Итак. Если верить словам Финеаса, то после того, как я настроюсь на этот черный костюм, я смогу использовать его в качестве замены костюма горничной, потерянного во время битвы в Дорне, да?

Правда, для этого мне понадобятся годы медленной работы. И она начнется только после того, как я найду энергетическое ядро. А я его не нашла.

Хотелось бы побыстрее.

<Нужна. Помощь?>

Когда возникает проблема, на помощь приходит дружелюбный паук.

По какой-то причине Финеас довольно бурно реагирует на раздавшийся в моем даньтяне голос Санаэ. Он судорожно оглядывается вокруг, пытаясь определить, откуда он доносится.

Я немного удивлена, что он вообще слышит голос Санаэ, но полагаю, что, раз он живет в моем даньтяне, нет ничего удивительного в том, что он сможет ощутить эффект связи между душой Санаэ и моей собственной.

[...Да. Заставь этот артефакт настроиться быстрее.]

Если бы Финеас сказал правду это можно было бы считать неразумной просьбой, но раз Санаэ предложила свою помощь, значит, она уверена, что сможет что-то сделать. Раньше она никогда не пустословила. И еще я никогда не видела, чтобы она потерпела неудачу в чем-либо, за что бы она ни бралась.

Значит, и в этом случае все должно быть хорошо.

Получив мое согласие, Санаэ перебегает к черному костюму, и ее крошечное тело исчезает в его складках.

И ничего не происходит.

...Не знаю, чего именно я ожидала, но я, по крайней мере, ожидала чего-то. Она просто спряталась внутри? Осторожно, я направляю нить силы души за Санаэ, чтобы посмотреть, что она делает - если она вообще что-то делает. Я нахожу ее посреди свертка ткани, стоящей совершенно неподвижно. От ее тела исходят крошечные колебания ци, которые остались бы незамеченными, если бы я не сфокусировала свои чувства на этой единственной точке.

Колебания ци означают, что она использует свою кровь-ци, а не силу души. Разве Финеас не говорил, что для настройки на артефакт нужно использовать последнюю? Или Санаэ делает что-то другое?

Это продолжается несколько минут. Поскольку я понятия не имею, что она делает, я не прерываю ее и просто наблюдаю. В моем даньтяне Финеас тоже молчит, используя мои чувства, чтобы наблюдать за происходящим. Он так сосредоточен, что я уверена, что могу ударить его по лицу, а он даже не заметит.

...Неужели это так интересно?

В конце концов, крошечные колебания ци, исходящие от Санаэ, полностью исчезают. Больше ничего не делая, она выползает из сложенного черного костюма и взбирается по моему телу к своему привычному месту в глазнице.

[...И что?]

<Готово.>

[...Готово?]

<Забирай.>

Ты имеешь в виду, взять костюм? В нем что-то изменилось?

С полной вопросов головой, я наклоняюсь и беру черный костюм. Я поворачиваю его то так, то эдак, разминая ткань между пальцами.

Я не замечаю никаких изменений по сравнению с тем, что было раньше.

[...?]

<Другая. Рука.>

[...О.]

На всякий случай я схватила черный костюм своей фальшивой левой рукой, но, похоже, это было излишне. Моя правая рука сделана из адамантина, так что, наверное, я могла бы быть уверенней в ее неуязвимости, но я чувствовала, что лучше не быть слишком самоуверенной с так называемым древним артефактом.

На этот раз, как только кончики пальцев моей правой руки коснулись черного костюма, по моей руке пробежал толчок, почти как разряд электричества - хотя это должен быть очень мощный разряд, чтобы пройти через столько адамантина и все же оказать на меня такое воздействие. Когда я собираюсь отвести руку назад, черный костюм резко становится жидким и вздымается вверх, как волна, набрасываясь на мою руку и скользя по ней. Он ползет вверх, как змея, пока не достигает моей шеи и не обвивается вокруг нее. К счастью, он не сжимается и не пытается задушить меня, а просто висит на шее, как один из ошейников, которые носили заключенные в Торговой палате Блэквуд. Он плотно прилегает, но не сдавливает.

Затем я чувствую тонкую струйку того, что кажется силой души - хотя это не может быть так; как у предмета, каким бы древним он ни был, может быть душа? - тянущуюся из ошейника в сторону моего даньтяня. Этот поток энергии мгновенно проникает сквозь его оболочку, и в мое сознание неожиданно врывается поток новых знаний.

[...!]

Ох.

Именно это имел в виду Финеас, когда сказал, что я автоматически научусь управлять артефактом?

(Это... что сделал этот паук... что он сделал?) спрашивает Финеас, отвечая на мой взгляд своим собственным.

Вместо того чтобы ответить на его вопрос, я осторожно прикасаюсь к черному ошейнику на своей шее и усилием воли придаю ему нужную форму. Это не так легко, как просто представить себе, какую форму он должен принять - существует определенный шаблон "послания", которому должен следовать артефакт, чтобы понять мои намерения - но с полученными от него знаниями и окрепшим разумом и душой этот процесс не представляет особой сложности. Следуя моим указаниям, ошейник возвращается к своей жидкой форме и растекается, спускаясь по моей груди и спине и быстро покрывая все тело.

...Это очень странное ощущение. Не то чтобы неприятно, но раньше я точно такого не испытывала.

Как только черная жидкость принимает желаемую форму, она снова сгущается и превращается в ткань, похожую на кожу.

Я не стала превращать ее в костюм горничной. Одежда горничных практичнее многих других увиденных мной видов одежды - некоторые из них кажутся настолько нелепо сложными и непрактичными, что я даже не могу предположить, зачем их вообще надевать - но она все равно не слишком подходит для боя. Она недостаточно облегающая. Она дает врагам слишком много потенциальных возможностей для захвата. С обычной тканью это не было бы большой проблемой, так как она порвется, прежде чем сможет сдвинуть с места несколько тонн веса моего тела, но этот черный костюм намного прочнее. Кто-то с достаточной силой мог бы зацепиться за него и использовать, чтобы бросить меня или нарушить мое равновесие посреди боя.

Опасно. Мои длинные волосы и так не очень удобны в этом плане, так что не стоит добавлять еще одну подобную уязвимость.

Вот почему я придала черному костюму именно такую форму. Он сделан из цельного куска материала и он достаточно плотный, чтобы не дать кому-нибудь схватить его. Однако он не закрывает мою голову. Это было бы не очень удобно, и мои длинные волосы, как бы неудобны они ни были, довольно полезны, чтобы чувствовать изменение воздушных потоков вокруг меня - особенно теперь, когда моя кожа прикрыта, и я не могу чувствовать на ней ветер. Еще я оставила свободной свою ледяную руку, так как я часто меняю ее форму или даже разрушаю. Хотя я могла бы менять форму костюма вокруг нее, чтобы он всегда соответствовал ей, но задержка при передаче моих инструкций костюму во время боя была бы нежелательной, поэтому я воздержусь. И наконец, костюм не покрывает мои адамантиновые когти, так как притуплять мое лучшее оружие было бы не очень разумно.

Я потягиваюсь, проверяя, не изменился ли диапазон моих движений. И быстро обнаруживаю, что нет. На самом деле костюм не гибкий. Он не растягивается вместе со мной, когда я двигаюсь. Вместо этого он расширяется, чтобы компенсировать разницу. Я чувствую, как материал скользит по моей коже, подстраиваясь под меня, почти как живой. А потом, когда я возвращаюсь в нормальное положение, он сжимается обратно.

Как странно...

Я заостряю пальцы левой руки и режу собственную ногу. Ледяные лезвия скользят по черной ткани, не оставляя ни малейшего следа. Я чувствую удар пальцев по ноге, но не могу разрезать костюм, чтобы добраться до кожи под ним.

...Он, конечно, намного прочнее, чем костюмы горничных, которые всегда разлетались в клочья, как только начинался бой. Но что насчет адамантина? Финеас сказал, что костюм, скорее всего, не выдержит, но мне все же стоит его испытать. Я не встречала существ, владеющих адамантиновым оружием, но это не значит, что их нет. Лучше узнать свои возможности здесь и сейчас, пока от этого не зависит моя жизнь.

Я прижимаю адамантиновый коготь к поверхности костюма. Я делаю это гораздо осторожнее, чем в случае с ледяными когтями, просто на всякий случай, чтобы не пораниться. Это оказывается хорошей идеей, так как кончик когтя легко протыкает ткань и прокалывает кожу.

Я убираю палец, и стороны проделанного мной отверстия начинают ползти друг к другу, тонкие черные нити извиваются, как черви, и соединяются друг с другом. Через несколько секунд костюм восстанавливается, не оставляя ни малейших следов повреждений.

(Ну? Что скажешь?) спрашивает Финеас, когда видит, что я все опробовала.

[...Полезно.]

(Так и есть. Мирослав всегда им хвастался,) кивнув, говорит Финеас. (Кстати, что паук сделал с костюмом, чтобы ты так быстро на него настроилась?)

[...Не знаю.]

(Ох...) Финеас выглядит так, будто хочет продолжить расспросы, но в итоге решает отказаться от этого. (Тогда ладно. Могу я попросить тебя рассказать обо всем, что произошло с тех пор, как я заснул? Мне трудно понять ситуацию. Я понял, что мы находимся на плане под названием Кальдера, но... Когда ты покинула Планарную Башню? И почему ты так пострадала? Кто на тебя напал?)

Что ж. Это займет некоторое время.

…

…

…

Как я и думала, это заняло много времени - пока мы разговаривали, солнце зашло, а потом снова взошло - но в конце концов мне удалось рассказать Финеасу нескольких пропущенных им веках.

Описание моих сражений в Башне не заняло много времени, ведь все время происходило практически одно и то же. Мои злоключения в Планарной Тюрьме и Кальдере отняли больше времени, несмотря на то, что длились всего несколько месяцев. Я старалась быть точной и исчерпывающей, чтобы дать Финеасу достаточно материала для анализа. Я, конечно, доверяю мнению Санаэ, но, в конце концов, я очень сомневаюсь, что паук, каким бы могущественным он ни был, будет так же хорошо знаком с цивилизацией, как человеческий бог, проживший несколько тысяч лет.

Финеас может заметить то, чего не заметили мы.

(Адкинс? Вэйланд Адкинс? Ты уверена, что слышала именно это имя?)

[...Да.]

(Хм. Понятно.)

Почему-то, услышав это, Финеас выглядит сильно встревоженным.

[...Ты его знаешь?]

(Да, знаю. Он довольно известная личность в Царстве Богов. Ты знаешь что-нибудь о сложившейся там ситуации? Вообще, сначала я должен спросить, ты ведь знаешь, что такое Царство Богов?)

[...Да.]

(И знаешь ли ты о Септентрионе?)

[...Только название.]

(Ну, если коротко, то Септентрион - это имя, данное семи самым могущественным кланам в Царстве Богов. Как бы мне ни хотелось, я не буду утомлять тебя историей каждого из них. Просто имей в виду, что семья Адкинс занимает среди них второе место. Но поскольку члены первой предпочитают не вмешиваться в дела Царства Богов, за исключением случаев, когда речь идет о защите его границ, на практике семью Адкинс часто считают первой.)

[...]

(Кажется, ты не очень впечатлена.)

[...Я не впечатлена.]

Меня не волнует Царство Богов и живущие в нем люди. Оно так далеко от меня, что не должны оказывать большого влияния на мою собственную жизнь. У меня нет причин впечатляться тем, что кто-то что-то там делает.

(Ты должна быть впечатлена,) сурово продолжает Финеас. (Мы говорим не о маленьком плане вроде Кальдеры. Мы говорим о Царстве Богов. Там больше богов, чем здесь смертных. Даже по качеству боги там гораздо выше, чем боги здесь. И посреди этой стаи гиен, которые только и мечтают о том, чтобы обложить их со всех сторон и попытаться урвать кусок их мяса для себя, семья Адкинс все еще остается на самом верху. Возможно, сейчас ты чувствуешь себя очень уверенно и непобедимо на фоне людей с Кальдеры, но до Адкинсов тебе еще очень далеко*. Их патриарх - бог на пике 8-го ранга. Восьмого! Всего один крошечный шаг до девятого! Я не удивлюсь, если когда-нибудь он сможет стать сверхбогом.) *[П.П. В оригинале - "you’re little more than a frog at the bottom of a well" что дословно переводится как "ты немногим больше лягушки на дне колодца", т.е. крайне незначительна.]

[...]

Но я не лягушка. Я волк.

И я чувствую, что тема немного ушла в сторону. Меня не волнует, насколько силен и могущественен глава семьи Адкинс, пока Вэйланд Адкинс не побежит к нему за помощью, когда я попытаюсь его убить.

Хм...

Или это должно меня волновать?

Следует ли мне попытаться уничтожить эту семью Адкинс?

Если информация, которую я получила от дьяволов, верна, Вэйланд Адкинс - тот, кто разрушил мою семью. Будет справедливо, если я сделаю то же самое с его семьей, верно?

Хм... Конечно, над этим стоит подумать, но пока еще слишком рано строить планы. Если они действительно настолько сильны, я все равно не смогу ничего с ними сделать. Я даже не знаю, как попасть в Царство Богов из Кальдеры!

[...Что ты знаешь о самом Вэйланде Адкинсе?]

Сейчас он единственный, кто имеет значение.

Финеас задумчиво поглаживает бороду, собираясь с мыслями. (Хм... Я знаю, что он решительный ублюдок. Он воспитывался не в семье Адкинс. Я не уверен, насколько это правда, но история гласит, что он пропал вскоре после рождения, когда на его родителей напала конкурирующая семья. Он каким-то образом выжил и в итоге вырос, так сказать, в глуши, на отдаленном плане, вдали от Царства Богов. Но затем, без малейшей поддержки со стороны родной семьи и только благодаря своим собственным заслугам, он возвысился до божественности, прославился, пробил себе путь обратно в Царство Богов и, в конце концов, воссоединился с семьей Адкинс и вернул себе свое законное имя. Как я слышал, он боролся за пост главы семьи и имел все шансы на победу. Однако имей в виду, что это было в то время, когда я умер и моя душа вошла в обелиск; с тех пор ситуация могла измениться. В любом случае, я думаю, из всего этого можно сделать вывод, что, в отличие от некоторых наследников Септентриона, Вэйланд Адкинс не какой-то изнеженный маленький паршивец, не имеющий никакого жизненного опыта.)

[...Неприятно.]

(Очень, если ты намерена противостоять ему. Правда, возникает вопрос, для чего именно он прибыл на такой отдаленный план, как этот. Возможно, я что-то упустил, пока был мертв... В любом случае, нам лучше быть с ним осторожнее.)

Понятно.

[...Я собираюсь убить его.]

Финеас вздыхает. (Да, это я, кажется, уже понял. Но я не представляю, как это будет возможно. Я не упомянул одну вещь: насколько я знаю, Вэйланд Адкинс собирался стать богом 6-го ранга. Я не знаю точно, как долго я оставался в обелиске, но если прошло достаточно времени, он мог уже превзойти и этот уровень. Я боюсь, что если ты появишься перед ним, то умрешь, не сумев оказать никакого сопротивления. Пропасть между вами слишком велика.)

[...]

Наверное, это правда. Я чуть не умерла в бою с лягушкой 2-го ранга на 199-м этаже Башни. Сейчас я не очень доверяю этим рангам как точному отображению силы в бою, но это все же хотя бы намек. Если Вэйланд Адкинс даже сильнее лягушки, мне будет трудно даже сбежать, не говоря уже о победе.

Но это неважно.

Я собираюсь убить его.

И все же...

[...Вейланд Адкинс может подождать. Найти Нерис важнее.]

Финеас энергично кивает и одобрительно хлопает в ладоши. (Да! Полностью согласен! Его убийство может подождать. Долгое, долгое время. Желательно вечность. Потому что превращение в пыль без обелиска, который поймает и укроет мою душу - это то, без чего я действительно хотел бы обойтись.)

[...]

(Итак?) весело продолжает Финеас. (С чего мы начнем? С этих работорговцев? Еще раз, как там их звали? Бирчвуд или что-то в этом роде?)

[...Блэквуд. Их штаб-квартира в Алсомне.]

(Алсомн, да?) Он моргает. (Подожди, разве ты не сказала, что Алсомн - столица самой большой человеческой страны на этом плане? И мы направляемся именно туда?)

[...Да.]

(Вейланд Адкинс ведь не будет там?) спрашивает Финеас, выглядя неуютно и беспокойно.

[...Возможно, будет.]

Финеас закрывает лицо руками. Он собирается заплакать?

(Ох. Ох... Оооох... У меня очень плохое предчувствие. Я уверен, что он будет ждать нас там. Мы умрем. Мы точно умрем.)