Евгения, и без того чувствовавшая себя неловко, от неожиданности резко отдёрнула руку. Поскольку в прошлом владелица этого тела одержимо преследовала наследного принца, теперь ей приходилось тщательно следить за своей репутацией. Но кто этот мужчина? Она запоздало присмотрелась к обладателю голоса и в замешательстве склонила голову набок. Она никогда раньше не видела его в герцогском замке. У него было такое недовольное лицо, словно его взбесило то, что они преградили ему путь, и он с ходу заговорил так дерзко и неформально… Даже Эвклид, хозяин замка, никогда так с ней не разговаривал. Однако в чертах незнакомца было что-то смутно знакомое.

Прищурившись, Евгения всмотрелась внимательнее, и вскоре её лицо вытянулось от осознания.

— Неужели… Глава Магической башни?

— Почему «неужели»? Я не из тех, чьё лицо можно забыть всего за пару месяцев.

Как она и думала, это был он! Значит, тем нетерпеливым гостем, из-за которого так нервничал дворецкий, оказался глава Башни. Вспомнив, что Эвклид ждал с ним встречи, Евгения поспешила заговорить вежливо:

— Ваш стиль сильно изменился с нашей последней встречи.

Неудивительно, что она не узнала его сразу: его потрясающие радужные волосы теперь стали абсолютно чёрными.

— Хм, так... теперь лучше?.. Сразу говорю, я сменил причёску не потому, что меня критиковали!

Ох, ну и хлопот же с ним. Честно говоря, Евгении было глубоко плевать, какую причёску носит этот маг. Но, напомнив себе, что он друг её мужа, она заставила себя приветливо улыбнуться:

— Я просто пошутила. Ваш стиль был великолепен тогда, и он великолепен сейчас.

— Хм.

— И поскольку вы человек не только стильный, но и невероятно умный, надеюсь, вы правильно поймёте ситуацию. Этот джентльмен — первосвященник, и мы находились в самом разгаре очень серьёзного... э-э-э, процесса проверки по его же просьбе, — старательно объясняла Евгения, до смерти боясь, что глава Башни всё неверно истолкует и наговорит Эвклиду лишнего.

Однако вместо того, чтобы отпустить ехидное замечание в духе «Что это за серьёзная проверка такая, для которой нужно держаться за ручки с незнакомым мужчиной?», глава Башни криво усмехнулся, словно услышал отличную шутку.

— Хм, ну конечно. Если бы герцогиня была из тех, кто изменяет, то вы бы прямо сейчас, прямо здесь...

— ?..

— Ой! Посмотрите на меня, я совсем сбился с мысли. Мой единственный друг наверняка меня заждался, а я тут время теряю. Я ухожу, так что не стесняйтесь, продолжайте свою серьёзную проверку или чем вы там занимались! — неловко скомкав фразу, маг резко сменил тему и поспешно зашагал прочь.

Глядя ему вслед, Евгения на мгновение остолбенела, а затем повернулась к Дамиану. Тот хранил гробовое молчание с момента появления мага. Из-за него невинную замужнюю женщину могли скомпрометировать, а он даже не попытался объясниться! Но, несмотря на её возмущённый взгляд, Дамиан неотрывно смотрел туда, где скрылся глава Башни. На лице первосвященника застыл шок.

— Глава Магической башни? Тот самый человек?..

— Да. И по совместительству — друг герцога.

Евгения намеренно сделала акцент на том, что они разыграли двусмысленную сцену перед «другом её мужа», но Дамиан никак не отреагировал. Вместо этого он сурово нахмурился, переводя взгляд с Евгении на окно. Заметив это, Евгения нетерпеливо спросила:

— Ну и? Вы закончили свою проверку? Изменение погоды действительно не связано с силой Богини?

— ...Я не знаю, — в смятении пробормотал Дамиан. — Я не уверен.

Он явственно ощутил благословение, исходящее от иной сущности, нежели Богиня, — сущности, чья аура окутывала душу Евгении и весь Север. В то же время его сердце бешено заколотилось, а по спине пробежал ледяной мороз. С губ сорвался прерывистый вздох. Невероятно, но инстинкты кричали ему: это была та самая сила из исчезнувшего будущего, которая обратила его мир в пепел! И всё же разум отказывался в это верить. Потому что энергия, которую он только что ощутил, казалась даже теплее и нежнее, чем божественная сила, дарованная ему самому. Мысль о том, что эта животворящая сила могла создать тот адский мир, не укладывалась в голове… Более того, от внезапно появившегося главы Башни он тоже уловил энергию — пугающе похожую, но всё же отчётливо иную.

Его мысли путались, он тонул в противоречиях, поэтому безответственно ответил, что не знает. Естественно, такой ответ Евгению не устроил.

— Вы не знаете?

— ...Да.

— И это всё, что вы можете сказать?

Дамиан на мгновение потерял дар речи. Ему было что сказать. По правде говоря, то, о чём он отчаянно хотел спросить, застревало комом в горле. Знала ли она уже о женщине в плаще? Было ли её внезапное появление на Севере связано с тем, что её благодетельница исчезла? Если да, то где она сейчас? В прошлом таймлайне, когда его связь с этой женщиной внезапно оборвалась, Дамиан почувствовал такую пустоту, словно в груди пробили дыру. Если бы он только знал, он бы заговорил с ней хотя бы раз — он так сильно об этом жалел!

Перед тем как войти в храм, он дал своей спасительнице обещание. Возможно, у него был способ помочь. Но он не мог вечно упиваться сожалениями, поэтому убедил себя, что молитвы той женщины были услышаны Богиней, и именно поэтому она перестала приходить в молельню. Дамиан свято верил, что теперь его благодетельница счастлива и больше не плачет.

Вот почему он был так потрясён, когда Евгения (в прошлой жизни) стала шантажировать его жизнью этой женщины. Мысль о том, что его спасительница оказалась в опасности из-за него, сводила Дамиана с ума. Поэтому... он солгал. Он сказал Евгении, что та женщина для него ничего не значит, что, как служитель божества, он давно отрёкся от мирских привязанностей. Он надеялся, что Евгения поверит и отпустит пленницу. В отчаянии он даже пытался саботировать планы самой Евгении. А потом, когда наследный принц бросил Евгению в темницу, Дамиан навестил её и спросил:

— Где она?

— ...Разве вы не говорили, что она не важна? Что это просто кто-то незначительный? — безразлично бросила Евгения, прежде чем тихо усмехнуться. — Эта женщина скоро умрёт. Не беспокойтесь.

— Ты!..

— Такова уж её судьба. Так что, первосвященник, пожалуйста, не вините себя.

Сказав это, Евгения закрыла глаза, словно больше ей нечего было добавить, а Дамиан, вцепившись в железные прутья решётки, закричал от отчаяния.

Тот мучительный момент всё ещё стоял у него перед глазами. Вот почему он не мог разобраться в своих чувствах к нынешней Евгении. Несмотря ни на что, прежде чем мир снова рухнет, он должен был убедиться, что его спасительница в безопасности. Но с тех пор как он прибыл в замок Рудион и встретился с Евгенией лицом к лицу, всё шло наперекосяк. Или, возможно, всё дело было в том, что он столкнулся с присутствием той самой пугающей силы, от одной мысли о которой кровь стыла в жилах.

Его губы словно онемели, он не мог заставить себя заговорить о прошлом. Через мгновение Дамиан молча двинулся по коридору. Евгения сделала шаг следом, чтобы его проводить. Когда смятение в душе первосвященника немного улеглось и он снова смог мыслить рационально, он понял, что хочет встретиться с ней ещё раз и поговорить начистоту.

Чтобы подготовить почву для следующей встречи, Дамиан спросил:

— Когда вы планируете визит в столицу?

— В столицу? — Евгения удивлённо нахмурилась, словно он спросил глупость. — У меня пока нет планов посещать столицу.

— …Правда?

Лицо Дамиана слегка вытянулось, будто он не мог в это поверить. И снова повисло молчание.

Евгения почувствовала лёгкое раздражение. Её бесил Дамиан, который постоянно порывался что-то сказать, но в последний момент замолкал, так и не выразившись ясно. Ей хотелось поскорее вернуться к Эвклиду. Хотелось проверить его самочувствие и убедиться, что он не придал значения тому, как первосвященник назвал её «супругой». Да и глава Башни не давал ей покоя.

«Он, конечно, сказал, что верит, но кто знает?»

Если бы в разговоре всплыла тема денег, найденных в карете, маг мог бы расстроиться и сболтнуть лишнего. Трудно было поверить, что друг герцога может оказаться настолько мелочным, но, узнав об открытии шахты мана-камней, он мог банально позавидовать…

— Я давно хотел спросить, — внезапно прервал её мысли Дамиан. — Лечение герцога — это действительно всё, о чём вы хотели меня попросить?

— …

Дамиан уловил мимолётную вспышку удивления во взгляде Евгении и заговорил более настойчиво:

— О чём бы герцогиня меня ни попросила, я приложу все силы, чтобы помочь.

В этот раз — точно. Даже если на то не было прямой воли Богини. Всё ради того, чтобы обеспечить безопасность той женщины…

В этот момент зрачки Дамиана расширились. Внезапно его накрыло видением: он увидел, как Евгения, слегка вздёрнув подбородок, задумчиво постукивает пальцами по бедру. И рядом с ней в этом видении стоял совершенно другой человек.