— Ха-а… Ха-а… Ха-а…

С налитыми кровью глазами я продолжал спускаться вниз.

Не знаю, сколько времени прошло, но, кажется, с начала спуска минуло уже двое суток.

Мои ладони, покрытые волдырями, кровоточили, оставляя на верёвке алый след. Мышцы судорожно дёргались каждую минуту, и несколько раз я едва не сорвался.

Будто я вернулся в прошлое, где монотонно стучал по клавиатуре, не видя смысла в своих действиях.

Я просто продолжал спускаться, пока чувство времени и разум не покинули меня. Даже боль притупилась, словно я превратился в робота.

Но, как и любой механизм, роботы разряжаются. И именно это со мной и произошло.

Зрение затуманилось, а пальцы разжались…

***

Похоже, я снова умер, да?

Как ни странно, ощущения были не такими, как в первый раз – тогда я чувствовал лишь бесконечный холод и одиночество.

На этот раз моё тело окутало тепло, будто я вернулся в материнскую утробу, под защиту и заботу. Это было… приятно.

Дон! Дон! Дон!

Внезапно раздался громкий звон колокола, от которого закружилась голова и широко раскрылись глаза.

— Что произошло?!

Я резко подскочил, обнаружив, что всё тело в поту. Оглядевшись, я понял, что лежу на небольшой кровати, простыня промокла. На руках не было и следа кровавых волдырей.

Комната была пустой – лишь татами на полу, низкий столик для чая и огромные старинные часы, мерно отсчитывающие время.

— Проснулся, юноша?

— А?

Я резко повернулся на голос. У столика сидел мужчина лет сорока, спокойно заваривающий чай. Его движения были размеренными, а атмосфера вокруг – умиротворённой.

Аромат чая наполнил комнату, позволил мне ненадолго расслабиться… но я тут же вскочил, настороженно глядя на незнакомца.

Густые чёрные волосы, глубокие тёмные глаза, строгие, но добрые черты лица.

— Расслабься, юноша, я не причиню тебе вреда.

— Кто вы?

Я не терял бдительности.

Если бы я не был уверен, что его не было в комнате секунду назад, возможно, отнёсся бы спокойнее.

Мастер.

Он определённо превосходил меня.

Только тот, кто на голову выше, мог появиться из ниоткуда, оставаясь незамеченным.

Ударяя кулаком по ладони, словно вспомнив что-то, суровый мужчина средних лет взглянул на меня и заговорил:

— Ах, точно! Я же ещё не представился! – он улыбнулся и протянул руку. — Приятно познакомиться. Меня зовут Тошимото Кейки.

Мои зрачки расширились, а челюсть отвисла.

— Н-но как?! Вы же умерли! – мой голос дрожал, тело онемело от шока.

— Ну, юноша, не надо так.

Грандмастер Кейки горько рассмеялся, отставляя чайник.

— Да, технически я мёртв… но кто-то вторгся в моё убежище и пробудил остаток души, оставленный мной перед смертью.

— Остаток… души?

Когда эксперт достигает определённого уровня, он может освоить древнюю технику «Разделения Души». Она позволяет отделить часть сознания и привязать её к предмету, создавая «запись» личности, с которой можно взаимодействовать.

Она была лишена атакующей силы, лишь наследуя память оригинала.

Осознав это, я взял себя в руки.

— Кхм… Прошу прощения.

Изумлённый моим странным поведением он громко рассмеялся:

— Ха-ха-ха, не беспокойся, я ожидал подобной реакции.

— Рен.

— Прости? – смутившись, Грандмастер Кейки приподнял бровь, глядя на протянутую мною руку.

— Меня зовут Рен. Рен Довер.

— Ах, верно! Как невежливо с моей стороны… Рад знакомству, Рен! – мы пожали руки, после чего он предложил мне сесть.

— Зелёный или чёрный?

— Э-э… зелёный.

Он заварил чай, наблюдая, как листья раскрываются в горячей воде. Глядя, как вода медленно темнеет, Грандмастер Кейки грустно вздохнул, а на его лице появилось ностальгическое выражение.

— Знаешь… когда-то я был таким же юным и глупым, как ты. – его лицо покрылось тенью грусти. — Я родился в стране под названием Япония. Прекрасное место – высокие горы, розовые весенние вишни, чудесная еда и завораживающее звёздное небо… Некоторые называли его раем на земле.

Я выпрямился, внимательно слушая.

Не столько из-за того, что не знал его историю, я же сам её придумал, сколько из-за уважения к нему.

Раньше он был вымышленным персонажем, но теперь… Он настоящий. Легендарный воин, пожертвовавший собой ради спасения миллионов.

Подняв глаза к потолку, словно вспоминая прошлое, Грандмастер Кейки позволил себе грустную и скорбную улыбку.

— До катастрофы у меня была прекрасная жена и дочь. Я преподавал кэндо, денег было мало, но я был счастлив. А потом… случилось это. Мощные землетрясения охватили Японию, вызвав цунами повсюду. Это был полный хаос, множество людей погибло, а дома были разрушены. Мир, который мы когда-то знали, начал разрушаться. К счастью, моя семья тогда летела на самолёте за пределы Японии, поэтому сначала избежала катастрофы… но… – он сжал чашку, а его лицо исказилось от ярости. — Потом начался Второй Катаклизм!

Глубоко вдохнув, он попытался успокоиться.

— Из врат появились чёрные твари с крыльями и рогами. Сначала они просто наблюдали… смотрели на нас, как на подопытных мышей. Я до сих пор помню их высокомерные взгляды и жуткие улыбки, наслаждающиеся нашим отчаянием.

С дрожащими руками Грандмастер Кейки смотрел прямо на меня.

Хотя он должен был быть лишь остатком сознания, я всё ещё ясно видел печаль и боль, скрытые в глубине его глаз, пока хрустальные слёзы струились по морщинистому лицу.

— А когда решили, что мы слабы… – чашка треснула от силы его хватки, а лицо сменилось с яростного на плачущее. — Они… О-они отняли у меня жену и д-дочь…

Дрожа всем телом, Грандмастер Кейки – нет, Тошимото Кейки, отец и муж, позволил слезам течь по лицу, оплакивая смерть своих близких.

Наблюдая, как этот хрупкий с виду человек разрывается от горя, я решил сохранить молчание и терпеливо ждать, пока он успокоится. В груди кольнула лёгкая боль – часть меня чувствовала ответственность за его трагедию.

Вытерев глаза, Грандмастер Кейки поднялся и спокойно подошёл ко мне.

— Прости за это.

— Не стоит, я понимаю.

Я покачал головой и тоже встал.

Мы несколько секунд смотрели друг другу в глаза, а затем Грандмастер Кейки внезапно улыбнулся и похлопал меня по плечу.

— Думаю, мне уже лучше.

Пройдя мимо, он раздвинул сёдзи (японскую раздвижную дверь) и вышел из комнаты, жестом приглашая меня следовать за ним.

— Идём.

Едва я покинул комнату, как остолбенел от увиденного. Передо мной расстилался неописуемо прекрасный сад. Дыхание перехватило, и я застыл, очарованный этой картиной.

— Так! Так! Так!

Пышная зелень буйно покрывала окрестности сада, а в его центре сверкал большой прозрачный пруд, где свободно плавали карпы кои самых разных размеров. Птицы порхали и щебетали в безоблачном голубом небе, а изредка доносился повторяющийся, но умиротворяющий звук бамбукового фонтана, установленного в саду.

Чем дальше шёл, тем больше погружался в очарование этого места.

Подойдя к пруду, я увидел разноцветных карпов кои – красных и белых, которые будто почувствовали наше присутствие и начали показываться у поверхности воды.

Посреди пруда находился небольшой островок, соединённый деревянным мостиком. Перейдя по нему, я снова потерял дар речи.

Передо мной открылся миниатюрный стилизованный ландшафт: камни, водоёмы и мох были аккуратно скомпонованы и окружены гравием, разровненным так, чтобы напоминать водную рябь.

— Сад Дзен… Прекрасно, согласись?

Сидя в удобной близ сада, Грандмастер Кейки поманил меня, предлагая присесть рядом.

— Действительно прекрасно... – ответил я, опускаясь на землю.

Тишина окутала нас, пока мы спокойно созерцали сад перед собой. Это было странно, но в то же время умиротворяюще.

— Знаешь, я был очень удивлён, когда впервые тебя увидел...

Первым нарушил молчание Грандмастер Кейки. На его лице играла улыбка, но взгляд оставался прикованным к саду.

— Никто не приходил сюда с момента моей смерти – и это правильно, ведь я позаботился о том, чтобы скрыть это место от любопытных глаз тех жадных ублюдков… Конечно, даже если бы они случайно нашли его, я позаботился, чтобы они не смогли войти. Ты же понял, что верёвка была испытанием?

Он бросил на меня взгляд, и я вспомнил тот травмирующий опыт, через который прошёл.

«Конечно, понял! Мне до сих пор мерещится эта чёртова верёвка!» – мысленно выругался я, но внешне лишь улыбнулся и кивнул.

— Да, помню.

— Ку-ку-ку, тебя так легко прочесть, юноша. – он рассмеялся и продолжил: — Видишь ли, я оставил эту верёвку как испытание, чтобы определить, достоин ли кто-то пробудить мою душу. Если бы ты спускался час, а потом сдался, то никогда бы не нашёл это место. Даже если бы потратил на спуск целый день – всё равно не попал бы сюда. Только если сможешь продержаться двое суток, не сорвавшись, получишь право встретиться со мной.

В его взгляде, устремлённом на меня, мелькнуло что-то вроде восхищения.

— Четыре дня, три часа, двадцать две минуты и сорок одну секунду. Столько ты провисел на той верёвке. Даже как остаток души я был поражён твоей решимостью.

Я продолжал улыбаться, но глаз предательски дёрнулся.

«Конечно, я не останавливался – мне не хотелось умирать сразу после реинкарнации!»

— Даже если ты продолжал только ради выживания – это всё равно решимость. К тому же, ты не мог умереть, ведь это была иллюзия. – словно прочитав мои мысли, Грандмастер Кейки тихо рассмеялся, заставив меня смущённо ухмыльнуться. — Возвращаясь к теме... Я создал это испытание, чтобы найти достойного наследника моего искусства меча. Тот, у кого нет решимости, никогда не овладеет [Стилем Кейки]. [Стиль Кейки] – искусство монотонных, но идеальных ударов. Если человек не способен повторять одно и то же движение, например, взмах мечом в одном направлении больше половины дня без остановки - он недостоин!

Встав, Грандмастер Кейки перешёл по мостику и остановился перед деревом.

Положив руку на ножны катаны, он глубоко вдохнул.

В следующий момент его фигура слилась с окружающим пейзажем, будто он стал единым целым с природой.

Шурх

Неожиданно подул лёгкий ветерок, сорвавший с дерева несколько листьев.

Листья, подхваченные ветром, медленно опускались рядом с Грандмастером Кейки.

Щёлк!

Я услышал лишь щелчок – и в тот же миг все листья вокруг него разорвались на восемь одинаковых частей. Моя челюсть отвисла.

Щёлк!

Еще один щелчок – и катана, которая, казалось, никогда и не покидала своего исходного положения, вернулась на место.

— [Стиль Кейки] – искусство совершенства. Когда ты сможешь повторять одно и то же движение без малейшей ошибки – вот тогда ты овладеешь им.

Я закрыл глаза, пытаясь сохранить самообладание.

Сердце бешено колотилось, а кровь кипела.

«Это невероятно! Как, чёрт возьми, он разрезал эти листья так идеально, даже не двигаясь?! Я хочу также!»

Увидев блеск в моих глазах, Грандмастер Кейки усмехнулся.

— Хочешь научиться?

Его строгий голос вывел меня из раздумий.

— Да! – не задумываясь, я воодушевлённо кивнул.

Я ждал этого момента!

— Хорошо.

Кажется, он принял решение. Его лицо озарилось спокойной улыбкой.

Медленно подойдя ко мне, он коснулся моего лба.

Сразу же сознание помутнело, а в голову хлынул поток информации.

Наблюдая, как я борюсь с этим потоком, Грандмастер Кейки улыбался, пока его тело становилось всё более прозрачным.

К тому моменту, как я смог упорядочить все знания, он уже почти полностью растворился.

В панике я опустился на колени и выразил своё почтение.

— Благодарю вас! Обещаю, что сохраню ваше искусство и прославлю ваше имя на весь мир!

Грандмастер Кейки в последний раз улыбнулся и пробормотал что-то неразборчивое, прежде чем исчезнуть, рассыпавшись на светящиеся частицы.

Я твёрдо кивнул и поднялся. Хотя его последние слова было не разобрать, я и так понял, что он хотел сказать.

«Оставайся в тени, пока не станешь сильнее…»

Глубоко вздохнув, я в последний раз окинул взглядом сад, запечатлевая его в памяти.

Поклонившись в последний раз, я направился к выходу.

— Знаю.

Тошимото Кейки