- Чьё тело мы собираемся сжечь?

- Душа этого человека должна быть похожа на душу Софии. Будет лучше, если она будет того же пола и с той же судьбой. Кроме того, хорошо, если у них будет одинаковый цвет глаз и они будут одной крови…

Миллер двумя руками прикрыл лицо, услышав слова Марии. Кажется, он понял, почему Мария выглядела такой испуганной. Он почувствовал, словно сходит с ума. Миллер спросил Марию:

- Где, чёрт возьми, ты найдёшь такого ребёнка…

- Здесь.

- Мария.

- Вы разве не помните?

Она говорила ему убить собственную младшую сестру.

Когда София и Джессика родились, их отцы были одного возраста. Поскольку они тётя и племянница, они одной крови и у обеих тёмно-зелёные глаза. Поэтому, если они сожгут тело Джессики… София будет жить.

- Вы должны принять решение.

- …Мария.

- Вы должны быть способны сделать что угодно ради своей дочери.

Тёплая ладонь Марии накрыла дрожащую руку Миллера. Это было очень доброе и тёплое утешение для человека, которого попросили убить собственную сестру.

Однако, к собственному стыду, сейчас Миллер не нуждался в утешении. Тело Миллера тряслось… он был счастлив.

«Наконец, я могу избавиться от этого ребёнка…»

- Брат!

Джессика Бруно выбежала, когда Миллер спустя долго время предложил ей прогуляться. Он сказал, что она всегда сидела в поместье, поэтому её кожа такая бледная. Джессика, которая бежала с широкой улыбкой, встала рядом с Миллером и перестала улыбаться.

- Ох, я слышала о Софии… Я даже не могу навестить её.

- Всё в порядке.

- Нужно быстрее сбить её температуру.

- Я использую хорошие лекарства, поэтому вскоре ей станет лучше.

- Если я что-либо могу сделать, скажите мне, брат.

- Что ты имеешь в виду под «что-либо»?

- Она моя единственная племянница, я сделаю всё возможное…

- Хорошо, буду иметь в виду.

Миллер улыбнулся Джессике. Джессика на мгновение была озадачена улыбкой своего брата, а после широко улыбнулась.

В тот же день. Он запер Джессику в отдельном здании, использующемся как склад, и поджёг его. Он потащил Джессику с помощью двух людей, которым мог доверять.

Джессика, стуча в дверь, звала на помощь, отчего Миллер невольно прослезился. Почему-то уголки губ продолжали подниматься. Спустя время крики Джессики перестали быть слышны.

- Кажется, умерла.

- Принесите мужской труп.

- Что?

- Джессика Бруно, к сожалению, сгорела заживо, когда встречалась с незнакомым мужчиной в отдельно стоящем здании.

- …Да.

- Подготовьте грандиозные похороны.

Сказав это, Миллер Бруно развернулся и направился к поместью. Пока шёл, он не мог сдержать смех.

«Отец, почему вы не наложили защитное заклинание на Джессику Бруно вместо завещания…»

У дверей поместья Мария смотрела на Миллера полными слёз глазами. Миллер остановился и посмотрел на Марию. Мария кивнула.

Семье Бруно было дано благословление демона.

***

- Вы правда слышите? – спросил Лукас Эстина, который был погружен в свои мысли, глядя в окно кареты, возвращающейся в замок. Эстин посмотрела на Лукаса, как бы спрашивая, о чём тот говорит. – До этого в поместье Бруно. Вы правда слышали рыдания?

- Так вот ты о чём.

Эстин посмеялся. Но Лукас смотрел на Эстина с огоньком в глазах, словно ему действительно было любопытно.

- Всего несколько людей знают. Что Миллер Бруно убил свою сестру.

- Верно.

- Но вы правда слышали её рыдания?

- …

Эстин промолчал на вопрос Лукаса. Лукас заметил. Что Эстин действительно слышал рыдания в поместье.

- Грустно.

- Не страшно?

- Это грустно. Она ведь до сих пор плачет.

- Хм.

- В то время он устроил ей пышные похороны.

Лукас положил правую руку на левую грудь, словно это было действительно душераздирающе. Он вспомнил похороны и помолился за упокой её души. Он надеялся, что она попадет в хорошее место.

- Кстати, Ваша Светлость и призраков видит?

- Они получили благословение демонов.

- …Что?

Лукас нахмурился от неожиданных слов.

Ранее он слышал о таком. Заклинание, применяемое людьми без магических сил, чтобы принудительно совершить какое-то «чудо». Говорили, что это возможность для тех, кто находится на краю пропасти, кто жаден и полон злобы. Поэтому люди называли это «благословением демонов».

«Правда ли, что люди, которые на самом деле получили благословение демонов, могут слышать плач?»

Благословение есть благословение, но была отдельная причина, по которой этот акт был назван благословением демона. Потому что он требовал посредника, жертвы.

- Он убил Джессику Бруно за благословение демонов. Если так подумать, я помню, что несколько лет назад дочь барона Бруно была больна, и они спрашивали у меня о раманичо.

- Да. Чтобы спасти свою дочь.

- Нет, разве это не слишком, как он мог убить собственную младшую сестру…

Эстин слегка улыбнулся, потому что слова Лукаса показались невинными. Как мог человек, что работал в семье, которая бросила своего сына, только лишь потому что у того были не чёрные волосы и глаза, быть шокированным от такого.

- А Ваша Светлость?

- …?

- Если леди Мэри заболеет и нужно будет кого-то убить, чтобы исцелить её… Вы бы смогли убить кого-нибудь?

В ответ чёрные глаза без эмоций уставились на Лукаса. А затем он тихо рассмеялся, словно услышал что-то абсурдное.

- Разве у нас не осталось ещё раманичо?

- Ох, Ваша Светлость! Это не такая болезнь…

- Я ничем не лучше Миллера Бруно.

- Что?

- Я не смогу с лёгкостью убить кого-то.

- …

- Я заставлю человека чувствовать себя так, что он предпочтёт умереть.

***

- Вы в порядке?

Когда Эстин и Лукас уходили, она забеспокоилась, когда Миллер не вышел проводить их. Даже после того, как они ушли, Миллер ещё долго не выходил из кабинета. Сколько бы она ни стучала, из кабинета не доносилось ответа.

В конце концов, Марии пришлось открыть дверь кабинета. Она увидела мужа, сидящего на полу кабинета.

- Дорогой!

Её муж истекал кровью.

- Каким бы, каким бы ни был великий герцог, как он мог так поступить с вами?

Мария вытащила свой носовой платок и начала вытирать рот Миллера. Видимо, у него во рту была глубокая рана. Она слышала о жестокости великого герцога Эстина, но не ожидала, что он настолько жесток.

- Я прямо сейчас позову лекаря.

- Мария…

Когда Миллер невнятно позвал её, из глаз Марии потекли слёзы.

- Вы в порядке? Вы можете говорить?

Миллер беспомощно кивнул. Мария погладила его по спине, словно прося быстрее говорить.

- Ты сможешь вновь найти того, кто научил тебя заклинанию?

- Что?

- Которое спасло Софию… то заклинание.

Услышав слова Миллера, Мария уронила руку, которой гладила его спину. После похорон Джессики Бруно Миллер и Мария, не сговариваясь, больше не говорили о том дне. София тоже не упоминала историю Джессики.

Поэтому она забыла.

- Я, это…

- То была не пожилая женщина.

- Дорогой.

- Ты ходила туда. В подземный мир.

Он всё знал.

Рука Марии, сжимавшая окровавленный носовой платок, начала дрожать. В тот раз она точно сказала мужу, что этому её научила пожилая женщина, с которой она случайно столкнулась. Поскольку он сделал всё, ничего не сказав, она подумала, что он поверил ей.

- Я правда хотела спасти Софию.

Когда её здоровье не улучшалось, Мария вспомнила о подземном мире, о котором слышала в детстве. Где совершались все преступления. Она слышала, что там продаётся даже запрещённая древняя магия. Мария тайно искала это место и нашла местонахождение подземного мира.

После она услышала заклинание от одного мужчины.

Она ему не поверила, поэтому он точно указал на состояние Софии и её сходство с Джессикой Бруно. Он также знал секрет семьи Бруно, о котором никто не знал.

[- Разве так не лучше?]

[- Что?]

[- То завещание.]

[- Как вы…]

[- В подземном мире известно всё.]

Мужчина говорил с улыбкой. Он был весьма красив, у него была приятная улыбка, но от неё у Марии по телу пробежали мурашки.

- Вы думаете, что единственный готовы на всё ради Софии?

- …

- София и моя единственная дочь.

Миллер на мгновение закрыл глаза. То, что произошло сегодня, было так оскорбительно. Миллер сжал дрожащий кулак. Великий герцог Эстин выпустил всю свою энергию и заставил его упасть на колени. Если бы только у него была подобная сила.

Ни Логан Рейли, ни Рекс Блуа не посмели бы не уважать его.

- Мария, ты помнишь это место?

- Миллер.

- Подземный мир… Я тоже должен сходить туда.

В первый раз всегда сложно.