Сердце Лю Сюньхуаня бешено колотилось, пока он переводил взгляд с одного на другого. В последнее время он был в глубоком уединении и ничего не знал о визите Ли Жаня в Обитель Тяньшу.

«Странно, я помню, что Ли Жань и Лин Ланъюэ были заклятыми врагами, а И Цинлань даже издавала приказ о его поимке... Неужели из-за того, что он спас несколько учеников во время звериного прилива, он стал благодетелем Тяньшу?» — размышлял он. — «Но это не объясняет, почему он гость Пика Белого Облака!»

Какими бы ни были их истинные отношения, позиция И Цинлань не вызывала сомнений. Эта даосиня была равнодушна к мирским делам, но она была той, кто мог сражаться на равных с самой Лэн Уянь. Провоцировать её было выше его сил, да и желания такого не возникало.

Лю Сюньхуань холодно посмотрел на Патриарха Хуаньси:

— Ты хотел убить Святого Сына Ли?

— Это... это недоразумение, — пробормотал тот, дрожа всем телом.

— Не нужно объяснений. Я сам всё увижу.

Лю Сюньхуань протянул руку и прижал ладонь к его макушке. От руки исходило сияние. Глаза Патриарха тут же закатились, а тело забилось в конвульсиях, как в лихорадке. Спустя десять минут Лю Сюньхуань отнял руку, его лицо стало крайне мрачным.

— Сволочь! — он и представить не мог, что старик зайдет так далеко. Пока он был в медитации, тот решил прикончить не только Жуянь, но и Ли Жаня. Святого Сына Храма Юло! Если бы Лэн Уянь обезумела от ярости, она бы сравняла гору Безмолвия с землей, и никакая И Цинлань бы не помогла.

Лю Сюньхуань почувствовал холодный пот на спине. К счастью, катастрофы удалось избежать. Он посмотрел на Хуаньси глазами, полными гнева.

— Сяньюй Чунь, я прекрасно знал о твоих делишках за моей спиной! Но я терпел, потому что ты был верен секте. Но ты посмел поднять руку на мою преемницу и покусился на жизнь Святого Сына Ли! Ты думаешь, после такого ты заслуживаешь жизни?

В руке Лю Сюньхуаня замерцал свет, содержащий ужасающую мощь.

Патриарх Хуаньси рухнул на колени: — Глава, я осознал свою вину! Умоляю, не убивайте! Дайте шанс! Я готов уйти с поста старейшины и запечатать свою культивацию на сто лет!

Лю Сюньхуань заколебался. Он терпел Хуаньси не из дружбы, а из-за его связей внутри секты. Убийство великого старейшины могло вызвать волнения. Сделать его калекой казалось лучшим выходом для стабильности школы.

В этот момент И Цинлань подала голос:

— Чего же ждет Глава Лю?

Лю Сюньхуань помедлил: — Сяньюй Чунь всё же наш старейшина. К тому же, в этот раз обошлось без жертв. Может, я просто лишу его сил...

И Цинлань перебила его: — Эта бедная даосиня понимает. Глава Лю не желает убивать.

— Это вопрос стабильности секты, — процедил Лю Сюньхуань сквозь зубы.

— Я понимаю, — кивнула И Цинлань.

Лицо Лю Сюньхуаня просияло: — Даосиня И, ваша мудрость не знает границ, я искренне восхищаюсь...

— Только вот не знаю, — добавила она прежде, чем он закончил льстить, — поймет ли это Глава Лэн.

Лю Сюньхуань опешил: — А?

И Цинлань легко произнесла: — Глава Лю, забирайте его. А завтра эта бедная даосиня и Глава Лэн нанесут вам совместный визит. Мы очень надеемся, что ваша секта продолжит оставаться «стабильной».

— ... — не говоря больше ни слова, Лю Сюньхуань поднял ладонь.

Бах!

Голова Патриарха Хуаньси лопнула, как перезрелый арбуз. Его душа была мгновенно уничтожена. Перед смертью в его глазах застыла смесь недоумения и мимолетной надежды.

Лю Сюньхуань вытер холодный пот и выдавил улыбку: — Не стоит беспокоить Глaву Лэн из-за такого пустяка. Я еще раз хорошенько подумал — грехи Сяньюй Чуня были слишком велики! Смерть — единственное искупление!

Ли Жань и Цинь Жуянь синхронно закрыли лица ладонями. Как и подобает Императору, он менял маски быстрее, чем переворачивают страницы книги...

И Цинлань кивнула: — Глава Лю — умный человек.

Тот лишь горько усмехнулся. «Твой клинок уже у моего горла, как тут не поумнеть?»

— Приношу свои извинения за сегодняшний инцидент. Спасибо, Даосиня И. Если более вопросов нет, я вернусь в секту. — Он собрался было уходить.

— Глава Лю, подождите, — окликнула его И Цинлань.

— У вас есть еще наставления? — спросил он.

И Цинлань слегка нахмурилась: — Ли Жань был атакован вашими учениками. Едва вырвавшись, он чуть не погиб от рук Хуаньси. Неужели Глава Лю не намерен дать объяснение?

Лю Сюньхуань впал в ступор: «??»

Виновник уже мертв, какого еще объяснения ты хочешь? Но встретившись с её безразличным взглядом, он мгновенно всё понял.

— Я был неосмотрителен.

В руке Лю Сюньхуаня появилось растение, источающее ауру: — Это бессмертный материал, Трава Духа Ветра. Пригодится для пилюль перемещения. Считайте это компенсацией для Святого Сына.

Ли Жань потер нос и промолчал. И Цинлань продолжала смотреть на Главу без единой эмоции.

Лю Сюньхуань сглотнул и достал флакон с лекарством: — Это Пилюля Девяти Превращений. Мгновенно восстанавливает силы и помогает при прорыве.

И Цинлань осталась неподвижна.

У Лю Сюньхуаня задергался глаз. Он понял, что сегодня ему придется «пустить кровь» своему кошельку. Он вытащил складной веер и с явной болью в голосе произнес: — Это Духовное Сокровище, Веер Гор и Рек. Я лично довел его до состояния Полусвятого артефакта. Он невероятно полезен и идеально подходит такому искушенному юноше, как Святой Сын Ли.

Хотя это не было Святым артефактом, Лю Сюньхуань очень дорожил этой вещью. Ли Жань сглотнул. «Ничего себе! Полусвятое сокровище?» Для его нынешнего уровня такой артефакт был даже полезнее истинно Святого, которым он пока не смог бы управлять.

И Цинлань наконец заговорила: — Глава Лю слишком вежлив.

Лю Сюньхуань: — ...

Он натянуто улыбнулся: — Это меньшее, что я мог сделать. Теперь-то я могу идти?

И Цинлань кивнула.

Лю Сюньхуань подхватил останки Патриарха Хуаньси и буквально испарился, даже не взглянув на Цинь Жуянь. Он боялся, что если задержится еще на минуту, то отдаст и свои нижние одежды... Кто там говорил, что И Цинлань выше мирской суеты? Да она точная копия Лэн Уянь — такая же абсолютно нелогичная и пугающая!

Ли Жань с восторгом посмотрел на И Цинлань: — Даосиня И, не ожидал от вас такой хватки! Вы заставили самого Лю Сюньхуаня раскошелиться.

И Цинлань покачала головой: — Эта бедная даосиня лишь попросила объяснений. Кто же знал, что Глава Лю окажется таким... щедрым?

Ли Жань: «...»

Почему в этот момент она так похожа на его Мастера, когда та включает режим «я просто за справедливость»?

И Цинлань перевела взгляд на Цинь Жуянь: — Значит, это Святая Цинь? Прекрасная женщина.

Жуянь нервно кивнула: — Цинь Жуянь приветствует Даосиню И. Я много слышала о вас, но в жизни вы еще более необыкновенны.

— Святая Цинь слишком добра.

Жуянь облегченно выдохнула, решив, что с жрицей довольно легко общаться. Но в следующий миг И Цинлань ледяным тоном произнесла:

— Так почему ты до сих пор не ушла? Ждешь, когда эта бедная даосиня сама тебя «проводит»?

— А? — только и смогла вымолвить Жуянь.