— Дедушка, если так, то эту рабыню я...

— Этот вопрос мне уже надоел. Теперь доложи мне о церемонии триумфа имперской армии, возвращающейся с севера.

Император махнул рукой. Это означало, что предыдущая тема закрыта окончательно. В итоге Алексей, словно передвигая фигуры на шахматной доске, начал отвечать на вопросы императора.

Когда их долгий диалог подошёл к концу, появился слуга с подносом. На нём выделялась сервировка: контраст почти чёрных кексов в белой керамике и белого молока.

— Таких кексов я ещё не видел.

Сначала император отпил холодного молока, а затем взял белую чашку. Он почувствовал приятное тепло в руках. Когда он разломил кекс чайной ложкой, изнутри вытек соус того же цвета, что и сам кекс.

— Охо.

Издав короткий возглас восхищения, император отправил кусочек в рот и широко открыл глаза. Тем временем Алексей тоже зачерпнул ложкой кекс.

Как и говорил Павел Марка, во фруктовом складе их ждало невероятное разнообразие свежих плодов. Они выбрали один апельсин и вернулись на кухню.

Тщательно вымыв апельсин, Ася аккуратно натёрла кожуру на тёрке и высыпала цедру в пустую банку вместе с горстью сахара. Так она приготовила сахар, пропитанный ярким апельсиновым ароматом.

Мгновенно кухня наполнилась запахами сладкого сахара, терпкого шоколада и свежего апельсина. Одной этой гармонии ароматов было достаточно, чтобы предсказать восхитительный вкус фондана, приготовленного с апельсиновым сахаром.

Павел Марка с серьёзным видом наклеил на банку этикетку с надписью «Апельсиновый сахар» и поднял голову.

— Ой? А где кексы? Должно было остаться четыре штуки... Мелочь, ты что, успела съесть ещё два? Ну и ну.

— О чём ты? Я всё время была с тобой, Павел Марка. Наверное, кто-то зашёл и съел их, пока мы ходили на склад. Нас довольно долго не было.

Ася безмятежно ответила, дожёвывая мякоть очищенного апельсина. Глядя на её спокойствие, лицо повара начало искажаться.

— Ты... ты думаешь, в императорском дворце найдётся ещё одна такая же чокнутая мелочь, как ты?!

— Дверь на кухню была открыта, людей нет, а тут стоит что-то вкусное, любой бы захотел съесть.

— Откуда в этих крошечных руках такая уверенность, что приготовленные тобой кексы вкусные?

— От твоего лица? У тебя было такое выражение, будто сейчас умрёшь от восторга.

— Ах ты... Нет, не в этом дело! Нужно найти кексы!

Павел Марка начал судорожно открывать ящики, заглядывать под столы и осматривать все поверхности. Ася отступила на шаг и склонила голову набок.

— Тебе так жалко, что их кто-то съел?

— Мелочь! Всё, что готовится на этой кухне, вплоть до крупинки сахара, моя ответственность! Если кто-то сожрал их, я должен знать, кто это был! Ты стой здесь и никуда не уходи.

Павел Марка, хватаясь за голову, строго наказал ей оставаться на месте и выбежал из кухни. Видимо, он решил проверить, не проходил ли кто мимо. Внезапно опустевшая кухня заставила Асю оглядеться, но пропавшие кексы так и не нашлись.

«Может, просто испечь ещё два из остатков теста и сказать, что нашла их?»

Пока Ася, не разделявшая паники повара, предавалась праздным мыслям, ее дух, словно закончив свои дела, нырнул обратно в вышивку на пижаме.

В этот момент дверь распахнулась.

— Павел Марка! По поводу закусок для Его Величества...

В дверях появился незнакомый слуга. Он тяжело дышал, будто очень спешил. В то мгновение, когда их взгляды встретились, Ася почувствовала, как все посторонние мысли испарились, и её пронзило предчувствие: сейчас что-то пошло очень не так.

Ася осторожно спросила:

— Слушай... ты забрал отсюда два кекса?

— Да... это был я...

— Куда?

— Для вечернего перекуса Его Величества Императора и Его Высочества наследного внука...

Лицо Аси побледнело точно так же, как мгновение назад у повара. Увидев это, слуга тоже начал белеть, словно по цепной реакции.

— П-п-п-прямо сейчас из-за этого Его Величество ищет шеф-повара... неужели с ними что-то не так...

Ася широко открыла рот.

— Его Величество? Сам император?

— Да-да. Сказал, что хочет лично увидеть того, кто приготовил этот кекс...

Слуга ответил с испуганным видом. Услышав это, Ася побледнела ещё сильнее.

— Нет, почему? Зачем? Зачем ему обязательно видеть того, кто испёк его?..

— Этого я и сам не знаю...

Слуга покачал головой. Голова Аси пошла кругом. Хорошо это или плохо? Если хорошо, ладно, но если что-то случилось...

Ася внезапно пришла в себя и твёрдо сказала:

— Это я его приготовила.

Слуга посмотрел на неё с недоверием. Но Ася была непреклонна.

— Речь ведь о чёрном кексе, верно? Это я его сделала.

Император, которого за суровый нрав прозвали Громовержцем. Если его что-то разозлило и он зовёт повара, то для шефа, который просто не устоял перед детскими капризами и пустил её на кухню, это будет слишком жестоко. Ася крепко сжала кулаки.

Слуга, которому поручили проводить Асю до кабинета императора, выглядел так, будто на его плечи легли все скорби мира; казалось, для него этот день уже окончательно превратился в катастрофу.

Когда маленькая девочка с волосами цвета нежного персика заявила, что это она приготовила кекс, а значит, именно она пойдёт на встречу с Его Величеством, слуга в ужасе затряс головой. Если всё вскроется, получится, что он подал императору еду, приготовленную неизвестно кем. Конечно, императоры, из поколения в поколение заключающие контракты с королями духов, имеют иммунитет ко всем ядам, и что бы он ни съел, вреда не будет. Но для самого слуги это ровным счетом ничего не меняло. Для него это было равносильно смертному приговору.

И вот, этот «смертный приговор» прозвучал для него максимально чётко:

— Анастасия.

— Простите?

— Я Анастасия Юрьевна Иринова Кайе Рус. Я просто хотела испечь печенье для дедушки.

В тот момент слуга осознал истинность слов о том, что, когда человек сталкивается с невозможным, его разум просто отключается.

«Эта тощая девчушка, член императорской семьи?»

Он и раньше догадывался, что девочка высокого происхождения. Её взгляд, выдающий ребёнка, выросшего в любви, благородные манеры и одежда из ткани высочайшего качества говорили сами за себя. Он предполагал, что она может быть одной из юных фрейлин или компаньонок императорских внуков.

Но сама внучка императора?

Мысль казалась безумной, но сомнения быстро отпали. Вряд ли бы Павел Марка позволил кому-то другому хозяйничать на своей кухне, этот человек и бровью не вел перед высокородными дворянами. К тому же, если присмотреться, её нежно-розовые волосы и светло-зелёные глаза в точности соответствовали описанию принцессы Анастасии. Ругая себя за недоходчивость, слуга был вынужден покорно вести Асю за собой.

«Может, лучше прямо сейчас прыгнуть в реку Вычегда?»

Рука слуги, коснувшаяся дверной ручки кабинета императора, мелко дрожала. Наконец, дверь открылась.

Ася широко открыла глаза, озираясь по сторонам. Полумрачный кабинет становился светлее по мере продвижения вглубь. Император сидел в кресле, накинув на плечи большую полупрозрачную шаль. Не поднимая головы, он произнес:

— Я велел привести повара, почему привели принцессу?

Он обращался не к ней, а к слуге, даже не переставая перелистывать страницы книги. Пока слуга заикался, не зная, что ответить, Ася заговорила сама:

— Это я его приготовила!

— ...Что?

Только тогда император поднял голову. Ася сглотнула от напряжения, но решила, что это её шанс. Шанс заявить о своих желаниях, держась при этом как можно дальше от борьбы за престол!

— Я хотела угостить Ваше Величество, поэтому и сделала его.

Конечно, это было далеко от правды, но Ася затараторила, не давая императору вставить ни слова:

— Я капризничала, выпросила у дяденьки-повара разрешение воспользоваться кухней и очень старалась. Я хотела подарить что-нибудь Вашему Величеству, пока не уехала из дворца. Печь печенье, это...

— Значит, Юрий вместо того, чтобы учить тебя грамоте, учил печь печенье?

— Нет, что вы! — Ася поспешно замахала руками. — Дома мы сахара и масла в глаза не видели. Каждый день ели только морковную кашу.

— ...Кхм.

Ася невинно улыбнулась, а император, негромко кашлянув, перевёл тему:

— Выходит, ты, впервые увидев сахар и масло, приготовила это?

Император указал на стол, где стояли две пустые тарелки. Ася энергично закивала, втайне радуясь: раз тарелки чисты, значит, её творение пришлось им по вкусу.

— У нас дома была книга рецептов, я её читала! Там было много картинок, так интересно, что я всё запомнила.

«Учиться я не люблю, талантов к управлению империей у меня нет, конкурировать ни с кем не собираюсь, всё, что мне нужно, это печь сладости». Именно эту мысль Ася пыталась донести до него изо всех сил.

Однако императора её намеки, похоже, не интересовали. Он спросил о другом:

— Хм... А что это за ингредиент, придающий кексу такой тёмный цвет? Я раньше такого не встречал.

Пока он говорил, вокруг него витало нежно-абрикосовое марево. Оно чем-то напоминало те оранжевые искры, что фонтаном били вокруг Павла Марки.

— А, это... дяденька-повар сказал, что это прислал какой-то барон.

— Барон? Сарато?

— А! Да! Кажется, такое имя.

Император продолжал расспросы, а Ася всё никак не могла понять причину своего вызова.

«Неужели этот кекс показался ему... вкусным?»

— Хорошо. Будучи императором, я не могу просто принять подарок от внучки и ничего не дать взамен.

— Что?