Император Михаил, которого за суровость прозвали Громовержцем, держал аристократию и чиновников в ежовых рукавицах. Большинство из них беспрекословно принимали и его единственного наследника.

Я сказал «большинство», потому что всё же находились те, кто не мог смириться с решением императора сделать преемником внука. Среди них были сам принц Валерий, сын императора, и маркиз Татарич.

В отличие от прочих дворян, слепо преданных короне, маркиз Татарич ясно видел слабости: Алексей был слишком юн, а его контракт с Королём духов огня, нестабилен. В этом их мысли с Валерием полностью совпадали.

Именно это родство душ сблизило их. Они сошлись на том, что если не считать Юрию, сбежавшую из дворца, и Максима, ведущего образ жизни праздного гуляки, то единственным достойным преемником остаётся Валерий.

Маркиз Татарич и Валерий подружились так быстро, словно два подростка, ставшие неразлейвода за одну ночь.

«Я планировал шаг за шагом переманивать дворян на свою сторону, начиная с маркиза...»

Таков был план Валерия, ровно до того дня, как маркиз Татарич свалился с лестницы и испустил дух.

«И зачем ему понадобилось разбивать ту чашку?!»

Мало ли вещей под рукой? Нужно было в порыве гнева разбить именно любимую чашку Мюры! Внезапная смерть маркиза, бывшего в самом расцвете сил, вызвала немало споров в высшем свете.

Ходили даже слухи, будто во время семейной ссоры муж разбил ценную вещь жены, и та забила его до смерти. При одной мысли об этом Валерия бросало в жар от досады. Он изо всех сил старался подавить гнев.

— Если бы не эта злосчастная чашка...

Но больше всего его ранило другое: если бы не тот несчастный случай, Мюра, возможно, согласилась бы написать его портрет.

Похороны маркиза Татарича были безлюдными. Мюра всё же пришла туда, чтобы выразить соболезнования вдове. А вскоре после этого Валерий получил от художника ледяной ответ: отказ в написании портрета из-за «недостатка мастерства».

Получив это письмо, Валерий пришёл в ярость и тут же сжёг его. Первый гений империи оправдывается нехваткой таланта? Если это не издевательство, то что? Единственным утешением было то, что художник отказывал не только ему, но и всем высокопоставленным дворянам.

Валерий потёр переносицу и резко махнул рукой стоящему рядом дворецкому.

— Раз уж они решили устроить балаган у меня под носом, нужно устроить им достойную «встречу».

— То есть...

— Насколько вкусным может быть какой-то там торт?

Дворецкий, поняв приказ без лишних слов, низко поклонился и удалился.

Карно, стоявший у ворот императорского дворца, невольно усмехнулся, увидев, как из кареты лихо выпрыгнула девочка с розовыми волосами. Она быстрыми шагами подошла к нему и весело рассмеялась:

— Карно!

— Карно... Нойштеттер, прошу вас... позаботьтесь о Её Высочестве.

Человеком, который кланялся позади девочки с лицом, выражавшим полное недоверие к происходящему, был главный распорядитель императора.

— Передайте Его Величеству, чтобы не беспокоился.

— Да, д-да.

Распорядитель был явно ошарашен тем, что Карно действительно пришёл, но не забыл вежливо поклониться.

Принцесса была одета подчеркнуто скромно, в отличие от её обычных нарядов, выбранных с любовью её кузенами. На ней была белая рубашка и нежно-голубой жакет в тон юбке. Воротничок украшал аккуратный коричневый бант.

— Ты правда прислала мне это пернатое недоразумение только ради того, чтобы использовать меня как охранника? — шепнул он, слегка наклонившись.

Девочка широко раскрыла глаза и, лучезарно улыбнувшись, покачала головой:

— Вовсе нет! Это было предложение: «Если тебе нужно в город, не хочешь ли прогуляться вместе?».

— Разве?

— Ты же сам сказал, что у тебя сегодня дела в столице.

— Я такого не говорил.

— Всё равно они у тебя есть.

Она хитро улыбнулась, явно осознавая своё упрямство. Карно пожал плечами.

— Ладно, раз уж ты наняла Софию, пусть будет так.

— А?

Девочка подняла голову и посмотрела на него. Карно вскинул бровь.

— Что?

— Если так рассуждать, то это я у тебя в долгу. Ты ведь помог мне найти человека.

— ...Хм.

Такой ответ заставил Карно на мгновение замолчать, а принцесса тяжело вздохнула.

— Эх, совсем ты не умеешь выгоду свою блюсти.

— Что ты сказала?..

Он едва не поперхнулся от смеха, а девочка, уперев руки в бока, посмотрела на него с притворным сочувствием.

— Слушай, Карно. У тебя совсем плохо с расчётами «ты — мне, я — тебе».

— Это ты сейчас мне говоришь?

Таких слов он не слышал никогда в жизни и даже не представлял, что услышит.

— За Софию это я должна быть благодарна. И в качестве ответной услуги я рассказала тебе про Люмен Базиличе. Повторяю: позже ты мне ещё спасибо скажешь!

— Кажется, Ваше Высочество чересчур точны в своих расчётах.

— А то!

Глядя на её самодовольный вид, ему захотелось дать ей щелбан, но в этот момент мимо них начал сновать рабочий люд, поднявшийся ни свет ни заря, и Карно пришлось приобнять девочку за плечи, чтобы её не толкнули.

— Осторожно.

— Ой!

Она покачнулась и прижалась к нему.

— Как много людей...

— Разве?

— Там, где я жила, даже в базарные дни не было так шумно.

Она оглядывалась по сторонам и вдруг негромко чихнула.

— За стенами дворца и правда холодно.

— Всё-таки ещё зима.

Карно мельком взглянул на Рис, следовавшую за ними, безмолвно спрашивая, не взяла ли она верхнюю одежду.

Рис как раз разворачивала пальто принцессы, которое несла на руке. Карно отступил на шаг. Служанка поклонилась ему и быстро набросила пальто на плечи девочки.

— Я же говорила вам, что на улице морозно.

— Сильнее, чем я думала... Апчхи! Сильнее.

— Нам нужно только заглянуть в лавку и сразу возвращаться.

— Да-да, я поняла.

Девочка шмыгнула носом, озираясь по сторонам, и то и дело сверялась с адресом в руках.

— Нам в ту сторону.

— Карно, ты знаешь дорогу?

— Адрес же написан.

Карно делал три-четыре шага вперед и ждал, пока она догонит его, и так раз за разом.

— Нам нужно повернуть здесь, так что осторож...

Он обернулся, но принцессы сзади не оказалось. Она застыла у одного из прилавков, завороженная товаром.

— Прин... Ася!

— Карно, посмотри!

— Да что там такое? Потеряешься же...

— Смотри, они как драгоценные камни, да? Ужасно красиво.

Карно взглянул на прилавок и подавил вздох. Там стояли ровные ряды стеклянных баночек, украшенных лентами и тканью, внутри которых поблескивали разноцветные овальные шарики.

— У маленькой леди отличный вкус! Хотите попробовать?

— Ой.

Торговец наклонился, встретившись с ней взглядом, и с доброй улыбкой положил на ладонь девочки одну розовую бусину. Когда Ася уже собиралась отправить её в рот, Карно коротко вздохнул и перехватил её руку.

— Карно!

— Ой...

И торговец, и девочка уставились на него во все глаза, а Карно, будто дразнясь, сам закинул сладость в рот.

Сладкая крупинка начала таять, оставляя послевкусие фиалки. Сахарная глазурь с хрустом лопнула, открывая ароматный миндаль. Услышав этот хруст и щелканье, принцесса, хоть и надулась, не выдержала любопытства:

— Что это? Что там внутри? Это же не просто леденец.

— Ты никогда такого не видела?

— Нет. Я сладости-то увидела только когда попала «сюда»... ну, не считая тех, что сама готовлю. Вкусно? Как оно? Какой вкус?

— Ну... сладкий?

— ...

Поскольку девочка наградила его крайне недовольным взглядом, Карно поднял руки в знак примирения и купил у торговца две стеклянные банки размером с детский кулак, передав их Рис. Лицо торговца тут же расплылось в улыбке.

— Тем, кто покупает сразу две баночки наших сахарных сладостей, мы дарим маленький букет цветов!

Торговец сообразил и протянул девочке букетик из трёх скромных роз. Ася весело рассмеялась.

— Тебе нравятся цветы? — тихо спросил Карно, когда они отошли от лавки. Даже в шуме просыпающейся улицы девочка услышала его вопрос.

— Да! У них нежные лепестки, красивый цвет и чудесный запах. Если поставить их в вазу, красиво, а если просто держать в руках, настроение поднимается. Когда дедушка подарил мне кухню, я, честно говоря, сначала подумала, что мой подарок, это цветы, что там стояли.

— Кхм.

Карно едва сдержал смех. Он уже слышал эту историю от Алексея. Великий император империи с огромным трудом оборудовал для внучки целую кухню, а та решила, что её подарок, обычная ваза с цветами. Секрет, который знал весь дворец.

— Вот! Карно, тебе тоже одна.

Девочка, до этого гладившая лепестки, вдруг вытянула одну розу и протянула ему.

— Не нужно.

— Ты не любишь цветы?

— Не то чтобы не люблю.

Недавно он осознал, что вещи с нежными лепестками, красивым цветом и чудесным запахом ему тоже не совсем безразличны. Карно задумчиво посмотрел на девочку. Её светло-зелёные глаза сияли, когда она глядела на него.

— Ну тогда на! Бери.

— Я же сказал, не надо.

— Опять ты за своё!

Решив, что с его вредным характером пора что-то делать, Ася насильно впихнула розу ему в руку.

— Послушай, Карно. Если они тебе не нравятся, зачем ты отобрал мою конфету и купил ещё две банки?