Рядом — кто бы мог подумать? — простирался лес. Наверное, тут одна дорога. Выбрался бы, пройдя по ней, не ослепи себя по глупости той горящей лампой, пахнущей маслом. Её точно заправляют, проблема в том, что и хватает подобных изделий на всю ночь. Ждать утра — опасно. Боюсь сильнее повредить глаза. Нужно надеть очки, которых с собой нет.

Получается, идём, пригибаясь к земле, лучше ползком. Так хоть что-нибудь да замечу. Наверное, издалека вид поганый. Лишь бы не перепутали с четвероногим зверем, а то глядишь и попытаются атаковать. Пуля в сердце или голову — я труп за пару в ту же секунду. Иду прямо как неваляшка, только, скорее, выгляжу смешным, чем милым. Проехали. Что-то ослепла глаза. Погодите?! Не городская засветка ли случаям? Трудно понять. Источник света продолжает мигать. Ну, определенно с городка доносится! Больше неоткуда! Хах, всё же я направился правильным путём! Теперь и силушка ковылять дальше появилась.

Мне уже всё равно на грязь и болото. Испоганюсь полностью, так будь здоров! Важно добежать... на четвереньках. Кх, видимо, требуется следовать в обход, иначе пойму по-другому. Общаться не смогу, выгляжу подобно бездомному попрошайке, готовому украсть честно заработанные монеты у любого. Голова, кстати, продолжает гудеть, словно мозг крошится на миллионы частиц, вылетающих с огромной скоростью. Жителям дай повод, и меня с улыбками выпрут оттуда, зря, что ли намекали, что не рады моей скромной персоне?

— Сви-и-и! — Ох, Боже милостивый! Что я тронул?

Меня переполняли эмоции, и причина весьма логичная. Спросите какая? Как бы выразиться помягче: откуда-то сверху передо мной плюхнулось неказистое существо, напоминающее сгусток мясной массы. В тот самый момент всего за долю секунды я уже перебрал все возможные версии. Быть может, сошёл с ума. Возможно, нет. Однако чувствовал я всё прекрасно, ибо я к этому прикоснулся! И оно... Оно шевелиться! Отреагировало на меня! Значит, я бодрый. Ух, если раньше у меня по неизвестно причине имелось алкогольное отравление, то сейчас всё бы улетучилось сразу.

Фу, оно покрыто вязкой слизью! Часть прилипла к руке и остается там, похоже, насмехаясь над всеми усилиями оттереть об землю.

А тем временем мясная масса пульсировала, будто дышала, остановилась, развернулась. Есть ли у неё глаза? Зачем-то же она разворачивается... Она двигается ко мне?!! О нет! О нет, нет, нет, нет! Пора ретироваться! К счастью, способ скорейшего перемещения на четвереньках у меня имелся. С детства мне нравилось ловить ящерок и растить их в стеклянных сосудах. Дивные создания бежали совсем иным, казалось, менее затраты способом: они извивались всем телом, теребя по земле лапками. Напоминает пловцов. Такими действиями моя скорость возросла многократно, поселилась надежда на побег, вот только преследователь внезапно запрыгал ко мне.

— Сви-и-и! Сви-и-и! — продолжал пищать монстр.

Плоить в итоге настигла цель, устремилась прямо к голове, выпустив часть продолговатых отростков. Интересно: где пасть? Подозреваю, что дела как с осьминогом. Скрывается внизу, да не видно, правда.

— Сви-и-и! — Гх, крик давит мощнее!

Выхода нет. Защитился рукой. Судя по тому, как сильно чудище присосалось к руке (ведь это явно не запланировано), оно собиралось все мозги проесть! Дожидаться повреждения конечности от пасти — или чем оно там орудует — отказался; мигом разогнал руку и давай об землю! Раздалось чавканье. Благо вызвано было столкновением свежей мокрой плоти об землю. Господи, спаси от съедения, молю Тебя!

Я продолжал бить, игнорируя боль. Перелом руки — сейчас положительный исход, если сумею избавиться от всякой пахучей дряни. Смердело от живой массы знатно. Описывать устану. Просто знайте, что Бельский туалет по восприятию лучше.

— Сви-гх-р! — откололся, наконец, паразит треклятый! Кости на левой верхней конечности теперь двадцать дней станут напоминать о больном состоянии. В прочем, вроде целые. Прекрасно.

Уже ясно — отпускать категорически запрещено. Полезет с новой силушкой, стоит восстановиться. Поэтому получай! Получай, получай, получай!.. Снова! Продолжу пинать до той поры, пока малейшие признаки жизни увянут целиком и полностью!

Лишь когда мясистая масса преобразовалась в водную кашу, я успокоился. Чувствовал себя сногсшибательно, однако повторять не хочется. А ведь дальше — хуже.

Городок представлял из себя совершенно иную действительность. Чего-чего, такого я точно не ожидал. Повсюду бродили люди, на чьих головах возвышались розовые сгустки мяса. Горели фонари, но свет оказался более скудным, нежели раньше; одежда прохожих представляла из себя рваные обноски, что совсем отличается от простеньких тканей, коими следует укрываться при таком холоде. Кстати о нём — мороз всё так же бешеный. Надо в срочном порядке бежать в церковь, иначе окоченею. Ух, лишь бы пронесло.

Ходячие внезапно принюхались. Они напоминали слепых двуногих собак, жадно рыщущих в поисках сокровища. Почему слепых? Их глаза прикрывают пузырящиеся щупальца, извергающие бордовую пену. При такой сырости простыть — дело плёвое, а им хоть бы хны! Какого Дьявола тут творится?!

— Хры, хры? — зарычал один из них. — Чу...жак...

Оно говорит?

— Чуйка! Чужак!

— Где его контроллер?!

— Голый! Он ходит голым!

Отвратительные ходячие визжали всякую околесицу, указав на меня, как на прокажённого. Будто я здесь выгляжу безумно, а они — цивилизованное, культурное общество. Забавно чем-то.

А вот дальнейшие действия страшные. Теперь мне известно, какого это: бегать от целой толпы, причём сил оставалось с гулькин нос. На моё счастье, догоняли преследовали тоже не быстро. Должно быть, гротескный головной убор своим весом ощутимо сдавливает голову. Наши движения довольно таки схожи.

— Поймать! Поймать!

— Ловите нарушителя его!

Вспыльчивая речь сопровождалась пронзительным свистом. Первый раз в жизни слышу подобное. Совсем отлично от щебетания соловья, или же пения неотёсанного разбойника. О нет, данный свист нёс волю. Пробираясь к разуму через ушную раковину, звук стремился застопорить меня. Проигнорировать приказ в порыве адреналина труда не составило, однако таинственный осадок надолго останется в голове.

— Стоять!

Из угла выбежал прокажённый, желая свалить меня на землю. Всё б получилось, да только перевес сыграл с ним злую шутку; споткнулся, покатившись по земле, как колобок.

— Кх... Кх...

Першащее горло выло от постоянного притока воздуха. В глазах темнело при перегрузке, а бьющееся сердце сигнализировало о скорой остановке, если продолжу в прежнем темпе. Увы, стало ясно — следует сделать привал! Преследующей толпе же, видимо, по боку. Мерзкие головные массы, казалось, выжимали из тел последние соки, дабы догнать одного юного священника. Параллельно с этим ужасный визг бегущих монстров усиливался. Меня догоняют?! Блин, блин, блин! Плохо. Где спрятаться?

В глаза метались различные тёмные закалки, полные тварей, которые вызывают кассации с детьми Дьяволом! Господь Милосердный определено не станет порождать такое — аморфное мясо с признаками жизни, восседающеена людях! С горе пополам нашлась приоткрытая дверь в одном трёхэтажном здании. Забежав внутрь, я стремительно постарался закрыть единственный вход, но замок оказался сломан. «Чёртова деревенщина!» — прокричал бы я, имей сейчас голос. ?

Сдаваться рано, поскольку дверь открывается от индивида с улицы. У меня тридцать секунд! Требуется срочно придумать что-нибудь! Чем мне засунуть дверь?

В следующий момент дошло, что ноги принесли меня в парикмахерскую. А в парикмахерской есть что? Правильно — стулья! Дальше всё шло по отработанной за простенькой схемой. Перетащил, после чего силы полностью покинули организм, свалившийся на пол. Раздались громкие стуки. Уродцы старались протолкнуть, либо сломать деревянную преграду. Понятное дело: у них получится. Не стоит переживать. Как только вырвана дыхание, попробую выбраться.

Послышался треск стекла.

— Скви-и-и! — Ползучие ворвались внутрь! Забыл позаботиться о стекле, зараза!

Трудно не заметить лежащую на земле тушу. Ко мне сразу бросились эти паразиты, по-моему, желающие прикрепиться к голове. Стать одним из жителей? Ни за что! Встать проблематично, поэтому пришлось прокатываться по полу до ножки стола, после — повезло, что он не слишком высокий, — достать ножницы. После прыжка противник остается на несколько мгновений дезориентирован, благодаря чему у меня хватило времени на подняться. Признаю, весь дрожу, как при утренним омовении прохладной водой; челюсть отбила сто двадцать ударов в минуту...

Бросались пятиногие группой, вот только видя перед собой что-то острое, немедленно отступают. А кракозябры умнее, чем я предполагал, зараза.

— Сви-и-и!

— Скви! Скви-и!

Когда они, в конце концов, заткнуться? Отчего-то мой характер портился. Не понимаю, почему так происходит. Стоило вырваться из гроба, как некая злость вырастала из меня с дикой скоростью. Вероятно... влияет сам звук? Пока это единственное объяснение.

Новый рывок. Вновь промазали. Одна особь приземлилась на стол. Её влажные щупальца попытались захватить мою голову. Пусть только попробуют! Я рискнул, ринувшись прямо к противнику. Замахнулся ножницами и беспорядочно бил острым концом куда глаза глядят. Сзади постарался прикрепиться его напарник. Что ж, ему же хуже. Прицепиться, конечно, сумел, а вот захватить — нет.

— Сви-и-и!

Брызги вонючей гадости попали на всё тело. Благо я и до этого прогонялся дранью. Нос теперь более толерантен. Как бы они не пытались захватить разум ещё недавнего послушника, я действовал быстро. Их предсмертные писки — услада ушам, ибо дальше они замолкнут навсегда. Пенистые гущи свалились окончательно, игнорируя всякие раздражители.

Тем временем стекло уже проломили камнями. Подняв боеприпасы, я начал отстреливаться. Голова — самая чувствительная область бродячих. Одно попадание — и они падают за землю.

— Кра! Больно! Больно!

— Чужак целиться в нас! Он Целиться в нас!

— Захватить, захватить цель!

Разъярённые чудовища пытались окружить меня со всех сторон. Сохранив пару камней, я парочкой перекатов сумел избежать замка, пробивая путь камнями. Уже на одну слабость больше. Стоит запомнить.

Наконец мне удалось добраться до церкви. Она также блистала полуразрушенным видом, напоминающим руины. А ведь ремонт стоил хороших таких сбережений. А платил ли я вообще? Неужели все средства укатились в мусорку? Так ладно — хватит раздумывать о деньгах (чуть позже поплачу). Закрыть вход здесь было гораздо легче. Замки остались целыми, ключи тоже при мне. Я подпёр деревяшками главный вход, после чего ринулся в комнату.

О, тут всё выглядело идентично с прошлыми воспоминаниями. Снаружи начали ломиться. Я закрыл вторую дверь — в свои покои, — начав копаться в личных вещах. В первую очередь проверил звонкие круглые блестяшки. М-да, значит, потратился в итоге. Разобравшись с деньгами, пора приступать к лекарствам, в карманах лежали целебные растворы на крайний случай. Думаю, тот как раз наступил.

Глоток. Глоток. Глоток. Особенное лекарство от церкви настолько потрясающее, что его моно пить без болевых последствий даже с моей ротовой полостью.

— У-ах! — радостно выдохнул я, выбрасывая пустой пузырёк. — Теперь-то получше. — Голос хриплый, но ненадолго.

Осталось вытащить последнее средство защиты. Не зря же я рос среди «боевых монахов». У многих в чемодане припасено второе дно, скрывающее нечто особенное. Слава Богу, Малышка не пострадала. Что такое Малышка? Всего лишь паровое ружьё, способное выстрелом воздуха прорвать дырищу в теле буйвола.

— Раз, раз, раз. Проверка. До фи гаро, де фа са ля мэ-э. Горло в порядке.

Эликсир расслабляет мышцы и способствует скорому заживлению ранок слизистой, дополнительно обеззараживая поверхность.

Стоило мне закончить настройку пушки — калибровка, заряд горячим паром, протирание поверхности, а также прочие мелочи, — как послышался треск со стороны зала. Первая дверь прорвана.

— Найти! Найти!

— Комната! Он, скорее всего, заперся в комнате!

— Нужно быстрее прикрепить к нему контроллера!

Веющие безумием слова доносились ежесекундно, а вместе с тем топот селян отдавался слабеньким землетрясением в комнате. Время пришло!

Я резво подорвался в коридор. В таком тесном пространстве численное превосходство бессмысленно. Зато я смогу подцепить до четырёх человек одним выстрелом. Мои запасы насчитывают шесть капсул с концентрированным паром. Дополнительно надо заряжать воздухом баллоны Малышки, прокручивая боковой рычаг пушки. Хватит, чтобы выбраться, если использую с умом.

А вот и они. Столпились, будто мухи у навоза.

— Поймать!.. Поймать!.. Поймать!.. — Единогласно твердили ходячие.

— Поймать?! — усмехнулся я, прицелившись к голове одного из них. — А получить заряд воздуха на сверхзвуковой скорости в голову желание имеете? Получайте!

Сатиру никто, кроме моей скромной персоны, не оценил. Зато оценили крышесносную подачку Малышки. «Пыф!» — загремел механизм. Показатели давления в оптимальном диапазоне. Оружие в хорошем состоянии. Отдача приличная.

Первый выстрел, и сразу минус трое, остальные откинулись назад. Руки подрагивают (само собой), второй прогремел через секунду: «Пыф!» — В яблочко! Прорываясь к выходу, моя пушка гремела без передышки. Когда металл достаточно раскалился, сигнализируя о требуемом перерыве, я начал бить стволом противников. Новая заметка: они ругаются раскалённого метала. Таким образом мне удалось выбежать из главного зала. Толпа там поменьше, поскольку большую часть удалось перебить в коридоре. Наверняка в городке околачивается армия в десятки раз крупнее. Ну да, логично. Им конца да края нет. Однако есть снег. Куча снега...

«Пшш!» — шипело ружьё знатно, в прочем, недолго.

— Охладили, так продолжим.

Мой путь лежал на центральную дорогу. Не знаю, что меня ждёт дальше, но я точно приложу все силы, чтобы выбраться с этого богом забытого места. Вот так я и познакомился с местом, которое лучше всего назвать Городок на севере. А я, пожалуй, продолжу делать своё дело...

***

Этот осколок привлёк за собой куда больше воспоминаний, чем я мог себе представить. К одним прикасаешься — они показывают твой конец. К другим — подобные истории... Но сколько смотрю, сколько вижу этот осколок... Не пойму, почему он не полон.

— Да и вообще не похоже на сценарий... Словно я стал подопытной крысой на протяжении двадцати лишних лет.

Верно... Он забрал у меня память, поместил в другой мир и дал «полную свободу» в определённых рамках. «Он» думал, что даже так я рано или поздно вернусь к нему. Достучусь до этого жалкого одинокого отшельника или, вовсе вернусь, в слезах прося силы...

— Но подобного не произошло.

Как и на Земле, так и в... Керан, кажется, я даже близко представлял не того бога, который является Богом здесь.

— Я теперь точно знаю, что у нашего превосходительства есть тут уши. И чтоб ты знал, даже если спрятать меня от десятка собственных концовок... Результаты не стоят и одной подобной истории. Положительной, по-своему счастливой, хоть и без финала, но истории.

Возможно, там у меня могла быть хорошая жизнь. Атмосфера, при всех сложностях, иная.

— Видар! Я помню и продолжаю!

Мне не нужна твоя грёбанная обратная связь. Молитвы были не тому богу, который забирает счастье, вот ты и бесился. Сидеть спокойно не мог и смотреть на то, как я живу повседневной жизнью? Ладно. Назло тебе, я повторю снова и снова свои перерождения, даже если они были стёрты в пыль!