Её коллега по кухне, Павел Марка, был выходцем из графской семьи, да и Рис, получившая прекрасное образование для горничной, тоже была дворянкой. Карно и вовсе принадлежал к одной из немногих в империи герцогских ветвей, не говоря уже об императоре или Алексее, чистокровных членах императорской семьи, рождённых и выросших в золотых стенах дворца.

Даже их восторги по поводу еды всегда были исполнены изящества. И Ася не считала их чувства фальшивыми, она знала, что они искренни. Ей никогда не было обидно смотреть на их благородные жесты или на то, как чинно они держат вилки. Однако видеть, как кто-то в изумлении от вкуса спешно поглощает тарт, а затем с тоской смотрит на последний кусочек, это было совсем иное чувство.

Опустошив свою тарелку, Наталья плюхнулась на стул и искоса глянула на порции мальчиков. Те даже вздрогнули от её взгляда, в котором явно читалось желание завладеть их сладостями. Ася, довольно улыбаясь, придвинула свой стул поближе.

— Хочешь мой?

— Э-э... А правда можно?

— Ах, госпожа... — прошептала сзади служанка, но Ася уже поставила свою тарелку перед Натальей, чьё лицо так и засветилось от предвкушения.

— Я сама его приготовила, и мне очень приятно, что тебе так вкусно.

— ?..

Наталья, уже потянувшаяся к тарталетке рукой, замерла и уставилась на сидящую рядом Асю. На её лице отразилось непонимание, но Ася не стала пускаться в долгие объяснения. Зато подал голос Дмитрий, недовольно проворчав:

— Хм. Всё ещё играешь в служанку на кухне, хоть и принцесса.

— Никто так не печётся о моём будущем, как ты, — парировала Ася.

— К-кто это тут печётся?!

— Я обязательно передам это дедушке.

— ...Дедушке?

— Ага. Скажу, что Дмитрий так сильно переживает о том, чем я занимаюсь. Дедушка... ах, точно, ты ведь называешь его Его Величеством. Так вот, Его Величество наверняка оценит твою заботу о кузине.

— Кто тут тебе кузен! — рявкнул Дмитрий, но пыл его быстро угас.

Он притих и нехотя ткнул вилкой в свой тарт. Отправив в рот изрядный кусок, мальчик замолчал.

Жух... жух-жух.

— !..

Хоть он и плотно сжал губы, а брови сурово сдвинул к переносице, рука с вилкой стала двигаться заметно быстрее. Он бросал на Асю колючие взгляды, но челюсти работали исправно. Глядя на частицы света, которые вспыхивали за спиной Дмитрия, словно фейерверки, Ася с трудом сдерживала смех.

Приятно, когда твои десерты едят те, кто тебя любит. Но каково это видеть, как мальчишка, который, кажется, готов тебя придушить, не может отрицать, что твоя стряпня божественна?

— Вкусно?

— Н-не особо...

— А дедушке понравилось.

— ...

Сейчас выражение лица Дмитрия было таким, будто человек, всю жизнь сидевший на диете, впервые попробовал обжигающе острый шашлычок с уличного лотка. Это было истинное потрясение.

Дмитрий сердито сопел и сверлил её взглядом, но вилка была честнее хозяина: он ловко подцепил кусочек клубники, крем и тесто, всё разом.

В конце концов Ася не выдержала и рассмеялась. Дмитрий же, сохраняя на лице выражение «я ем это через силу», дочиста опустошил тарелку, пока за его спиной сияли яркие вспышки света, похожие на ангельский нимб.

К тому времени, как исчезли четыре порции тарта, четыре половинки сэндвичей, фруктовый сок и тарелка с печеньем, атмосфера в саду заметно разрядилась.

— А ты разве не любишь чаепития? — спросила Ася у притихшего Дмитрия.

Тот с легким отвращением наблюдал за Натальей, которая вовсю пинала мяч, и Гришей, бегающим следом.

— Отец не любит, когда я занимаюсь подобным. Говорит, что всё это пустая трата времени.

— А-а, понятно.

Ася подумала, что понимает причину. Максим, отец Дмитрия, заключил контракт с духом Рассудительности. Должно быть, он осознавал яснее других: ни он сам, ни его сын не обладают качествами, необходимыми для борьбы за престол.

Ася решила осторожно сменить тему. У Валерия тоже был ребенок, ровесник её и Дмитрия.

— Может, поэтому и Илья не устраивает чаепитий?

— ...

Дмитрий нахмурился и посмотрел на Асю.

— Тебе что, правда хочется пойти на чаепитие к этому плаксе?

— В отличие от тебя, он добрый мальчик.

— Что?! Это я, значит, злой?!

— Ну да. Помнишь, что ты наговорил мне, когда я только приехала во дворец?

— !..

Лицо Дмитрия пошло пятнами: то краснело, то бледнело, то становилось пунцовым.

— Э-это... Илья просто дурачок, вот дядя Валерий и не разрешает ему ничего устраивать.

— Да ладно тебе. Если Илья захочет, устроит. Постарайся с ним подружиться.

— Ни за что!

— Ну же. Я тогда ещё тарт приготовлю. Вкусно же было?

— ...

От ласкового тона Аси лицо Дмитрия стало пунцовым, словно вот-вот взорвётся. Он сорвался с места и побежал к Наталье, играющей в мяч. Ася тихо рассмеялась.

Теперь она окончательно поняла странный состав этого чаепития. Семья маркиза Силистрия, похоже, хотела пристроить своего второго сына в семью маркиза Татарича, где остались только дочери, чтобы укрепить связи. А Максим, видимо, пытался хоть как-то найти друзей своему строптивому сыну.

Что же до Натальи...

— Я не дружу с теми, кто пинает мяч хуже меня.

— Ого.

— Но для вас я сделаю исключение, Ваше Высочество.

— Правда?

— Честное слово.

Дмитрий и Гриша, которые явно уступали Наталье в мастерстве, уже выдохлись и отдыхали, устав бегать за мячом, который девочка зафутболила куда-то вдаль.

Ася перешла ручей по камням, одной рукой держась за руку Натальи, а другой, высоко задрав подол платья.

За садом маркиза начинался густой, ухоженный лес, который был полноценной игровой площадкой Натальи. Девочка прониклась к Асе огромной симпатией: та не только накормила её лучшим в жизни тартом, но и ни словом не обмолвилась о её манерах за столом.

В знак доверия Наталья решила показать принцессе своё секретное убежище. Следуя за ней по лесной тропе, Ася окончательно осознала, какую душевную муку испытывала маркиза, наряжая дочь в эти тёмные брюки.

Наталья была неудержима. Она не обращала внимания ни на грязь, ни на колючие кусты, а царапины от веток носила как почетные медали.

— Ваше Высочество, вы скоро выйдете замуж?

— Кхм-кхм! — Ася невольно закашлялась.

Хорошо, что они уже перешли ручей, иначе от такого вопроса она точно свалилась бы в воду. Прижимая к себе подол платья, она замотала головой.

— Н-нет. Я об этом даже не думала. И никогда не хотела. А ты, Наталья?

— Я тоже не хочу.

— Но кто-то заставляет тебя?

— Мне ведь всего десять лет. Пока никто ничего не говорит, — рассудительно ответила девочка.

Ася, подавив смешок, кивнула.

— И то верно.

— Но я всё равно догадываюсь.

— Догадываешься?

— Да. Маркиз Силистрия хочет, чтобы мы с Гришей поженились. Поэтому мама и устроила это чаепитие.

— Но тебе он не нравится?

— Да Гриша же совсем не умеет двигаться!

С этими словами Наталья ловко взобралась на дерево, росшее неподалеку, сорвала несколько темно-пурпурных плодов и спрыгнула вниз. Ася с восхищением наблюдала за её ловкостью.

— Да уж... это, должно быть, и впрямь тоскливо...

Наталья вытерла плод о рукав и протянула Асе, а второй отправила себе в рот. Ася повертела ягоду в руках и осторожно надкусила.

— Ой! Сладкая!

Она ожидала кислинки из-за резкого аромата, но плод оказался неожиданно медовым.

— Вау! Из этого получилось бы вкусное вино.

— ...Мама сказала то же самое.

— А.

Асе стало немного неловко, и она смущенно улыбнулась. В глубине леса показалась довольно неуклюжая хижина. При виде неё лицо Натальи озарилось гордостью.

— Неужели ты сама это построила?

— Ну... слуги немного помогли. Хотите зайти?

Наталья открыла скрипучую дверь. Внутри всё было обставлено хоть и просто, но со вкусом. Столом служил широкий пень, на настенных полках стояли стопки толстых тетрадей. На полу лежал старый, покрытый пылью ковер, а на нем...

— Ого, какая печка...

— Это мама настояла. В лесу холодно даже после зимы. Сказала, что если я не поставлю её, она снесёт хижину, так что пришлось согласиться.

Печка была великолепной, изящная, дорогая и современная. В этой обветшалой хижине, собранной из подручных материалов, она смотрелась чужеродно.

Наталья явно считала присутствие столь городской вещи в своем убежище унизительным, но решила не оправдываться дальше, чтобы не позориться еще сильнее.

Однако когда Ася подошла поближе и с любопытством стала разглядывать магический кристалл, питающий печь, Наталья снова приосанилась.

— Я сейчас её зажгу, так что отойдите, это может быть опасно.

В её голосе прозвучала взрослая решимость. Ася послушно отступила на шаг, и вскоре послышался щелчок, а помещение наполнилось мягким светом и теплом.

— Ух ты, как тепло.

— А в императорском дворце таких нет?

— В императорском дворце...

Ася замялась. Во-первых, таких переносных обогревателей там точно не было, да и обычными каминами там не пользовались уже очень давно.

— Наверное... где-то и есть?

— ...А в вашей комнате нет?

— Ой, мне и без неё хорошо! У меня совсем не холодно... — Ася весело замахала руками.

Когда комнатка окончательно прогрелась, Наталья, немного помолчав, вдруг вскочила и достала с полки одну из тетрадей.

— Х-хотите взглянуть на это?

— М-м? Да! А что это?