Подъезжала карета. Я чуть не расплакалась, когда увидела на ней эмблему Конлеров. Карета остановилась неподалёку, и из неё вышли Лукас с Эйденом. Я знала, что приедет Лукас, но была очень удивлена увидеть ещё и Эйдена. Я бы не удивилась так, даже если бы приехал Гилберт. Эйден не казался мне таким человеком, который приехал бы забрать своего младшенького.

Оценив ситуацию, Лукас и Эйден начали бежать в мою сторону. Эйден протянул руку. Из его руки вышел чёрный свет и ударил в затылок мужчины, который атаковал рыцарей. Мужчина отключился. Сколько бы его ни резали мечом, он не умирал, но атака Эйдена сработала.

«Какое облегчение».

Я едва не расплакалась. Я повернулась к Эйдену, и, когда я уже собиралась пойти к нему, кто-то закрыл мне рот. Выражение лица Эйдена, который всё это время сохранял самообладание и бесстрастное выражение лица, исказилось. Исказилось ли? Перед глазами всё размылось, и я не могла чётко видеть.

Я, вот так.

Потеряла сознание.

***

Поскольку приготовления к переселению деревни не были закончены, Эстин решил сначала съездить в место, куда её будут переселять. Смотря на проносившиеся мимо пейзажи, он почему-то чувствовал раздражение. Может, из-за того, что император сказал ему сделать то, что он не хотел? Но когда он вообще был доволен приказами императора? Значит, он так себя чувствовал из-за чего-то другого.

Однако, наверно, и раздражением эту эмоцию назвать было нельзя – чувство было слишком тяжело описать словами. В голову пришла дитя, которая уехала одна. Он знал: глупая просьба ребёнка быстрее вернуться домой после дел и не провожать её была вызвана беспокойством о том, что ему будет трудно. Потому что она была очень взрослой.

Нет, дело не в этом.

Эстин беспокоился. И из-за беспокойства был раздражён. Рядом с ребёнком определённо были рыцари. И Лукас уже ехал ей на встречу. С ней ничего не случится. Он говорил самому себе, что девочка в безопасности доедет до поместья Конлер.

Да, так и будет.

Тогда что это было за неизвестное чувство?

Дребезг. Словно узнав о чувствах Эстина, карета остановилась.

«Что происходит?»

Эстин нахмурился. Кто-то постучал в карету. Эстин нахмурился ещё больше и вышел.

- Беда, великий герцог!

Кучер выглядел напугано, говоря это. Позади него появился измученный рыцарь. Этого рыцаря он точно ранее отправил вместе с Мэри. Эстин провел ладонью по губам.

- Что происходит?

- Кто-то атаковал карету, в которой ехала юная леди.

- Поворачивай.

Вот оно что.

Он надеялся, что они ошиблись.

Не было времени понять ситуацию. Ему надо было сразу же ехать к ней. Он попытался залезть обратно в карету, но его поймал рыцарь.

- Великий герцог! Прежде чем отправитесь, я должен кое-что сказать.

- Что.

Ситуация была срочной. Эстину хотелось сказать, что они поговорят позже, но его беспокоил страх на лице рыцаря.

- Их состояние было странным.

- Их?

- Это точно были люди, но они не выглядели людьми. Сколько бы мы их ни резали, они не умирали. Их целью было связать нас по рукам и ногам. Только мне удалось выбраться…

- Люди, но не люди.

Выражение лица Эстина стало серьёзнее, когда он услышал о ситуации. Рыцарь посмотрел на это выражение, и его страх усилился. Гордость рыцаря рыцарского ордена Конлеров была подорвана. Он чувствовал глубокое отчаяние.

- А теперь отдохни.

- Великий герцог…

- Поехали. Как можно быстрее.

- Я тоже поеду.

Рыцарь не отступал. Он только усилил хватку на мече, висевшем на поясе. Даже в такой ситуации, Эстин слегка улыбнулся рыцарю. Прежде чем залезть в карету, он приказал кучеру:

- Избавляйся от всего, что мешает на пути.

***

Знаете? В мире было восемь планет, но изначально их было девять. По различным причинам одна из планет распалась. Как оказалось позже, эта планета на самом деле была звездой Бога Смерти. Он, должно быть, был в ярости.

Они совсем не относились к нему как к Богу.

Существо, называемое Богом, изначально должно быть благородным и святым. И обязано любить людей. Однако Бог, отвечавший за смерть, был мрачным и вредил людям. У Бога Смерти не было ничего, кроме смерти.

Имена всех остальных богов были внесены в церкви, но имя бога подземного мира к ним не относилось.

Кто будет поклоняться смерти?

Верно?

Но однажды какая-то девушка пожалела Бога Смерти. Она написала его имя на камне рядом с церковью. И молилась этому камню каждый раз, как о нём вспоминала.

Разве не было неизбежно, что Бог Смерти влюбится в эту девушку? Однако он не мог покинуть подземный мир. Поэтому придумал: если он не мог пойти, то надо было привести к себе того человека.

Но эту девушку очень любили Боги. Узнав о злом плане Бога Смерти, они подумали, что должны были её защитить. Поэтому каждый решил защищать её на собственной планете.

Оказалось, что бог подземного мира наложил на красивую девушку проклятие.

Проклятие было простым. Одиночество. Она будет одинокой. Люди, которых она считала семьёй, будут от неё отворачиваться, и она будет терять людей, которые были для неё важны. Как и было сказано. Бог Смерти думал, что обязан привести её к себе. Если сделать её одинокой в мире, в котором она была, не придёт ли она в место, где люди её любили? А человеком, который любил её, был сам Бог Смерти.

Боги, которые любили дитя, были обеспокоены. Сколько бы они её ни благословляли, проклятие Бога Смерти не стиралось. Проклятие, наложенное от полного ненависти сердца, было могущественным, а проклятие, наложенное любящим сердцем, было ещё могущественнее.

Но заговорил Бог Земли. Он сказал, что в его объятиях дитя подвергнется всевозможным испытаниям. Таким образом, сказал он, действие проклятия закончится на его планете. На его планете дитя будет терять любимых и быть одиноким. Иногда она будет задаваться вопросом, существовал ли Бог.

Ей будет очень одиноко.

Бог Земли говорил спокойно и выглядел очень грустно. Он был богом, который любил дитя больше всего. Для него было очень грустно, что дитя могла начать отрицать его существование. Бог Земли заговорил, обращаясь с просьбой к другим богам. Его голос звучал грустно. И искренне.

Поэтому,

Вы сделайте дитя счастливым.

Вы должны защитить дитя.

Так прибыло дитя с кошачьими глазами.

С Земли.

А у кошек, говорят, девять жизней.

***

Мэри была похищена.

Какой-то мужчина утащил Мэри. Эйден и Лукас, в спешке последовавшие за ним, были заблокированы рыцарями. К тому времени, как Эйден с ними разобрался, Мэри уже исчезла.

- Чёрт возьми…

Мужчина, утащивший Мэри, выглядел не очень хорошо, так что, скорее всего, не мог уйти далеко. Эйден спокойно раздумывал. В таких ситуациях не стоило слишком волноваться. Рыцари уже израсходовали всю выносливость, пока сражались с существами, которых нельзя было убить.

- Лукас.

- Да.

- Для начала забери рыцарей и вернись в поместье.

- Молодой господин попытается сам найти молодую госпожу Мэри?

Эйден молча кивнул в ответ на вопрос Лукаса. Хотя на первый взгляд казалось, что у него всё было нормально, Лукас заметил, что руки Эйдена дрожали. Он глубоко вздохнул и дотронулся до своего лба.

- Молодой господин Эйден.

- …

- Молодой господин в моих глазах всё ещё дитя. Вы ведь знаете?

Конечно, это Эйден сейчас со всеми расправился, но Лукас наблюдал за ним с самого его рождения. Сейчас Эйден явно винил себя. Он явно думал, что Мэри была похищена из-за него.

- Я не думаю, что Мэри не была бы похищена, будь здесь кто-нибудь другой.

- Простите?

- Я знаю, - из Эйдена вырвался смешок. С этим слабым смешком он и правда подумал, что был «глупым». – И всё же я не могу не чувствовать вины.

- Молодой господин.

- Я её старший брат.

Тем временем, время шло. Они были на территории Конлер. Здесь можно было обнаружить местонахождение любого Конлера. Эйден закрыл глаза и сконцентрировался. Пожалуйста, пожалуйста.

Но показалось, что приближалось что-то большое…

Эйден открыл глаза. Он услышал звук подъезжавшей кареты. Затем карета остановилась. Из неё вышел Эстин. Лукас и Эйден склонили головы.

- Мэри?

- Мужчина забрал её и исчез.

Услышав эти слова, оглядывавшийся Эстин прислонился к карете. Опоздал. Что-то пробормотав себе под нос с закрытыми глаза, он открыл их вновь и пошёл вперёд, наступив на лежавшего на земле человека.

Должно быть, в характере Мэри была виновата его кровь…

В тот момент.

Перед Эстином и Эйденом медленно появился и замерцал чёрный свет.