***

Во дворце появился неожиданный гость.

Снаружи он сиял так ослепительно, будто хранил в себе само солнце, но внутри царила тишина.

Всё потому, что Император терпеть не мог шум, поэтому даже дыхание его слуг было неслышно, шаги едва касались пола.

Однако слухи, гулявшие по Империи, будоражили любопытство даже самых сдержанных аристократов.

Говорили о сбежавшей дочери Великого герцога…

О той самой, что была не кем иным, как невестой второго принца.

Гостей в Императорском дворце было немного.

Большинство приходило к салонам Розанны или Кэмерона.

К Демимору и его матери почти никто не заглядывал.

Особенно к его матери, она жила словно в изоляции.

Слуги за глаза называли их с Демимором «тропическими цветами в оранжерее Императора».

Сравнение звучало красиво, но за ним скрывалась горечь.

Ведь цветы в Императорской оранжерее не росли здесь по своей воле, их завезли издалека, заставив прижиться ради прихоти Императора.

[Он любил всё яркое и прекрасное…но в итоге эти «цветы» оставались просто украшением.]

«Зачем они встречаются?» - шепнул один слуга.

«Может, из-за Великой принцессы?»

«Но почему тогда приехал Рекс Блуа, вместо трёх сыновей Великого герцогства?»

«Кто знает…»

Сам факт, что Рекс Блуа прибыл во дворец, чтобы встретиться с Демимором, вызвал настоящий переполох.

«Думаешь, между ними что-то есть?»

«Возможно.»

Двое слуг тихо усмехнулись, но тут же спрятали улыбки, в стенах Императорского дворца даже шёпот мог стать причиной беды.

Тем не менее, пересуды продолжались:

«Как думаешь, помолвку разорвут?»

«После такого побега, наверняка. Каким бы высоким ни был её род.»

«Говорят, дела у герцога Конлера тоже плохое…»

«Неужели Империя, где никогда не заходит солнце, уходит в прошлое?»

Один из слуг взглянул на солнечный узор, высеченный на мраморных стенах дворца.

История о дочери Великого герцога потрясла весь континент.

С самого рождения эта девушка приносила беспокойство.

[Если рухнет дом Конлеров, сколько ещё продержится Империя?]

«Смотри, вот и Рекс Блуа.»

Слуга, вырванный из мыслей, повернулся и действительно увидел, как во дворце поднялось лёгкое волнение.

Рекс и Демимор обменялись рукопожатием.

«Какая красивая пара.» - шепнул кто-то из наблюдавших.

[Оба юноши и правда выглядели как сошедшие с полотна художника. Если бы двух живописцев попросили изобразить самого прекрасного юношу в мире, один написал бы Демимора, другой - Рекса.]

[Но их души сейчас были далеко не столь безмятежны, как эта картина.]

«Есть новости о Мэри Конлер?» - спросил Демимор.

«Нет. И даже если бы были…вряд ли я смог бы рассказать.»

«Жаль.» - вздохнул Демимор, но без особого удивления, будто и не ждал иного ответа.

Рекс вгляделся в него, и, с трудом сохраняя спокойствие, спросил:

«А, о моей сестре?»

«Что?»

«О ней есть хоть какие-то вести?»

Голос Рекса дрогнул, хоть он и пытался говорить ровно.

С того дня, как его сестра, самый дорогой ему человек, исчезла, оставив лишь письмо, что уходит ради спасения отца, он не знал покоя.

Он злился на Демимора, за то, что тот выглядит таким спокойным.

[Как можно быть таким невозмутимым, когда пропала твоя невеста?]

«Значит, нет новостей.» - произнёс он, сжав кулаки.

«Увы.» - коротко ответил Демимор, слегка пожав плечами.

Рекс понимал: этот странный поединок взглядов бессмыслен.

Но когда он смотрел на Демимора, здравый смысл будто покидал его. Всё потому, что тот был женихом его сестры.

[И, возможно, когда-нибудь они действительно станут супругами.]

[В его детстве пары создавались по необходимости, а не по любви.]

[Когда Рекс Блуа стал ненужен, его лишили семьи и сослали в дом Конлеров.]

[Парадоксально, но именно там он узнал, что такое настоящая семья.]

[Для Мэри он был младшим братом, которого нужно оберегать.]

[А для него - она стала человеком, которого он будет защищать до последнего вздоха.]

[Даже если придётся стоять против ветра, под проливным дождём или под палящим солнцем.]

[Иногда Рекс думал: если судьбу каждому вручает Бог, то этот Бог - жестокий.]

[Особенно для него.]

[Хотя, глядя на Демимора, он понимал, возможно, и тому судьба не улыбалась.]

И всё же сейчас единственный, кто мог помочь Рексу Блуа, это стоящий перед ним принц Арстанс.

«Это было непростое решение.» - тихо сказал Демимор. «Спасибо, что согласился.»

«Да, непростое.» - ответил Рекс без притворства.

[Исчезновение Мэри ударило по нему сильнее, чем он ожидал.]

Демимор это понимал, вспоминая угрозы и тревожные предупреждения, которые Рекс бросал ему до помолвки.

[Тогда Рекс всегда следовал за сестрой, словно птенец за матерью.]

«Ты не чувствуешь тревоги?» - спросил Рекс, когда Демимор поднял чашку с чаем.

«Что ты имеешь в виду?»

«Она исчезла. И…ходят слухи, будто помолвка расторгнута…»

Они оба замолчали.

[Это был вопрос, на который нельзя было ответить легко.]

[Сказать, что ничего страшного, означило бы солгать.]

«Поверь в Мэри.» - наконец сказал Демимор.

Он вспомнил её письмо: «Я ухожу, чтобы защитить отца.»

[Если это ради кого-то другого, она обязательно найдёт путь назад.]

[Он заставил себя поверить в это, иначе сердце разорвётся от тревоги.]

[Даже если весь мир осудит её, он будет ждать.]

[Он обязан ждать.]

Накануне её побега Демимору приснился сон.

[Или…он думал, что это сон.]

[Ночью, когда он дремал у окна с книгой, Мэри пришла к нему.]

Она извинилась и сказала, что они непременно встретятся снова.

Он понял, она пришла попрощаться.

Тогда его захлестнула злость, отчаяние.

Но сейчас, глядя на Рекса, он не мог позволить себе выплеснуть её.

Он лишь жалел тех, кто остался в доме Конлеров, не понимая, что происходит.

[Но мысль о том, что перед уходом она подумала именно о нём, немного согревала.]

«Мы ищем её всеми возможными способами.» - спокойно сказал он. «Так что не волнуйся.»

«Конечно.» - сухо ответил Рекс, не веря ни слову.

Демимор уловил его раздражение, но лишь мягко улыбнулся.

«Почему же наш добрый и милый Рекс так сердится?» - спросил он вдруг.

Слова могли показаться язвительными, но сказаны они были без насмешки, с искренним недоумением.

Рекс, поняв это, не стал злиться.

«Думаю, когда она вернётся, сестра не просто рассердится.» - сказал он.

«Да.» - кивнул Демимор. «Она ведь всегда такая.»

Он вспомнил, как Мэри рассказывала ему о брате: [что, когда Рекс задумывается, будь он счастлив или печален, его взгляд опускается, и в этом жесте столько грусти, что сердце сжимается.]

Теперь Демимор понял, о чём она говорила.

И вдруг, почти с улыбкой, добавил:

«Возможно, она вернётся только ради того, чтобы отругать нас обоих.»