Ох, я же не трусиха.

Я через многое прошлое, начиная от издевательств в прошлой жизни, заканчивая тем, что в этой жизни стала лучшей в приюте.

Однако после прибытия в замок Конлер я всё время чувствовала себя странно обескураженной.

Может, из-за дороговизны и красоты.

Надо хорошо справиться.

Даже если этот мир не вертится вокруг меня, и я никак не главная героиня этого мира, я всё равно хочу избежать попадания в Никор.

Я уж лучше буду жить очень тихо.

Выйти замуж за своего жениха? Я даже этого не хочу.

Просто… у меня простая цель - жить со своей частью наследства.

«Проблема в том, что мой отец – холодный цветок Бритины, великий герцог Эстин…»

Бонита сказала, что после переодевания я могу идти в кабинет. Я тихо вздохнула.

Бонита, услышав мой вздох, посмотрела на меня и дружелюбно погладила по голове.

- Бонита…

- Всё хорошо, мисс.

А что хорошо-то?

Но дружелюбный взгляд Бониты придавал мне мужества.

- Леди, почему у вас так сильно ноги трясутся?

Из-за нервов я не могла унять дрожь в ногах.

Бонита, провожающая меня, держала меня за руку. Видимо, ей было меня жаль.

Я никогда лично не встречала герцога Эстина, я читала о нём только в новелле, но… моё сердце готово было разорваться.

Стоит успокоиться.

Сердца так легко не взрываются.

Великолепный и ослепительный свет, проникающий через огромное окно, поблёскивал на мраморном полу коридора.

Глядя на это, становится понятно, почему оригинальная Мэри была так опечалена.

Она должна была стать любимой младшей дочкой в таком огромном и великолепном месте. Но её похитили, как только она родилась, и спрятали где-то в горах.

Великолепный коридор был заполнен картинами и скульптурами, которые выглядели эстетично даже глазах людей, что совсем в нём не разбираются. Таких как я, например.

Ого, сколько же это всё стоит?

На красочных стенах висели огромные портреты.

Я на некоторое время остановилась напротив портрета мужчины с платиновыми волосами, несмотря на то что Бонита почти тащила меня.

«В родословной Конлер есть человек с платиновыми волосами?»

- О, это первый глава семейства Конлер, - объяснила Бонита, когда увидела мой озадаченный взгляд.

Только тогда я поняла.

Если он первый глава Конлеров, то это он вложился в основание империи Бритина, а после женился на демоне и принёс семье демоническое благословление.

«Так этот мужчина не черноволосый».

Хоть я ещё не видела папу и братьев, но… после взгляда на этот портрет, мне показалось, что они точно не будут выглядеть, как он.

Куда, чёрт возьми, делись гены первого главы?

Поэтому люди говорят, что никакая блондинка не побьёт черноволосую?

Вскоре Бонита остановилась напротив двери с выгравированным гигантским орлом.

Это, наверно, кабинет великого герцога, учитывая, что эта дверь намного красочнее и стариннее остальных дверей.

Я сглотнула.

Бонита посмеялась, услышав это. Она положила руку на дверную ручку и пару раз постучала в дверь.

- Можете войти.

Я услышала знакомый голос Лукаса. Когда я беспомощно посмотрела на Бониту, она поторопила меня.

- Мне одной заходить?

- Разве вам не стоит пойти одной?

- А Бонита может к нам присоединиться?

- Там же есть Лукас.

Да кому нужен этот Лукас? Мне сейчас нужна Бонита.

Пока я продолжала держаться за её рукав, Бонита улыбалась так, словно попала в неприятности.

Подумав, что больше не должна доставать её, я отвернулась и уставилась на орла на двери.

Так за этими глазами мой отец.

- Вы его дочь. Всё будет хорошо.

О, я его дочь.

Бонита улыбнулась и подтолкнула меня. Хоть я ничего и не говорила, должно быть, беспокойство было написано у меня на лице.

Я открыла дверь и зашла в кабинет.

В отличие от поместья, в котором было полно красочных произведений искусств, кабинет Эстина был аккуратно оформлен в чёрных тонах.

О, неужели это кабинет безумца, о котором я слышала?

Сквозь тёмные плотные шторы, свисающие с огромного стеклянного окна, занимавшего одну из стен, я увидела большую спину человека, смотрящего на просторный сад.

Лукас, стоящий рядом, посмотрел на меня и слегка поднял руку с улыбкой, как будто пытался снять мое напряжение.

Попытка хорошая, но это не сработало… я не могу расслабиться.

Я просто перебирала пальцами и бесцельно смотрела на спину великого герцога Эстина.

Затем он повернулся и встал передо мной.

Такой была моя первая встреча с «папой»…

Великий герцог Эстин, сияющий на солнце, был очень красив.

Как скульптура, к которой приложили ещё больше усилий, чем к скульптурам, которые я видела по пути в кабинет.

Его глаза цвета ночного неба и ухоженные волосы не шли ни в какое сравнение с портретом первого главы.

Я с недоумением посмотрела на лицо подошедшего ко мне великого герцога Эстина.

Он опустился на одно колено, чтобы установить зрительный контакт.

Его глаза, в которых было звёздное ночное небо, пленили меня.

Смотря в них на своё отражение, я почувствовала, как что-то сжимается в горле.

Я будто смотрела самой себе в глаза, ничего не говоря, и этот момент был такой спокойный.

По какой-то причине я старалась не дышать. Я неосознанно задержала дыхание, а мой взгляд… я пыталась смотреть на его лицо, но не смогла, поэтому смотрела на губной желобок.

О боже. У него даже губной желобок красивый. Говорят, что он появляется из-за того, что ангел прикладывает указательный палец к середине рта малыша, говоря: «Спускайся на землю и сохрани в секрете всё, что случилось на небесах».

Возможно, ангел вкладывал свои сердце и душу, когда давал тайное обещание этому человеку.

Ангел не знал, что этот человек вырастет таким... страшным?

- Ты.

- Да-да?

Я тупо думала, о чём угодно, лишь бы убежать от реальности, но красные губы под симпатичным губным желобком сжались. Он только что сказал «ты»?

Я ответила, заикаясь от изумления. Лукас тихо взялся за живот и посмеялся за спиной великого герцога Эстина.

Этот человек и правда…

Я хотела поднять кулак и ударить его, но не могла, потому что великий герцог смотрел на меня.

- Мэри Конлер.

Мэри Конлер…

Я впервые услышала своё полное имя с уст другого человека, но оно звучало не так незнакомо, как я думала.

Потому что так меня назвал мой биологический отец.

Это голос моего отца, даже если в нём едва ли сквозила доброта.

Его чёрные глаза, казалось, ждали ответа, поэтому я осторожно сказала:

- …Да.

- Неужели ты такая сильная?

А? Чего это он вдруг?

Я пыталась понять скрытый смысл слов великого герцога.

Пока я моргала, великий герцог Эстин, казалось, вообще не закрывал глаз.

Его глаза такие здоровые. Будто он Лютеин, а не Конлер…

[П/п: лютеин – это жёлтый природный пигмент. Его также называют «глазным» пигментом, потому что он наиболее полезен именно для зрения.]

Кстати, он спрашивает, чтобы узнать, действительно ли я ребёнок Конлеров?

Я посмотрела ему в глаза и осторожно кивнула.

- Настолько, что можешь побить взрослого мужчину?

- …это так.

Это невозможно.

Я на секунду засомневалась, потому что не понимала, какого ответа он ожидал; великий герцог Эстин встал.

- Но зачем ты это сделала?

…Не понимаю, зачем спрашивать, если он и так знает примерную историю.

У меня не хватало смелости что-либо объяснить, поэтому я взглянула на Лукаса, но он просто пожал плечами.

Ах. Этот человек и правда…

Сколько бы я не объясняла, поймёт ли этот человек мою позицию?

Какие бы намерения у меня ни были, попытается ли он сказать, что воровать плохо? Но они первые украли. Я просто возвращала.

Поймёт ли он идеалы Хон Гиль Дона?

Я была настолько расстроена, что моя нижняя губа автоматически выпятилась. Но я не могла жаловаться перед его холодным лицом.

После долгой паузы я осторожно начала говорить.

- Это…

- Справедливость не всегда правильный путь.

- …

- Иногда правильнее быть сильнее справедливости.

На мгновение я растерялась, услышав слова, которые точь-в-точь повторяли слова Конлеров.

Семейство Конлер, наверно, единственная семья, которая учит детей таким вещам.

Возможно, они значат, что тебе надо быть сильным, чтобы нести в мир свою справедливость.

Я опустила голову и схватилась за подол юбки.

- Нет, но ведь…

- Нет, но ведь?

Воспоминания о моей прошлой жизни никуда не делись.

Как и моя привычка говорить «нет, но ведь».

Ему будто не нравилось, что я пытаюсь опровергнуть его слова.

Мои руки затряслись.

- Можете думать, что я безрассудная… или глупая.

- Но?

- Я не жалею о том, что сделала…