— Да ты бы вообще на одной воде жил!

На возмущенный возглас Аси Карно прикрыл рот кулаком.

— ...Кхм. Я никогда такого не ел, трудно представить вкус. Но если вы уже всё придумали, проблема решена.

— Мы не можем использовать крем для украшения. Над этим тоже надо подумать. И нужно попробовать, получится ли торт действительно вкусным.

— ...То есть вы предлагаете в качестве решения торт, который сами ни разу не ели?

Ася виновато притихла, но вместо ответа вдруг начала прихрамывать. Карно вздохнул и поднял руки, сдаваясь.

Ася лучезарно улыбнулась и тут же выпрямилась.

— Мы сейчас его и приготовим! А Карно мне поможет. Верно?

— ...

С этими словами Ася решительно вошла на кухню Павла.

Павел, который сидел, обняв миску с замоченной овсянкой и тяжело вздыхая, поднял голову и в ужасе вскочил.

— Ох-хо.

— Павел! Вода! Всё же выплеснется!

— А, да-да! Ой, нет, то есть...

Павел уже пролил половину воды и чуть не рассыпал овсянку, прежде чем привел миску в порядок. При этом он не сводил глаз с Карно, который выглядел так, словно его притащили сюда силой.

— Вы ведь уже виделись? Это Карно Нойштеттер. Он пришёл сегодня помочь.

— Что?

Павел выглядел так, будто у него душа ушла в пятки.

Ася не стала ничего объяснять и включила воду в раковине. Карно, оставив попытки сопротивляться, подставил руки под струю. Но Павел не сдавался.

— Н-но позвольте. Дела на кухне, это моя забота...

— Павел, ты же сам не свой.

— Я в порядке!

— А по-моему, нет.

— Да в порядке я!

— Человек, который «в порядке», не будет совать руки прямо в миску с овсянкой.

Павел поспешно выдернул руки, расплескав хлопья.

Ася посмотрела на него, схватила за рукав и отвела в угол. Карно стоял в стороне, скрестив руки на груди, и наблюдал за ними.

— Это всё из-за того, что он заключил контракт с Духом Смерти, да? В прошлый раз было то же самое.

— Н-нет, вовсе нет...

— ...

— ...

— ...

— Ну, может, самую малость...

— Павел, посмотри на себя и на него. Карно же тебе на один зубок, чего тут бояться?

— Да он выше меня ростом, о чём вы! Теперь что, «один зубок» делают из мифрила?..

— Оставим это. Павел. Неужели можно избегать человека из-за его духа?

— При чем тут избегание...

— Павел, ты правда такой человек?

— Нет, конечно! Вовсе нет! Это не избегание, я просто... просто боюсь его!

— И это неправильно. Ты виноват. Иди и извинись.

— Ч-что?..

Ася подтолкнула ошеломлённого Павла к Карно.

Карно, ждавший их, приподнял бровь, но Ася, не обращая на это внимания, подтолкнула Павла в спину.

— Павел, ну же!

— Н-но...

— Тебе правда так страшно?

— Ваше Высочество! — голос Павла сорвался на крик. В этот момент Ася приподнялась на цыпочки и легонько ткнула Карно пальцем в щеку.

— !..

— !..

Карно в изумлении схватился за щеку и уставился на Асю, а Павел был близок к обмороку.

— Карно, ну скажите же что-нибудь.

— А?

— Ты злишься?

— Я не злюсь, просто поражён... Что вы делаете?

— Если обидно, можешь сделать так же.

Ася сглотнула, подняла голову и подставила щёку. Карно, который невольно поднял руку, тут же её опустил и покачал головой.

Ася, приоткрыв глаза, посмотрела на Павла с видом «видишь?». Она показала, что Карно, не тот человек, который станет угрожать, даже если вести себя так дерзко.

Наконец Павел глубоко вздохнул.

— Господин... господин Карно Нойштеттер... Я вёл себя крайне невежливо. Я... правда... искренне... от всей души прошу прощения.

— ...

На этот раз Карно выглядел по-настоящему растерянным. Он явно не ожидал услышать ничего подобного. Но Ася не дала ему опомниться: она лучезарно улыбнулась, схватила их за руки и заставила их обменяться рукопожатием, активно тряся их руки.

— Какие молодцы! Вы заслужили награду.

— Правда, не стоит, Ваше Высочество...

— ...

— Перестаньте уже говорить это «не стоит».

— Но правда, не стоит.

— ...

— Морковный торт в таком виде… и правда ни молока, ни масла. Жир заменяется растительным маслом.

— Именно!

— Но послушайте… — Павел Марка немного замялся. Анастасия знала, что он хочет сказать. В отличие от Карно Нойштеттера, который был профаном в выпечке, Павел Марка понимал суть.

— Слишком простецки, да?

— Э-э, да. Пожалуй…

Сам по себе морковный торт появился потому, что простолюдины, не имея возможности купить много сахара, пытались добыть сладость из самого сладкого овоща, моркови. Подавать такое на приёме послов? Это всё равно что предложить гостям съесть повара вместо десерта.

— А если мы правильно это преподнесём?

— Преподнесём?..

— Ну, говорят, что Эльфы Ноктис живут в гармонии с природой, не любят вычурности и предпочитают всё простое, близкое к естественному.

— Кажется, я тоже слышал об этом.

— Так не лучше ли для таких эльфов вкус, прошедший меньше обработки, чем тончайшая мука или рафинированный сахар? Как ты думаешь, Карно?

Анастасия, совещавшаяся с Павлом Марка, обернулась к юноше. Карно, прислонившись к стене и наблюдая за их беседой, на мгновение задумался и кивнул.

— Что ж, в этом есть смысл.

— Ох, но даже если так… разве главный повар императорской кухни позволит?

При этих словах Анастасия прикусила губу. Но и на этот счёт у неё был план.

— А если император Михаил позволит?

— Что?!

— Если Его Величество разрешит, что сможет сделать главный повар?

— Ну… я не понимаю, почему всё вдруг сводится к этому…

— Или можно сказать, что это разрешил наследный внук Алексей, — вставил Карно, который молча слушал их. — Конечно, использование имени императора Михаила или наследного внука Алексея, это тяжкое преступление. В лучшем случае, смертная казнь. Обычно ещё и могилу раскапывают.

— Я не собираюсь использовать имена самовольно! Я обязательно получу разрешение, — вспыхнула Анастасия. Она сердито сверкнула глазами на Карно, оттолкнула его и решительно направилась к складу овощей и фруктов.

— Скажите… главный повар, всё точно будет в порядке?

Фёдор Бюкер, главный повар дворца Аштад, где жил император Михаил, с суровым видом обернулся к помощнику. Тот, заметив его взгляд, испуганно сжался.

— С чего бы это не быть в порядке?

— Нет, ну… десерт для банкета мирной делегации. Повар Павел Марка ведь не занимается кондитерскими изделиями…

— Не занимается? Этот хитрец втихомолку всё делает, что значит «не занимается»?

Фёдор Бюкер откинулся на спинку стула, закинул ноги на рабочий стол и вскинул брови. Когда Льюис Марка, то есть граф Петров, отец Павла Марка, пытался пристроить сына в императорский дворец, Павел Марка, сопротивляясь отцу, твердил: «Я не прикасаюсь к десертам». Это означало, что он не может и не станет императорским поваром.

В итоге, когда Павел Марка не смог переспорить отца и стал поваром наследного внука Алексея, Фёдор Бюкер втайне довольно улыбался. Он понимал нежелание возиться с никчёмными сладостями и даже мог поаплодировать такой дерзости, но главное, благодаря этому Павел Марка не мог претендовать на его место. Хотя сейчас в империи десерты считались пустяком, нельзя стать главным поваром, не умея заниматься кондитерским делом.

Так он думал до недавнего времени…

— Недавно Его Величество лично позвал повара Павла Марка и велел подать десерт!

— Говорят… его приготовила императорская внучка Анастасия.

— Кто это говорит?

— Слухи…

— Это не просто слухи!

— То есть?

— Это бред, идиот! Одно дело, если бы высокородная внучка Анастасия ради забавы испекла печенье, но создать торт, которого мир ещё не видел? Ей же всего десять лет! — гаркнул Фёдор Бюкер.

Только увидев, как помощник сжался, Фёдор Бюкер раздражённо махнул рукой. Помощник поспешно выскочил из кухни. Убедившись, что никого нет, Фёдор Бюкер быстро убрал ноги со стола и принялся до блеска натирать его тряпкой.

«К тому же, настоящая проблема не в этом». Фёдор Бюкер вспомнил лицо принца, чем-то похожего на императора Михаила. Валерий Кайе Рус, маркиз Шапирокин. Поразительно, но император Михаил не интересовался едой. Он не наслаждался тонкими вкусами и считал, что и не должен. Ему даже не нужно было держать доверенных лиц на кухне, ведь яды на него не действовали. А во дворце место, к которому император не проявляет интереса, обречено на забвение.

Разочарование Фёдора Бюкера было неописуемым: он изо всех сил карабкался на вершину башни, но, достигнув её, обнаружил лишь заснеженный пустой пик.