Когда я бежала, оставив позади Демимора и Астину, в голове мелькнула мысль: [избегая таких ситуаций, я ведь ничего не решу.]

[Но ноги оказались честнее мыслей. Я просто хотела уйти, прямо сейчас, немедленно, а думать об этом потом, как-нибудь в следующий раз.]

«Мэри!»

Я услышала, как Демимор зовёт меня, но только ускорилась.

[Пожалуйста, пусть он сдастся…]

«Прости, но я тоже побегу!»

Увы, Демимор явно не получил мои мысленные предложенеи. Он с радостным энтузиазмом заявил на все Великое герцогство, что непременно меня догонит.

Даже сквозь шум ветра я слышала его лёгкие, уверенные шаги позади. Расстояние между нами быстро сокращалось.

[Вот уж не думала, что он так быстро бегает!]

[Хотя, если честно, я никогда не соревновалась с Демимором в беге, так что и не знала, насколько он хорош. Но я ведь ещё ни разу не проигрывала.]

«Ты в порядке?»

Он схватил меня за талию, и я чуть не потеряла равновесие.

Оказавшись лицом к лицу с ним, я прикрыла лицо руками, от смущения, от растерянности, от всего сразу.

[Боже…Никогда бы не подумала, что Демимор Арстанс способен влюбиться в меня.]

«Прости, я не хотел хватать тебя вот так.»

«…Всё в порядке.»

«А ты, знаешь, что, тоже впечатляющая леди.»

Я вспомнила, как он всегда называл Астину леди, даже когда спорил с ней. [Тогда я думала, что именно так должен вести себя идеальный мужчина. Но наши отношения с Демимором…немного другие.]

«Издеваешься, да? Какая леди, убегает после признания в любви?»

Почему-то стало обидно, и слова вырвались сами собой, сбивчиво и тихо.

Я подняла взгляд, Демимор смотрел на меня с такой нежной улыбкой, что сердце сбилось с ритма.

Он словно находил меня очаровательной до безумия.

[Может, он и раньше так смотрел, но теперь, когда я знала, что он меня любит, это казалось странным.]

[Будто что-то щекочет изнутри, беспокойно, почти щемяще.]

«Но мне именно такая ты и нравишься.»

«Ты сумасшедший.»

«Возможно. Я влюбился в тебя с самой первой встречи. Даже когда ты украла мои драгоценности.»

[Ну, строго говоря, я их не украла, просто заняла, чтобы помочь Кэрол с деньгами.]

Но, глядя на серьёзное лицо Демимора, я не стала оправдываться. Он просто обнял меня.

«Ты ведь приходила ко мне в комнату перед тем, как уехать?»

«Откуда ты…знаешь?»

«Это было чудесно. Знать, что именно обо мне ты думала напоследок.»

[И правда. Последнее лицо, которое я видела, убегая, было его. Только его.]

[Зачем я тогда пришла? Не знаю. И не хочу искать причин. Ни одна из них не покажется правильной.]

[Наверное, Демимор понимал это, вот почему спросил так мягко.]

Прежде чем я успела ответить, он предложил мне подумать, о своих чувствах к нему.

Я колебалась, но потом всё же обняла его в ответ.

«Ты…хочешь расторгнуть помолвку?» - спросил он с лёгкой грустью.

Не знаю, боялся ли он, что я не осознаю своих чувств, или просто притворялся несчастным, но я не смогла сдержать улыбку.

«Не знаю.» - сказала я небрежно.

Он крепче сжал меня в объятиях.

Пока нас, наконец, не догнали мои трое братьев и Рекс, и силой не разняли.

***

«Арсен скоро станет новым Богом.» - сказал кто-то.

Роман Розанны уже давно вышел за пределы Империи Бритина и стал известен всему континенту.

Читатели осуждали Бога Смерти и сочувствовали Ларте, восхваляя Арсена.

Арсен, не забывший Ларту и спасший множество людей, стал героем своего времени.

Даже то, что деревня, где жили спасённые им люди, существовала в действительности, укрепляло веру в него.

Когда Бог Смерти исчез, нужда в деревне отпала.

Семья Конлер приютила этих людей у себя, помогла им освоиться, и вскоре место стало чем-то вроде святыни, там даже построили небольшой храм в честь Арсена.

Со временем подобные храмы начали появляться повсюду, а его культ - распространяться.

Так Арсен готовился стать Богом.

«Вы выглядите счастливой.» - заметил кто-то.

Больше всех радовалась Таратра - древний хранитель континента, Богиня мудрости, изображённая на монетах. Несмотря на усталость, по её лицу было видно: она счастлива. Это сразу поняла Хелена, и сама невольно улыбнулась.

«Это будет хорошо и для тебя, Хелена.» - сказала Таратра, мягко проведя рукой по её волосам.

«Ах…»

«Когда Арсен станет Богом, проклятие Великого герцога исчезнет. Это лишь вопрос времени.

Хотя Хелена была взрослой женщиной, матерью четверых детей, Таратра порой обращалась с ней как с ребёнком. Ведь человеческая жизнь, лишь миг для божества.

«Спасибо вам, Таратра.»

«За что ты благодаришь? Я ведь даже не смогла снять это проклятие.»

«Вы обязаны быть справедливой. Ведь и Королевская семья почитает вас…»

[Да, только божество, защищающее континент, могло бы снять проклятие с герцогского рода. Но Таратра должна была сохранять нейтралитет.]

[Впрочем, Мэри, как святая, любимая отцом Арсена, всё же получила особую милость.]

[Когда Бог Смерти исчез, его проклятие тоже рассеялось. Осталось лишь одно.]

[И если Королевская семья перестанет требовать от герцогов безумной, слепой преданности, возможно, исчезнет и давнее чувство неполноценности, терзавшее их сердца.]

Таратра предпочла думать о хорошем.

Глядя в тёплые глаза Хелены, она вспомнила Мэри Конлер, ту, кого никогда не видела, но кто так напоминал эту женщину.

[Наверное, потому, что в утробе Хелены когда-то жила дитя, благословлённое Богами.]

«Хелена, тебе понравилось встретиться с ребёнком во сне?»

«Когда?»

«В твоём сне.»

Хелена задумалась. Простое воспоминание о той встрече осветило её лицо мягкой улыбкой.

«Да. Она была очаровательна…Сказала, что пользуется луком, который я когда-то подарила Гестии. Я так благодарна ей, что она передала его Мэри. Ещё тогда, когда Мэри была во мне, я знала: она вырастет доброй и светлой. Но мне было и жаль, и радостно одновременно. Всё, благодаря вашему благословению, Богиня Таратра, а также Лукасу, Гестии, Боните…и, конечно, моим детям. Гилберт старается быть взрослым, но у него очень доброе сердце. Эйден говорит холодно, но он самый чуткий из всех. Теодор - непослушный, но такой милый…Хотелось бы, чтобы я могла быть рядом с ними чуть дольше.»

Таратра никогда не видела, чтобы Хелена говорила так много.

Обычно с Богиней она была сдержанна. Но сейчас, в её голосе, живое тепло, и это делало её ещё более трогательной.

«Они выросли замечательно. Все трое прекрасно учились в академии. Хотя, конечно, оценки не главное…Всё это заслуга Эстина Конлера.» - сказала она, и её голос её дрогнул.

Таратра нежно погладила её по волосам, словно утешая ребёнка.

«Я тоже хочу подарить тебе подарок, Хелена.»

«Возможность поговорить с Мэри уже была для меня подарком.»

«А тот дар был предназначен для самой Мэри Конлер.»

«Когда сила Арсена окрепнет, станет возможным и это.»

Хелена не знала, что ей предстоит получить, но с благодарностью кивнула.

Глядя на неё, Таратра подумала об Арсене, который сегодня должен был встретиться с Мэри.

[Тяжело ему, должно быть…]

Однажды она спросила его:

[Как ты смог не забыть Ларту за столько лет?]

Арсен улыбнулся - мягко, немного грустно.

[Как можно забыть семью?]

[Семью?]

[Она была для меня как младшая сестра.]

Тогда Таратра не смогла найти слов, чтобы утешить его.

Так же, как и сейчас, не могла по-настоящему утешить Хелену.

[Как утешить того, кто навсегда потерял возможность увидеть свою семью?]