— Почему вдруг спрашиваешь?

— Просто так.

Может, потому что встретилась с герцогом Сефра? Вдруг стало любопытно: каким же был отец этого тела, настоящий?

«Он тоже был мразью, как тот “папаша” из моего прошлого мира?..»

За все долгие годы, что она наблюдала за этой жизнью, Камилла ни разу не слышала толком ни слова об отце. То ли умер сразу после её рождения, то ли исчез… Но никто никогда ничего толком не рассказывал.

— Я тоже не помню.

— Даже ты, брат?

— Ага.

Ну, впрочем, неудивительно. Рави на тот момент было всего пять-шесть лет.

— Это кольцо…

С лёгкой заминкой Рави указал на кольцо с красным рубином, что было на пальце Камиллы. То самое кольцо — реликвия матери, которую когда-то прислуга пыталась спрятать.

— Оно от родного отца. Он подарил его маме.

— Отца?..

— Но почему вдруг интересуешься?

— Просто интересно, говорю же.

— С тобой всегда “просто”.

Цокнув языком, Рави вновь отвернулся.

— Братик.

— Что теперь?

— Ты занят?

— Вот уж… если есть что сказать, говори всё сразу! Я вообще-то занят!

В итоге он всё же сорвался. Камилла хмыкнула. Но ведь не сказал: «Уходи», значит — всё не так плохо.

— Хочешь, я прибавлю тебе ещё больше дел?

— Что?..

— Лови.

Тюк.

— Эй! Ты чего кидаешься?

— Подарок.

— Подарок? Это что вообще… Эй, ЭЙ!

Рави резко вскочил. То, что Камилла бросила ему, оказалось синим кристаллом.

Уловив магическую энергию, исходившую от него, лицо Рави тут же застыло в шоке.

— Ты… ты! Где ты это взяла?!

— Секрет.

— Эй! Я тебя спрашиваю — где ты это взяла?!

Грохот.

Сбив стул, Рави с шумом кинулся за ней, но Камилла с невозмутимым видом покинула комнату.

Клиент №1 — пойман.

«Тьфу ты, упрямый как осёл.»

Всю ночь — без сна. Из-за кого? Из-за Рави.

Попробовав силу высшего магического кристалла, он весь день не давал Камилле покоя, преследуя её с вопросами: где ты его взяла, откуда он у тебя, дай ещё один. На слова, что это пока секрет, он плевать хотел. А утром — снова тот же взгляд, сверлящий голову за завтраком. Камилла и сама не поняла, проглотила ли еду или вдохнула.

Ну, с рекламой проблем точно не будет.

Связь с чёрными магами — дело за домом Сефра, а для магической башни, судя по реакции Рави, и одного камня вполне хватит. Ещё в своё время, когда герцог Джейбиллан впервые представил магический кристалл, все маги чуть ли не обезумели от восторга. Кто-то даже предлагал двойную цену, лишь бы купить первым.

«Хе-хе-хе…»

Только бы собрать побольше денег. Тогда можно будет сбежать от всей этой семейки, построить милый домик в тихой деревеньке и зажить, наконец, как человек.

Но сначала — контракт.

И вот он — наш незаменимый дворецкий Дерин!

Камилла, которая совершенно не ориентировалась в местных юридических тонкостях, благодаря призраку-дворецкому составила контракт без единой ошибки. Осталось получить подпись герцога Сефра — и готово.

Пока лучше держать всё в тайне.

Поручив герцогу Сефра продажу, Камилла скрыла своё участие в бизнесе. Если бы она выступила напрямую, об этом тут же бы узнали все в доме Сорфель. Она собиралась оставаться в тени герцога, пока не накопит приличный запас внебюджетных средств.

Тем более и сам герцог Сорфель потерял всякий интерес к той шахте. Когда Камилла обратилась к нему за разрешением, он просто отмахнулся — делай, мол, что хочешь, не буду мешать.

«Ихи-хихи!»

Она не сдержала радостный смешок. Конечно, окружающим студентам, наблюдавшим за ней со стороны, это снова показалось… подозрительным. Уж больно странной становилась Камилла с каждым днём.

[Сестрёнка!]

— А?

Неожиданно перед Камиллой возник кто-то. Заплаканный до слёз мальчик — младший брат Арсиана, Сиэр. Один. И явно расстроен.

— Почему ты…

Камилла осёклась. Если кто-то услышит, как она разговаривает с пустым пространством — начнутся вопросы.

[Это же тот мальчик, что всегда был при Арсиане], — проговорила подошедшая призрачная школьница Эйми. Видимо, даже для неё неожиданно, что Сиэр появился в одиночку.

[Пожалуйста, остановите моего брата!]

«Что?..»

[Прошу вас, побыстрее!]

С таким отчаянием Сиэр просил, что Камилла не могла не встать.

Следуя за ним, она вскоре услышала:

— Кхааа!

Бум! Бах!

Вопросов о том, где Арсиан, не осталось.

Толпа студентов, тишина гробовая — лишь звуки ударов и стонов. Все были слишком ошарашены происходящим, чтобы хоть пикнуть.

Что он творит?..

Арсиан, без остановки, избивал какого-то парня. Тот уже едва держался, лицо в крови, сознание ускользает… но Арсиан не останавливается.

[Сестрёнка, пожалуйста, остановите его…]

А как, по-твоему, я это сделаю? — мелькнуло в голове Камиллы. Парень уже «поехал» — глаза горят, ярость застилает всё.

Но…

[Сестрёнка…] — голос Сиера дрожал.

«Чёрт».

Глядя в глаза мальчику, Камилла всё-таки шагнула вперёд.

Бух!

— Кх… ах… п-прости… пожалуйста… —

Шмяк!

— А-а, Ар… —

Беллак, сын графа Рвисель, уже не соображал, где он и что происходит. Всего-то немного бахвалился — и вот результат.

— Разве герцог Сефра не потрясающий человек? Такой справедливый, сильный, благородный…— Он специально сказал это вслух — так, чтобы Арсиан точно услышал.

— Если бы у меня был такой отец… Да мне больше и желать нечего!

В обычной ситуации он бы себе язык откусил, прежде чем подобное произнести при Арсиане. Но в последнее время тот казался спокойнее, и Беллак решил: шанс проявить себя! Засветиться в хорошем ключе!

Вот только…

— Заткнись. — Прозвучал холодный, тихий голос Арсиана. — Не зная ни черта, лучше помолчи.

— А-а? Да я просто похвалить хотел. Ну, мол, здорово, что в Империи есть такой уважаемый человек, как твой отец…

— Заткнись, сказал. — Голос стал ниже. Угроза повисла в воздухе.

Вот на этом моменте стоило бы остановиться. Но Беллак не выдержал — другие же смотрят! Надо держать лицо!

— Ну и ну, противно слушать. Без великого папаши и жить-то нельзя, видать.

Откуда он только набрался такой смелости?

— Думаешь, раз тебя с детства на руках носят, все вокруг обязаны тебе поклоняться?

— …

— Отец — герцог, значит и ты автоматически герцог, так? —

БАМ!

Удар прилетел без предупреждения.

Лучше бы я сразу вырубился… — мелькнула мысль. Но, увы, сознание не отключалось. Беллак корчился от боли и проклинал всё на свете.

Надеяться на помощь? Ха! Кто осмелится вмешаться?

Даже преподаватели, только что стоявшие рядом, разбежались — как ни в чём не бывало. Остальные студенты тоже не удивлялись: опять Арсиана переклинило. Ну, бывает.

ПЛЁХ!

— ?!

И тут… на Арсиана обрушился поток холодной воды.

В замутнённом взгляде Беллака промелькнул силуэт. Он узнал её сразу.

Эта девушка…!

Кто-то стоял позади Арсиана, держа в руках опустевший кувшин и тяжело выдыхая.

— Остынь немного.

Это была Камилла.

— …

Мокрый с ног до головы Арсиан медленно обернулся.

— Ты сам пойдёшь? Или мне тебя волочь до лазарета?

Глядя на всё так же отсутствующего, с затуманенным взглядом Арсиана, Камилла снова тяжело вздохнула. Затем решительно подошла и, схватив его за руку, подняла на ноги.

— Отойди от него, — сказала она. — Если не собираешься убивать.

Арсиан не сопротивлялся и позволил увести себя. Камилла огляделась, потом подошла к одному из учеников и вручила кувшин.

— Извини, но со всем этим придётся тебе разобраться.

Знакомое лицо, значит — самый удобный вариант.

— А ты — за мной.

Она вновь взяла Арсиана за руку, и тот молча пошёл следом.

Все молча смотрели им вслед.

— …

Особенно Петро, которому достался пустой кувшин. Он, с явно переполненным лицом выражением, проводил их взглядом и в итоге… расхохотался.

— Отлично справился.

Камилла привела Арсиана к озеру духов — месту, которое теперь почти стало их тайным убежищем.

— Легче стало, да? — сказала она. — Выплеснул злость не на того, и доволен?

— Тебе-то что?

— Да мне бы тоже не хотелось вмешиваться. — Думал, ей это в радость? — Просто твой брат чуть не разрыдался. Вот и пришлось.

Арсиан поднял голову и посмотрел в сторону, где стоял Сиэр. Но тут же снова отвернулся.

— Серьёзно? Даже на брата теперь не можешь смотреть? — Камилла недовольно цокнула языком. Она уже догадывалась, почему у него сорвало тормоза.

— Раздражает, да? Когда вдруг узнаёшь, что человек, которого ты ненавидел всю жизнь, тоже… страдал. Когда вдруг, пусть и на миг, начинаешь понимать, что он чувствовал.

— И всё равно это не значит, что ты простил.

Такая ненависть, копившаяся годами, не исчезает в одночасье. Ты всё ещё его ненавидишь, презираешь… но где-то внутри — начинаешь понимать. И от этого ещё противнее.

— Ты же ничего не знаешь!

— Догадываюсь. У меня есть знакомая, которую родной отец чуть не задушил.

— Что?

Камилла замолчала. Потом тихо вздохнула. Даже сама удивилась, с какой лёгкостью произнесла это вслух.