Выслушав от Кирии предложение насчет салона, Натаниэль внезапно согласился:

[Один раз можно и встретиться.]

- Не очень хорошая идея.

Кирия пристально разглядывала мага, силясь понять, что творится у него в голове. Натаниэль загадочно улыбнулся и покрутил в руке набалдашник трости.

[Вас это беспокоит?]

- Немного.

Пальцы Короля Зимы, отстукивавшие ритм на гладкой поверхности шафта*, замерли.

/ Шафт* - элемент трости (ствол). /

Прозрачно-голубые глаза испытующе уставились на Кирию. Девушка, осознав, что от нее ждут объяснений, продолжила:

- Я обо всем позабочусь. Пожалуйста, не заходите слишком далеко, хорошо?

[Ах. Пустое.]

Откинувшись на спинку кресла, Натаниэль больше не произнес ни звука.

***

Новости об открытии салона, гостями которого станут принцесса и сам лорд-легенда, распространились по столице с быстротой лесного пожара.

Кирия только и успевала отбиваться от желающих посетить салон. Подкупы и взятки незамедлительно возвращались к своим адресантам - Джулия не потерпела бы левых лиц на званном ужине.

Сезар Бьюкенен приездом принцессы был доволен как никогда. Когда он позвал Кирию в свой кабинет, девушка с удивлением обнаружила стоящий перед ней стул. Презрительный смех не мог не подняться из горла.

- Зачем здесь лишняя мебель?

- Присаживайся.

- Я постою как всегда.

Резкий тон Кирии мигом отбил у графа охоту к снисходительному обращению. Сезар привык жить в скромных условиях, однако сегодня он позволил себе выкурить дорогую сигарету. Девушка всего пару раз заставала отца за этим занятием.

«В тот день, когда он развелся с моей матерью. И когда я обвенчалась с кронпринцем».

С юных лет Кирия подметила, что дымящаяся сигарета в зубах графа – признак крайне хорошего его настроения. Раньше недолюбленная дочь делала все возможное, чтобы завоевать расположение отца. Раньше. Но не сейчас.

- Рад, что умом ты пошла в меня.

- Даже сама мысль о том, что интеллект закладывается в генах, мне противна.

- Тц, нахальство ты явно унаследовала не от Бьюкененов… Я позвал тебя, чтобы похвалить.

- Прошу, в следующий раз, когда вы надумаете что-то подобное, вместо бесполезных разговоров пришлите письмо. Я могу идти?

- Сядь, Кирия.

В кабинете повисло напряжение. Девушка элегантно присела на предоставленный ей стул и взглянула на Сезара. Для мужчины средних лет граф выглядел молодо: отливающие лиловым волосы, тонкие черты лица, острые, как бритва, глаза. Бьюкенен обладал запоминающейся внешностью, однако производил он впечатление глубокого старца. Жадность вытеснила из его сердца юношескую наивность, гнилостной печатью отразилась в облике.

- Я всегда считал, что, воспитанная под моей опекой, ты оправдаешь мои ожидания.

- Воспитание – обязанность родителей, но за это дети им ничего не должны.

Губы Сезара искривились в усмешке.

- Все из-за недоразумения с беременностью? Как глава рода, я не мог поступить иначе. Или мозгов твоих не хватает, чтобы понять такие вещи?

- Есть одна прекрасная пословица: «Речи, как снег, а дела, как сажа». Слышали о ней, отец?

- Давай не будем разводить конфликт на ровном месте. Главное – поддерживай отношения с Легендами и, конечно же, с принцессой Джулией. Не злопамятничай. Ситуация в Требериуме и так достаточно щекотливая.

- Не указывайте мне, что делать. Ваша послушная дочь погибла в снегах Геркула.

Обстановка накалилась до предела. Граф начал злиться:

- Ты умрешь, что ли, если хоть раз последуешь моим советам?

- Вы ни во что меня не ставите.

- Естественно, ты же сопротивляешься, как ослица. Сколько раз я говорил, будь обходительнее, нежнее, но нет! Ты неспособна даже на это! – Упрек мелькнул в Сезаревых глазах. – Веди себя прилично. Я по горло занят юго-западными аристократами, так что не мешайся под ногами.

Кирия промолчала. Что-то в словах отца не давало ей покоя.

- Что вы имеете в виду? Юго-запад далек от графства Бьюкененов.

- Нужно расширить влияние нашей семьи. Возможно, скоро ты станешь герцогиней. Ты ведь не собираешься творить беспредел на подаренных землях?

- Вы хотите, чтобы владения Легенд сгнили?

Граф залился каркающим смехом. Его ненасытность властью, неприкрытая алчность лишили Кирию дара речи. Она воскликнула, прикрыв рот рукой:

- Это вне пределов моих возможностей. Никто из королевской семьи не допустит возвышения Бьюкененов!

- Для сей цели и существует дипломатия. Потрясающе. Вероятно, в моем поколении Бьюкенены вновь станут герцогами.

- Земли подарили мне! Не вам!

Сезар мгновенно помрачнел и бросил на Кирию брезгливый взгляд, точно она совершила какое-то непотребство. Холод в глазах графа суровел и крепчал. Не верилось, что столь сильно можно ненавидеть свою же дочь.

- Кирия Бьюкенен, ты надеешься всем владеть одна?

- Да дело не в этом! Поместья, доход, армия, - территории Легенд во всем превосходят земли Короля. Что определенно несет проблемы! Как вы не понимаете?!

- Тогда не допускай ошибок! – вскричал Сезар и кинул тлеющую сигарету прямо в Кирию. – Думай головой! Используй тело! Не упускай этой возможности! Что хочешь делай с лордами, но привяжи их к себе! И Король не посмеет даже вякнуть в твою сторону!

Сигарета прочертила черную полосу на подоле и упала на пол. Кирия вздохнула:

- «Используй тело»? Предлагаете из-за куска земли вести себя, как шлюха?

- Из-за куска земли? Из-за куска земли?! Это не просто кусок земли! 120 миллионов не валяются на дороге! Ты сама стольких денег не стоишь! Прекрасно понимаешь, о чем я говорю, но все равно мелешь ерунду!

- Вы, отец, велели мне в любой ситуации сохранять достоинство! А теперь хотите использовать в качестве шлюхи! Благородно, ничего не скажешь!

Голос Кирии дрожал от гнева, а глаза застлал туман; сквозь него прорезались презрительные смешки Сезара. Вопрос так и вертелся у девушки на языке:

- Зачем вы меня растили, если вам плевать на собственную дочь?