Ли Жань ушел, оставив после себя гору трупов.

Цинь Жуюань стояла среди мертвых тел, не смея пошевелиться. Лишь спустя добрых пятнадцать минут, когда она окончательно убедилась, что Ли Жань не вернется, она развеяла печать Сжигания Крови и облегченно перевела дух.

Будучи Святой Девой Секты Радостного Единства, она занимала третье место в рейтинге Небесных Демонов, уступая лишь Ли Жаню и тому психопату из Тюрьмы Смерти. Обладая врожденным обаянием, она была настоящей звездой среди молодого поколения Демонического Пути. Однако перед лицом Ли Жаня она ощутила глубочайшее бессилие.

Он на стадии Зарождающейся Души… Гений, рождающийся раз в миллион лет! Когда она сталкивалась с его холодным взглядом, по её телу разливался леденящий кости ужас. В тот момент она наконец поняла, что чувствовала Линь Ланъюэ. Если бы та девчонка, Ацинь, не сказала правду, Цинь Жуюань была бы уже мертва!

«Хоть мне и было любопытно на него взглянуть, я не ожидала встретить его при таких обстоятельствах», — лицо Цинь Жуюань исказилось от горечи. Эти остолопы из её секты сами искали смерти. Они навлекли это на себя, не вняв её советам. Даже если глава секты узнает об этом, он лишь скажет, что они получили по заслугам.

— Вопрос в другом: как мне теперь вручить подарок Лэн Уянь? — Цинь Жуюань в расстройстве потерла лоб. Ей больше не хотелось пересекаться с этим монстром…

И был еще один момент, который не давал ей покоя:

— Почему у Ли Жаня в служанках ходит первоклассная красавица с телосложением для парной культивации? — голова Цинь Жуюань была полна знаков вопроса.

Уединенный Храм…

Ли Жань возился в своем кабинете. Время от времени от его рук разлетались искры. Рядом росла стопка испорченной бумаги для талисманов. Сюрприз, который он готовил для Лэн Уянь, был концептуально прост, но для достижения нужного эффекта требовались постоянные тесты. Ему нужно было закончить всё до начала Фестиваля Морозного Истока.

Тук-тук-тук.

В дверь постучали, и вошла Ацинь с целой горой подношений.

— Господин Святой Сын, еще одна ученица пришла вручить вам подарок к Новому году.

Ли Жань, даже не оборачиваясь, бросил: — Забирай себе то, что понравится, остальное выброси.

— О, поняла.

Она пристроила коробку в углу. Подарки в комнате уже скопились в небольшую гору: красиво упакованные коробки, изысканные цветы, еда ручной работы… Стопка почти достигала потолка.

Всё это присылали ученики и ученицы секты. С тех пор как Лу Синьжань начала хвастаться, что Ли Жань не только погладил её по голове, но и похвалил подарок, у остальных девушек «покраснели глаза» от зависти. Слух о том, что Святой Сын погладит по голове любого, кто принесет подарок, распространился со скоростью лесного пожара. Ли Жань и так был популярен, но теперь паломничество к его дверям стало невыносимым. Каждый день выход из комнаты был заблокирован толпой.

Среди дарителей были даже столетние адепты обоих полов. Ли Жань настолько перепугался, что заперся внутри. Все дары принимала Ацинь, которая за эти дни вымоталась окончательно.

— Господин Святой Сын, в секте ведь запрещены браки. Неужели эти люди не боятся наказания от Главы? — не удержалась от жалобы Ацинь.

Ли Жань покачал головой и усмехнулся. Сама Глава секты уже была с ним — как она могла наказывать других за подобное? К тому же, хоть в Храме Юлуо и царила строгая дисциплина, нужны были веские доказательства. Простой подарок и похлопывание по голове можно было списать на братские чувства соучеников, что формально не нарушало запретов.

В этот момент снова раздался стук. Ацинь открыла дверь: — В чем дело?

Стоящая снаружи служительница доложила: — Глава секты приказала Святому Сыну явиться в Священный Зал.

— Хорошо, передам, — Ацинь облегченно вздохнула, увидев, что та пришла не с подношением.

— И еще… — женщина-диакон внезапно достала маленькую коробочку, перевязанную бантиком. Лицо её слегка покраснело. — Это мой новогодний подарок Святому Сыну.

Ацинь: — ……

Она забрала коробку через щель в двери: — Я передам.

Служительница нехотя добавила: — А как же… поглаживание по голове?

Ацинь на мгновение замешкалась, а затем осторожно протянула руку: — Если вы не против, может, я вас поглажу?

Диакон разочарованно вздохнула и ушла.

Пик Демона. Храм Юлуо.

Лэн Уянь восседала на трон-кресле с изображением феникса, изучая женщину в центре зала. Цинь Жуюань почтительно поклонилась:

— Ученица Секты Радостного Единства Цинь Жуюань приветствует Главу Лэн.

Лэн Уянь кивнула и с любопытством спросила: — Ты пришла одна?

Всё-таки она была Святой Девой великой секты, и такой визит выглядел слишком скромно.

Цинь Жуюань почувствовала горечь во рту. «Это потому, что остальных учеников перебил ваш собственный ученик…» Если бы не прямой приказ Лю Сюньхуаня, она бы в жизни не сунулась на гору Сюаньлин.

— Я привыкла путешествовать в одиночку. Прошу Главу Лэн не обращать внимания, — ответила она.

Лэн Уянь не стала допытываться и приняла подношение — кольцо-хранилище.

— Глава приказал мне передать вам шесть духовных сокровищ и шесть бессмертных материалов. Желаю вам вечного процветания на пути бессмертия.

— Благодарю, — кивнула Лэн Уянь. Несмотря на неприязнь к Секте Радостного Единства, интересы своей организации она ставила выше личных чувств. Служанка приняла кольцо.

— Жань-эр уже здесь? — спросила Лэн Уянь.

— Святой Сын на подходе, — прошептали стоящие рядом.

Услышав это, Цинь Жуюань невольно вздрогнула. Ли Жань идет сюда?! Она поспешно сложила руки: — У Главы Лэн много дел, не смею больше беспокоить. Я откланиваюсь.

— Уже уходишь? — удивилась Лэн Уянь. — К чему такая спешка? Раз уж ты прибыла на гору Сюаньлин, погости у нас пару дней.

Цинь Жуюань замотала головой: — Спасибо за доброту, Глава Лэн, но я уже выполнила поручение. Мне нужно срочно вернуться с докладом.

— Что ж, хорошо, — согласилась Лэн Уянь.

Как раз в тот момент, когда Цинь Жуюань готова была выдохнуть, за её спиной раздался знакомый голос: — Приветствую Мастера.

Кожа на голове Святой Девы онемела, она буквально окаменела на месте.

Лэн Уянь улыбнулась: — Жань-эр, как раз вовремя. Это Святая Дева Секты Радостного Единства, Цинь Жуюань. Она привезла подарок.

Ли Жань мельком взглянул на гостью и произнес без тени эмоций: — Святая Дева Цинь слишком вежлива.

Цинь Жуюань выдавила из себя: — Приветствую, Святой Сын.

Лэн Уянь добавила: — Она торопится обратно. Раз уж ты здесь, проводи её до подножия горы.

Всё-таки правила этикета требовали почтения к гостье такого ранга.

Цинь Жуюань отчаянно замахала руками: — Нет-нет, не стоит беспокоиться, Мастер Ли, я прекрасно помню дорогу…

— Святая Дева Цинь слишком скромничает, — Ли Жань улыбнулся и протянул руку в приглашающем жесте. — Прошу вас.

Цинь Жуюань сглотнула. Она была на грани слез. Ну за что ей такое везение?!