Мужун Сюэ усмехнулась, но никто этого не заметил: ‘Цинь Юйянь была загнана в угол, поэтому она пытается втянуть меня в это дело. Раз уж она хочет умереть, я помогу ей.’ “Зачем мне подставлять тебя?”

“Потому что я увела твоего жениха, сделав из тебя посмешище. Ты держишь на меня обиду и используешь такие подлые и бесстыдные средства, чтобы подставить меня!” Осуждающе ответила Цинь Юйянь с неистовым пламенем в глазах.

Мужун Сюэ хихикнула: “Я никогда не признавала Принца Цзина своим женихом. Если хочешь, он весь твой. Я и вовсе не возражаю. Что же касается тех чиновников в столице, то они смеются только над вами обоими. У одного нет никаких моральных качеств, раз он разжаловал свою жену до наложницы. Другая же морально испорчена, раз уж увела жениха у другой, полагаясь на свое положение принцессы…”

“Заткнись!” Сердито перебила ее Цинь Юйянь, в глазах которой горело пламя: ‘Я - Принцесса Мо Бэй. За всю мою жизнь никто ни разу не возражал мне и не насмехался надо мной. Мужун Сюэ на этот раз переступила черту!’

“Ты всего лишь женщина, живущая во внутренних покоях. Ты не можешь даже вылечить себя, но вернула умирающего Старшего Принца Цзина к жизни? Хе-хе, разве это совпадение?”

Присутствующие взглянули на Мужун Сюэ: ‘Судя по ее стройному телу и слегка бледному и утонченному лицу, несомненно она все еще очень больна. Она даже не смогла вылечить себя, но ранее избавила Старшего Принца Цзина от яда! Это действительно подозрительно. Может быть, это она подсыпала ему яд? И только это могло объяснить, почему она так легко распознала противоядие…’

Под подозрительными взглядами всех присутствующих Мужун Сюэ спокойно произнесла: “Когда у меня было свободное время дома, я прочитала несколько медицинских книг, которые объясняют, как лечить болезни и как выводить яды в соответствии с различными видами ядов, так что...”

Цинь Юйянь промямлила: “Хватит спорить…”

“Она вовсе не спорит! Она и правда имеет подобные знания.” Дунфан Ли подошел и посмотрел на Цинь Юйань: “Я - Дунфан Ли из Империи Си Лян. Во мне Кровавый Яд. И все благодаря Леди Мужун, яд в моем теле день ото дня ослабевает. Если вы мне не верите, то можете попросить императорского лекаря прощупать мой пульс…”

Помолчав, он продолжил: “Я был отравлен в Империи Си Лян, примерно 5 или 6 лет назад. Так что это никак не могла сделать Леди Мужун...”

*Пффф!* Слуга не выдержал и расхохотался! ‘Итак, Принц из Империи Си Лян насмехается над Цинь Юйянь!’

Лицо Цинь Юйянь тут же помрачнело. Она подумала про себя: ‘С каких это пор Мужун Сюэ связалась с Принцем Ли из Империи Си Лян? Почему он заступается за нее? Сукин сын! Но поскольку Дунфан Ли требует присутствия императорского лекаря, это означает, что яд в его теле действительно ослабевает... Но даже если Мужун Сюэ знает, как вывести яд, это не значит, что она не клевещет на меня.’

Цинь Юйянь указала на Бэйбэя, который лежал под грушевым деревом, и холодно произнесла: “Мужун Сюэ, это твоя собака, верно? Выйдя из главного двора, он сразу же направился ко мне. Похоже, что он пошел по запаху яда и нашел это место, но кто знает, может быть, это ты уже научила его идти именно сюда…”

“Я впервые нахожусь в Поместье Принца Цзина. Так что я и не знала, что ты здесь живешь. Тогда как же я закопала яд здесь, чтобы подставить тебя?” Мужун Сюэ приподняла брови и посмотрела на Цинь Юйянь с полным презрения взглядом.

“Но это не значит, что кто-то из твоих друзей никогда не приходил...” Промямлила Цинь Юйянь и намеренно перевела взгляд на Оуян Шаочэня.

Оуян Шаочэнь имел серьезные навыки в боевых искусствах. Он мог незаметно пробраться в поместье и спрятать яд под грушевым деревом, никого не потревожив.

“Если бы я действительно так сильно тебя ненавидела, я бы попросила своего друга пробраться в поместье и отравить тебя, пока ты была тяжело ранена. Тогда даже если бы ты умерла во сне, люди бы подумали, что ты умерла только от тяжелых травм. Зачем мне ходить вокруг да около, чтобы подставить тебя, устраивая подобные интриги? Дело в том, что случившееся вообще не может положить конец твоей жизни. Это вызывает у меня головную боль даже при мысли об этом...” Мужун Сюэ прищурилась, смотря на нее, и в ее глазах было только презрение.

“Ты...” Цинь Юйянь так сильно разозлилась, что даже потеряла дар речи.

Окружающие посмотрели друг на друга, а затем опустили глаза, думая: ‘Закопать яд здесь, затем отравить Старшего Принца Цзина, после чего пустить собаку по запаху, чтобы найти это место, а затем подставить Цинь Юйань. О небеса, это и правда излишняя трата времени. Дело в том, что это никак не может поколебать положение Цинь Юйянь. Почему бы не отравить ее и не даровать ей быструю смерть…’

Легкий ветерок донес до носа Мужун Сюэ легкий запах лекарств. Она моргнула, а затем сказала: “Ты ведь привезла все это из Мо Бэя, верно? Я ощущаю совершенно особое лекарство которое растет только в густых лесах Мо Бэя…”

“Не говори ерунды!” Поспешно перебила Цинь Юйянь, и в ее глазах мелькнуло беспокойство.

Мужун Сюэ бросила на нее случайный взгляд: “Мы узнаем, говорю ли я чепуху, после того как императорский лекарь проверит все.”

Глаза Цинь Юйянь засияли, а затем она закричала: “Даже яд Мо Бэя своебразен. Ты не сможешь доказать, что он принадлежит мне.”

Яд был выкопан у нее во дворе, а не в комнате или при ней. Так что пока она не признается в этом, никто не сможет ей ничего сделать.

*Лай! Лай!* Рявкнул Бэйбэй и яростно прыгнул на Цинь Юйань.

Не ожидая этого, Цинь Юйянь была сброшена на землю с инвалидного кресла. Резкая боль в спине заставила ее закричать!

Бэйбэй проигнорировал ее крик и продолжил царапать ее голову своими челюстями, отчего ее изысканный шиньон превратился в грязное птичье гнездо.

Поскольку ее руки были ранены, Цинь Юйянь не могла отбиться, поэтому она закричала: “Чего вы ждете? Уберите от меня эту проклятую шавку!”

“Слушаюсь, слушаюсь, слушаюсь!” Инин и остальные служанки и кормилицы пришли в себя и попытались поймать Бэйбэя.

*БАМ!* Золотая заколка из шиньона Цинь Юйянь упала на землю, и из нее высыпалось немного белого порошка.

Цинь Юйянь вздрогнула и попыталась отобрать ее. Но утонченная рука подняла ту перед ней.

Глядя на хорошо вырезанную шпильку для волос, Мужун Сюэ приподняла брови: “Значит, эта золотая шпилька полая, с порошком внутри, который использовался для отравления Старшего Принца Цзина…”

“Нет, нет, это не так. Не клевещи на меня...” Цинь Юйянь попыталась оправдаться, но в ее глазах была только тревога.

“Ты и сама знаешь, клевещу ли я на тебя.” Мужун Сюэ равнодушно посмотрела на Цинь Юйянь: “Эта заколка выпала с твоих волос, и ты носишь ее добровольно. Только не говори, что я незаметно надела ее на тебя!”