***

Розанна пыталась написать роман по просьбе Демимора.

[Точнее, старалась.]

Но мысли не складывались в слова. Перо бессильно замерло на чистом листе, а она, устало опершись подбородком о ладонь, просто смотрела на белую бумагу.

[На этот раз было особенно сложно, не потому, что не о чем писать, а потому, что Демимор заранее указал, что именно должно войти в историю.]

[Главными героями должны были стать два Бога и женщина.]

Хотя...можно ли было называть их обоих Богами?

Розанна не была уверена. Бог Смерти, сын божества и святая - странное сочетание.

Мэри, её единственная постоянная читательница, давно не показывалась, а Император в последнее время неодобрительно относился к её литературным занятиям. Так что писать Розанна почти перестала.

[Ах, как же трудно…] - вздохнула она, потерев виски.

После долгого перерыва ей не хватало уверенности.

Сначала она хотела отказаться от просьбы Демимора, но он сказал, что делает это ради Мэри, и тогда Розанна уступила.

Она всё ждала момента, чтобы помириться с Мэри.

К счастью, в последнее время вела себя примерно, даже Император стал доверчивее. Да и настроение у него было на удивление хорошим: Кэмерон, мучившийся загадочной болезнью, наконец шёл на поправку.

[И всё это благодаря Демимору…]

Ночь в дворце выдалась неспокойной.

Розанна не могла уснуть, в покоях стоял какой-то странный холод. Накинув на плечи шаль, она вышла в коридор.

Рыцарь у двери бросил на неё удивлённый взгляд, а служанка поспешила следом.

В воздухе чувствовалось что-то тревожное.

Розанну охватил холод, неужели случилось что-то с Кэмероном?

Слухи донеслись быстро. Говорили, что Демимор был замечен в покоях Кэмерона…и что пол был залит кровью.

Когда туда ворвались рыцари, Демимор будто находился в оцепенении. Но врач, поспешивший на место, заявил, что дыхание Кэмерона выровнялось.

Все спрашивали, что произошло, но Демимор молчал.

Так, неожиданно для всех, он стал героем, спас жизнь сводного брата, который годами его презирал.

Более того, поговаривали, что ему удалось обрести магическую силу, нечто, что прежде было возможно лишь в Великом герцогстве Конлеров.

Дворянство, за исключением самого герцога, восторгалось: мол, сын Императора скоро станет независим от помощи герцога.

Розанна впервые увидела, как широко может растянуться улыбка её отца.

Ирония судьбы, ведь единственный, кто теперь смотрел на Демимора с презрением, был сам Кэмерон.

[Зачем же он заставил меня писать это?]

Она пыталась спрашивать Демимора, но тот неизменно уходил от ответа.

Любопытство разрывала её, но даже Императрица посоветовала оставить вопросы.

И всё же, глядя на бледное лицо Демимора, Розанна чувствовала, случилось что-то страшное.

А потом он вдруг пришёл к ней…и попросил написать роман.

Его взгляд, полный отчаянной надежды, всё ещё стоял у неё перед глазами.

Вздохнув, Розанна достала старую тетрадь с поэмой, той самой, о которой когда-то упомянула Мэри: [Когда не идёт текст, перечитай это.]

Поэма была популярна лет пять назад, хотя сейчас Розанна и не понимала, почему.

[Тогда Мэри говорила о ней с такой серьёзностью…Это было во время их первой встречи в салоне.]

Розанна улыбнулась воспоминанию и начала читать.

Вновь ощутила боль и чувства героя, и, вдохновившись, снова взяла перо.

[Но как же зовут Бога Смерти?]

[Демимор сказал, что если в сюжете появятся пробелы, она может придумывать их сама.]

[Но почему-то персонажи казались ей настоящими, и Розанна не решалась просто дать им случайные имена.]

«Здравствуйте, принцесса.»

Она вздрогнула, в покои вошёл мужчина.

Когда-то его наглость её раздражала: [как он вообще смеет вот так заходить к принцессе без приглашения?]

[Теперь привыкла, хотя всё ещё не могла понять его тон, вроде вежливый, но как будто насмешливый.]

«Вы писали, да?» - спросил он.

Это был Арсен, тот самый, кого Демимор представил как помощника в её литературном проекте.

Говорили, именно Арсен помог Демимору исцелить Кэмерона своей магией.

И хоть разум подсказывал, что надо бы быть с ним любезнее, брови сами собой сошлись.

«Принцесса, я ведь с уважением обратился, как вы просили. Почему тогда у вас такой взгляд?»

[С уважением?] - фыркнула Розанна про себя.

Вздохнув, она решила задать то, что давно вертелось на языке, и поскорее закончить разговор.

«У меня есть вопрос.»

«Слушаю, как раз вовремя.» - ответил Арсен.

«Мне любопытно…Как зовут Бога Смерти?»

«Его имя?» - Арсен нахмурился.

Не желая ставить его в неловкое положение, Розанна помахала руками:

«Если не хотите говорить, не нужно.»

«Да нет…просто…» - замялся он.

«Просто?»

«Просто я…не могу вспомнить. Никто никогда не спрашивал его имени.»

Он произнёс это задумчиво, словно сам поражаясь своему открытию.

Розанна постукивала пальцами по столу.

«Так как же всё-таки? Вы не помните?»

«Подождите минутку, принцесса. Вы такая нетерпеливая…»

Он прикрыл глаза, вспоминая. И наконец выдохнул:

«Лео.»

«О, неожиданно обычное имя.» - усмехнулась Розанна.

«Да…» - ответил Арсен с горькой улыбкой.

Сын Бога Земли, низвергнутый в тьму, отказался от своего имени и стал Богом Смерти.

[Может быть, поэтому умерших хоронят в земле.]

Арсен тихо усмехнулся, будто вспомнил что-то давно забытое.

«А что, если сам Бог Смерти умрёт?» - спросила Розанна, подперев щёку.

Он посмотрел на неё.

В её глазах, таких же светлых, как у Демимора, горело искреннее любопытство.

«Кто-то должен будет занять его место.» - задумчиво ответил Арсен.

«Но кто захочет стать Богом Смерти?» - удивилась она.

[Смерть, то, чего люди боятся, а не уважают.]

[Боги, чья сила питается верой, редко выбирали такую судьбу. Только извращённый безумец вроде Лео мог решиться на это.]

Розанна задумчиво посмотрела на перо и снова принялась писать, а Арсен наблюдал за ней, с непонятным смешением интереса и тоски.

***

Боль в плече была невыносимой.

Что-то горячее стекало по коже, кровь.

От шока я не могла закричать. Просто осознавала, что в меня воткнули нож.

Наверное, он ударил с такой силой, что брызги крови попали ему прямо в лицо.

[Ну что ж, счёт 1:1, я ведь раньше тоже всадила в него стрелу. Можно считать, ничья.]

Я не собиралась рыдать.

«А-а-а!» - вдруг закричал он.

Я моргнула. [Почему он кричит?]

Бог Смерти схватился за лицо, искажённое болью. Из его кожи поднимался дым, точно такой же, как от раны на спине, куда я попала стрелой.

«Госпожа!» - крик Гестии теперь звучал ближе.

Я прижала руку к плечу и подняла взгляд.

«Что ты со мной сделала?!» - взревел Бог Смерти, хватая меня за плечо.

Но почти сразу отдёрнул руку, будто обжёгся. Его пальцы дымились.

[Что это было? Моя кровь?]

Я сжала его запястье окровавленной ладонью, и он вздрогнул, отшатнувшись.

Схватила нож, тот самый, которым он меня ударил, и, не раздумывая, бросилась вперёд.

«Безумная…» - выдохнул он, но не успел договорить, согнулся, прижимая живот.

Голова закружилась, силы покидали тело.

Мы оба рухнули почти одновременно.

Его глаза - фиолетовые, теперь словно затянутые кровью, встретились с моими.

Мы просто смотрели друг на друга.

Молча.