В шатре царила тишина. На лакированном столе высилась гора бумаг. Время от времени ветерок, пропитавшийся ароматом степных трав, прорывался сквозь занавес и перелистывал страницы. Снаружи светило солнце, доносилось ржание коней и рев верблюжьих волков, что лишь подчеркивало покой внутри.

Ма Ин Цзе, молодой глава клана Ма, сидел на циновке, помогая отцу разбираться с делами альянса. После того как клан Ма внезапно напал на клан Фэй и вырезал их под корень, главное препятствие на Собрании Героев было устранено.

На Собрании в Тянь Чуань клан Ма задавил клан Чэн и стал лидером альянса. После принесения клятвы их армия раздулась до шестисот тысяч человек. Блестящее войско! Затем они двинулись на юго-запад, по пути громя диких зверей и непокорные мелкие племена, закаляя солдат и поглощая побежденных. Их боевой дух был на пике.

Сейчас клан Ма подошел к Зеркальному Озеру, где наконец встретил достойного противника — союзную армию клана Сун. В данный момент они возводили первую линию обороны.

— Докладываю! — снаружи раздался голос разведчика.

Ма Ин Цзе отложил дела. Если доклад принесли сейчас, значит, случилось что-то важное.

— Входи.

Запыленный разведчик хотел было шагнуть внутрь, но стража преградила ему путь:

— Ты правила знаешь? Смени обувь, не смей пачкать ковры.

Разведчик торопливо извинился, переобулся и, войдя, преклонил колено:

— Приветствую молодого главу! У меня срочные новости из Юй Тянь.

После краткого доклада Ма Ин Цзе еще полчаса расспрашивал его о деталях, прежде чем отпустить.

«Клан Хэй победил Дун Фан. Первая ключевая победа за ними», — на сердце у Ма Ин Цзе стало тяжело.

Борьба за Императорский Двор шла веками, и на его уровне правила этой игры были ясны как день. Первая победа давала колоссальное преимущество: Хэй получили новейшие рецепты Дун Фан и горы ресурсов. Как только они переварят эту добычу и впитают пленных, их мощь вырастет в пять раз!

«В этой борьбе первая победа — фундамент. Тот, кто проигрывает в начале, почти всегда вылетает из гонки. Хэй уже сделали свой ход, а мы всё еще топчемся на месте с кланом Сун...»

В этот момент к входу в шатер осторожно подошел Фэй Цай...

Фэй Цай скользил тенью, не издавая ни звука. Двое мастеров Гу у входа мазнули по нему взглядом и тут же отвернулись.

После того как клан Фэй стерли с лица земли, Ма Ин Цзе лично ткнул пальцем в недотепу Фэй Цая. Парню сказочно повезло: он стал личным слугой и избежал участи соплеменников, которых ждала куда более суровая доля.

Его ежедневная рутина — следить за обувью у входа. Ма Ин Цзе был помешан на чистоте: каждый гость обязан был переобуться, чтобы не пачкать дорогущие ковры. Фэй Цай отмывал каждую пару до блеска и выставлял обратно.

Но в этот раз всё пошло иначе.

Фэй Цай сжал в руках туфли, которые только что снял разведчик, помедлил секунду и решительно запихнул другую пару себе за пазуху. Никто не заметил этого мелкого жеста. Фэй Цай спокойно ушел, миновал десяток шатров и присел у пруда.

Он принялся чистить обувь с таким усердием, что даже не заметил, как со спины кто-то подошел.

— Эй, тупица! Чего ты так над этими тапками корячишься? — маленькая ладошка с размаху опустилась на плечо Фэй Цая.

Парень вздрогнул и обернулся. Перед ним стояла девчушка с живыми, блестящими глазами — Чжао Лянь Юнь.

После того как Чжао Лянь Юнь убедила главу своего клана использовать тактику «Тигра, Волка и Овцы», клан Чжао проделал долгий путь и примкнул к армии Ма. Ма Ин Цзе принял их с распростертыми объятиями, выделив почетные места.

— А, это ты, сестренка Юнь, — Фэй Цай глупо улыбнулся.

После смерти отца он был раздавлен горем, а в клане Ма его травили старые слуги. Чжао Лянь Юнь стала его единственным другом.

— Сестренка Юнь, у меня для тебя кое-что есть, — он зашептал ей на ухо, подавшись вперед.

— Уйди, башка дырявая! — она оттолкнула его. — Не лезь так близко, соблюдай дистанцию!

Фэй Цай едва не свалился в воду, но лишь хитро распахнул куртку, показывая украденную обувь.

— Гляди, что есть.

Чжао Лянь Юнь скривилась от презрения:

— И на хрена мне эти вонючие обноски? Ты совсем дебил? Я это не надену.

— Сестренка, ты же говорила, что тебе нужны первобытные камни. Туфли дорогие, толкнем их на черном рынке, будут деньги на карманные расходы.

Чжао Лянь Юнь вскинула брови, по-новому взглянув на парня:

— Ого, тупица, да ты растешь! Решил приторговывать казенным имуществом? Не ожидала. Но сколько за них дадут? Мои карманные деньги в десять раз больше этой рухляди. Оставь себе, вон, шмотки совсем истрепались, продай и купи нормальные.

Фэй Цай шмыгнул носом и покачал головой:

— Не надо, мои еще послужат. На самом деле, это не я придумал. Старые слуги всегда так делают. Обуви много, мастера Гу часто её занашивают, а молодой глава любит всё новое и часто приказывает менять запасы.

Чжао Лянь Юнь кивнула. У каждого слоя общества свои способы выживания. Фэй Цай хоть и был рабом, но находился близко к Ма Ин Цзе, а значит, мог первым узнавать важные новости. Чжао Лянь Юнь специально сблизилась с ним именно ради информации.

Внезапно тишину разорвали крики.

— Где этот ублюдок Фэй Цай?! Выходи, мразь!

— Ты влип, щенок! Как ты посмел тронуть обувь молодого главы?!

— Молодой глава собрался на прогулку, а обуться не во что! Фэй Цай, ты покойник!

Толпа старых слуг высыпала на дорожку, выискивая жертву. Фэй Цай побледнел как полотно.

— Плохо дело, меня раскрыли. Сестренка Юнь, беги скорее, ты тут ни при чем. Я сам пойду к молодому главе и во всем признаюсь.

— Какое «признаюсь», идиот?! — прошипела Чжао Лянь Юнь. — Тебя подставили! Бегом за мной!

— А? — Фэй Цай ничего не понял, но послушно побег за девочкой в лабиринт узких переулков между шатрами.

— Проклятье, и здесь перекрыли, — Чжао Лянь Юнь отлично знала местность, но обнаружила, что все выходы под контролем.

— Сестренка Юнь, уходи одна, пока не поздно! — Фэй Цай окончательно потерял ориентацию в пространстве. Он не хотел подставлять единственного друга.

Чжао Лянь Юнь в ярости топнула ногой.

«Твою мать, — бесилась она про себя, — думаете, так легко найти нормального информатора? Где я еще такого наивного дурачка отыщу? Старые слуги — скользкие твари, за каждое слово деньги клянчат, да еще и врут через раз. Решили сожрать новичка из зависти? Хрен вам! Никто не смеет трогать моих людей!»

Она лихорадочно соображала, слушая топот преследователей.

— Здесь его нет! У пруда тоже пусто!

— Не мог он далеко уйти, наши люди следят за всеми выходами!

— Там еще не смотрели, за мной!

Слыша шаги, Чжао Лянь Юнь внезапно просияла.

— Тупица, тебе повезло. Хорошо, что я только что с рынка и купила отрез шелка, — она вытащила из-за пазухи кусок нежнейшей ткани. — Делай всё, как я скажу, и эта подстава обернется для тебя триумфом!

— А? — Фэй Цай хлопал глазами.

Чжао Лянь Юнь заговорила быстро, вбивая план ему в голову.

Через мгновение Фэй Цай сам вышел к преследователям. Те обрадовались, окружили его, но парень, сжав кулаки, принялся раздавать зуботычины. Несколько старых слуг повалились на землю.

— Ах ты пес! Смерти ищешь? На старших руку поднимаешь?!

— Фэй Цай, ты труп! Молодой глава ждет тебя на расправу!

— Если молодой глава зовет — я сам приду! — рявкнул Фэй Цай. — И не смейте трогать меня своими грязными лапами, гниды!