухом.

-Не желаешь покаяться?

-Мне не в чем каяться, - слова Уила прозвучало четко и ясно, в голосе были слышны нотки достоинства несмотря на то, что рот был закрыт тряпкой. – Я верно служил Северному гарнизону десять лет, и буду служить даже после смерти.

Кто-то в толпе после этих слов притих. Был бы здесь основной состав разведки посланный сразу после бойни найти вторженцев, то тут началась бы потасовка. Хотя разведчиков меньше, чем защитников замка, но туда попадают самые лучшие, выносливые, те, кто нередко преодолевают горы, ежедневно сталкиваются с ужасами вечного холода и варварами.

-Виновен в халатности, взяточничестве и в сговоре с Намацийцами, - громко проговорил главнокомандующий. – Именем закона приговариваю тебя к смерти.

Ропот прошел по толпе, кое-где даже послышались возмущенные крики.

-Я никогда…

-В Антрапэ будешь рассказывать, - с улыбкой добавил Лон Кастл.

Деревянный рычаг был в миг опущен, люк и опора под ногами командира исчезли. Там внизу Уил еще пытался что-то сказать, но его слова заглушил явственный хруст, звучный с пылающим в костре поленом. Тело Уила дернулось и перестало трястись, труп начал медленно поворачиваться, описывая круги.