По мнению Ребекки, следить за  безопасностью этого Купола было одной большой проблемой, и это явно того не стоило.

Они потратили столько сил, чтобы привести сюда целый взвод, не говоря уже о Великом Окто-Оружии. И все это только для того, чтобы в конце найти это место совершенно заброшенным. Здесь нет ни души, чтобы найти кого-то, и ни капли сил, чтобы с кем-то бороться. Не было даже символического ответа в виде появления Инклингов. Она отчасти, была готова поверить, что они даже не заметили их вторжения.

Вместо напряженной битвы за новый плацдарм, ее взвод и другие октарианцы просто смахивали пыль с паутины.

Но ее это не устраивало. Она, была бы рада хорошей драке. Прошло слишком много времени с тех пор, как она использовала свои наработки с тренировок на практике, чтобы вновь почувствовать, как бешено, стучит в сердце и как кровь течет по жилам. В каньоне у них редко была возможность имитировать настоящие бои. Энергия все еще была в дефиците, и тратить ее на ненужные перерождения, не связанные с несчастными случаями, считалось дурным тоном.

Их стычки с инклингами были скорее похожи на так называемые «войны за территорию» инклингов. Как бы ей ни не нравились инклинги, но это было больше похоже на забавный спорт, чем на войну. Попытаться захватить как можно больше территории, от одной этой мысли внутри нее чувствовался зов к чему-то первобытному. Это звучало гораздо веселее, чем просто пытаться разбить своих врагов.

Не то чтобы эти сражения имели большой смысл, учитывая, что с ними всегда были респавнеры.

Это превращало все в какую-то бессодержательную игру.

Думая об этом, она нащупала на поясе маленький приборчик, который светился ровным зеленым светом. Блестящий изумрудный цвет означал, что она была привязана к их респавнеру.

Никто не мог успокоиться, пока не установил собственный респавнер, даже если в нем не было необходимости. Сейчас не было нужды отбиваться от кучи инклингов, но...

Это. Было. Так. Скучно.

Последние несколько часов она и ее сестры по оружию «патрулировали» купол. Патрулирование, в данном случае, заключалось в исследовании местности этого ветхого Купола. Не было похоже на то, что им нужно было что-то по-настоящему охранять. Единственным входом, который они нашли, был большой служебный лифт с поверхности, в основание Купола. По крайней мере, из-за этого, доставить сюда Великое Окто-Оружие было проще простого.

Но, поскольку они не встретили никакого сопротивления, он пылился без дела.

Достаточно сказать, что с охраной входа справлялись и обычные октарианцы. К тому же, они не могли, как следует изучить архитектуру Купола. Тот, кто строил конкретно этот купол, видимо был одержим лестницами.

Она бы предпочла охранять лифт, но нет, нельзя. Ведь как (начинающий) лидер, она должна была подавать пример. Охрана объекта могло быть скучным делом, но это избавило бы ее от необходимости изучать эту местность. От этого Купола у нее мурашки по коже.

... Делало ли это ее плохим (начинающим) лидером?

Возможно.

Учитывая, сколько Октолингов дезертировало за последние несколько лет, где-то в руководстве должна была быть проблема. Возможно, даже на высших уровнях их армии? Может быть, даже у самого Октавио?

Хотя чего это она. Окативо и так является высшим руководством в одном лице. Это, по сути, синонимы.

Но эти размышления можно было отложить на потом. Сейчас, ей нужно было сосредоточиться.

Она, вместе с одной из ее сестер пронеслись по другому коридору, с оружие наготове. Купол мог быть заброшен, но интересно, что может ли что-то быть спрятано внутри него? Новая технология, которую можно было использовать? Ранее неизвестные знания?

Первые два пункта,  возможно, могли помочь продвижению ее карьеры.

Она уже видела, как это все будет выглядеть. Представляя, как их ученые хвалят ее за новое открытие, пополняющее их знание, их арсенал, их коллективную ценность. И наконец-то ее признает начальство, и она получит...

— Здесь все чисто — сказал ее товарищ, возвращая ее к реальности.

Она моргнула, осознав, что они были в конце коридора. К счастью, очки не позволили ее боевой сестре понять, что все это время, она грезила наяву.

— Принято — ответила она, поправляя рукоятку своего Октошота. Сам коридор заканчивался в конце разделался еще на две. Лестница наверх и еще один коридор, ответвляющийся от нее. Это место было настоящим лабиринтом.

— Разделимся? — предложила сестра. — Так мы сможем проверить больше мест.

Ребекка пожевала свою внутреннюю щеку, размышляя об этом. Держаться вместе было бы безопаснее, и хотя, обычно они так бы и сделали... но что в этом могло быть плохого? В этом месте уже несколько часов не было обнаружено ни малейшего признака жизни, и какова была вероятность, что здесь кто-то живет? Ведь это место было герметично закрыто, когда они впервые открыли вход в Купол.

Конечно, если она что-то обнаружит, в любом случае вся заслуга за находку будет принадлежать ей. Это того стоит, даже если при этом ей придется побыть в одиночестве, в этом жутком месте.

— Да, конечно.

Пока сестра шла по новому коридору, она поднялась по лестнице, на новый уровень, еще до этого неизведанный. С освещенным, жутким флуоресцентным свечением, и с легким гудением, которое она едва могла услышать. И вновь перед ней те же самые деревянные двери, бетонные стены и стальные опоры.

Какая-то здесь чувствуется лиминальность.

Она уже начала жалеть, о том, что решила разделиться.

Она осторожно пробиралась вперед, проверяя каждую дверь. И каждый раз они были заперты.

— И вовсе здесь не жутко... — пробормотала она себе под нос. В ее животе уже поселилась тревога. Ее оружие и доспехи были в лучшем случае легкой защитой.

Но, по крайней мере, у них была новая броня. Их старое снаряжение было слишком открытым. И в нем было холодным. Пусть их новое снаряжение и напоминало ей доспехи проклятых агентов, но защита есть защита.

И уютно, и тепло. Очень мило.

Но такие маленькие удобства мало помогали ей чувствовать себя лучше. Купол мог быть благословением для октолингов, это верно, но в равной степени, неужели он должен был быть таким жутким?

Он был так похож на купола в Каньоне, но в то же время сильно отличался. Знакомый, но столь искаженный, в каком-то смысле.

Она продолжала идти по коридорам, пробуя все новые и новые двери, но ее встречали все новые и новые замки. Это начинало больше раздражать, чем пугать. Но пока что, этот баланс между страхом и ненавистью еще не был нарушен.

Вернемся к Куполу.

Во-первых, он был намного меньше. Те, что были у нее дома, могли вмещать небольшие города и ощущались такими же свободными, как если бы они были на открытом воздухе, на поверхности. Но этот купол едва вмещал... она не могла точно сказать, может быть, полквартала? Дорожки вокруг купола были другими. И комплекс, окружающий сам купол. Уровни за уровнями коридоров и комнат, многие из которых обрушились.

Словно странная пародия, насмешка над их Куполами. Это место не было построено для размещения в нем населения или военных сил. Оно больше походило на... бункер, или что-то вроде этого, может быть? Или... Она даже не знала. Все это было так непонятно.

Хотя, когда она вдруг оказалась парящей в зале, лишившись всего своего веса, это место показалось немного родным, и все же промелькнули небольшие ощущения, будто она вновь у себя дома. В ответ на этот казус, она просто выстрелила из Октошота, и сила вытолкнула ее из пространства, оставив на полу фиолетовое пятно.

Несмотря на все различия, в Куполе и вокруг него все еще были участки нулевой гравитации. Дома они встречались достаточно часто, но то, что некоторые из них проявлялись за пределами каньона и долины, было довольно странным. Указывало ли это на то, что они как-то связаны с Куполами, а не с самим каньоном и долиной?

Может ли такое быть? Она должна предложить эту идею ученым, когда они закончат свою работу здесь.

— «Больше дверей, больше замков»

Еще один примечательный факт. Как и в других куполах, для питания им требовались Запфиши. Но, по какой-то причине, один Запфиш не справлялся с этой работой. Нужно было четыре. Целых четыре! Им повезло, что они взяли с собой еще одного, но для функционирования им все равно нужно было, откуда-то добыть еще двоих с помощью их летающего транспорта. И все это только для того, чтобы включить свет и включить эту архаичную систему жизнеобеспечения. Это было сюрреалистично, вот так вот просто и понятно. Может, за кулисами происходило что-то еще?

Еще одна идея для подачи ученым.

Ну, это если она, наконец, когда-нибудь выберется отсюда. Лососевы ракушки! Она хотела бы  надеяться, что это скоро настанет. Даже при включенном свете окружающий комплекс казался жутким.

Все было не как-то неправильно. Это место не было городом для проживания, не так ли? Но те некоторые места, которые они нашли, были предназначены для жизни, но все, что им не хватало — это их обитателей.

— «И снова эта лиминальность»

Они еще многого не знали о куполах. Она знала только то, что октарианцы их не строили. Если высшее командование что то и знало, то молчало об этом.

Если их построили не октарианцы, значит, технически они здесь были захватчиками?

Но подобные вопросы не отвлекали ее надолго. У нее был долг, и она не потерпит, чтобы ее называли бездельницей. Ее карьера этого не простит. Даже если для этого придется проглотить чувство тревоги, которое она испытывала.

— «Это ведь и есть определение храбрости, верно? Ведь, банальное отсутствие страха — это глупость, так?»

Она надеялась на это. Это была бы хорошая фраза для начальства. Она могла бы выглядеть очень похвально.

...Вся эта операция могла бы очень хорошо выглядеть в ее послужном списке, если бы она правильно разыграла свои карты. А с учетом того небольшого сопротивления, которое они встретили, она вполне могла получить свой шанс на признание, который выпадает раз в жизни.

Она переходила от двери к двери, пробуя ручки каждой. Скучное занятие, поскольку все двери были заперты.

И, к счастью, ее беспокойство оказалось незаслуженным. Больше запертых дверей, больше уровней, больше залов, но все еще никаких признаков жизни. Двери придется открывать позже, но для первой проверки все шло хорошо.

Почти что, слишком хорошо. Поскольку они не встретили сопротивления. Многие из их сил вернулись в каньон, оставив меньший взвод позади, включая ее саму. Да, это был риск, но это было гораздо менее заметно, чем приход целой армии.

Больше шансов проявить себя, полагала она.

Может быть, она могла бы...

— А?

Она оторвалась от своих мыслей и посмотрела на ручку, которую крутила. Не заперта.

...И снова появилась чувство тревоги.

Она подняла свой Октошот и осторожно открыла дверь. Свет из коридора пролился внутрь, осветив комнату. Небольшое скудное пространство, занятое простым деревянным шкафом и незаправленной кроватью. Узорчатый ковер. Удобное кресло в глубине. Мертвое растение в горшке.

— Хм.

Она ожидала чего-то более... спартанского, полагала она. Учитывая, насколько минималистичным и плотным был этот купол, видеть что-то настолько... обыденное, было как-то странно.

В любом случае, стоит здесь все проверить.

Под кроватью были маленькие ящички для хранения. Запертые.

Постель, не заправленная. Ничего под толстыми, потрепанными простынями не нашлось.

И еще остался шкаф. Она порылась в ящиках и нашла несколько предметов одежды. Ничего особенного — нейлон, ткани, брюки, рубашки, обувь. Все без надписей и, как ни странно, они казались хрупкими. Словно… разваливающимися на части?

Было ли здесь хоть какая-то капля индивидуальности? Минималисты-утилитаристы, вот кто создал это место. Эта раздражало, но не тревожило. Таким образом, все здесь начиналось казаться гораздо менее угрожающим.

Она открыла самый нижний ящик. Еще одежда, та же, что и раньше. Она едва удостоила его взглядом, но что-то блеснуло внутри нее. Она вытащила его, любопытствуя.

Это был металл, тяжелый, холодный на ощупь. Замысловатой, странной формы Сплаттершот? Короткое, крепкое двойное оружие, чем-то напоминающий их обычный «Дуал»? Она поднесла его к свету. Рукоятка удобно легла в руку, но была довольно тяжелой. Ее палец естественно лег на спусковой крючок.

Это было оружие? Он не был похож ни на что из того, что она когда-либо видела, и в то же время казался таким похожим на Сплаттершот. Она возилась с ним, пытаясь раскрыть его секреты. Потянув за самый верхний кусочек металла, она обнаружила небольшую полость, заполненную маленькой металлической капсулой. Немного возни, и снизу выпал длинный узкий прямоугольник, в котором находилось еще больше вышеупомянутых капсул.

Странно.

— Эх...

Она разберется с этим позже. Пока же она засунула его в пояс. Не самое лучшее место, но других вариантов не было. Кто знает? Это может оказаться ценным. Ученым оно понравится, это она знала точно.

Может быть, это поможет ей получить повышение? Наверное? Вещь казалась бесполезной, но кто знает? Тем не менее, это находка вызвала приятное покалывание в животе. Волнение.

Она встала со своего места и вышла из комнаты.

В стороне от открытия, у нее все еще оставался купол, чтобы осмотреться.

***

Последние пятнадцать минут он сидел в шкафу, почти в оцепенении. Мелкие, нескладные мысли проносились в его голове, обдумывая, пытаясь переварить сложившуюся ситуацию.

— «Хмм...»

Несколько шальных мыслей пронеслись в голове некоторое время назад. Это место было знакомым, и он понял почему. Но он никогда не думал, что увидит его воочию.

Это место, несомненно, было одним из убежищ. Или... Он не помнил, как они точно назывались, просто «убежища» было их неофициальным, сленговым названием. Бомбоубежища, построенные во время Четвертой Мировой Войны и утратившие свою актуальность после строительства , так называемых «Установок». Их держали наготове, на всякий случай, но не использовали.

То, что они уцелели, было чрезвычайно хорошим признаком жизни, хотя и извращенным присутствием псевдо-людей.

Они словно осквернили это место.

Но, если уж на то пошло, одну вещь он знал наверняка. В каждом убежище имелся своего рода "черный ящик" — что-то для записи событий и хранения всех накопленных данных. Где-то на базе хранился один такой, насколько он помнил. Вероятно, оно было в комнате управления убежища. Он знал, что каждое из них находится где-то в основании Купола.

Шансов было мало, но это была хоть какая-то возможность для него. Если, конечно, псевдо-люди не нашли его первыми.

Но что-то было не так.

Это место было одним из убежищ, да, но это упускало из виду два важных момента.

Первая — они всегда, непременно, строились ближе к побережью, а не прижимались к земле, как этот. Так сложнее строить, верно, но в ситуации, когда секунды могли означать спасенные жизни, близость к прибрежным городам была обязательна.

Второе — убежища должны были быть больше. Намного больше. Достаточно большими, чтобы иметь свои собственные погодные условия, поддерживать население целых городов. Этот главный купол, конечно, был массивным, но это если не смотреть на другие. По сравнению с другими — этот был маленьким, ничтожно крошечным. Он мог выдержать... он не знал точно, может быть пятьсот человек? Тысячу?

Он понятия не имел.

Напрашивался вопрос — что это строение делало здесь? Да еще и такой нетрадиционной конструкции.

Эта мысль ничуть не помогала. Но в какой-то мере она успокаивала. Это была загадка, и причиной всех этих неизвестностей, был не этот новый мир, а какой-то забытый пережиток его собственного времени. С каких это пор обычные заговоры стали для него успокаивающим времяпрепровождением?

Он терял рассудок.

Хорошо...

...

Он может это сделать!

...

...

...

...Он не мог этого сделать.

Со своего места он насчитал, по меньшей мере, четырнадцать этих вьющихся щупальцеобразных псевдо-людей, не говоря уже о мерзостях, бродящих по низу Купола. Чудовища из щупалец. Настоящие аберрации. И это он еще думал, что те рыбы с острова — мерзость.

Но дело было не в этом.

Скорее...

О чем он думал?

Он... он не был каким-то героем боевиков. В прошлом он, возможно, думал, что мог бы принять этот вызов, что он мог бы сделать это.

Но все, что произошло после Потопа, выбило из него эту мысль.

И как бы ни было больно его душе, здесь его превзошли. Сильно.

Те четверо из рыбьей орды использовали странное оружие с краской. Кто мог сказать, что это единственное оружие, которое у них было? Ему повезло, что его костюм был специально предназначен для защиты от посторонних загрязнений. То же самое нельзя было сказать о пулях, магнитных пулях, плазме, в общем, о любом современном оружии. Возможно, он мог остановить проникновение пули из-за специфического плетения, но это было не точно. Но это точно не остановит кинетическую силу!

Действительно, о чем он только думал? Что он просто пойдет на них с оружием наперевес, как какой-нибудь Рэмбо? Что он сможет в одиночку освободить обитателей бункера от небольшой армии? Он был ученым, который ни дня не провел в бою, испытывал сильнейший в своей жизни стресс от тревоги за завтрашний день, за свою работу и постоянной угрозы удара МБР еще до того, как были возведены укрытия.

И от воя койотов по ночам, но это не в счет.

Он не был закаленным солдатом. Он был ранен и голоден, совершенно измотан этим путешествием, сил не оставалось даже на то, чтобы просто идти.

Чего бы он только не получил за томатный суп с базиликом...

Но все псевдо-солдаты, находившиеся внизу, были в отличном боевом состоянии. Каждый из них был обучен и, по всей видимости, о нем хорошо заботились. Здоровые, не раненые, сытые...

У него не было ни единого шанса.

У него была только одна попытка. Если он потерпит неудачу — все будет кончено. Если он попадет в плен — все будет кончено.

Они могли быть благосклонны, может быть, но это был шанс, которым он не мог воспользоваться. Все это время он полагался на свое чутье, и оно подсказывало ему, что эти псевдо-люди — плохая новость. И если его теория о пленных людях верна, что помешает им запереть и его?

Он просто хотел поговорить, сбросить все эти маски.

...

...А пока нужно поспешно отступить, отдохнуть, а завтра вернуться. Даже если у него больше нет продуктов, которые можно украсть, сон ему все равно не помешает. Может быть, решение найдется само собой. Или... что-то изменится? Он должен был за эту соломинку.

Он не был готов к этому.

Но какой у него был выбор?

...

Это был не конец, просто... тактическое отступление. Он не знал, каким будет его следующий шаг, но... он мог приспособиться. Именно это он и делал все это время, верно?

Это не избавило его от горького привкуса во рту.

...

Он начал свой путь обратно через эвакуационный туннель, нащупывая дорогу. Медленно, но уверенно. Нет необходимости тратить заряд батареи, когда достаточно простого осязания.

Он проходил через это однажды, и он мог сделать это снова.

Он не задыхался в этой темноте. Было просто... мирно, в каком-то смысле. Ему это нравилось. Это давало ему возможность все обдумать.

Ему нужно было проникнуть внутрь, но как? Он был не солдатом, а ученым. Его работа заключалась в изучении сложных химических процессов, поиске идеального решения. По большей части, теоретические вопросы, которые ему лично не пришлось бы решать. Испытание, неудача, снова испытание, повторение.

Эта проблема была гораздо проще в теории: проникнуть на военную базу, освободить всех, избежать захвата. Это не было похоже на то, что он возится с молекулярными структурами или сложными приложениями. И здесь он был не в своей тарелке. Здесь не было места для проб и ошибок, для провалов. Ставки физически давили на него.

Это был не тот вопрос, который он мог пробовать снова и снова, и снова. У него был только один шанс проверить любую гипотезу, и если она провалится... он не хотел об этом думать.

Серьезно, что он собирался делать? Быть целой армией в лице одного человека? Он не хотел никого убивать, даже если бы, у него не осталось бы выбора. Он не был монстром!

Верно?

Верно.

...

По мере того, как он продолжал идти назад, напряжение медленно сходило на нет, сменяясь глубоким осознанием того, что эта проблема никуда не денется. Он только начинал осознавать, в какой глубокой заднице он оказался, как бы нелепо это ни звучало.

В каком-то смысле, он предпочитал экзистенциальный ужас.

***

Третья уже начала жалеть, что начала исследовать этот туннель.

Не потому, что он был длинным, или темным, или даже скучным. Может быть, это и было скучное место, но таинственности вокруг него было достаточно, чтобы поддерживать ее интерес.

Нет, вся проблема была в Четвертой. Как обычно.

— Мы действительно должны это делать? — прошептала Четыре, не сумев сохранить ровный голос. Явно нервничает. Довольно удивительно. А может и нет. Она не могла полностью винить Четвертую за нервозность, но в равной степени...

— Да.

— Почему ты говоришь так...

— Да.

— Я просто говорю... — пробормотал Четвертая, пытаясь вставить последнее слово. Не то чтобы Третья возражала, ведь всегда было забавно наблюдать за ее попытками.

Они вернулись к молчанию. Она полагала, что Четвертая имеет право на то, чтобы они осмотрели это место сейчас, но на карту было поставлено слишком много переменных. Они должны были докопаться до сути, и мешающая переменная в этом суматохе могла все испортить.

И лично ей не терпелось покончить с этим.

Она направила свой свет в сторону от тропинки, вдоль стен. И, как и в прошлый раз, ее встретили те же опорные балки. Аккуратные, равномерно расположенные.

Шаги, приближающиеся по туннелю.

И она, и Четвертая среагировали инстинктивно, выключив фонарики, прижались к стене туннеля и замерли.

Шаги продолжались мгновение, затем прекратились. Такт. Шарканье в темноте. И так же быстро, как и появились, шаги помчались прочь.

Прошла минута.

Третья затаила дыхание и отошла от стены. В почти незаметном сиянии их оборудования она увидела, как побледнело лицо Четвертой. Она не решалась снова включить фонарик.

Но как выключить свечение их оборудования?

...Это было что-то новенькое.

— ...Может, нам стоит вернуться? — спросила Четвёртая, с дрожащим голосом: — По крайней мере, получить подкрепление? — Оба прислушались к слабому электрическому гулу, но решили, что это неважно.

— Это не вариант. Мы должны довести дело до конца. — заявила Три, ее щеки слегка покраснели.

— Но почему? Три, ты так обычно...

Гул перерос в тоненький вой. И так нарастал, пока не окончился вспышкой.

Воздух исказился, дико загудел, эхо оглушило их.

Прошла секунда, прежде чем Третья среагировала, запоздало упав на пол. Ее рот сжался, клыки оскалились. Четвертая вскрикнула и последовала ее примеру.

Казалось, что мир рушится вокруг них.

Ответный выстрел вскоре затих, оставив их в полной тишине, если не считать безумного биения их сердец.

...

Третья заставила свое колотящееся сердце замедлиться, ее мысли вернулись под контроль. Она должна была держать свой разум рациональным.

Она сглотнула желчь в горле.

...

Это вопрос жизни и смерти.

Что-то выстрелило в них из туннеля. Это могло сделать не любое оружие на основе чернил. Ощущение было знакомым, впрочем, после того случая многое казалось знакомым. Дежавю.

Перед нападением был странный гул? Что-то связанное с электричеством? Она понятия не имела, что еще это могло быть.

Необходимо было провести дальнейшее расследование. Но это после того, как ноги подчинятся ей.

Четвертая лежала рядом с ней, тяжело дыша, с неподвижными глазами, глядя в туннель. Все еще парализованная от шока. Как всегда, Третья не винила ее.

Не обращая внимания на то, что они чуть не погибли...

Вскоре после этого послышались медленные шаги, после того, как звон в ушах утих. Третья оставались неподвижными, как и Четвертая. Света не было.

Может быть, это чтобы прикончить их? Чтобы убедиться, что их мерзкое оружие выполнило свою работу?

Какой любитель.

Это будет их гибелью. Третья крепче сжала свой "Геройский выстрел", в грудине образовался узел. Шаги становились все ближе. Она не могла видеть, но ее слуха было более чем достаточно.

Чуть больше...

Почти...

...

Сейчас!

Она вскочила на ноги, направила фонарик на нападавшего, другой рукой держала свой геройский пистолет.

Все что она смогла уловить своим зрением — это мутно пятно перед глазами. Что-то высокое, серое, неразборчиво кричащее. И оно дрожит, трясется, и бледнеет.

Все что была дальше это крики, хаос и ужас.

Не успела она нажать на курок своего оружия, как его уже не было.

...

Она стояла неподвижно, ее охватило неестественное спокойствие. По крайней мере эти минуты проходили без происшествий.

Какое-то время они должны быть в безопасности.

А теперь...

...

Третья упала на колени, с силой отрыгивая желчь в желудке.

Лососева ракушка, она чуть не умерла! Она чуть не умерла!

Эта мысль усилила ее рвоту. Один раз, когда она была смелой и немного беспечной по отношению к своей миссии, и она чуть не погибла! Они не были синхронизированы с респавнерами, это бы убило ее! И она даже не знала, кто на нее напал!

Это была серая фигура, дергающаяся, ее память оборвалась на этом. Это не было похоже ни на что, что она видела раньше, это она знала. Оно было тем что вызвало взрыв?

Это... напомнило ей о предыдущем брифинге. О разрушениях.

Это было... Нет, это не было совпадением. Разрушенный объект, этот купол, он... Все это было связано. Каким-то образом. И...

И... и она чуть не погибла от рук преступника. Того, кто стоит за всем этим.

Она была уверена в этом.

Ее мир сместился, глаза зажмурились.

— Хах...

Она выплюнула остатки желчи изо рта.

У нее не было времени, чтобы беспокоиться о своих чувствах. Может быть потом, но не сейчас

Как бы ни было больно, она не могла позволить себе быть слабой. Ей нужно было сосредоточиться. Удача спасла ее однажды, но во второй раз она не будет оказана.

Все что ей нужно сейчас — это спокойствие, объективность. Она могла это сделать.

Она пригнулась к земле, оглядываясь по сторонам в поисках четвертой. Взрыва чернил не было, так что она должна была быть в порядке. Оружие этого человека было похоже на Чарджер по функции, но совершенно по-другому в исполнении.

Снайперское оружие? Предположительно. Насколько быстро оно могло стрелять, было неизвестно. Если бы оно попало в Четвертую, не было бы шансов, что она сохранилась бы в целостности.

Кроме того, он ни разу не выстрелил, когда она сидела в засаде.

Но тот первый выстрел...

Поскольку туннель позади них обрушился, он, должно быть, промахнулся мимо них и попал в опору. Это объясняет сокрушительную вибрацию, которую она почувствовала сразу после выстрела.

Было ли это намеренно или случайно?

В любом случае, это отрезало им единственный путь назад.

Это... было очень плохо.

...

А она все еще лежала на полу.

Четвертая не отвечает. Скорее всего, вырубилась.

От шока, стресса и неожиданности? Вероятнее всего.

Третья перевернул Четвертую на спину, нащупав ее лицо...

Все еще дышит. Хорошо. Это хорошо.

Цела и невредима, всего лишь, просто без сознания.

— Хм...

Часть ее подумала о том, чтобы оставить Четвертую позади. Пусть она отдохнет, пока она продолжит путь, охраняя место, выясняя, что напало на них. Она знала, что Четвертая будет возражать, что они должны отложить атаку. Но Третья знала, глубоко в хрящевом скелете, что они должны нанести удар. Нанести удар сейчас.

Это могло бросить ее в кипящий котел, но в то же время это выходило за рамки командной структуры. Она была в поле боя, в самой гуще событий. Она могла взять на себя инициативу, если потребуется. Она заслужила это право.

В равной степени, правильно ли было оставлять Четвертую позади, беззащитной?

...

Будь проклято ее сердце.

Она трясла Четвертую, бормоча под нос разные глупости. Четвертая был просто в отключке из-за шока, а не сотрясения мозга или чего-нибудь похуже. Придется обойтись грубыми методами.

Ее руки опустились на плечи Четвертой.

Теперь назад дороги нет.

***

— «Нет, нет, нет, нет! Нет! Нет!»

Его внутренности разрывались на части, извивались, словно змеи, и горели. Его уши звенели, как проклятые колокола. С последним толчком он рухнул внутрь проклятой кладовки, захлопнув за собой сломанную дверь.

Он был в ловушке! В ловушке! В ловушке!

Он все испортил. Он сильно напортачил. Его единственный шанс на свободу, в прямом смысле слова, и он его упустил!

О чем он только думал?!

Что с ним было не так!?

Он чуть не убил человека! И ради чего? Ради быстрого побега?

Черт!

И что теперь? Разозленный псевдос отрезал ему единственный выход, а перед ним целая база псевдосов. Последнее даже не имело значения, так как он случайно обрушил туннель!

— «Успокойся, успокойся, черт побери! Хорошо, думай, думай!»

Очевидно, что выступить против одного псевдо лучше, чем против целого бункера. Это было математически обосновано. Псевдосы устроили засаду, да, и знали, что он сейчас здесь. И все же единственным вариантом для них было либо продолжать движение по туннелю, либо удерживать позицию.

Но даже в этом случае бегство по туннелю уже не представлялось возможным. Он слышал обвал! Почему он вообще решил стрелять из винтовки туда?

Но надежда еще оставалась.

Скорее всего, выстрел из винтовки был слышен не из бункера. Он был на значительном расстоянии, и из-за шума в куполе его, скорее всего, не услышали. Небольшое утешение, но оно мало согревало его.

В конце концов, он все еще находился в оцепенении после последних нескольких минут.

У них был только один путь - длинный туннель, точка пресечения, зона поражения. С эмпирической точки зрения - простое уравнение, которое нужно решить. Но это не учитывало человеческий фактор.

Он не мог убить их. Он физически не мог нажать на курок.

— «Ты не должен убивать. Ты. Должен. Не. Не убивать! Даже ради спасения своей жизни, своего вида»

Те чудовища, которые напали сразу после того, как он выбрался из Поляриса, это было другое дело. Одичавшие, мутировавшие монстры, намеревавшиеся убить его и тех псевдо.

Но это... Он не мог этого сделать.

Как бы это его ни пугало, они были слишком похожи на людей.

Он глубоко, с содроганием вздохнул. Были... другие варианты, которые он мог бы использовать.

Осторожно он открыл дверь. Свет хлынул в затемненный туннель, прогоняя тьму. И, следовательно, осветил очень злую женщину-псевдоса на краю его досягаемости, одетую в странный яркий жилет и держащую в руках выделенный светящийся пистолет футуристического дизайна.

— «Нет!»

Он захлопнул дверь.

— «Что за оружие она держала? Магнитное, плазменное!?»

Что еще это может быть? Иначе, почему на нем должны быть всевозможные огни?! Просто для стиля!?»

Она могла разнести его до того, как он успел бы поднять винтовку! Ему крупно повезло, что он остался жив! Все мысли о борьбе с ней вылетели из его головы.

Он бросился от двери, из комнаты в коридор. Она была готова к его появлению, знала, что он здесь. Солдат, без сомнения. Солдаты почти всегда побеждали ученых, а он определенно не был пуленепробиваемым.

Он бросился в Купол, бросив всю осторожность на ветер.

***

— «Что за?.. »

Ребекка повернула шею вверх, осматривая вершину купола. Она только что закончила обчищать очередной зал, когда услышала звук. Бег чего-то по дорожкам, далеко над ними. Она едва могла расслышать его в окружающем звуке Купола.

Этого не могло быть. Неужели кто-то из ее сестер уже начал исследовать верхние уровни? Если да, то почему они бегут? Они были дисциплинированной структурой. Бегать вне боя было непрофессионально. Простая трата энергии и сил. Достаточно сказать, что ее собственные вспышки энергичного бега были тщательно пресечены во время обучения.

И все же, что-то было не так.

Вопреки здравому смыслу, она направилась к одной из винтовых лестниц вдоль края купола. До сих пор они были единственным способом передвижения между различными уровнями подиума внутри купола, если не считать суперпрыжков. А это само по себе было страшно — пытаться приземлиться на тонкую дорожку над пропастью. Не помогал и тот факт, что поверхность была решетчатой. Некоторые из ее сестер уже проваливались в пропасть.

Бег становился все громче и громче. Она уже почти поднялась по лестнице, когда ей удалось разглядеть кого-то. Кто-то... Кто-то, полностью скрытый серым пятном. Он не был похож на инклинга, и явно был не с ними. Незваный гость...

Кто-то быстро проскочил в комплекс через одну из дверей на уровне.

—  «Что?»

Она осторожно поднялась на верхний уровень, держа оружие наготове. Она не боялась, скорее, любопытствовала? Странная смесь того и другого?

Кто-то пытался пробраться сюда, но кто? Явно не один из проклятых инклингов. Они бы никогда не прибегли к такому низкому поступку. Они были слишком горды.

Это подозрение подтвердилось, когда другая дверь, неподалеку от нее, распахнулась, выпустив двух самых настоящих, реальных Инклингов. И...

Она остановилась на месте. Они смотрели друг на друга.

Она отстегнула от пояса маленькую рацию, не разрывая зрительного контакта.

—  У нас здесь агент Три и Четыре… Да, Три и Четыре, на верхнем уровне. Могла бы я получить поддержку для борьбы с ними —  Ее голос был спокойным, монотонным. Она перешла в безопасный режим. Она успела прикрепить рацию обратно к поясу, прежде чем услышала хор вопросов.

Спокойная картина разрушилось.

Агент Три бросилась на нее, ее сплаттершот был нацелен прямо на нее.

Наступила паника.

Она едва успела вскрикнуть, как взорвалась буйным зеленым цветом.

***

—Тебе действительно нужно было плюхнуть ее?

Три опустила свой брызговик:

— Да.

— Но... зачем? Ты могла бы хотя бы предупредить ее.

—  И? Она наш враг, — сказала Третья, снисходительность капала из ее голоса. — Если бы мы оставили ее, она бы обошла нас с фланга позже. Не все октолинги такие, как Агент Восемь, Четвертая.

—  Но...

—  Никаких «но». У нас есть драгоценная возможность, и мы ее не упустим.

— Что... — Четвертая заикалась, опасно отставая от событий.

— Мы займем это место. У них здесь всего около четырнадцати солдат, и мы обошли их входные укрепления. Это идеальная возможность — Она не упомянула о неизвестном количестве обычных октарианцев, но они были настырными.

— Эм... Кэлли не против, верно?

— Да — Технически, они не смогли установить контакт с момента входа в туннель, но Кэлли, несомненно, одобрила бы это. Особенно сейчас, когда сиял зеленый цвет их якорей возрождения.

Третья, возможно, немного (на самом деле очень много) нарушала правила, но она не могла упустить такую возможность. Они получали шанс взять этот Купол себе, пока октарианцы не закрепились на нем. А загадка того, кто напал на них? Два зайца одним выстрелом. Две невероятно опасные и трудные птицы были уничтожены.

Эффективность — это то, к чему всегда нужно стремиться. А стоять и болтать было неэффективно. Даже если нападавший исчез, он все еще был где-то здесь. И каждый перспективный момент, когда его не выслеживали и не охраняли этот Купол, был потерянным временем.

— Мы тратим время впустую, давай продолжим — торжественно заявила Третья. — Давай.

Они должны были продолжать двигаться, не сбавлять темп.

Она знала, что им предстоит штурмовать новый купол, но... он не был похож на октарианский, отнюдь. И она имела в виду не отсутствие наклеек или других бессмысленных украшений. У них была большая, единственная лампочка, освещающая все вокруг, и в целом общая структура Купола, все ее детали были не те. Гораздо меньше, пешеходные дорожки вместо парящих платформ, все казалось более... компактным. Официальным.

Не... октарианским.

Но обо всех этих мелочах можно будет побеспокоиться, когда октарианцы будут исключены. А для всех намерений и целей, они разорили гнездо. Группа октолингов уже поднималась, чтобы поприветствовать их. Разумеется, по лестнице.

— Надеюсь, что вы тренировались, — сказала Третья, ее голос стал мрачным. — Вам это понадобится.

— Это... зловеще. Это всего лишь несколько Октолингов. Мы можем с ними справиться.

— Разве ты не видела, на чем мы стоим?

Четвертая посмотрела на свои ноги, увидела решетку под ними, и уровень под ними, и, наконец, далекий пол.

— О. Я вижу проблему.

— Хорошо. Побереги свои чернила. Нас ждет тяжелая битва если не больше.

Это был вызов. Мысль была... приятной.

Прошло слишком много времени.

Третья уже была на пути к винтовой лестнице, а Четвертая не отставал. Октолинг начал подниматься по лестнице, без чувства такта или строя. Небрежно, но это облегчало ее работу.

Третья крикнула, спрыгивая с лестницы, оружие стреляло быстрыми струями чернил во встречную орду. У них не было ни единого шанса; ни один из них не устоял на ее пути до конца, их останки лишь пачкали натертую землю.

Теперь до их возвращения оставалось тридцать секунд. Они сражались в проигранной битве, идя в гору против превосходящего противника. На ее лице появилась жесткая улыбка.

Это будет нелегко, но вполне выполнимо. Что-то, что могло бы разбавить скучную, повторяющуюся жизнь, даже ее двойную жизнь в качестве агента.

Сколько времени займет эта миссия, чтобы стать скучной?

Если это произойдет, она всегда сможет позволить Четверой заняться этим. Ну, может быть. Они подключились к респавнеру, установленному октарианцами, так что теоретически они были в безопасности. Все промахи Четвертой в конечном счете не имели бы последствий. Хотя, конечно, если их разнесет в щепки и они снова появятся там, то, скорее всего, их разнесет снова и снова. Это было бы... не очень хорошо.

О, смотрите! Они вернулись! И они были организованы даже лучше, чем раньше!

Мило.

С боевым кличем, Третья закричала, бросаясь вперед.

Они могли только замедлить ее.

***

И снова Третья расправилась с ордой октолингов, отправив их обратно на респавн. Двигаясь вперед, они вернулись.

Очень эффективно, и без особых заминок она просто плюхнула их всех и пошла дальше.

Не считая Четвертой. Она находилась в неудобном положении, просто наблюдая со спины, держа свой собственный «Геройский выстрел». Она еще не сделала ни одного выстрела, а Третья не дала ей ни единого шанса помочь. Вот вам и командная работа. Их просто не учили работать вместе.

А почему их должны были так учить?

В конце концов, это была их с Третья первая, настоящая совместная миссия.

Воистину, они оказались вместе по счастливой случайности. Просто так... получилось. Если бы этот способ нападения не открылся, Третья пробилась бы внутрь через главный вход, оставив Четвертая наготове на случай, если все пойдет не так, как надо. И, зная Третья, ситуация никогда не напоминала бы фрукт.

Но это? Октолинги снова подбежали, на этот раз бросив в их сторону кучу бомб. Трое отступили назад, чтобы избежать взрывов, а затем бросились вперед, разбрасывая чернила. Поскольку Октолинги потратили все свои чернила на бомбы, они оказались беззащитны. Их снова отправили на респавн.

В общем-то, это уже начинало надоедать. Это место определенно не было Куполом Октарианцев, и это касалось дизайна их баз. Никаких инкрустаций, линий, площадок для суперпрыжков или даже знаковых октарианских плавающих платформ! Только скучные, ограничивающие решетчатые дорожки.

У них даже не было красивых пейзажей, которыми можно было бы полюбоваться, поскольку ни одна из стен Купола не имела экранов. Только скучный серый цвет. Фу.

Третья снова разгромили Октолингов.

Четвертая ненадолго остановились, облокотившись на перила. Под ними она видела, как отряд ожил, выскочив из респавнера. Так же быстро они снова поднялись по лестнице, чтобы поприветствовать их.

Перерождение восстановило их энергию, или что-то в этом роде? Или просто их физическая подготовка была настолько хороша?

Она подняла голову и закатила глаза, глядя на лампочки, освещающие Купол.

Возможно, мир никогда...

Ее взгляд вернулся вниз, прошелся по верхним уровням и остановился на ком-то над ними.

...

Кто показался ей подозрительно знакомым.

Даже с первого взгляда она поняла, кто это. Та же серая маска была впечатана в ее память так же, как рисунок их ботинок впечатан в ее ступню.

Даже если ее внутренности начали сжиматься от удивления, она сохранила внешнее безразличие. Ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы не смотреть, но если оно поймет, что она знает, что оно здесь...

Что ж, это будет нехорошо, это она точно знала. Почему оно были там?

Оно было похоже на стервятника, наблюдающего за резней. Ждет, чтобы наброситься на то, что осталось...

Мотивы в сторону, но если сделать правильно, возможно, его удастся захватить вместе с Куполом?

Она встала с перил и запыхалась, когда Третья снова расправился с октолингами.

Возможно, это было хорошо, что она была рядом. Чарджер не может работать без своего стрелка, верно?

***

— Опять!

Ребекка едва взглянула на их главу, когда они с сестрами бежали обратно по дорожкам.

Тайное нападение двух агентов застало их врасплох. Они каким-то образом проникли в Купол через верхний уровень, фактически заняв высокое положение. С их превосходным оборудованием им не составило труда отбить силы октарианцев. В сочетании с тем, что узкие проходы ограничивали их передвижение, и решеткой, они были сидячими мишенями, неспособными предпринять хоть какую-то атаку.

Это была ситуация, с которой они никогда не сталкивались.

Но кое-что они знали: в какой-то момент у агентов должны были закончиться чернила. Если они продолжат давление, то и у нее в какой-то момент закончатся.

Хотя, по ее мнению, это было бесполезно.

Они просто не могли на это рассчитывать.

Именно поэтому, вместо того чтобы броситься вверх по лестнице, она нырнула в комплекс. Возможно, это было пренебрежением к приказу начальника, но в то же время, если бы ей удалось их расколоть, это могло бы означать всевозможные похвалы в адрес ее находчивости, интуиции, инициативы и других слов, начинающихся на "и".

К счастью, быстро подняться было несложно. Не успела она оглянуться, как оказалась на одном из верхних уровней, над агентами. Они уже достигли значительного прогресса, пройдя примерно половину пути вниз.

Она только что вышла на подиум, когда ее план натолкнулся на препятствие. Большое препятствие.

В виде другой фигуры, с ног до головы покрытого толстым серым слоем, который только что закончил наводить странный белый заряд на ее грудь. На нее смотрела безэмоциональная маска.

Она не очень-то старалась заглушить свои шаги.

Упс.

...

— «Один»

Человек не двигался, просто взял Чарджер, держа его на уровне ее груди. Оно дрожало в его руках. Все тело дрожало, как лист.

— «Два»

Оба стояли в хрупком тупике. Оба не хотели быть услышанными, очевидно.

— «Три!»

С молниеносной скоростью она нырнула обратно в дверь, стремительно перекатившись в сторону. В одно мгновение она оказалась у стены, скрытая из виду благодаря дверной раме.

Выстрела не последовало.

Она выдохнула с облегчением, но тут же поперхнулась воздухом, когда оно последовало за ней.

Теперь не было смысла рисковать. Как только оно переступило порог, собираясь увидеть ее, она вскочила со своего места, дико брызнув в него чернилами.

Те же самые чернила, которые отскочили от его костюма, не оставив даже пятен.

...

— «Ч-что?!»

Последовавший за этим удар локтем прервал ее шок.

...

...

...

Тугое ощущение вокруг запястий и лодыжек вернуло ее к действительности.

Она моргнула, пытаясь стряхнуть туман с глаз. Голова болела от удара, и мозг затрещал от боли. Она попыталась пошевелить конечностями и обнаружила, что не может этого сделать.

Сердце пронзила холодная боль, когда она увидела их. Они были связаны!

Не веревкой, а длинными, веретенообразными, но прочными проводами, которые связывали ее запястья и колени.

И та же фигура стояло над ней, закрепляя путы еще крепче.

— «Ай-ай-ай...»

Она зашипела от боли. Затягивание ослабло, и она уставилась на фигуру в маске, которая смотрела прямо на нее. Маска была безэмоциональной, но... она могла поклясться, что в ней чувствовалось сожаление? Сутулая спина, поза? Суровое и чужое, но извиняющееся бормотание? Поглаживание по голове?

Как эта ночь так быстро превратилась в такое безумие?

А потом оно исчезло, его мимолетные шаги заскользили обратно в Купол.

Неважно.

Она легко выскользнула из оков, используя свою форму Осьминога. Одна простая трансформация, и узы практически отвалились. Неужели оно действительно думало, что это сработает?

Возможно. Оно даже не побеспокоилось о кляпе.

Практически все в них вызывало вопросы, но сейчас отбить всех захватчиков было важнее любых ответов.

Она отстегнула рацию от пояса.

— Здесь третий, неопознанный лазутчик. Третий уровень. Могу ли я получить поддержку, чтобы справиться с ним? Я буду на дорожке через мгновение, суперпрыжок на мою позицию.

Она сделала паузу.

— О, и принесите, пожалуйста, сплаттершот.

Остальные ее братья и сестры могли справиться с Агентами. С другой стороны, она должна была уничтожить эту неизвестную цель с помощью вызванного отряда. Это была авантюра, но она знала, что в конце концов все окупится.

Она подождала несколько мгновений, прежде чем выйти обратно в Купол, и, к счастью, не повторила своей предыдущей ошибки. Человек стоял в стороне от двери, между ними был подиум значительной длины. Все еще наблюдая, все еще наблюдая.

Если они сыграют правильно, то смогут уничтожить всех троих.

Это было очень кстати для ее повышения.

***

Октарианцы стали представлять собой серьезную проблему.

Во-первых, они начали развертывать несколько своих летающих октохопперов теперь, когда они были достаточно близко к земле. Внезапный поток чернил и бомб оказался неприятным, но с помощью изящного уклонения они быстро уравнивались. К несчастью для октарианцев, они были в пределах досягаемости ее Геройского выстрела.

Классическая ошибка октарианцев.

Со скатом тоже было невесело. Один из октолингов выпустил мерзкий луч из основания купола. К счастью, он не расколол тонкую дорожку, но луч все равно заставил ее уступить. Пока он не остановился. Короткая передышка, которую почувствовали войска октолингов, была прервана ее оружием. Неужели они действительно думали, что оно сработает?

В пределах дозволенного.

Они становились все умнее в своей тактике, но это не имело значения. Пока что у нее и Четырех была передышка.

Все было хорошо, пока вдруг три октолинга не проскочили мимо их позиции на пешеходную дорожку над ними. Она видела, как они точно приземлились; значит, кто-то еще должен был быть наверху, направляя их прыжок. Всего было четыре Октолинга, по крайней мере.

Но она мельком увидела еще одного человека. Одного, одетого в серое...

Итак, вот они...

— Четвертая! — внезапно рявкнула она — Прикрой меня!

Не дожидаясь ответа, она протиснулась мимо удивленного Четвертой. Пока что она могла сдерживать прилив. Третья верила в нее. Купол всегда можно было отвоевать, но эта персона была неуловимой целью.

По ее телу пробежала дрожь.

Это был ее шанс!

Это был ее шанс!

И если эти октолинги встанут на ее пути, они получат еще несколько крепких ударов.

Она уже почти поднялась по ступенькам, когда услышала далекий голос:

— Огонь!

Голос донесся от собравшихся Октолингов, и далее был слышен звук сильного огненного всплеска. К счастью для нее, у нее был прекрасный обзор.

Чернильные пули отскакивали от него, нанося сильные удары, отбрасывая его назад. Но оно продолжало двигаться вперед, прикрывая лицо рукой от чернильного огня. Не плюхаясь.

Это было что-то новенькое. Какой-то новый прототип брони? Она знала, что такие существуют, но чтобы они были на сто процентов эффективны против вражеских чернил?

Они пытались поймать ее цель. Как мило с их стороны.

— Не работает! — крикнул один из них, в его голос начала просачиваться паника.

— Используем ската! — предложил другой.

Она подумала о том, чтобы вмешаться, но при упоминании о скате отступила назад, готовая уклониться от взрыва под давлением. Может, они и не целились в нее, но кто знал, насколько они были точны?

Они действительно делали всю работу за нее.

Да, она сделает это после того, как они закончат.

***

Когда ее брат выпустил импульс ската, Ребекка не могла не улыбнуться. Да, это было мелочью, но ее больные запястья и лодыжки требовали крови. Возможно, это было непропорциональное возмездие, но ей было не все равно.

— «Вот тебе и расплата, ботаник!»

Еще лучше было то, что оно было в панике. Нарастающий крик давления явно пугало его. Оно застыло, как птица в прожекторе, держась одной рукой за перила.

Как будто это могло помочь.

Великолепно, правда.

Ее эйфория усилилась, когда луч выстрелил. Наконец-то, месть!

...

Улыбка быстро исчезла с ее лица.

Выстрел ската был идеальным. Прямое попадание.

Но он не разбил его в щепки.

Он дико брызнул на них, раздробив его, но оно выдержала, едва-едва, но все же. Его хватка на перилах ослабла.

Затем «Стингрей» заглох. Как только это прекратилось, оно упало на колени, обессилено.

...

— «Что? Как… Нет, сейчас это уже не имеет значения»

Важно было то, что очень измученный, раздраженный человек держал свой Чарджер на огневой позиции. Дрожащими ногами оно заставило себя подняться на ноги.

Этот Чарджер был направлен на их маленькую группу, но оно пока не стреляло. Фигура, державшая его, казалась почти нерешительной, не знающей, что делать.

— «Оно рассержено. — подумала она. — но в то же время неподвижно»

Это была слабость, которой она с удовольствием воспользовалась.

Она первой бросилась на него, выкрикивая боевой клич.

Но оно по-прежнему не стреляло.

Но нельзя было сказать тоже самое о кулаке, который ударил ее по плечу.

Оно сбило ее с ног, повергнув в оцепенение.

Однако ее жертва не была напрасной.

Пока она корчилась от боли, она услышала неэффективную стрельбу из оружия своих сестер и братьев, а затем крики удивления.

Подавив боль, она поднялась на ноги, и как раз вовремя, чтобы несколько из них навалились на незваного гостя, повалив его на землю. Однако им не удалось удержать его. Они не могли ухватиться за него из-за того что он махал руками, и это махание было довольно эффективным, чтобы сбить их с ног. Оно запутались в массе тел. Даже его усилия не могли его вытащить из этого положения.

Отчаянный, как загнанное в угол животное.

Но численность была на их стороне.

В конце концов, его борьба прекратилась, перейдя в пыхтение и мелкие спазмы.

— «Да»

Она осторожно опустилась на колени, глядя на них сквозь непрозрачную маску. Да, это было мелочно, но немного злорадства никогда не помешает.

— Теперь ты не такой крутой, да?

Но оно не слушало ее слов; скорее, его внимание было приковано к старому артефакту, похожему на дуали, засунутому за пояс. Она проследила за его взглядом. Узнали ли оно его?

Что-то было не так.

Наступила какая-то чертовщина.

Борьба этого существа возобновилась, еще более отчаянная, чем прежде, вместе с не... головоногим криком. Звучало как вилкой по тарелке. Звериное рычание испугало ее товарищей по отряду, которые, пытаясь подняться, отбросили цель на спину.

Она отступила назад, когда оно поднялись на ноги.

На чистом инстинкте она вытащила странное оружие из пояса и направила его в голову сопротивляющегося человека. В упор. Оно боялось этого, она знала.

***

Он был готов на все что угодно, лишь бы свалить от них отсюда.

Время остановилось.

Они посмотрели друг другу в глаза.

Мгновение покоя в море хаоса.

...

Она нажала на курок.