Даже когда после короткого перерыва начался второй акт, шепотки не утихали.

— А всё-таки, они ладят куда лучше, чем я ожидала.

— И не говорите. Неужели Его Высочество наследный внук совсем не видит в этой девочке конкурентку?

— Слышала я, принц Валерий пытался подобраться к принцессе Анастасии, так Алексей его вмиг на место поставил.

— Да-да, на победном балу такое было! Наследный внук просто души не чает в своей кузине.

— А Валерий-то, похоже, до сих пор не угомонился. Тц-тц.

Сочувственные вздохи аристократов быстро сменились другой темой.

— Послушайте, а ведь принцессе Анастасии уже десять, верно?

— Да, в этом году исполнится десять.

— Такая кроха, а сидит так смирно.

— Не то что мой сорванец, носится как кролик, нахлебавшийся кофе, ни минуты покоя.

— И у вас так же?

— Ох, и не спрашивайте!

Когда спектакль подошёл к концу и актёры вышли на поклоны, маленькая принцесса, за которой они всё это время подглядывали, вдруг вскочила с места. Из-за её роста это не было слишком вызывающе, но внимание всё же привлекло.

— Ах, какая прелесть. Видимо, так впечатлилась оперой, что даже аплодирует стоя.

— Вы, я смотрю, на принцессу смотрели больше, чем на сцену.

— Будто вы не за тем же пришли. Поди, в пятый раз этот спектакль смотрите, лишь бы на их отношения поглазеть.

— Ха-ха, ну, давайте и мы встанем, похлопаем.

Однако Ася выбежала из ложи и помчалась к служебному входу театра вовсе не из-за избытка чувств к искусству.

«Эта женщина!»

Та самая шатенка из хора, исполнявшая роль служанки и выделявшаяся удивительно сильным голосом, была той самой скандалисткой, что выплюнула торт перед её кондитерской.

«То-то у неё голос такой зычный».

Ещё тогда Асе показалось, что крики женщины звучат как-то слишком уж отчетливо и поставлено. Оказалось, профессиональная оперная певица.

Ася не знала наверняка, что будет делать, когда поймает её. Вполне возможно, что женщине просто не понравился вкус или у неё скверный характер.

Но... на душе было как-то неспокойно.

Алексей, увидев, что Ася ищет ту певицу, тут же послал людей и набросил на плечи кузины пальто.

— Ася, хоть зима и кончилась, ночи всё ещё холодные. Может, подождёшь в карете?

— Всё в порядке! Мне не холодно. Я только посмотрю ей в лицо и...

— Управляющий, ну зачем же вы сюда пришли?

Не успела Ася договорить, как из-за угла донёсся приглушённый, но резкий, словно щелчок, голос. Женщина, теперь уже в простом капюшоне, скрывающем сценический грим, вышла в переулок и начала быстро и раздражённо частить:

— Я же сказала, что больше не буду этим заниматься! Если не собираетесь платить больше, то не смейте меня искать! Хотя... даже если заплатите... не... при...

— Какого именно управляющего ты ищешь?

Женщина, чей тон был смесью раздражения и страха, запнулась, лишь когда заметила перед собой носки детских туфелек.

Увидев Асю, а за её спиной роскошную карету, рыцарей охраны и слуг, она побледнела как полотно. Ася решительно подошла к ней.

— Ты! Это ведь ты устроила дебош перед моей кондитерской?

— Кто... нет, я... меня тут позвали, мне пора...

— Я тебя позвала. Это была ты. Кто тебя нанял? Кто заставил тебя это сделать?

— Я... я не понимаю, о чём вы...

Женщина засуетилась, глядя на дорогой наряд Аси и её свиту. Очевидно, она догадалась о высоком статусе девочки, и в её глазах застыл неприкрытый ужас.

— Мне правда нужно идти, мне... сына надо забрать...

В этот момент из переулка, откуда вышла певица, донёсся торопливый топот маленьких ножек, а следом детский возглас: «Мама!»

Мальчик, ростом даже меньше Аси, подбежал и крепко обнял женщину.

— Мама! Ты сегодня так красиво пела...

— Ни... Ники! Иди сюда. Скорее!

Женщина, смертельно побледнев, спрятала ребёнка за спину, словно надеясь, что так его не заметят.

Ася успела разглядеть мальчика. Худое личико, опрятная, но старая и великоватая одежда, поношенная обувь и цыпки на руках.

Когда в глазах женщины, зажатой между сыном и грозной свитой, заблестели слезы, Ася растерялась.

Зоя Асмус, так звали женщину, не знала, что делать теперь, когда они увидели её сына.

Маленькая знатная леди, затаив обиду, выследила её до самого театра. Ослепительно богатая карета, мечники вокруг явно не простые уличные громилы.

Крепко сжимая руку Ники, Зоя понимала: выбора нет. Она буквально рухнула перед девочкой, умоляя пощадить ребёнка и обещая рассказать всё. Ася, смутившись, поспешно заставила её подняться.

— Я... я правда не знаю, кто он. Даже не знаю, из какого он дома.

— Тогда откуда ты знаешь, что он управляющий?

— Потому что только управляющие великих домов могут притворяться господами так, что никто не смеет им перечить.

Зоя говорила быстро, голосом, полным тревоги, но стоило ей поймать взгляд сына, который завороженно смотрел на летящие над рекой Вычегдой небесные фонарики, как она тут же через силу широко улыбнулась ему.

Когда Вычегда промерзала зимой, люди часто выходили к берегу запускать фонарики. Это была забава для богатых, и Ники никогда раньше не делал ничего подобного. Сначала он не хотел отходить от матери, но когда Зоя ласково вложила ему в руки фонарик, любопытство взяло верх.

Пока слуги Алексея присматривали за Ники, Ася допрашивала Зою в стороне. Как только мальчик отвернулся, побежав за фонариком, Зоя понурила голову.

— Просто... мне пообещали полтора миллиона карусов.

— Полтора миллиона?

— Эта старая куртка на Ники, реквизит с прошлой оперы, мне её с трудом отдали. За жильё не плачено два месяца... А роли второго плана в театре, за них порой самой доплачивать приходится... Простите. Вам, наверное, это не интересно.

Зоя судорожно махнула руками.

— Я хочу сказать... мне очень нужны были деньги. И тут этот человек с предложением. Просто сказать перед лавкой, что торт невкусный, и возмутиться, мол, как десерты может готовить однорукий дезертир... Он обещал за это полтора миллиона.

Зоя клялась, что тысячу раз пожалела об этом. Ася лишь обессиленно покачала годовой.

«И смысл? Срывать злость на человеке, который сам ничего не знает?»

Ася уже хотела просто велеть ей больше так не делать и разойтись, но вдруг замялась, вспомнив кое-что.

«А где же её муж?»

Будто прочитав её мысли, Зоя горько опустила глаза.

— Как только узнал, что я жду Ники... перестал выходить на связь и исчез.

— Ах...

Ася надула губы.

— Полтора миллиона-то хоть получила?

— Что... Простите?

— Ну, ты же ради них всё это затеяла. Заплатили хоть?

Судя по тому, как Зоя замялась, деньги ей всё же отдали. Ася с хмурым видом посмотрела на Ники, запускающего фонарик, и вдруг стянула свои тонкие перчатки.

— Я узнала тебя, потому что ты поешь слишком хорошо.

— ...Что?

— Одна из хористок пела лучше примы. Мне стало любопытно, кто это, я присмотрелась и узнала тебя.

— О...

Зоя замерла, не до конца осознавая услышанное. Ася, что-то пробормотав о том, что скоро лето и по ночам уже тепло, а эти перчатки ей вообще надоели, сунула их в руки Зое и быстро пошла к карете.

Зоя стояла, растерянно сжимая в руках белоснежные атласные перчатки, украшенные жемчугом и лентами. Увидев приближающегося к ней юношу, или, скорее, молодого человека, чью истинную сущность было трудно угадать, она протянула их ему.

— Господин... леди оставила это, возьмите...

— Оставь их себе.

Взглянув в его холодные синие глаза, Зоя ощутила такое давление, какого не чувствовала никогда в жизни. Руки её задрожали, и перчатки упали на землю.

Алексей сам наклонился и поднял перчатки кузины. Затем мягким голосом спросил:

— Я хочу кое-что уточнить. Отвечай честно.

— Да... да?

— У того управляющего, что приходил к тебе... был шрам под глазом?

— Шрам... Ах, да! Под левым глазом, тонкая отметина, похожая на глубокую морщинку...

Зоя судорожно коснулась своего лица под левым глазом. Алексей тонко улыбнулся и снова вложил перчатки в руки Зои.

— Жемчуг на них настоящий. Продашь, выручишь немало.

— Я... я не могу принять такое...

— Если бы ты попыталась обмануть её, я бы тебя не пощадил.

Зою пробрала дрожь до самых костей; она кожей почувствовала угрожающий жар, исходивший от юноши, и не могла шевельнуться.

<От этой певицы пахло Прасти.>

«Что?»

Ася, ловко переворачивавшая блинчик, обернулась к маленькому цыплёнку, чинно восседавшему на столешнице.

«Прасти, это те самые... осколки Меча Греха?»

<Они самые.>

«Хочешь сказать, Прасти внутри Зои?»

<Нет. Скорее, она контактировала с кем-то, в ком есть осколок. Запах был очень слабым, я не сразу почуял...>

Пиби объяснил, что заметил это только сейчас, когда его силы начали понемногу возвращаться. Ася замерла от удивления, а Пиби задумчиво почесал подбородок желтым крылышком.

<Твоя заслуга велика. Похоже, Карно успешно налаживает связь со своим духом. Хотя до полноценных бесед им, кажется, ещё далеко.>

«С духом времени? Значит, когда у Карно всё получается, к тебе возвращаются силы?»