Почему я вспоминаю все это сейчас?

Как бессмысленно...

Хм? Разве я не умерла?

Я отчетливо помню, как умирала.

Или это и есть смерть?

Я парю в пустоте.

Ну, нет, не совсем.

На самом деле нет никакого ощущения парения. Есть только ничто.

Нечего видеть, слышать, обонять, трогать, пробовать, или чувствовать, и никакого ощущения собственного тела.

Абсолютно ничего.

Ну, думаю, здесь спокойно.

И боли больше нет. По моему, это явное улучшение.

Я всегда знала, что, в любом случае, долго не проживу. Просто это случилось немного раньше, чем ожидалось.

Жаль, но я ничего не могу с этим поделать.

Это ничто, по крайней мере, намного лучше, чем ужас, который я испытала, умирая.

Это чувство, когда мое сознание гасло по крошечному кусочку за раз, когда я мало-помалу склонялась к небытию. Наполовину мертва , наполовину жива. Просто вишу на грани.

Это отчаяние...

Я не хочу проходить через это снова.

Умирать хуже, чем быть мертвым.

Как странно.

…

…

…

Я не знаю, как долго жду в этом "месте".

У меня нет чувства времени. Это могли быть годы. Это могли быть секунды.

Что я знаю, так это то, что здесь одиноко. Было бы лучше, если бы Нерис была со мной.

...Нет, погоди. Разве это не значит, что я хочу, чтобы она тоже умерла?

Тогда ладно. Не торопись. Ты можешь просто прийти и присоединиться ко мне через несколько сотен лет.

Как долго живут эльфы?

Я забыла... Думаю, довольно долго.

Поскольку Отец - человек, он, скорее всего, умрет раньше Нерис. Ему около пятидесяти, так что, думаю, мне придется ждать еще двадцать или тридцать лет? Похоже, это довольно долгий срок.

Это странно.

Это не то, чего я ожидала.

Я думала, что мое существование просто прекратится, когда я умру, что я ничего не буду чувствовать, ничего не буду знать и не буду ничем. Человек - это его тело. Как только вся активность в мозгу прекращается, "человека" больше нет.

Но у меня все еще есть мое сознание, мои воспоминания. Я все еще могу думать. Я даже знаю о своей смерти.

Это странно.

Разве мои мысли не исходят из моего мозга?

Если мой мозг мертв, то как я могу думать?

Хм?

О?

Становится светлее?

Я думаю, становится светлее...

Откуда-то определенно идет свет.

Медленно, очень медленно свет становится все более отчетливым, и в нем начинает появляться размытое изображение.

Медленно, очень медленно, изображение становится все яснее и четче, пока не охватит весь мир.

Пока образ не заменит и не станет всем миром.

Грубые, неровные каменные стены, поднимающиеся вверх с трех сторон, пока не сливаются с потолком, высоко надо мной.

...Что это?

Я осматриваюсь. Труп большой белой собаки безжизненно висит, застряв между двумя стенами. Несколько капель крови все еще скатываются по ее обмякшим лапам, вытекают из зияющей раны в горле, поднимая мелкую рябь на черной воде под ней.

...я знаю это место.

Почему я вернулась?

И разве мое зрение не острее, чем было до моей смерти? Я четко различаю каждый отдельный волосок на белой шерсти собаки. Я вижу каменный потолок над расщелиной, где я лежу на спине, тогда как раньше, как я помню, он был окутан темнотой, которую не могло рассеять мое ночное зрение.

...Что происходит?

Я не могу пошевелить своим телом.

Только зрение вернулось.

Я смотрю на себя. Под изорванным платьем мое тело стало таким же черным, как и вода, в которой оно лежит.

Некоторое время я ошеломленно смотрю на себя.

Пока наконец не замечаю...

Разве вода вокруг меня не становится чище, прозрачнее?

Она почернела от демонической крови, но постепенно снова становится чистой и прозрачной.

Неужели кровь демона перетекает в мое тело?

И почему я чувствую себя так спокойно?

Я чувствую напряжение, тревогу, предвкушение... но мне кажется, было бы гораздо правильнее, если бы я испытывала страх. Ужас. Панику. Испуг. Я уже была напугана, когда заражена была только моя нога, но теперь, Порча проникла практически во все мое тело.

Это должно означать смерть.

Смерть... это страшно.

Очень, очень страшно...

И все же, сейчас во мне нет таких эмоций.

Как будто я точно знаю, что не умру.

Пока я думаю и размышляю, неясное, неопределенное давление начинает нарастать в моем сознании. Давление не очень сильное и не очень болезненное, но когда оно исчезает, так же внезапно, как и появилось, словно плотина прорывается и освобождает воды, которые она удерживала, все мои оставшиеся чувства возвращаются ко мне, все сразу, но ни одно из них не работает правильно. Я слышу несколько прерывистых потрескиваний в ушах - и в волчьих, и в эльфийских. Я чувствую запах цветов, тухлого мяса, жженых волос и свежескошенной травы. Я чувствую вкус жареной рыбы, пепла, яблок и крови. Я чувствую, как чьи-то губы целуют мои, как ножи впиваются в кожу, как песок проскальзывает сквозь пальцы.

К сожалению, мое чувство боли тоже возвращается.

И либо оно тоже неисправно, либо, как и зрение, оно стало намного, намного сильнее.

Потому что каждый мой нерв в настоящее время охвачен агонией, масштабы которой просто бессмысленны.

"Кха-хаа-ААААААААААААА!"

Больно.

Больно.

Больно.

Больно.

Больно.

Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно. Больно.

Почему я не теряю сознание?!

Я не должна оставаться в сознании, чувствуя такую сильную боль.

Но мой разум вынужден оставаться совершенно ясным, совершенно трезвым.

Моя черная кожа кипит, как вода на плите. По всей ее поверхности образуются пузырьки, которые затем лопаются, выплескивая небольшие струйки крови. Мои мышцы бесконтрольно сокращаются со все возрастающей силой, медленно разрываясь в процессе. Нагрузка, которую это оказывает на мои кости, увеличивается, пока они больше не выдерживают и не ломаются. Тогда они быстро восстанавливаются и срастаются, а промежутки в них заполняются черным материалом, подозрительно похожим на металл. Затем процесс повторяется снова и снова, и каждый раз черный металл заменяет все большую часть моих костей. Зубы, ногти, волосы, шерсть, даже брови и ресницы - все это отпадает, отрастает и снова отпадает.

Я закрываю глаза, чтобы скрыться от этого зрелища, но это лишь позволяет мне сосредоточиться на том, что происходит внутри моего тела.

Мой даньтянь изменился. Он по-прежнему сохраняет свою сферическую форму и расположение внутри моего черепа, но там, где раньше он был полностью твердым и находился на грани разрушения, он исцелился и стал наполовину твердым, наполовину жидким, как черная ртуть, его поверхность покрылась крошечными, корчащимися, вязкими волнами.

...Это вообще еще даньтянь?

Меридианы, расходящиеся от него, как корни, растущие из семени, тоже почернели и разносят Порчу по всему телу, позволяя ей заразить каждую мою клетку.

Мои внутренние органы дрожат внутри меня. Некоторые из них заживают от полученных повреждений, некоторые изменяются, некоторые полностью сморщиваются и исчезают.

Моя красная кровь медленно становится черной.

Порча полностью преобразует мое тело.

И я чувствую, как все это происходит, мучительно, секунда за секундой.

Я чувствую, как кипит моя кожа, как ломаются кости, как меняются органы.

Это больно...

Я бы почти предпочла умереть, чтобы все это закончилось, но я не хочу.

Очень сильно не хочу.

Смерть слишком страшна, чтобы желать ее.

Я не хочу умирать снова, сколько бы мне ни пришлось страдать.

Я не хочу снова испытать смерть.

Даже эта бессмысленная боль лучше смерти.

Я хочу жить.

Я хочу жить... Несмотря ни на что...

Я повторяю это про себя, эти слова заполняют все мои мысли.

Слова не притупляют боль.

Но они помогают мне пережить ее.

Я не могу умереть снова.

Я не могу умереть.

Я точно не могу умереть.

…

…

…

Вода вокруг меня наполнена зубами, ногтями, волосами и шерстью, полосками омертвевшей кожи, фрагментами костей и органов - все это плавает вместе, как самый отвратительный суп во вселенной, слегка покачиваясь в такт волнам.

С другой стороны, чего нельзя найти в этой воде, так это хотя бы каплю черной демонической крови.

Я поглотила ее всю.

Когда моя трансформация окончательно завершается, большая часть этой крови оказывается израсходованной, точно так же, как это происходит с лекарством, когда мои органы поглощают его. Все, что осталось, всасывается в мой даньтянь, проникая прямо сквозь его поверхность.

И боль исчезает.

Все мое тело расслабляется.

Все мои чувства приходят в норму.

Вернее, как и мое зрение, и мое чувство боли, все они стали намного острее. Я могу слышать движение своих мышц и тихий скрип своих костей, когда двигаюсь, спокойное биение своего сердца в груди, течение своей ядовитой крови по венам. Я чувствую потоки воды и воздуха проходящие через расщелину, нежно касающиеся моей кожи. Я чувствую зловоние трупа демона-пса, все еще застрявшего между стенами рядом со мной, и запах его сородичей, все еще ждущих снаружи, и запах тростника, разносимый ветром, легкий, но ясный и немного пьянящий.

Каждый миг в мой разум беспрепятственно поступает огромное количество информации о моем окружении. Ее так много, что я не в состоянии осознать и обработать ее всю. Так много, что подавляющее ее большинство просто отбрасывается, не попадая на передний план моего сознания.

Я вижу тот же мир, что и раньше, но под иным углом.

Это очень странное ощущение.

Я чувствую некоторое беспокойство по поводу изменений, которым подверглось мое тело, но прямо сейчас я не хочу рассматривать их более подробно.

Потому что больше, чем "беспокойство", то, что я чувствую в данный момент, это глубокое, глубокое... истощение.

Слишком много всего произошло сегодня.

Слишком много...

Я засыпаю.