«Так, заказать реагенты, отправить кого-то понадежнее за продуктами… Что там еще? Искаженных проверить, чтобы покормили и помыли… И все-таки почему же не хватает реагентов, где просчиталась?»

— Эй, крольчонок!

— Что? — Ни удивленно оторвалась от бумаг.

— У нас тут свадьба, глянь.

Ни обернулась и увидела как девушка в молочно-белом плаще откинула капюшон, открывая изящно заплетенные черные волосы, и адепт в темном опустил обруч ей на лоб.

— Смотри-ка, быстро поладили! — подмигнул Тан и захлопал.

Ни удивленно смотрела на нежно целующихся влюбленных и сжимала посох все крепче. Вдруг картинка расплылась и гнилая капля упала на землю. Ни утерла слезы и отвернулась. «Что это со мной? Расчувствовалась вдруг…»

— Ты такая сентиментальная, — хмыкнул Тан и уткнулся в книги.

— Тоже хочу, — вздохнула Ни.

— Обратить тебя в нежить, чтобы смогла поскорее свадебку справить? — съязвил он.

— Да не за Иста же, — с досадой отмахнулась Ни.

— А за кого, за старейшину? Он о тебе нечасто вспоминает, смотрю. Да и поженитесь, допустим, а дальше что? Последний поцелуй?

— Эй, ты не мог бы помягче! — возмутилась Ни.

— Дай мне искаженных на опыты, и я тебя очищу, нацелуетесь на несколько жизней вперед. Почитал твоих книжек, получше способ нашел, нормально должно получиться.

Ни опустила взгляд. Так хочется закончить работу и к Иркрину! Но будет ли у нее еще шанс очиститься? Иркрин точно не будет использовать зелье. Безумно хотелось согласиться на предложение Тана и излечиться. Всего лишь одна цифра в отчете, одна маленькая жертва безнадежного бедняги — и она сможет целовать Иркрина, сколько захочет. А еще попробовать то, что в книгах! И Тан будет осторожен, ничего сверх необходимого… Но так нельзя, нельзя, нельзя!

— Давай не томи, скоро уже искаженные кончатся. Сколько там по твоим планам чистить осталось?

— Меньше недели, — нехотя отозвалась Ни.

— Крольчонок, сдались они тебе? Вон выпущенные ни на что не годятся, только детей пугать.

— Многие могут почти нормально жить и даже работают, — возразила она.

— Работа у них — закачаешься просто, говно за себе подобными выгребать. Живут полноценно, ага, прямо как ты. Ешь с тонной специй, потом бегаешь животик лечить. Ходишь в повязке, комната вся в защитных заклинаниях. А уж как от тебя гнильцой несет, у-у-у…

— Но они-то почти нормально живут! — возмутилась Ни.

— О, пробуешь кричать? Попробуй еще, у дев такие голоса потешные, — умилился Тан.

— Перестань меня злить. Я упрямая, — вздохнула она.

— Все имеет свою цену.

— Элькрины не продаются, — Ни сжала кулаки.

— Все продается и все покупается. Что ты как маленькая, — пожал плечами Тан.

— Я не торгую элькринами, — она качнула головой. — Ой, что там?!

Ни широко распахнула глаза в ужасе глядя за барьер. На переливчатую границу серебристо-фиолетовой волной нахлынула скверна. На земле появились тонкие серебристые трещинки, и Ни в панике попыталась заткнуть их своей энергией. Но скверна схлынула. Барьер выдержал.

— Жуть какая, — выдохнула Ни и отозвала золотистые искры.

— Кажется, у тебя еще есть время подумать, крольчонок, — Тан похлопал ее по плечу.

Ни смотрела, как все, что еще не догнило за барьером до этого, обратилось ровным серебристым ковром. «Как же хорошо, что зону Изоляции перевели!»

— Мы могли быть там...

— Видишь, твой старейшина думает о тебе, а ты не...

— Вот только не надо, хватит на сегодня! — перебила его Ни.

— Ладно-ладно, уже не к спеху. Сейчас работенки привалит, — Тан похрустел пальцами и принялся что-то подсчитывать на листке.

Трещинки на земле нервировали. «Надо реагентов добавить и еще на слой укрепить, наверное. И снаружи теперь больше скверны, и зона Изоляции нагрузки добавляет…»