Чжоу Цзинцзе на мгновение замер, прежде чем осознал, что происходит: девушка проявила инициативу. Он не собирался упускать такой шанс.

Едва Сюй Суй переступила порог ванной комнаты, как оказалась прижатой к двери. Чжоу Цзинцзе, прильнув всем телом, поднял руки Сюй Суй над головой и прижал к стене. Он наклонился к девушке, чтобы поцеловать ее.

В ванной витал горячий пар, крохотные капли воды оседали на стенах, дрожали и вот-вот готовы были сорваться. Сюй Суй непроизвольно прикусила губу. Из груди вырвался тихий стон, глаза наполнились слезами и слегка покраснели.

Чжоу Цзинцзе с трудом отпустил девушку. Слегка сжав руку, он хриплым голосом сказал: «Я подожду, когда ты сама захочешь».

Сюй Суй помылась и вышла через час с лишним. Затем Чжоу Цзинцзе зашел в ванную и в холодный день принял ледяной душ, чтобы хоть немного усмирить жар, бушующий в сердце.

По совету Гуань Сянфэна, Чжоу Цзинцзе нужно было постепенно привыкать к замкнутым пространствам, чтобы болезнь отступила. Сюй Суй выбрала для него маленькую темную комнату в доме, которая выглядела крайне удручающе, но способствовала лечению.

Чжоу Цзинцзе сразу перенес туда раскладушку.

Глубокой ночью, когда дверь была плотно закрыта, а свет выключен, Сюй Суй ясно почувствовала, как Чжоу Цзинцзе напрягся на мгновение, его дыхание стало прерывистым. Она немного помедлила, затем обняла парня, прижалась щекой к его груди и тихо сказала: «Все в порядке».

Болезнь – не проблема, пережитые неприятности – тоже, ведь теперь у тебя есть я.

Чжоу Цзинцзе немного расслабился, погладил ее волосы, и они уснули обнявшись. Всю неделю Сюй Суй практически каждый день была рядом с ним, постоянно записывала его психологические и физиологические реакции на стрессовые ситуации.

Сюй Суй очень любила это время: казалось, кроме них в мире не осталось никого. Днем они сидели дома, играли в игры и смотрели фильмы, а вечером гуляли с собакой и кошкой.

Чжоу Цзинцзе познакомил Сюй Суй с множеством скрытых кулинарных лавочек в Янтарном переулке. Местные жители знали Чжоу Цзинцзе с детства и разговаривали с ним по-дружески. Увидев его с милой и скромной девушкой, соседи спрашивали: «Сяо Чжоу, это твоя девушка?»

Косые лучи оранжевого заката заливали комнату, Сюй Суй присела на корточки, налив немного воды в ладонь, и Кратос подошел, чтобы попить. Она гладила овчарку, но ее мысли были где-то далеко, пока она не услышала спокойный, низкий голос Чжоу Цзинцзе, с ноткой смеха: «Да, моя жена».

После недели, проведенной с Чжоу Цзинцзе, Сюй Суй нужно было ехать домой. Вернувшись в Лиин, она могла общаться с ним только по телефону. Никогда раньше она так не ждала наступления Китайского Нового года, ведь после каникул она сможет быстрее вернуться в университет.

Увидеть его как можно скорее.

С началом нового семестра Сюй Суй была погружена в романтические чувства. Помимо занятий, все остальное время она проводила с Чжоу Цзинцзе. Для нее он был чем-то захватывающим, полным загадок и притягательным.

Сюй Суй была как чистый лист бумаги, который постепенно наполнялся красками.

Чжоу Цзинцзе не был хорошим учеником в классическом понимании: свободолюбивый, с ноткой бунтарства, он мог позвонить ей ночью и тайком вывезти на шоссе, чтобы вместе встретить рассвет, а затем отвезти обратно на занятия.

Он водил ее на прыжки с парашютом, банджи-джампинг и заставлял делать вещи, на которые она никогда не осмеливалась за свои двадцать лет.

Но Сюй Суй чувствовала какую-то неуверенность. И когда она поняла, что же ее тревожит, девушку уже вызвали в кабинет.

Заведующий был средних лет, с типичной лысиной на макушке, слегка полноватый, всегда с добродушной улыбкой и дружелюбным отношением к студентам. Держа в руках термос, он мягко спросил:

— У тебя дома что-то случилось?

С детства Сюй Суй была послушной ученицей, никогда не доставляла хлопот ни учителям, ни родителям. Это был первый раз, когда ее вызвали в кабинет, и она чувствовала себя растерянной.

— Нет, ничего, — покачала головой девушка.

— Это хорошо, — сказал заведующий, поставив термос на стол. Он открыл синюю папку, лежавшую рядом, и начал ее листать. — Куратор сообщил, что ты дважды брала отгулы за неделю, а на прошлой неделе пропустила лекцию.

— И еще, — продолжил он с улыбкой, пристально глядя на нее, — хоть твои оценки и остаются высокими, средний балл начал снижаться. Ты ведь недавно начала встречаться, так?

— Да, — немного поколебавшись, призналась Сюй Суй.

— Любовь — это прекрасно, молодые люди должны влюбляться чаще, — улыбнулся мужчина, подув на чайные листочки в своей кружке. — Но ты должна найти баланс между учебой и личной жизнью. Дам тебе небольшой инсайд: у нашего факультета есть две квоты для поступления в B-университет, и одна из них предназначена для тебя.

Заведующий ясно дал понять, что он ожидает от Сюй Суй.

Девушка поклонилась ему перед уходом. Когда она вышла из кабинета, солнце было слишком ярким, и она невольно прикрыла глаза рукой.

Вернувшись в общежитие, Сюй Суй поискала информацию о B-университете. Он находится в Гонконге, далеко от Пекина — один на юге, другой на севере, Лиин был посередине, чуть ниже.

Климат Гонконга был благоприятен круглый год. Он расположен к востоку от устья реки Чжуцзян, это международный финансовый и торговый город. B-университет славился своими классными преподавателями и высокими достижениями в медицине и научных исследованиях.

Когда ты молод, хочется увидеть как можно больше разных мест.

Сюй Суй просмотрела пару страниц и закрыла браузер. Она открыла учебники и начала заниматься. Неважно, что будет дальше, сейчас ей нужно сосредоточиться на учебе и наверстать упущенное.

Когда в обед Ху Цзянси вернулась в общежитие после пар, первое, что она сделала, — включила вентилятор:

— Этот убогий универ совсем о нас не думает! Когда они установят нам кондиционеры?

Лян Шуан сняла заколку с челки, жуя жвачку:

— Когда ты выпустишься.

— Не говори так, я действительно сейчас сознание потеряю от жары, — Ху Цзянси, обмахиваясь веером, бурчала. — Еще только май, даже летнее солнцестояния не наступило, а уже так жарко!

Сюй Суй писала конспект, но, услышав про летнее солнцестояние, взглянула на календарь на столе. 21 июня было обведено красной ручкой.

День летнего солнцестояние — день рождения Чжоу Цзинцзе.

Сюй Суй и Чжоу Цзинцзе продолжали общаться в том же духе, но в последнее время она несколько раз инстинктивно отказывалась от предложений пойти куда-нибудь. По выходным девушка делала домашнее задание у него дома.

Чжоу Цзинцзе играл в телефоне, но вскоре заскучал и начал ее отвлекать. Жарким летним днем, под звуки цикад, легкий ветерок всколыхнул зеленые шторы, принеся с собой еле уловимые вздохи.

Сюй Суй оттолкнула Чжоу Цзинцзе и снова взялась за ручку, пытаясь его выгнать:

— Я закончу эти задания, и тогда можешь вернуться.

Чжоу Цзинцзе наклонился, целуя шею. Одной рукой он трогал Сюй Суй, а другой взял лист с задачами и внимательно его изучил. Он слегка надавил и хриплым голосом спросил:

— Что для тебя важнее: задания или я?

Она не осмеливалась молчать. Если она ошибется с ответом на его вопрос, то последствия будут еще хуже. Сюй Суй пришлось сказать:

— Ты... если ты так будешь себя вести, я больше не приду.

Чжоу Цзинцзе неохотно отпустил ее. Он помог девочке застегнуть белый лифчик, который он снял наполовину, и поправил одежду. Его темные глаза взглянули на заголовок на листе — «Тренировочный конкурс». Он удивленно поднял брови:

— Зачем ты участвуешь в конкурсе?

— Даже в двух, — улыбнулась Сюй Суй, беззаботно добавив, — там призовые.

В последнее время Сюй Суй была занята подготовкой к конкурсам и больше времени уделяла учебе. Возможно, из-за того, что она так сильно расслабилась, ей было сложнее взять себя в руки.

Несмотря на усталость Сюй Суй продолжала работать, стиснув зубы. Рано утром она ушла в библиотеку, а после занятий направилась в лабораторию.

Около четырех часов дня, записывая данные по анатомии мягкотелых животных, она задумалась и случайно уронила пробирку. Экспериментальные данные были мгновенно уничтожены, а это означало, что им пришлось начинать все сначала.

Сюй Суй рассыпалась в извинениях, но один из однокурсников, худощавый парень из небогатой семьи, сжав губы, уставился на разбитую пробирку. Обычно он молчал, но в этот раз высказал все, словно сдерживал себя слишком долго.

Его голос сочился сарказмом: «В следующий раз, когда пойдешь в лабораторию, не забудь прихватить с собой мозги. Из-за твоей ошибки все мы теперь должны все исправлять».

«Все равно ты пропустила несколько занятий, может, на этот раз просто не надо вообще сдавать работу?» — добавил он едко.

Сюй Суй остановилась на полуслове, изменив тон: «Извините за неудобства, этот эксперимент я проведу сама, а на листе укажу все ваши фамилии».

Ей казалось, что это правильно — исправлять свои ошибки самой. Оставшись в лаборатории, Сюй Суй закончила только к восьми вечера. Девушка настолько устала, что у нее заболели глаза.

Сняв белый халат, Сюй Суй собрала вещи и отправила результаты эксперимента профессору по электронной почте. Затем она села на скамейку на территории кампуса и погрузилась в раздумья.

Вскоре зазвонил телефон, и Сюй Суй ответила тихим голосом:

— Привет.

— Где ты? — послышался звук зажигалки.

— В универе.

Чжоу Цзинцзе тихо усмехнулся, стряхивая пепел:

— Пойдем завтра в квест-комнату? Дай Лю позвал.

Сюй Суй задумалась на мгновение:

— У меня нет времени.

Она имела в виду, что не сможет пойти. Чжоу Цзинцзе удивленно поднял брови:

— Ты уже трижды отказала мне на этой неделе.

Сюй Суй ничего не ответила, но подумала про себя: потому что я, в отличие от тебя, не имею абсолютного таланта и способности делать все легко.

Чтобы достичь хоть чего-то, я должна выкладываться на полную.

Чжоу Цзинцзе, услышав, что на другом конце телефона не было ни звука, стряхнул пепел с сигареты:

— Ты поела? Я собирался зайти и…

Сюй Суй внезапно перебила его, устало спросив:

— Можешь ли ты сделать что-то значимое?

Кроме еды и развлечений, у него вся жизнь казалась легкой и безоблачной, а ей приходилось прилагать огромные усилия, чтобы не отставать от него.

После этих слов атмосфера моментально накалилась. Половина фразы Чжоу Цзинцзе «я купил твою любимую лапшу с креветками» осталась несказанной.

Чжоу Цзинцзе переложил телефон в другую руку и холодно усмехнулся:

— Быть со мной бессмысленно, тебе следовало понять это с самого начала.

Сказав это, он повесил трубку. Сюй Суй, держа телефон в руках, механически вернулась в общежитие: приняла душ, высушила волосы, постирала одежду и легла спать.

На следующий день, проснувшись, Сюй Суй сразу взяла телефон, но сообщений от Чжоу Цзинцзе не было. Она поникла и пошла умываться.

После сна ее мысли прояснились. Она уже жалела о своих вчерашних словах — это ведь была ее проблема, а она выместила злобу на Чжоу Цзинцзе.

Он не сделал ничего плохого.

Они могли обсудить провальный эксперимент. Она могла пожаловаться ему, вместо того чтобы говорить такие обидные вещи.

После занятий Сюй Суй долго обдумывала ситуацию и решила, что ей следует извиниться первой, ведь это она сорвалась. Девушка набрала его номер, и после долгих гудков он ответил.

— Привет, — его голос был спокойным, даже немного хриплым.

— Что делаешь? — после долгих раздумий она придумала лишь эту неуклюжую фразу.

С другого конца трубки доносился свист ветра и голос Дай Лю: «Босс Чжоу, инструктор зовет на построение! Ты все еще болтаешь с сестрой Сюй?»

Чжоу Цзинцзе, похоже, переместился в более тихое место, его голос звучал яснее:

— На тренировке.

— О, понятно, тогда не буду отвлекать, — сказала Сюй Суй.

До девяти вечера Чжоу Цзинцзе так и не связался с ней.

Сюй Суй сидела за столом, делая вид, что учится, но постоянно поглядывала на телефон. За весь день экран так и не загорелся.

Вздохнув, Сюй Суй взяла телефон, открыла WeChat и, колеблясь, начала листать ленту друзей. Она наткнулась на фотографию ребят, которые играли в настолки. Да Лю выложил несколько постов. На одном из них был профиль Чжоу Цзинцзе с подписью: «Босс Чжоу, раскошелился».

На фото Чжоу Цзинцзе держал в руке карту, в другой руке — сигарету. Его взгляд был ленивым, немного надменным, с привычным выражением беспечности.

Они поссорились, но его это, казалось, нисколько не затронуло. Он даже нашел время для игр.

Ресницы Сюй Суй дрогнули. Ей стало смешно от самой себя. Все ее эмоции крутились вокруг него, а Чжоу Цзинцзе, похоже, даже в любви оставался таким же небрежным.

Она вышла из ленты друзей, в окне чата с Чжоу Цзинцзе удалила все набранные, но не отправленные сообщения. Сюй Суй отложила телефон в сторону, решив сосредоточиться на своих делах.

В этот момент вернулась Ху Цзянси, и на столе у Сюй Суй как раз стояла коробка с нарезанным арбузом. У Сюй Суй не было особого аппетита, и она спросила:

— Сиси, хочешь арбуз?

— Я… — Ху Цзянси посмотрела на Сюй Суй и долго колебалась, будто собиралась сказать что-то важное. — Мне нужно с тобой поговорить.

— Хорошо, — Сюй Суй встала и пошла за ней.

В коридоре внезапно поднялся ветер, поздний вечерний порыв заставил развешанную на балконах одежду колыхаться. Многие поспешили закрыть окна и двери.

Тем временем, Шэн Наньчжоу открыл окно в комнате для настольных игр, и немного дыма развеялось на ветру. Он недовольно сказал:

— Вы что, хотите задохнуться?

— Поторопись, брат Чжоу, не тяни, твоя очередь, — кто-то позвал его.

Чжоу Цзинцзе, прислонившись к дивану, вытянул карту из руки игрока, игравшего роль бога. Его телефон, лежавший рядом, мигнул. Он разблокировал его и увидел сообщение от Е Сайнин.

N:【Скоро у тебя день рождения.】

Чжоу Цзинцзе коротко ответил:【Вроде бы, да.】

Больше сообщений не было, и Чжоу Цзинцзе не обратил на это внимания. Он сыграл одну партию и пошел в туалет. Телефон остался лежать на столе. Через некоторое время экран снова засветился, и в уведомлениях появилось сообщение от Е Сайнин:

【Тогда я устрою тебе большой сюрприз.】

(Прим. пер.: в 24 главе Чжоу думал, что переписывается с Сайнин. Они из-за этого тогда поругались с Сюй Суй)