На следующий день после возвращения из плена Камилла сразу поручила своему слуге Дорману сделать заказ в информационное бюро. Она велела расследовать деятельность приюта «Скай» и нескольких других крупных приютов в округе. Нужно было выяснить, не исчез ли бесследно кто-то из воспитанников, как это случилось с Деннисом, сыном водяного духа Бесс, или не были ли дети переданы в усыновление вымышленным лицам.

— Ни черта толкового, — проворчала Камилла, листая документы.

Спустя несколько дней она получила ответ, но в нем не оказалось ничего стоящего. Похоже, охват был слишком широк — никакой полезной информации.

— Да ну, не хочу больше с этим возиться, — пробормотала она и отложила бумаги в сторону. — Что мне с этим расследованием делать?

Болезни лечит врач, лекарства назначает аптекарь, а преступников ловит полиция — пусть каждый делает своё. С каждым днём Камилле всё больше не хотелось в это вникать. Кто бы там ни стоял за созданием фальшивой Рании, герцог Сорфель и так вовсю ведёт поиски. Скоро поймают.

Хотя…

— Может, всё-таки стоило рассказать? — нахмурилась она.

Единственное, что не шло у неё из головы — дело с Деннисом, сыном Бесс.

«Но ведь я никак не могу это объяснить».

Опять скажу, что во сне увидела? Без единого доказательства? Как ни крути, молчание — лучший выбор.

Тук-тук.

— Входите.

Дверь открылась.

— Отец?

Это был герцог Сорфель.

— Как ты себя чувствуешь?

На этот вопрос Камилла только рассмеялась.

— Всё хорошо. Лекари ведь уже подтвердили, что я в порядке.

Это был стандартный вопрос всех, кто входил в её комнату.

— Откуда вы возвращаетесь?

— Да так.

Герцог выглядел на удивление довольным, хотя после истории с фальшивой Ранией его лицо чаще омрачалось. Может, что-то хорошее случилось?

— Откуда же именно?

— Навестил больного

— Навестили?

Странно. Почему он так радуется после визита к больному?

— У Джейбиллана, оказывается, живот прихватило.

— У герцога Джейбиллана?

Губы герцога тронула довольная улыбка.

— Сама подумай. Даже когда родственник приобретает землю, это раздражает, а тут незнакомец купил шахту, а она с алмазами — вот уж точно за что можно позеленеть от зависти.

— А… — рассмеялась Камилла.

В недавно купленной ею на аукционе шахте нашли алмазы. Уже одни железные руды делали её покупку выгодной, а тут ещё и бриллианты. Проигравший аукцион Джейбиллан, уступивший шахту с минимальной разницей в цене, наверняка был вне себя.

«Вот только… скоро там найдут и голубой бриллиант».

Герцог Сорфель наверняка скоро снова навестит Джейбилланов — просто чтобы немного его позлить.

— Может, мне чем-то помочь?

— Крис прекрасно справляется.

— Придётся как-нибудь пригласить его на обед.

— Я передам.

Хотя теперь все знали, что хозяйка гильдии Призрак — она, Камилла, всю внешнюю работу по-прежнему вёл Крис. Правда, при принятии ключевых решений её мнение всё равно оставалось решающим.

— Если что-то понадобится — обращайся.

— Хорошо.

— Кстати, подарков стало ещё больше, — бросил он, глянув в сторону.

В углу комнаты и правда громоздилась целая гора коробок.

— Да, много, — признала Камилла с натянутой улыбкой.

Как только распространились слухи о её болезни, подарки посыпались со всех сторон. И беда была в том, что две трети этих даров прислал всего один человек.

«Что, в него вселился дух, умерший от того, что не успел раздать подарки при жизни?»

Кронпринц Эдсен.

Как и в прошлый раз, он завалил её дарами — настолько, что Камиллу начинала болеть голова.

«Наверняка опять к чему-то придерётся».

Она устало вздохнула. Вот ведь… бывает же — подарки, а в радость не идут. Это тоже талант.

«Но всё же, наверное, стоит отправить благодарственное письмо».

Вдруг, как в прошлый раз, из-за этого начнёт докапываться.

«Эх…»

Что это на него нашло? С чего вдруг принц стал таким деятельным?

И без того хватает забот, а тут ещё он.

— Камилла.

— Да, отец?

— Если тяжело, просто скажи. Я всё улажу.

Герцог Сорфель хмыкнул — по её лицу, видимо, было видно, как она раздражена.

«Он ведь не просто так это говорит».

Стоит ей только кивнуть — и он тут же отправится к принцу Эдсену. Камилла поспешно покачала головой.

— Всё в порядке, отец. Я сама справлюсь.

В конце концов, Эдсен — наследник трона. Из-за такой ерунды портить с ним отношения не стоило.

«Ладно, начнём с письма».

Камилла с явным раздражением взглянула на гору подарков.

Тук-тук.

— Ваше Высочество, вы проснулись?

Слуга Эдсена, Бел, как обычно, осторожно окликнул из-за двери.

«Что-то он сегодня долго не встаёт».

В это время он уже должен был быть на ногах. Бел удивлённо наклонил голову.

— Входи.

Получив разрешение, он тут же отворил дверь… и замер. В нос ударил резкий запах крови.

— В-ваше Высочество!

Он резко вскинул голову — и вновь застыл. В комнате валялись трупы, а принц Эдсен, словно только что проснувшийся, медленно поднимался с постели.

— Доброе утро, Бел.

— Да уж… не сказать, чтобы оно было добрым. Что тут произошло?

Бел с усилием проглотил возглас и мотнул головой.

— Впервые видишь, что ли?

— На вас ведь опять…!

— Гости пришли ночью поиграть. Вот я и составил компанию.

Бел тяжело вздохнул. Похоже, ночью на Эдсена снова совершили покушение.

— Почему не позвали на помощь?

— Уже было поздно. Не хотелось никого будить.

Новый вздох. Бел бросил взгляд на плотно закрытое окно.

— Хоть бы проветрили, чтобы запах крови выветрился…

— Это ты сам мне сказал держать окна закрытыми, чтобы я не простудился.

— …Да, виноват.

Бел подавил третий вздох и вышел звать прислугу.

— Тела сохранить.

— Простите?

— Отправим их матери.

Улыбка Эдсена была холодной.

— Она ведь так старается, чтобы у сына всё было хорошо. И подарки подсылает. Я тоже ей подарок пошлю. Обязательно — поздней ночью.

— Понял.

Бел низко поклонился, затем понизил голос:

— Утром пришла весть из Грации.

— Вот как?

— Скоро взойдёт на трон новый император.

Глаза Эдсена сверкнули.

— Значит, гражданская война наконец закончилась. Кто победил?

— Второй принц.

— Ха!

Грация — империя на севере, страна вечных снегов и жестоких политических бурь. После внезапной смерти императора между первым и вторым принцами началась долгая война за трон. Самое интересное, что нынешняя императрица империи Фаблер тайно вмешивалась в этот конфликт, поддерживая первого принца. И вот теперь на трон восходит второй.

— Интересно, как мама отреагирует.

По слухам, она вбухала в первого принца астрономическую сумму. Была уверена, что он победит.

— Наверняка уже в бешенстве.

Пока Эдсен весело посмеивался, Бел с усталым лицом достал из-за пазухи конверт.

— Письмо от леди Камиллы.

— От неё?

Принц вскрыл письмо и начал читать.

— …

Брови дёрнулись, затем лицо стало ироничным и он рассмеялся.

— Что-то не так?

— Просто… с таким я впервые сталкиваюсь.

— Простите?

— Как же малодушно.

Письмо целиком состояло из витиеватых благодарностей за подарки. От начала до конца — никакой другой информации.

— Бел.

— Да, Ваше Высочество.

— Скажи, сапфировый кулон лежал сверху?

— Думаю, да. Та коробка была самой маленькой.

— Ха!

«Из всех подарков больше всего понравился сапфировый кулон».

Она просто вскрыла верхнюю коробку и наугад написала, вдруг он спросит, что понравилось. Подстраховалась.

— Хах… ха-ха-ха!

Пока Эдсен смеялся, Бел, тяжело вздохнув, принялся убирать тела.

Топ-топ. Топот-топот-топот!

Топ-топ. Топот-топот-топот!

Замерла.

— Ай!

— ……

Камилла молча смотрела, как ребёнок, только что врезавшийся в нее, трёт пальцем себе нос. Сегодня она снова пришла в приют, который вёл Хеман. Целью было попросить его внимательнее относиться к процедурам усыновления. На удивление Хемана она сослалась на участившиеся случаи похищения детей — и тот, похоже, принял объяснение.

До этого момента всё шло гладко… пока к ней не «приклеился хвост».

— Что ты делаешь?

Малыш, который с самого начала следовал за ней по пятам, улыбнулся и просиял.

— Хе-хе.

Это был тот самый мальчик, который расплакался, когда Петро дал ему конфету.

Звали его Рио. После того как Камилла тогда щедро насыпала ему конфет вместо Петро, он словно прикипел к ней.

Я, кажется, не конфету ему дала, а прикормила его…

Он семенил за ней, как птенец, бегущий за птицей, что только что накормила его. Скользнув рукой в сумку, Камилла достала большую леденцовую трость.

— Вааа!

Она протянула её Рио, и тот тут же засиял, расплывшись в искренней, безмятежной улыбке. Видя, как ребёнок так радуется от одной конфеты, Камилла ощутила странную, щемящую теплоту.

— Вот!

— А?

Прыгая от радости с леденцом в руке, ребёнок вдруг порылся в своём кармашке и что-то ей протянул.

— Это Рури-нуна меня научила.

На его ладони лежал браслет из ниток.

— Ты сам сделал?

— Угу!

Браслет был сплетён, как косичка, из цветных нитей — неуклюже, с неровностями и торчащими концами, ни капли симметрии.