Ни скрупулезно выводила руну за руной. Руки дрожали. В голове роились мысли одна хуже другой. Руна Иста на посохе неприятно светилась серебром. Хотелось все бросить и бежать к Иркрину, но что сказать? Что хочет домой и бросает его работать одного? Конечно же нет. Но так страшно!

Наконец кристалл связи на поясе вспыхнул темным светом. Ни судорожно схватила его и увидела усталую улыбку Иркрина.

— Ни, помоги на очистке.

Она хотела спросить, но оглянулась на притихших адептов неподалеку и не стала, лишь молча кивнула.

В топкой серебристой гнили вязли и без того негнущиеся ноги. Искаженные деревья вокруг поскрипывали на ветру, словно насмехаясь. Еще бы. За руну Иста на посохе могли запросто изгнать и даже убить, никто не сказал бы слова против. Ну разве что кроме Иркрина, который, очевидно, снова прикрыл ее. Сколько стояло за невинной просьбой помочь на очистке? И какой вообще смысл? Нужно показать преданность общине и принести пользу? Разве хоть что-то поможет ей с гнилой руной? Хотя формально правила благословение другого Лова и не нарушает, может, обойдется? Хотя кого она обманывает? Это явная причастность к секте. Благословения Гнилого Лова это правило точно не касается.

Ни отогнала неприятное воспоминание о том, как темные адепты попрятались при появлении Иста, бросив ее одну. Ничего, чем быстрее очистят искаженных и построят барьеры, тем скорее вернутся домой с любимым. Ни вспомнила о яде в Иркрине и вздохнула. Может быть, к этому времени она станет еще ядовитее, и лучше не подвергать опасности любимого. Ничего, придумают что-нибудь. Не стоит расстраиваться раньше времени. Для начала лучше разобраться с теми проблемами, что есть сейчас.

Наконец мрачный лес кончился, и показалась заброшенная деревушка у прорыва. Из громадного разлома поднималась сероватая дымка искаженной энергии и стелилась редким туманом вокруг. Толстая изумрудная черта отделяла целое поселение. Ничего себе! Огромная зона Изоляции! Сколько же элькринов исказилось?

Ни подошла ближе, осмотрела полусгнившие домики с провалившейся местами крышей, среди которых бродили безумные искаженные в рванье, и прищурилась. Им же холодно ночью, наверное? Но брезгливость не позволила перейти границу. Грязные, мерзкие, перемазанные в испражнениях… Их точно спасет очистка? Может, гуманнее помочь им найти прорыв?

Темные адепты занимались, судя по всему, не столько работой, сколько чрезвычайно важными разговорами. Видимо, об очистке, ага. Бездельники! Ну и Ловы с ними. Главное, чтобы хоть что-то делали.

Ни подошла к рабочей зоне, остановилась перед границей. Очистка такая гадкая! Неужели снова придется заняться этим? Она протянула посеревшую от яда ладонь и поймала изумрудные искры от заклинания Изоляции. Надо работать. Чем скорее очистят всех, тем скорее вернутся домой.

Она решительно пересекла изумрудную черту и едва не задохнулась от вони. Здесь же нужно чистить! Мало того, что помыться искаженным не помешает, так еще при очистке выходит оскверненная энергия и, разумеется, остается в зоне Изоляции! Где друиды?

Ни единого служителя в изумрудном не видать. Потрясающе. Ни намотала на лицо повязку и незаметно выпустила энергию под ткань. Дышать стало намного легче.

В рабочей зоне выбора, куда идти, было немного: единственный огромный двухэтажный дом в древнем стиле, когда-то принадлежавший, видимо, местной семье богачей, а сейчас оборудованный под пункт для работников, да адепты за столами и просто возле схем заклинаний. Ни прошла в дом, но там оказался лазарет с сестрами Архи, хлопотавшим вокруг очищенных бедняг. Девушки поначалу с любопытством взглянули на нее, но, увидев гнилую руну на посохе, отвернулись и сделали вид, что очень заняты.

— Я на очистку… — робко сказала Ни, тронув сестрицу Архи за плечо.

Девушка вздрогнула и тихо пролепетала:

— Это к старшему.

— А где он?

Сестричка красноречиво пожала плечами, делая вид, что полностью погружена в работу.

Ни вышла из дома и огляделась еще раз. Подходить к гогочущим над несчастным искаженным, которого поджигали, чтобы, кажется, согнать вошек, не хотелось. Моральные уроды.

Другая группка бурно обсуждала что-то за столом. Доносящийся оттуда запах спирта и, кажется, какой-то травы перекрывал вонь от искаженных.

Взгляд выцепил с виду адекватного адепта, одиноко сидевшего с книгой, очищавшего искаженных в схеме перед собой, и Ни осторожно подошла ближе.

— Я на очистку…

— Чисти, — замогильным голосом отозвался служитель и перелистнул страницу.

Ни заметила массивную цепь с запрещенным усиливающим амулетом поверх плаща и похолодела. Кажется, она видела такой в книге из закрытой части библиотеки Кона. Ни с дрожью припомнила, как читала об этом амулете. Для его изготовления изымаются части душ для связи с Ловами и запечатываются чарами внутри. Усиливает канал связи с Ловом, уменьшает отдачу. Безумие. Стало совсем не по себе.

Спрашивать что-либо у этого странного парня расхотелось. Искать старшего в сомнительных компаниях стало еще страшнее.

Сюда что, община Кона отправила самый сброд?

В общем-то зачем ей старший? Работу знает. Ни нашла стул, реагенты, начертила заклинания, брезгливо подтащила ближайшего искаженного мальчонку. Ребенок протянул к ней перепачканные в соплях и гнили руки, и Ни торопливо скрутила его. И попросить помочь некого, раньше хоть адепты Тарна были рядом! Ни вздохнула, но искаженных все-таки по схемам растащила.

Наконец все грязнули были связаны и разложены по своим местам. Ни, прикрываясь плащом, очистилась энергией и села, поддерживая заклинания. Вот бы увидеть Иркрина! Мысли о нем согревали, делая равнодушной к своему положению, отвлекая не только от пережитого, но и даже от побаливающего от гнили и специй желудка. Ничего, те адепты уже лучше чертят барьеры. Может быть, на очистке от нее и больше пользы. Скоро разберутся, и они с Иркрином пойдут домой.

Скоро… Ни посмотрела, сколько искаженных выползло погреться на солнышке, и вздохнула. Ничего, справится. Главное, что в секту, наверное, не утащат. Если уж до сих пор в жертву не принесли, да еще и сегодня Ист приходил и только руну оставил, но никуда не повел, она не так уж нужна им. Или это потому что она «друг»?

Ни не могла злиться на Карна ни за что, хотя пыталась. Он будто не понимал! И какая она ему любимая?! Они теперь даже не друзья! Или он понимал? Хочет, чтобы она столкнулась с несправедливостью и обозлилась на всех? Но ведь понятно, что он просто подставил ее — к обычной девушке не подошел бы Ист благословить посох или «посвататься». «Не хочешь дружить со мной — сделаю так, что никто больше дружить с тобой не будет?» Нет, это слишком по-детски. Он хочет дружить или не хочет? Может быть, поговорить? Но что сказать?

Ни забралась на стул с ногами и обняла колени. Несмотря на правило о невмешательстве, ненароком оброненное «невеста» из уст Гнилого Лова пугало. Вряд ли она со своим хлипким подобием Источника сможет когда-нибудь всерьез противостоять Исту. Даже после всех выпитых укрепляющих зелий.