— ...У-у-ух... — выдавил дух.

— Правило первое: когда ты в облике птицы, веди себя как птица. Второе: даже если ты птица, никогда не принимай другой облик, кроме этого. Третье: не смей рвать мою одежду.

— Это... это не правила, а твои, ух... твои требования! — выкрикнул дух, которого явно подташнивало.

Ася пожала плечами.

— Если ты чего-то хочешь, тоже скажи.

— Первое: никогда... ух... не тряси меня!

— Посмотрим на твоё поведение.

— Второе: пеки сладости каждый день! Каждый день и корми ими всех!

— Каждый день не получится.

— Третье... Да что с тобой вообще «получится»?!

— Третье правило «Что с тобой вообще получится»? Ты это хотел сказать? Серьёзно, что с тобой не так?

— Нет... нет! Не это! — Пиби, захлопав крыльями, наконец обрёл дар речи. — Ты же говорила, что любишь печь. Почему тогда не можешь делать это каждый день?

— Потому что у взрослых бывают свои обстоятельства. А ты чего так привязался к моим сладостям? Они настолько вкусные?

При этих словах Пиби принял торжественный вид.

— Вкус здесь ни при чём.

— Значит, всё-таки вкусные.

— Я только крошки пробовал! Откуда мне знать, вкусные они или нет!

— Так почему тогда?!

— Потому что это наша великая миссия!

— Моя миссия печь сладости и кормить окружающих?

— Ну... да. Не обязательно сладости, но всё же.

— И зачем это нужно?

Маленький жёлтый цыплёнок странно задвигал клювом. Казалось, он хочет что-то сказать, но чья-то невидимая рука сжимает ему горло.

— Моя... си-и-ила... это сила восприятия... С её помощью... можно сделать так, чтобы духи и люди общались друг с другом.

— Ты хочешь сказать, что другие люди тоже смогут разговаривать со своими духами?

— Да!

— ...То есть ты хочешь приложить силы, чтобы все жили дружно? В этом смысл? — Ася с подозрением посмотрела на Пиби.

Тот с обиженным видом выкрикнул:

— Там более... великий... великий замысел... может быть...

— Почему ты не можешь нормально говорить?

— Со временем ты осознаешь весь мой великий замысел! Чёрт возьми! Я же ради тебя-а-а-а...

— Ради меня?

— Я же сказал, со временем всё узнаешь! Не болтай лишнего и приготовь мне ложе!

— Третье правило, это твоё место для сна? Ладно, это я сделаю.

Император ведь обещал какой-то подарок. Раз это подарок от самого императора, он не может быть дешёвым.

«На одну клетку-то точно хватит?»

От этой мысли на душе стало тепло. Раз все считают её духа птичьим, ей не придётся оставаться во дворце. Нужно лишь подождать несколько дней, получить подарок императора, а потом радостно вернуться домой, будто её выставили.

«На обратном пути надо будет захватить немного масла и сахара. И пару мешков муки».

Однако мечты Аси, полные надежд на будущее, вскоре были развеяны. Подобно тому как весна приходит, когда зимний снег тает без следа.

Около полудня, когда утреннее солнце уже лениво поднялось над горизонтом, двери покоев распахнулись и появилась Рис. Её лицо сияло от безграничной радости.

«Ох...»

Едва взглянув на неё, Ася подумала, что в последнее время у неё открылись сверхспособности. Стоило ей увидеть чьё-то лицо, как она тут же понимала: всё пошло наперекосяк.

— Ваше Высочество Анастасия!

«Только бы не это...»

— Его Величество Император...

«Ведь не может же быть, правда?»

— Отныне...

«Скажи же, что он велел мне возвращаться домой! Домой! Домой!»

— Он велел Вам оставаться в императорском дворце и учиться здесь до самого совершеннолетия! Прямо сегодня Ваши покои перенесут в комнату по соседству с Его Высочеством наследным внуком!

Дуэт из крушения надежд и отчаяния накрыл Асю с головой. Когда Рис подхватила её на руки, лицо девочки выражало лишь полную отрешённость, казалось, душа покинула тело.

«Неужели судьбу... нет, оригинал невозможно изменить?»

— Переносят... мои покои? Зачем? Почему?

— Как же иначе, Ваше Высочество, ведь Его Величество так дорожит Вами.

Вокруг Рис, словно праздничный фейерверк, закружились ярко-салатовые и розовые искры. От этого зрелища у Аси даже запестрило в глазах.

Едва опустив девочку на пол, Рис принялась суетливо переодевать её, приводить в порядок причёску, торопливо помогать с завтраком, а затем умчалась обустраивать новую комнату.

Оставшись в одиночестве, Ася могла лишь растерянно смотреть в пустоту.

«Это правда? Серьёзно?»

И вдобавок соседняя комната с Алексеем?

«Что ж, по крайней мере, летом о прохладе можно не беспокоиться».

Ведь из-за стены наверняка будет тянуть ледяным ветром от того холода, которым Алексей одаривает её при каждой встрече!

Вскоре слуги собрали её немногочисленные пожитки и ушли. Рис, вернувшаяся помочь с последними вещами, сияла, как свежераспустившийся цветок. Хоть они и были знакомы недолго, Ася впервые видела её такой счастливой.

— Говорят, Его Высочество наследный внук лично подготовил для Вас комнату!

Но даже эти слова не отозвались в сердце Аси. В императорском дворце Алексея считали живым святым и ангелом, поэтому все свято верили, что он радушно примет даже потенциальную соперницу в борьбе за престол.

Ася смотрела на пустеющую комнату, пока чувство стеснения в груди не стало невыносимым, и тогда она вышла наружу. Рис уже ушла заниматься новыми покоями, а оставшиеся слуги не стали ей препятствовать.

«Учиться во дворце до совершеннолетия? А если я умру раньше... Нет, нет. Ничего ведь не случилось прямо сейчас, верно? Пока что... пока что меня никто не ненавидит. По крайней мере, в этот самый миг...»

Едва Ася закончила эту мысль, как услышала:

— Почему? Почему! Почему не я, а эта тощая девчонка, заключившая контракт с каким-то облезлым диким зверьком!

Перед ней стояли её кузены, которые никак не могли смириться с тем, что только ей позволили остаться во дворце. Погружённая в свои тревоги, Ася, сама того не замечая, дошла до дворца, где жили остальные внуки императора.

На переднем дворе, заставленном каретами, царил настоящий хаос. Лица кузенов, получивших приказ покинуть дворец, были искажены обидой, злобой и отчаянием. Волны тёмно-красных эмоций ощущались даже на расстоянии. Громче всех кричал Дмитрий, сын принца Максима, указывая на неё пальцем:

— Посмотрите ещё раз! Передайте дедушке, пусть посмотрит снова! Мой дух, дух дождя, несравним с каким-то там пернатым...

В этот момент пуговица на её пальто, выполненная в форме маленького цыплёнка, шевельнулась. Незаметно для окружающих появилась жёлтая птичка и потёрлась головой о подбородок Аси.

— Нет, Пиби, я в порядке. Мне всё равно, что они говорят...

— Артерия у людей вот здесь. Ударь туда, и они больше не смогут разевать рты, — пропищал Пиби.

Ася на секунду затаила дыхание, а затем рукой отцепила Пиби от своей шеи и с силой вдавила его обратно в пуговицу.

— Послушай, Пиби. Обычные люди после такого замолкают навсегда.

— Из этого рта всё равно вечно льются глупости. Не лучше ли заткнуть его пораньше?

Ася лишь беззвучно открывала рот, не зная, что ответить. С одной стороны, она понимала детскую обиду тех, кто не получил желаемого. К тому же она помнила, что Максим, отец Дмитрия, часто помогал её отцу Юрию.

В конце концов, её внутреннее «я» было взрослым, а значит, нужно проявить великодушие и не бить ребёнка по артериям...

— Да! Я столько лет к этому готовился! Как какая-то... смогла затуманить взор Его Величества!

Великодушие... Проявить...

Казалось, Дмитрий только начал входить в раж. Многие слова, которые он выкрикивал, были Асе незнакомы, вероятно, это была брань, которой её не учили.

Наконец взгляд Дмитрия стал багрово-чёрным. Он с силой оттолкнул слуг и бросился к ней. Асю едва не сбили с ног; рука кузена задела её щёку. Удара удалось избежать только потому, что слуга вовремя перехватил Дмитрия.

После этого начался настоящий ад. Перепуганные гвардейцы и слуги смешались в кучу, кузены рыдали, а над двором в туче пыли стоял сплошной крик и визг. Когда потасовка закончилась, кузены выглядели жалко. Те, кто не валялся в пыли, просто захлёбывались слезами.

— Я показал тебе точку для удара! — вопил Пиби из пуговицы.

Ася сделала вид, что не слышит его, и полезла в карман юбки.

— Позабыв о достоинстве императорской семьи, заключить контракт с какой-то неведомой тварью...

Половину слов, вылетавших из рта Дмитрия, которого крепко держали слуги, Ася слышала впервые в жизни. В тот момент, когда Дмитрий набрал в грудь воздуха, то ли чтобы выкрикнуть очередное оскорбление, то ли чтобы плюнуть, Ася, не колеблясь, запихнула ему в рот то, что держала в кулаке.

Дмитрий стоял, пригнувшись под руками слуг, так что ей пришлось лишь слегка привстать на цыпочки.

— У-уп!

— Ваше Высочество?!

Все замерли, издав не то вскрик, не то вздох. Ася не убирала руки, пока не убедилась, что Дмитрий проглотил подношение.

Во дворе воцарилась тишина.

Только когда Дмитрий с трудом сглотнул, Ася отстранилась и отряхнула ладони от крошек. Это были кусочки её брауни, тёмно-коричневые, почти чёрные.

— Вкусно?

— Что... что ты мне засунула в рот!

Дмитрий попытался выплюнуть это, но было поздно, всё уже провалилось внутрь. Ася лишь пожала плечами, глядя, как он пытается вызвать рвоту.

— Это пирожное, которое я сама испекла.

— Эту... эту дрянь, похожую на мусор...

— Его Величество сказал, что это вкусно, и специально позвал меня, чтобы похвалить. А через несколько дней обещал даже награду дать.

Строго говоря, награду обещали за другую выпечку, но сейчас это было неважно.

Дмитрий внезапно замолчал, будто его губы склеили воском. Ася слегка потёрла плечом саднившую щёку и вдруг растерялась. Она надеялась просто заставить его замолчать, прикрывшись авторитетом императора, но за спиной Дмитрия вдруг начали взрываться невидимые фейерверки. Искры света коснулись её щеки. Ася затаила дыхание и спросила снова:

— Так что... вкусно было?

Дмитрий выглядел так, будто хотел откусить себе язык и умереть на месте, но Ася, не обращая на это внимания, вложила ему в руку ещё один завёрнутый кусочек брауни.

Дмитрий хотел было швырнуть его на землю, но Ася выкрикнула быстрее:

— Его Величество сказал, что оно вкусное!

— ?!