«Вы вышли с лентой, которой я раньше никогда не видела.»

Когда Анастасия вышла из покоев Эвелин, Селена, ожидавшая снаружи, сделала вид, что ничего не знает.

Анастасия неловко улыбнулась и провела рукой по волосам.

«Ах, это? Подарок от леди Хейзел. Мне идёт?»

«Ваше Величество прекрасны во всём. А уж красный цвет - просто создан для ваших светлых волос.»

Селена, блестя глазами, всё продолжала смотреть на наполовину собранные волосы своей госпожи. Затем тихо, осторожно заговорила снова:

«Но…мне кажется, вы слишком добры к леди Хейзел.»

Когда Анастасия вопросительно обернулась, Селена решилась высказать мысли.

«Разумеется, если она и правда та, о которой гласит пророчество…Ваше решение отречься, печально, но я приму его.»

«…»

«Но даже в этом случае вам необязательно быть настолько любезной, чтобы самой приходить в дворец Сиенны.»

«Потому что вскоре именно она будет служить Его Величеству вместо меня.».

Голос Анастасии звучал ровно, без эмоций.

«Я всего лишь оказываю должное уважение женщине из пророчества, и будущей Императрице.»

«Но…если честно, ведь неизвестно, хорошая ли она человек.»

«О чём ты?»

«Я даже не знаю, как объяснить…Просто ощущение какое-то странное.»

Высказавшись, Селена поспешно прикрыла рот ладонью.

Её слова не имели доказательств, лишь смутное чувство, которым судить о людях было поспешно и неприлично. Поэтому она поспешила оправдаться:

«Прошу, забудьте мои слова. Я не думала…не знаю, что на меня нашло…»

«Не понимаю, почему у тебя появилось такое чувство.»

Анастасия мягко улыбнулась.

«Она добрая женщина. Тебе не стоит о ней волноваться.»

Она говорила это не только потому, что Эвелин была героиней оригинальной истории.

И до её возвращения, и в самом романе Эвелин всегда была мягкой и внимательной к каждому. Не жалела сил, занимаясь благотворительностью, и жила скромной жизнью храмовой жрицы.

[Хотя…когда я увидела её впервые, впечатление было не таким сильным, как у Селены…]

Но затем её дела говорили сами за себя. Настолько достойно, что Анастасии стало стыдно за своё прежнее стремление судить по первому впечатлению.

[Даже тогда, когда Вильгельм отказался отречь меня, Эвелин предложила уйти в храм и стать жрицей…]

И всё это, без тени обиды ни к ней, ни к Вильгельму.

[Кроме последнего момента…когда история оборвалась трагедией. Но то было другое время, другие обстоятельства, и понять её было несложно.]

«Даже если леди Хейзел и не такой уж хороший человек, что мне остаётся? У меня нет выбора. В конце концов, пророчество указало именно на неё.»

Да ей всё равно, лишь бы Вильгельму она была добра.

«И пожалуйста, будь осторожнее в разговорах. Не хочу, чтобы по дворцу поползли слухи, будто я завидую леди Хейзел.»

На тихую просьбу Анастасии Селена лишь кивнула, проглатывая невысказанное.

[Её Величество права. Всё равно после отъезда дипломатов Висланте она покинет дворец...]

Убедив себя, что её смутное чувство не важно, Селена решила больше не думать об Эвелин.

«Вам сегодня не до отдыха, столько всего нужно выбрать, начиная с платья.»

«Платья? Что ты имеешь в виду?»

«Вы забыли? Завтра годовщина вашей свадьбы.»

Анастасия невольно остановилась.

[… точно. Это же завтра.]

Полностью вылетело из головы. Ведь по её первоначальному плану её уже не должно было быть в Императорском дворце.

[Годовщина свадьбы…в тот момент, когда ты просишь развод?]

[Неудобно, даже мучительно.]

И хотя завтра на приёме ожидалось напряжение между двумя группировками знати, самой трудной частью было предстать перед Вильгельмом.

[Смогу ли я пройти через это без происшествий?]

… Как оказалось, это было всего лишь её желанием.

***

«Ваше Величество, у вас новая причёска?»

Когда Анастасия вернулась в дворец Императрицы, мадам Рочестер сразу заметила алую ленту в её волосах. Лицо женщины засияло улыбкой.

«Я давненько не видела такой роскошный оттенок красного. Это подарок Его Высочества принца?»

Но её лицо тут же порозовело, когда Анастасия спокойно ответила:

«Ах нет. Это леди Хейзел подарила. Как вы думаете, мне идёт?»

«… Прошу прощения? Ваше Величество, останьтесь на месте.»

«Да? Что случилось?»

Но прежде чем Анастасия успела услышать объяснение, мадам Рочестер ловко развязала ленту, аккуратно завернула её в белую бумагу и сердито произнесла:

«Ваше Величество! Вы уверены, что понимаете намерения леди Хейзел? А если бы на ней был яд?!»

«Да какой яд, мадам Рочестер… Даже если бы у неё были дурные намерения, она бы не стала действовать настолько примитивно.»

«Я ничего не знаю. Я велю доктору Фолкнеру проверить её!»

«Мадам Рочестер, вы и правда…»

«Вы слишком добры, Ваше Величество, вот в чём проблема! Я никогда не признаю её госпожой дворца Императрицы!»

Она говорила так с самого дня, когда прозвучало пророчество. Анастасия привычно никак не реагировала.

«Оставьте это. Завтра я сама покажу всем, кто настоящая хозяйка этого дворца!»

«Мадам, я тоже помогу!»

«И я! Завтра мы украсим Её Величество так, будто сама богиня Розения сошла на землю!»

Смотря на горящих энтузиазмом служанок, Анастасия поняла, что переубедить их невозможно, и только неловко улыбнулась.

***

На следующий день Анастасия страдала с раннего полудня, горничные дворца Императрицы устроили настоящий бой за идеальный образ.

Платья и украшения, отобранные в течение нескольких дней, появлялись одно за другим, пока не был выбран лучший вариант.

Это было воплощение роскоши.

Её ярко-красное платье с пышной юбкой было создано мастером: тончайшее кружево, вышивка из россыпи бриллиантов и сапфиров, как звёзды на ночном небе.

В этом платье, стоившем, наверное, как небольшая вилла, Анастасия выглядела настолько величественно, что даже те, кто видел её издалека, невольно склоняли голову.

А уж добавив к нему колье, серьги и тиару из красных бриллиантов, восхитительно огранённых круглым бриллиантовым россыпом, она сияла так, что оборачивались все.

«О боже…У Её Величества будто ореол!»

Под люстрой на приёме она будет ослепительной, настолько, что смотреть на неё станет трудно.

«Идеально! Наш труд не пропал даром!»

И правда, служанки были измотаны, но лица их сияли гордостью.

Они прекрасно понимали, как важен сегодняшний результат.

«Луна Империи, Её Величество входит!»

И предсказание сбылось точно.

Сегодняшний приём был первым официальным выходом Анастасии после того, как три года назад выяснилось, что пророчество было ложным.

«Уверена, она выберет что-нибудь скромное и спокойное. Раз уже все знают, что она - ошибка пророчества, ей лучше вести себя осторожно.»

«Хотя…возможно, наоборот, покажет, что всё ещё держится уверенно.»

«Или она придёт слишком нарядной, раз Император не намерен разводиться.»

Люди ждали в напряжении, пытаясь угадать…

Но как только Анастасия вошла, зал ахнул.

«Посмотрите на блеск камней! Просто ослепительно! Если собрать все эти драгоценности вместе, сумма будет огромной!»

«Линия платья потрясающая! Роскошная, но совсем не тяжёлая. Ох, интересно, кто дизайнер?»

«И это колье…Мне нужно узнать у Императрицы, кто его изготовил.»

Все разговоры в миг перешли на её образ, будто они были зачарованы.

Появление новой женщины из пророчества нисколько не уменьшило влияние Анастасии. Как обычно, вокруг неё тут же собрались аристократы.

Но не все, разумеется.

«Ваше Величество, гляньте на леди Марту, она ни на шаг не отходит от леди Хейзел. На прошлом приёме так мило угождала вам, а теперь вот…предательница!»

Анастасия лишь спокойно выслушала раздражённый шёпот мадам Рочестер.

[Раз уж политические круги раскололись, кто-то непременно станет на сторону Эвелин.]

Анастасия взглянула в её сторону, та была окружена ещё большим числом людей.

Платье Эвелин открывало плечи, но спинка была прикрыта, вырез был неглубокий, почти скромный.

«Ох, Ваше Величество…Леди Хейзел идёт к вам.»

Она явно намеревалась поздороваться.

Под вниманием всего зала Эвелин приближалась всё ближе и остановилась перед ней…

«Солнце Империи, Его Величество Император входит!»

Возглас расколол воздух.

Движение в зале замерло.

Все, как один, повернули головы к дверям, ведущим только в покои Королевской семьи.

«…О-ох…»

«Боги…»

Как всегда, Вильгельм появился с величественной осанкой. Те, кто увидел его, невольно выдохнули от неожиданности.

[… Что это такое?]

Анастасия тоже смотрела на него в замешательстве.

Он шёл прямо к ней. Не сворачивая, не оглядываясь, с непоколебимым выражением лица.