Графство Сивилл было расположено на западе королевства Лоэн и отделено от республики Интис горной цепью Хорнакис. В Бэклунде есть улица, названная в его честь, находящаяся на окраине района Императрицы, где расположена штаб-квартира столичной полиции.

Многие выбирали эту улицу для проживания именно из-за чувства безопасности, и Рафтер Понд* – один из них.

В доме под номером 29, выходящем фасадом на улицу, этот баронет, облаченный в теплый халат из хлопка и бархата, стоял в уютной гостиной у закрытого окна, всматриваясь в здание Сивилл-Ярда по диагонали напротив.

Ему было чуть больше сорока, но виски уже тронула седина, под глазами – мешки, морщины явно выражены, и его, казалось, постоянно сопровождал запах алкоголя.

На полу позади Рафтера валялось порванное женское нижние белье, напротив него пылал камин.

Баронет поднял бокал, одним глотком осушил остатки жидкости, затем медленно направился к двери, чтобы отправиться спать.

Поскольку камин не был оборудован системой распределения тепла, стоило ему выйти из гостиной, как его пронзил холод поздней осени, пробирающий до костей.

— Проклятье**! — прошептал Рафтер Понд себе под нос и шатаясь зашагал вперед, прямиком к кровати.

В спальне было темно, лишь слабый багровый свет проникал внутрь.

Рафтер уже собирался было закрыть за собой дверь и рухнуть в постель, как вдруг его уже привыкшие к темноте глаза что-то заметили.

В кресле у штор сидела человеческая фигура!

Незнакомец был одет в серо-голубую рубашку и брюки, на голове – темная кепи, а сам он полностью скрывался в тени.

Заметив взгляд баронета Понда, фигура медленно подняла голову и посмотрела на него.

Его лицо было раскрашено гримом в красные, желтые и белые цвета, словно у самого нелепого клоуна!

Рафтер уже собрался закричать и броситься бежать, но увидел направленный на себя револьвер. Зловещую тишину нарушил низкий, хриплый голос:

— Я советую вам воздержаться от необдуманных поступков. Станете сотрудничать – я не причиню вам вреда. Я – не грабитель… Впрочем, не думаю, что у вас осталось хоть что-нибудь ценное.

Лицо Рафтера Понда исказилось, после чего он покорно закрыл дверь спальни, поднял руки вверх и сел на кровать.

— Ч-чего ты хочешь от меня? — икнув, пролепетал он. Хоть мужчина и был пьян, но все же мобилизовал волю, настолько, насколько это было возможным, и напомнил вторженцу: — Знаешь ведь, Сивилл-Ярд прямо через дорогу!

— Да, знаю. Но, думаю, я сейчас ближе к вам, чем Сивилл-Ярд, — ответил замаскированный под клоуна Клейн, изменяя голос и интонацию. — А моя цель – лишь задать вам несколько вопросов.

Перед визитом на улицу Сивилл он провел над серым туманом гадание, чтобы узнать, грозит ли ему опасность, и получил ответ, что все будет безопасно.

— Вопросов? — губы Рафтера задрожали, и он горько усмехнулся. — Ну вот опять… Неужели этот кошмар никогда не закончится?

— Многие уже приходили к вам с вопросами? — Клейн тут же зацепился за его слова.

— Нет, не только с вопросами! После смерти моего дядюшки, старого виконта, вокруг меня стало происходить слишком много странного. Любезный дворецкий, служивший еще при моем дяде, куда-то, безо всяких на то причин, пропал. Слуги сменялись один за другим, без каких-либо предупреждений. Казалось, новые лица были еще холоднее и отстраненнее от меня, чем прошлые. Они все что-то искали, определенно что-то пытались найти… Мне тогда и десяти не было. Все что я мог делать – смотреть на все это безобразие и помалкивать. Я никому не мог об этом рассказать, ибо до чертиков боялся… боялся больше никогда не проснуться! — ответил Рафтер, его голос звучал на грани срыва.

«Что-то искали? Искали ли они то подземелье или какие-нибудь тайные сокровища семьи Понд, например потусторонние черты или мистические артефакты, погребенные рядом со злым духом? Королевская семья и Церковь, должно быть были в курсе, так как высшие круги общества точно знают о Законах сохранения и нерушимости… Раз семья Понд пришла в упадок, все эти артефакты должны были быть возвращены, верно? Если только старый виконт не потратил кругленькую сумму на потусторонние черты и артефакты, чтобы скрыть подземный комплекс под его домом…» — предположил Клейн, выслушав его.

Он сохранял внешнее спокойствие, но был готов в любой момент действовать:

— И как долго это длилось?

— Вокруг были одни незнакомые лица, как я мог быть уверен, что оставшиеся не были с ними заодно? Ха!.. Я притворялся, что ничего не замечаю, дрожал от страха несколько лет, а потом, под их влиянием, начал пить, развлекаться с женщинами, играть в азартные игры, курить опиум – делать все, чтобы выглядеть полным ничтожеством! — нервно рассмеялся Рафтер Понд. — Наконец они успокоились и перестали следить за мной. Когда я продал даже тот дом… они ушли. Не знаю куда. Хотя… нет, они наверняка все еще следят за мной тайно, не позволяя мне обратиться в полицию… Да, не позволяют…

«У этого парня не все дома… Трудно сказать, правду он говорит или нет. Его аура и ее изменения соответствуют его словам и чувствам, но что если это все выдумало его подсознание? Что, если, он сам того не ведая, выдумал целую логическую последовательность событий, подобно этой, чтобы найти оправдания своему поведению? Рано или поздно, если безостановочно твердить себе выдумку, ты сам в нее поверишь…» — будучи знатоком всего понемногу в прошлой жизни, Клейн сталкивался с подобными случаями.

Подумав еще пару секунд, он все же решился и спросил:

— О чем эти люди вас расспрашивали?

— Спрашивали о смерти родных детей дяди. Хотели узнать, было ли какие-то странности в его поведении в те годы. Черт, мне тогда и десяти не было, что я мог рассказать?! — Рафтер размахивал руками, с трудом сдерживаясь.

— Успокойтесь, пожалуйста, успокойтесь, — Клейн жестом попросил его замолчать и перешел к другим вопросам, пытаясь с разных сторон выяснить, знает ли баронет Понд о том подземном сооружении.

Вопросы и ответы сменяли друг друга, время летело, и наконец Клейн хрипло произнес:

— Похоже, вы действительно ничего не знаете. Прошу прощения, что побеспокоил вас.

Клейн встал и слегка поклонился, демонстрируя безупречные манеры, несмотря на контекст происходящего.

Почти одновременно с этим выражение лица Рафтера Понда, только что полное отчаяния и возбуждения, мгновенно изменилось. Его светло-голубые глаза стали необычайно глубокими, словно он что-то внимательно изучал.

Увидев, что вторгшийся клоун вот-вот выпрямится, он тут же вернулся к прежнему состоянию – скорбному, безумному, горькому, нервному.

Но в этот момент у его уха внезапно раздался таинственный голос:

— Багровый!

Клейн вложил духовную энергию в талисман Дремоты и левой рукой, не занятой пистолетом, бросил его в сторону Рафтера.

С легким треском горения распространился густой, всепоглощающий покой, окутавший баронета. Его веки неудержимо сомкнулись, а тело обмякло и рухнуло на кровать.

— Простите, предыдущие вопросы были лишь для сравнения с последующими. Далее последуют процедуры «вхождения в сон» и «вызова духа», — Клейн похлопал его по халату, снова приложил руку к груди и поклонился.

Затем он использовал талисман Грез и, подобно Ночному Кошмару, проник в сон Рафтера.

В сером, разбитом на осколки, постоянно мерцающем и меняющимся мире, Клейн преспокойно следовал за Рафтером, сохраняя ясный рассудок. Он наблюдал, как тот встречал слуг и горничных с пустыми, лишенными черт лицами – зрелище, вызывающее леденящий ужас. Видел, как баронет, оборачиваясь, каждый раз замечал молчаливо наблюдающее за ним древнее лицо. Как он сжимался в углу, дрожа от страха. Как его постепенно, шаг за шагом, поглощала тень.

«Это полностью соответствует его предыдущему описанию …» — Клейн попытался направить сон, чтобы выяснить подробности произошедшего, но баронет Понд, похоже, испытывал настолько сильную психологическую травму от тех событий, что малейший намек заставлял его вскрикивать в бреду и метаться по комнате.

Из-за этого Клейн не смог получить больше информации.

Тогда он вышел из сна, снова использовал на Рафтере талисман Дремоты, после чего достал эссенцию Аманты и другие материалы, чтобы подготовить ритуал вызова духа.

Ответив самому себе, Клейн провел свою духовную энергию через шторм мыслей и увидел иллюзорную фигуру Рафтера – проекцию его тела сердца и разума.

— Сказал ли вам старый виконт что-нибудь перед смертью? — после раздумий спросил Клейн.

Рафтер Понд ответил в полубессознательном состоянии:

— Он велел мне сохранить семью.

— Что еще? — снова спросил Клейн, как бы подталкивая Рафтера.

— Помнить о славе предков, — прозвучал в ответ безвольный голос.

Клейн слегка кивнул и сменил тему:

— Что искали те люди?

— Понятия не имею, — ответил Рафтер, как и прежде.

Клейн продолжил расспросы, сравнивая ответы с предыдущими, и пришел к выводу, что баронет Понд не лгал и все сказанное им было правдой.

На этом он решил закончить. Пройдя сквозь бурю мыслей Рафтера, он вернул свою духовную энергию в собственное тело.

Затем Клейн методично привел комнату в порядок и достал медный свисток Азика, несколько раз подбросив его в воздухе. Высокий статус артефакта должен был помешать возможным будущим попыткам провести гадание.

— Благодарю за сотрудничество, господин баронет, — снова поклонился Клейн, все еще с лицом, раскрашенным как у клоуна.

После этого он развернулся, открыл окно, выпрыгнул на улицу и исчез в непроглядной ночи.

Спустя некоторое время Рафтер Понд внезапно открыл глаза.

Вокруг его светло-голубых глаз лопнули капилляры!

Внезапно он резко поднялся с кровати и уставился прямо на распахнутое окно.

***

Сделав крюк через Восточный район, Клейн смыл грим, переоделся в обычную одежду и, словно ничего не произошло, вернулся в дом №15 по Минской улице в Червудском районе.

Он не стал отдыхать и даже не задумался о том, как поступить с подземным сооружением. Вместо этого он снова поднялся в таинственное пространство над серым туманом.

Во главе древнего стола Клейн медленно разжал ладонь. На ней лежало несколько каштановых волосков – они принадлежали Рафтеру Понду и были собраны перед входом в его сон.

«Остался последний шаг – провести гадание здесь, над серым туманом…»

Клейн призвал перо и пергамент и записал заранее продуманный вопрос:

«Будущее Рафтера Понда».

«Давай узнаем твое будущее, чтобы выяснить твое прошлое!» — Клейн откинулся на спинку стула и начал мысленно повторять слова гадания.

Поскольку древнее сооружение было связано с шестью ортодоксальными богами, он опасался, что прямое гадание на эту тему может привести к неприятностям. Поэтому он изменил подход и решил погадать на будущее самого Рафтера Понда!

*Прим. ред. А.: «Рафтер Понд» – никаких отсылок, только удивление от автоперевода имени как «Стропила/Плотогон Пруд». И вариации транслитерации 庞德, Pangde как «Понд/Бонд».

James Bond jumped from the rafter into the pond. – Джеймс Бонд прыгнул со стропил (rafter) в пруд (pond).

**Прим. ред. А.: Проклятье, в оригинале 该死的, gāi sǐ de – «(Тот, кто) должен умереть».