— Как же ты жалок…

Глядя в эти безэмоциональные глаза, Джин несколько раз открыл и закрыл рот. Хотя он пытался что-то сказать, из его уст не вышло ни звука...

Бах!

Свалившись на колени, Хортон опустил голову и уставился на свою окровавленную одежду.

Эти слова пронзили само его сердце.

Как бы ни хотел оспорить их… он не мог.

Он не смог победить какую-то шайку ничтожеств, а мечтал, будто люди будут воздвигать ему статуи?

«Жалок».

Ни одно другое слово не могло бы точнее передать то, что Джин чувствовал в этот момент...

Продолжая презрительно смотреть на его жалкую фигуру, Рен произнёс:

— И это всё, на что твоё гордое «я» способно?

— …

Уставившись в пол, он слышал слова Рена, но они проходили мимо. Мир вокруг него стал чёрно-белым, а все звуки – приглушёнными.

Заметив его состояние, Рен подошёл ближе и посмотрел на него сверху вниз.

— Так вот какой ты настоящий, Джин Хортон?

Неуверенный мальчишка с раздутым до небес эго.

Вот кем был Джин Хортон…

Только в самый тяжёлый момент его истинная личность проявилась во всей красе.

Люди вокруг считали его гением и вундеркиндом. Они бесконечно восхваляли его талант и труд… но в итоге всё это лишь раздувало его эго и глубокие внутренние страхи.

Подобно карточному домику, хватило одного лёгкого толчка – и всё рухнуло.

Бам!

Посмотрев ещё несколько секунд на жалкую фигуру Джина, Рен поднял ногу и пнул его в живот.

— Кха-а…

Почувствовав сильнейший удар в живот, Хортон согнулся на полу, судорожно хватая ртом воздух.

— Подумать только, твоё гордое «я» так ничтожно… Несколько неудач – и вот результат… Просто жалок.

Подойдя ближе, Рен схватил его за волосы и резко потянул лицо к себе.

— Ты меня разочаровываешь.

— Пха!

Отвесив пощёчину, Рен отпустил его волосы и отшвырнул в сторону, будто мусор.

— Мне абсолютно наплевать, умрёшь ты или нет, но…

Посмотрев ещё несколько секунд на трепыхающегося Джина, Довер развернулся и направился к выходу из комнаты.

Уходя, почти шёпотом, он пробормотал:

— Я не хочу выбрасывать такую важную шахматную фигуру...

Глядя, как Рен уходит, Джин, прислонившись к стене, поднял голову и слабо спросил:

— Т-ты… ты ведь тот парень, Рен Довер, да?

— …

Будто не услышав его слов, Рен продолжал идти к выходу.

Приняв его молчание за подтверждение, горько улыбнувшись, Джин опустил взгляд и тихо пробормотал:

— Это ты, верно?..

Ха-ха.

Кто бы мог подумать, что появится кто-то сильнее него…

Хотя он и не знал пределов силы этого человека, он видел, как тот убил двух людей в чёрном буквально за секунды.

Настолько быстро, что даже он, специализирующийся на скорости, не успел среагировать…

Если даже он не мог за ним уследить, разве это не означало, что противник куда сильнее?

Подняв взгляд к потолку комнаты, Хортон прикрыл глаза рукой.

— Почему это происходит со мной?.. Чем я заслужил такое?

Его гордость пропустила очередной удар.

Именно тогда, когда он почувствовал, что приближается к своей цели, снова возникло препятствие, разрушающее все его планы.

Бам!

С силой ударив по полу, Джин закричал:

— Скажи мне, почему?! Почему это происходит со мной?!

Услышав истерические крики Джина, шаги Рена замедлились. Обернувшись, он монотонно спросил:

— А почему этого не должно происходить с тобой?

Свирепо уставившись на него, Джин прошипел:

— Ч-что ты вообще знаешь?! Тебе никогда не понять!

Равнодушно глядя на него, Рен холодно произнёс:

— Не понять чего? Что ты вообще сделал, чтобы стать сильнее? Тренировался? Участвовал в спаррингах? Или просто жил за счёт богатства и славы своей семьи?

— Что ты?..

Прежде чем Джин успел договорить, Рен перебил его:

— Ты когда-нибудь сражался насмерть? Задумывался ли ты, скольким другие должны были пожертвовать, чтобы взобраться туда, где они сейчас? Ты постоянно сравниваешь себя с Кевином, но знаешь ли ты, через что он прошёл, чтобы стать тем, кем является на данный момент? Ты не имеешь права сравнивать себя с ним.

У каждого главного героя были свои испытания.

Кевин с самого детства сражался, рискуя жизнью. Аманда большую часть жизни была одна. У Эммы и Мелиссы тоже были свои трудности, которые сформировали их сегодняшние личности. И, несмотря на все эти испытания, они преодолели их и достигли того, где находятся сейчас.

Что же насчёт Джина?

Какие испытания он пережил?

Семья оберегала его, и он комфортно жил как богатый отпрыск второго поколения, которому с детства достались лучшие ресурсы.

У него всегда была лёгкая жизнь, без неудач и реальных проверок, которые помогают человеку взрослеть. Он был всего лишь выросшим ребёнком с детскими амбициями…

Какое право он имел быть гордым и заявлять, что является лучшим?

Выслушав слова Рена, Джин свирепо посмотрел на него и закричал:

— Хочешь сказать, что все мои усилия – ничто?!

Все кровь, пот и слёзы, что он проливал, тренируясь? Все дни, когда он отказывал себе во сне ради тренировок и становления сильнее… Всё это было бесполезно?

Не глядя на Джина, Рен окинул взглядом комнату и холодно указал на тела людей в чёрном:

— Так ли это важно? В конце концов, тебя чуть не убили какие-то ничтожества…

Потратив несколько секунд, чтобы осмотреть теперь уже разгромленную комнату, Джин посмотрел на трупы людей в чёрном и сжал кулаки:

— Чушь собачья! Ты болтаешь о какой-то херне с самого своего появления, да кем вообще ты себя возомнил?! – держась за живот и опираясь о стену, Джин с трудом поднялся на ноги. — Ты ничего обо мне не знаешь! Ни о том, через что я прошёл! Ни о том, что я сделал, чтобы оказаться здесь! Ни о том, сколько усилий я приложил… Гх!..

Шаг за шагом Джин двинулся в сторону Рена.

— Как ты смеешь подходить ко мне и говорить так, будто знаешь меня?! Что ты можешь обо мне знать?!

Чем ближе он подходил к Рену, тем громче становился его голос.

— Ты кто, нахер, такой, чтобы меня осуждать, если сам прячешь силу, будто крыса с канавы?! Ответь мне!

Молча, игнорируя слова Джина, который медленно приближался, Рен оставался совершенно бесстрастным.

На его лице не было ни капли тревоги или страха… Только абсолютное безразличие.

— Думаешь, будто знаешь меня…

Шаг за шагом Джин приближался к нему.

Остановившись перед Реном, Джин посмотрел ему прямо в глаза и закричал:

— У тебя нет права так со мной разговаривать, когда ты ни!..

Кх-х-х!

Глядя на Джина, находящегося в нескольких сантиметрах от него, Рен протянул руку и схватил его за горло.

— А?.. Кгх-х-х!

Подняв его тело в воздух, Рен холодно произнёс:

— Для того, кто постоянно изображает из себя великого и всесильного, ты не производишь особого впечатления…

— Кх-х-х… Отпусти!..

Внезапно поднятый в воздух, Джин с трудом мог говорить, беспомощно болтая ногами.

— Это бесполезно…

С силой сжав пальцы на горле Джина, Рен посмотрел ему прямо в глаза:

— Когда ты спишь, когда ешь или делаешь что-либо ещё… Я хочу, чтобы ты помнил этот момент... Чтобы ты помнил мою руку на своём горле, когда задыхался, жадно хватая воздух, и беспомощно дрожал в моей хватке…

Сделав паузу, продолжая держать Джина за горло, Рен равнодушно смотрел на него, пытавшегося вырваться.

— Кха-а… Чёрт!.. Отпусти!..

В итоге, как бы Джин ни старался, он не мог освободиться... Ему оставалось только кричать и бессильно ругаться.

— Кх-х…

Усилив хватку, чтобы заглушить его, Рен продолжил:

— Выгравируй этот момент в своей памяти... Осознай, что никому нет дела до твоего глупого гордого «я». Пока все вокруг становятся сильнее, ты – единственный, кто становится слабее. Навечно… Я хочу, чтобы ты помнил этот момент… Это унижение… Помни мгновение, когда твоё жалкое «я» чуть не проиграло шайке прислужников… Помни меня, Рена Довера, победившего тебя!

Чем больше Джин слушал мощный голос Рена, тем слабее становились его попытки сопротивляться.

В конце концов он перестал бороться.

Никогда ранее он не чувствовал себя настолько слабым…

Ощущая сильную хватку на своём горле, Джин впервые осознал, насколько он действительно слаб.

С каждым новым словом Рена Джин всё сильнее хотел оспорить его слова. Он всем своим существом желал вырваться и избить его до полусмерти.

«Как ты смеешь?»

«Я убью тебя»

«Подожди, пока мы вернёмся в академию – я разрушу твою жизнь!»

Все мысли о мести проносились в его голове, когда он представлял момент, когда освободится.

Если он вырвется, он обязательно…

На мгновение прервав цепочку мыслей, Джин внезапно подумал:

Он ведь сможет вырваться, правда?

Рен же не может убить его… Неужели он убьёт студента, а? Нет, такого не может быть…

…Однако, встретившись взглядом с этими безэмоциональными глазами, казалось, способными прочитать его душу, Джин вздрогнул.

«Что это?..»

Почувствовав, как дрожат его руки, он ощутил нахлынувшую эмоцию, которой он раньше никогда не испытывал.

Эмоцию, которую он не чувствовал даже тогда, когда был на грани смерти… Страх.

Снова глядя в эти безэмоциональные глаза, Джин почувствовал себя голым. Будто каждая его тайна и черта личности были выставлены напоказ перед глазами Рена.

Дрожа, он положил руки на предплечья Рена и простонал:

— Кх-х… Х-хватит!..

Игнорируя мольбы Джина, Рен ещё сильнее сжал его горло:

— Откажись от этого жалкого гордого «я», если когда-нибудь захочешь отомстить за сегодняшний день...

— Кх-х… А-а-ах…

Сделав последнюю бесполезную попытку вдохнуть, лицо Джина посинело, и он потерял сознание.

Увидев, что Джин отключился, Рен ослабил хватку на его горле.

Хотя его действия могут в будущем обернуться против него, он сделал то, что должен был сделать...

Под влиянием [Безразличия монарха] Рен не заботился о своих собственных чувствах.

Было неважно, какие последствия принесут его действия в будущем.

В его глазах такие мелкие трудности не стоили внимания.

Под действием [Безразличия монарха] Рен воспринимал всё прагматично… Каждое его действие служило исключительно его цели.

И для него сломанная шахматная фигура была так же бесполезна, как и мёртвая...

Когда он говорил с Джином, каждое его слово и действие были тщательно продуманы.

Даже под [Безразличием монарха] воспоминания Рена как автора не исчезли.

Он хорошо знал характер Джина…

Знал о его неуверенности, обо всём – от его гордости до обстоятельств жизни…

Для такого гордого человека, как Джин, чем больше ты его унижаешь, тем сильнее разжигаешь огонь внутри.

Войдя в комнату, Рен увидел сломленного Джина. Будто перед ним был угасающий огонь… пламя, лишённое топлива.

…Всё, что делал Рен в этот момент, – пытался заново разжечь это пламя.

Только истинное унижение и сокрушение его гордости могли вернуть Джина к нормальной жизни.

По мнению Рена, если бы всё продолжалось так, как шло, будущее Джина оказалось бы мрачным.

Хотя его действия могут вызвать ненависть со стороны Джина, Рену было всё равно. Важно было лишь одно – чтобы Джин вернулся в норму, и история продолжилась так, как должна.

Он сделал всё возможное, чтобы исправить Джина… Теперь оставалось только ждать, принесут ли его усилия плоды.

Щёлк!

Как раз когда Рен собирался ослабить хватку на горле Джина, он услышал щелчок позади себя.

Обернувшись в сторону звука, Рен увидел, как медленно открывается дверь… и из-за неё появляется фигура Кевина.

Войдя в комнату, тот замер.

Глядя на Джина, которого держат за горло, он медленно перевёл взгляд на человека, державшего его.

И их глаза встретились... Глаза Кевина и Рена.