Сильный зловонный запах распространился по всей комнате, вызывая тошноту у присутствующих в комнате людей. Все служанки и кормилицы поприкрывали свои носы и рты, а затем поспешно распахнули окна, чтобы проветрить помещение.

Старший Принц Цзин, что до этого был без сознания, вдруг несколько раз слегка прокашлялся и медленно открыл глаза. Увидев прекрасное лицо Мужун Сюэ прямо перед собой, он немного удивился: “Сюэ эр?!”

Мужун Сюэ ответила с улыбкой на устах: “Господин, вам лучше?”

Старший Принц Цзин нахмурился, почувствовав смрадный запах. Он посмотрел на серебряные иглы и раны на своей груди, а затем повернулся и взглянул на наполовину заполненную чашу с черной кровью и сразу же понял, что произошло. Он слегка кивнул: “Мне намного лучше. Что это за яд?”

“Я не знаю какого его название. Но я могу сказать, что он может повредить сердечные артерии.” В современном мире Мужун Сюэ узнала о всевозможных ядах, которые могут повредить нервную систему, мозг, внутренние органы и т. д. Различные лекарственные ингредиенты для этих ядов производили различные запахи.

В смрадном запахе был довольно легкий запах какого-то лекарственного ингредиента, который специально использовали для повреждения сердечных артерий.

Лицо Е Ичэня тут же помрачнело: ‘Выходит, все это не было случайностью. Кто-то сделал это намеренно.’ “А когда начинает действовать яд?”

Немного поразмышляв, Мужун Сюэ ответила: “Спустя от двух до четырех часов после попадания в организм. Чем сильнее яд, тем скорее. Судя по симптомам Старшего Принца Цзина, яд воздействовал после того, как попал в его тело в течение двух-четырех часов.”

“Но мой отец все последнее время пребывал в поместье. Он даже редко выходил со двора. Однако он был отравлен в поместье...” Е Ичэнь не успел договорить, как все присутствующие люди осознали, на что он указывает.

Поместье Принца Цзина тщательно охранялось, к тому же Старший Принц Цзин владел превосходными навыками в боевых искусствах. Никто не мог проникнуть в поместье и отравить его так, чтобы он этого не заметил. Так что это должен быть заговор кого-то внутри поместья.

Все служанки и кормилицы переглянулись, а затем опустили головы, затаив дыхание. Отравление Старшего Принца Цзина считалось тяжким преступлением. Никто не хотел навлекать на себя неприятности.

Е Ичэнь бросил взгляд на каждую служанку, кормилицу, слугу и стражника, а затем перевел взгляд на Мужун Сюэ: “Ты можешь найти источник яда?”

“О...” Подумав немного, Мужун Сюэ кивнула: “Я попробую.” ‘Этот вид яда дорогой и редкий. Так что преступник не станет использовать весь яд сразу. Если у преступника он еще остался, я смогу его выследить.’

Глядя в ее уверенные глаза, Е Ичэнь был немного удивлен: ‘В поместье почти сто человек, считая всех служанок, кормилиц, слуг и стражников... Найти преступника среди такого количества людей довольно непростая задача. Я всего лишь спросил, но она пообещала!’

“Бэйбэй!” Позвала Мужун Сюэ в сторону дверей, улыбаясь.

Проследив за ее взглядом, Е Ичэнь увидел, как щенок поднялся с пола и прыгнул к ним.

Его белоснежная шерсть была гладкой и мягкой, словно шелк. И он почти слился с длинным халатом Оуяна Шаочэня, когда лег к его ногам.

*Лай! Лай! Лай!* Бэйбэй подбежал к Мужун Сюэ и замахал перед ней своим белоснежным хвостом.

Затем Мужун Сюэ поднесла к его носу наполовину заполненную чашу с черной кровью: “Понюхай и отведи нас в то место, где есть такой же запах.”

*Лай! Лай!* Бэйбэй понюхал черную кровь, закатил глаза, а затем со звуком *свист*, выскочил из комнаты и убежал.

Е Ичэнь немедленно последовал за ним!

И все те стражники, слуги, служанки и кормилицы бросились вслед за Бэйбэем: ‘Мы в Поместье Принца Цзина! Кто осмелился отравить Старшего Принца Цзина под взором стольких людей?! Кто бы это мог быть?’

Выбравшись из главного двора, Бэйбэй продолжал бежать, сначала пробежал по павильону, потом по мосту и, наконец, вбежал в гостевой дом.

На воротах было написано "Двор Лотоса" яркими и решительными иероглифами. Е Ичэнь выглядел немного шокированным. Он поспешно вошел, увидев, что Бэйбэй роется белоснежными передними лапками под грушевым деревом. И вскоре в поле зрения появилась ямка глубиной более 3 цунь (П.П.: 10 сантиметров.).

Бэйбэй перестал копать, а потом рявкнул на Е Ичэня!

Е Ичэнь подошел и увидел в ямке уголок позолоченной шкатулки. С небольшим усилием он вытащил шкатулку из ямки.

Быстро стерев грязь, Е Ичэнь увидел, что вся шкатулка была позолочена и на ней были вырезаны красивые пустые красные бутоны. А в середине каждого бутона был инкрустирован рубин, отчего шкатулка выглядела особенно изысканной и роскошной.

Е Ичэнь сломал золотой замок на шкатулке и открыл ее. В ней располагались три маленькие фарфоровые бутылочки, одна светло-голубая и две белые.

Мужун Сюэ шагнула вперед, взяла светло-голубую бутылочку и откупорила ее. Она легонько принюхалась к содержимому и заговорила: “Это яд, который мы ищем.”

Е Ичэнь уставился на светло-голубую бутылочку с запутанным выражением лица.

Мужун Сюэ заткнула ее пробкой, а затем взяла белую бутылочку слева. Она откупорила ее, принюхалась, а затем ее глаза засияли: “Это противоядие!”

“Правда?” Е Ичэнь был немного удивлен.

“Да. Есть яд и есть противоядие. Что за суета?” Сказала Мужун Сюэ. Затем она взяла последнюю и понюхала: “В этой сильный яд. Всего одной каплей он может убить взрослого человека без всяких следов…”

‘Потому что этот может привести к смерти мозга. После того, как человек его примет, человек будет выглядеть спящим, но он никогда не проснется. Поэтому, каким бы искусным ни был лекарь, он никогда не сможет выяснить истинную причину смерти…’

Е Ичэнь выглядел мрачным. Он медленно поднял глаза и увидел, что к ним приближается Цинь Юйянь на инвалидной коляске, которую толкала Инин. На ней было свободное фиолетовое длинное платье. Ее личико размером с ладонь выглядело бледным и больным, отчего она выглядела довольно жалко. Но в его глазах это лицо было не жалким, а еще более нелепым!

“Цинь Юйянь, что ты на это скажешь?”

На вопрос Е Ичэня стройное тело Цинь Юйянь внезапно вздрогнуло. Она попыталась сохранить спокойствие и выдавила улыбку: “Ичэнь, что случилось?”

“Хватит притворяться! Раскрой глаза пошире и посмотри, что это такое!” Е Ичэнь схватил две бутылочки с ядом и бросил их к ее ногам. *Пян! Пян!* Они разбились вдребезги, а по земле растеклась черно-коричневая ядовитая жидкость, вызывая своего рода эрозию.

Цинь Юйянь выпучила глаза: “Это яд?”

“Точнее, это яд, которым был отравлен мой отец и он принадлежит тебе!” Е Ичэнь равнодушно посмотрел на Цинь Юйянь, и что-то блеснуло в его глазах…

Лицо Цинь Юйянь тут же стало мертвенно-бледным. Она покачала головой: “Он не мой. Это правда.”

“Но мы же выкопали его под грушей в твоем дворе!” Холодно ответил Е Ичэнь: ‘Цинь Юйянь была первым и единственным человеком, кто когда-либо жил во Дворе Лотоса. А это значит, что это могла быть только она.’

“Кто-то меня подставил!” Цинь Юйянь по очереди оглядела всех служанок, кормилиц, слуг и стражников. Когда она увидела Мужун Сюэ, ее глаза засияли: “Это Мужун Сюэ! Она меня подставила! Это она…”