– Хи-хи-хи~ Скажите мне, я похожа на человека или на бога?

Звук становился всё громче: что-то в лесу заставляло ветви деревьев слегка дрожать.

– Ты выглядишь как человек! Ты выглядишь как человек! Господин Монстр, мы все бедные люди. Мы просто пришли сюда, чтобы заработать на жизнь!

Перепуганного Лю Чжуанъюаня больше ничего не заботило. Он не мог придумать ничего другого и поспешно распростёрся на земле, непрерывно кланяясь в сторону леса.

Он вдруг остановился, потому что увидел перед собой пару маленьких, худеньких ножек в расшитых башмачках.

У него похолодел затылок, и он, пошатываясь, медленно поднял голову, чтобы увидеть маленькую девушку в новеньком одеянии, стоящую в одиночестве.

Её крупное лицо было белым, но рот был очень маленьким, а глаза ни разу не моргнули, словно чёрные бусинки, вделанные в лицо.

Всё её лицо было скрыто в темноте, словно маленький, белый, парящий в воздухе, шарик.

– Хи-хи, ты правда думаешь, я похожа на человека?

Девушка с забинтованными ногами закрыла рот, усмехнулась и начала приближаться к костру на своих тонких ногах. Когда он увидел, как она идёт, извиваясь так, словно у неё нет костей, последний проблеск надежды в сердце Лю Чжуанъюаня полностью погас. Он столкнулся с чем-то действительно чудовищным!

– Ребята, ребята! Вставайте, не время спать! Нам надо уходить!

Испуганные крики Лю Чжуанъюаня разбудили остальных.

Испуганный Лю Цзюйжэнь схватил горящие дрова и с силой швырнул их.

Однако атака не возымела никакого эффекта, и дрова прошли прямо сквозь тело девушки.

Когда девушка с забинтованными ногами собиралась приблизиться к огню, её тело внезапно замерло, а большая голова резко повернулась в сторону леса на востоке.

Ветви закачались, и Ли Хован и другие вышли, держа в руках несколько светящихся флуоресцентных камней.

– А?

Бай Линмяо, которая в этот момент уже сняла повязку с глаз, что-то заметила.

– Старший брат Ли, посмотри, эта женщина действительно является нечистью! У неё нет затылка, и спереди, и сзади - одни лица!

Со звуком “лязг~!” длинный меч был обнажён, и Ли Хован с настороженностью посмотрел на крайне странную женщину с перевязанными ногами, стоящую вдалеке.

– Кто ты?

– Хи-хи, я же человек. Разве я не похожа на него?

После того, как прозвучал чрезвычайно тонкий голос, девушка с ногами в бинтах изогнула своё тонкое тело, словно сороконожка, и начала приближаться.

Ли Хован, естественно, не мог просто сидеть и ждать смерти, поэтому он быстро принял решение: он протянул левую руку, в которой появился надколотый даосский колокольчик.

“Дзинь, дзинь, дзинь~!”

Раздался пронзительный звон, и все присутствующие, включая самого Ли Хован, закрыли уши с выражением боли на лице.

Ли Хован не останавливался и продолжал энергично трясти, потому что он видел, что всё и вся в его поле зрения извиваются и яростно трясутся, включая женщину с перевязанными ногами.

От тряски её новое одеяние с изображёнными на нём цветами начало трескаться, и из него непрерывно вырывался какой-то чёрный газ.

Медный колокольчик подействовал на эту девушку!

Вдруг маленькая женщины, и её постепенно разрушающееся тело с диким криком покатилось назад к лесу, в мгновение ока исчезнув с поля зрения Ли Хован а.

Звон постепенно прекратился, и Ли Хован с удивлением посмотрел на колокольчик в своей руке.

“Хоть я и не вызывал бродяг [1], не ожидал, что он так пригодится.”

Было ли это потому, что колокольчик был надколот, или по какой-то другой причине. Хотя Ли Хован получил медный колокольчик Даньянцзы, всё же каждый раз, когда он тряс им, линии вокруг него хаотично колыхались и не складывались в бродяг, как это было при Даньянцзы.

Чем больше он видел, тем больше запутывался в этом мире: что за чертовщина здесь происходит?

– Господин, Мастер! Спасибо, что пришли на помощь! У меня действительно были глаза, но я не увидел гору Тайшань. Подходите, подходите к нашему костерку.

Лю Чжуанъюань, преисполненный благодарности, подошёл и с энтузиазмом потянул Ли Хована к костру.

По сравнению с тем, что было сейчас, эти монстры, идущие за даосским мастером, несомненно, гораздо более дружелюбные, ведь с даосским мастером в группе эти твари в лучшем случае только пугают, а то, что было только что, действительно может убивать людей.

– Эх! Этот проклятый зверь! Если бы он не удрал внезапно, как чума, как я мог пренебречь высокопоставленной персоной!

Лю Чжуанъюань достал трубку с табаком и притворился, что постукивает ею по седлу.

Ударив ею несколько раз, он обернулся и крикнул:

– Эй, Цзюаньхуа, скорее, принеси паровые булочки и воду! Принеси самые большие булочки из белой муки! Принеси ещё три... Нет! Пять соленых утиных яиц!!!

Ли Ховану стало немного не по себе от внезапного энтузиазма Лю Чжуанъюаня.

– Не беспокойся, старик. Могу я задать тебе несколько вопросов?

– Спрашивай! Спрашивай что угодно! Ты только что спас жизни всей нашей семьи! Ха-ха, можешь спрашивать всё, что захочешь!

Лю Чжуанъюань похлопал себя по груди и засмеялся.

Похоже, почувствовав недостаток энтузиазма, он постучал твёрдым солом в своей трубке несколько раз, снова прикурил и протянул её Ли Ховану.

– Эм, спасибо, сэр [3]. Я не курю. Знаете, с чем мы только что столкнулись? Как это называется?

Ли Хован отодвинул рукой трубку с табаком.

В данный момент он ничего не знал об этом мире, а ему нужно было узнать как можно больше, если он хотел жить в безопасности.

Лю Чжуанъюань был явно сбит с толку вопросом:

– Эм, что…? откуда я могу это знать? Господин даос, разве не ты прогнал человека, который сказать ему, кто он? Разве ты не знаешь кто это?

Глядя на его озадаченные глаза, Ли Хован понял, что задал неправильный вопрос, ведь этот старик мог знать не так много.

– Я слышал, вы сказали использовать детскую мочу. Может ли она навредить этой штуке?

– Определенно! Эти твари боятся грязи! Я слышал, что сморкание и прикосновение к носу тоже может быть эффективным. Если вы хотите знать: самая эффективная вещь — это моча мальчика. У этой штуки больше всего энергии ян, и она тоже является грязью.

– Правда? Вы уже пользовались этим, сэр?

Когда Ли Хован задал этот вопрос, Лю Чжуанъюань, который только что был очень решителен, неловко улыбнулся и отвернулся.

– Может быть, это действительно работает. Так говорят старейшины деревни. Если все так говорят, значит, это правда

Ли Хован беспомощно вздохнул: как так получилось, что в этом опять замешаны предки. Неужели люди здесь так отстали в передаче своего опыта?

– Хорошо, сэр, тогда позвольте спросить, что вы знаете о подобных вещах? Часто ли вы с ними сталкивались?

– Нет, такие странные вещи не происходят каждый день. Если бы это действительно происходило каждую ночь, я бы продал всё своё имущество и забрал сына обратно, чтобы тот работал на полях.

Лю Чжуанъюань взял трубку в рот и закурил.

– Я столько лет живу, а сталкивался с этим всего четыре раза.

– Вот как…

Ли Хован смотрел на окружающий его темный лес и по-новому понимал мир.

После долгого пребывания с Даньянцзы он думал, что там повсюду обитают Хэй Тай Суи, но теперь оказалось, что это совсем не так.

Это были вещи, о которых обычные люди слышали, но которые встречались редко.

* * *

[1]

Я всё же буду использовать то же определение, что и в маньхуа. Раз уж я наконец-то реши более-менее ориентироваться на маньхуа, гг тогда тоже станет Ли Хованом.

[2]

有眼不识泰山 - (yǒu yǎn bù shí tài shān) - иметь глаза, но не увидеть гору Тайшань. Это метафора, обозначающая слишком узкие знания и опыт, а также неспособность распознавать людей высокого статуса или больших способностей.

[3]

老丈 - (lǎo zhàng) - уважительное обращение к пожилым мужчинам. В основном использовалось до образования Китайской Республики.