Дни сменялись ночами, старый заказ новым, одна история Чи другой. Но в последнее время ничего не помогало. Тревога нарастала. Ми раздражало абсолютно все. Где же ты, Гай?

И вот Чи постучала в стену — вести от дежурных, Гай пришел!

Ми подскочила. Пришел! Вернулся! Так, утка на месте, лепешки тоже… Она открыла воду, умылась, пригладила волосы перед зеркалом, примерила одну рубашку, потом другую, снова поправила кудри, надушилась. Вроде все?

Ванна наполнилась, Ми закрыла воду и села рядом. Где же Гай?

Что-то не идет и не идет… Ми уже тарабанила по бортику ванной пальцами так громко, что было слышно, наверное, даже соседке.

Как там учила Чи? Пусть ему будет уютно хотя бы дома? Ох, если он не появится в самое ближайшее время!..

Ну еще немного подождать…

Кажется, уже ванная остыла, надо подогреть. Ми откинула крышку волшебного огня, вслушиваясь в ожидании шагов.

Ну где же он?..

Наконец чуткое ухо уловило едва слышные шаги — точно он! Гай то ли по привычке разведчика, то ли опасаясь перебудить весь барак всегда ступал осторожно. Ми подлетела к двери. Светало.

Гай зашел домой и с усталой улыбкой протянул ей искаженные колокольчики. Он снял у порога грязное, обтер ноги и на цыпочках, стараясь не наследить, отправился в ванную.

Ми растерянно смотрела на цветы, даже забыв поздороваться. Они ужасны: посеревшие, больные, неправильно выросшие, кривые и слабые. Гай старательно запечатал их чарами.

Почему он принес их? В этом был какой-то знак? Может быть, так он намекал ей, что его чувства к ней угасли? Или просто в том месте, где он пропадал, не было других цветов?

Она задумчиво прошла с букетом в руках к ванной, перебирая мысли одну страшней другой. Гай расслабленно лежал, погрузив затылок в воду. Его лицо воплощало собой блаженство.

Ми улыбнулась. Вроде ран нет, только нехорошие язвы. Ничего, заживет. Кажется, Гай вообще не раздевался, не мылся и не осматривал тело, все эти недели провалявшись где-то в гнилой грязи. Его прекрасные волосы безнадежно спутались. Придется обстричь.

Ми отложила цветы и взяла ножницы. Проще обрезать покороче, а потом уже пытаться отмыть. Гай покорно приподнял голову из воды, увлекаемый ее руками.

— Ми, ты знаешь, эти цветы… Все вокруг гниет, а они цветут! В них столько силы!

— Они прекрасны, Гай, — Ми с облегчением рассмеялась, поняв, что надумала лишнего.

— Извини, что долго. Я так рад видеть тебя! Вот только устал жутко… Не обижайся, если внезапно усну. Выторговал у Главы как минимум пару выходных, исправлюсь, — Гай зевнул.

— Язвы плохие совсем. Тебе пары выходных не хватит.

— Да брось! Я живучий. Сейчас промоем, помажем и все пройдет…

— Ты хочешь попасть на прием к сестре? Оскверненная энергия — не шутки!

— Да ладно тебе!..

Гай млел в ее руках, теплой воде и потихоньку засыпал. Кажется, он был согласен на все, лишь бы его оставили наконец-то в покое.

— Эй, потерпи пока подстригу! Не дергайся, а то криво выйдет! Помоешься, потом спать пойдем, ну! — заворчала Ми, сдерживая улыбку.

— Хорошо…

Она достригла и помогла отмыть голову и спину, пока он наскоро оттирал остальное тело. Вода стала настолько грязной, будто бы Гай не мылся лет десять. Ми спустила ванну и ополоснула его еще несколько раз чистой водой. Гай не сопротивлялся и почти не помогал: он засыпал, пристраивая голову на бортик ванны.

Ну что с ним делать!

Ми сама обтерла сонного Гая и заботливо проводила в постель. Тот уснул, кажется, даже не коснувшись подушки. Она с улыбкой покачала головой. Такой милый, когда спит! Хорошо, что он рядом. Она тщательно обработала и перевязала язвы. Плохо, что он их так оставлял. Но Гай и вправду живучий, даже температуры нет. От таких глубоких язв наверняка шрамы останутся. Ми провела пальцами по его груди. Вот от стрелы, вот от глубокого пореза, вот еще, вот от сектантского заклинания, вот от зелья! Ну почему он не носит доспех?

Гай сквозь сон ухватил ее за руку, повалил на себя и обнял. Ну что с ним поделаешь! Так ведь и разбаловать можно! Ми прижалась к нему. Ну ладно, иногда ведь можно… Она и сама в последнее время плохо спала. Постоянно переживала за это чучело: сначала не могла уснуть, потом просыпалась от кошмаров в холодном поту. Но теперь, когда он рядом, стало наконец-то спокойно. Можно нормально поспать… Она поудобнее устроилась прямо на нем и так и уснула, подложив под голову руки.

Утром Ми с удивлением и радостью и впрямь обнаружила Гая по-прежнему под собой: обычно он всегда просыпался и уходил раньше. Она встретилась с ним взглядом.

Гай улыбнулся и погладил ее грубой рукой по спине. Ми затрепетала. Такой теплый, такой родной! Она переползла выше и поцеловала, запустив руки в его мягкие рыжие волосы. Губы горячие и такие сладкие! А эти любимые ласковые руки! Ми сама не заметила, как поцелуи перешли в нечто большее и она, разгоряченная, уже седлала Гая, хитро улыбаясь.

Удовлетворенно лежа рядышком с Гаем, Ми лениво размазывала его семя по животу. Почему он не оставит ей ребенка? Они же в браке. Не хочет обременять ее? Не верит, что она еще не передумала?

— Гай, почему бы нам не завести ребенка?

— Давай отложим до спокойных времен? — удивился он.

— Когда ж они настанут… — вздохнула Ми.

— Ми, дети — это не так просто. Я сейчас мотаюсь из одного проклятого места в другое, как я смогу поддержать тебя?

— Ты считаешь, что я не справлюсь? — взвилась она, сверкая глазами и резко села рядом, расправив плечи и гордо приподняв подбородок от негодования.

Гай рассмеялся и примирительно погладил по бедру:

— Справишься. Просто я тоже хочу заниматься нашими детьми. Давай не будем торопиться?

Ми удивленно посмотрела на него. Выросшая без отца, она плохо представляла себе, зачем нужен мужчина для воспитания детей. Но ведь Гай прав, дети общие.

— Извини, — буркнула она.

— Может быть, мой папаша и слывет беззаботным пьяницей, без всякой меры стругавшим детей, но он всегда занимался нами. Именно благодаря его упорству я выучил хотя бы основы… Ах, как же сейчас жалею, что бегал от уроков!

— И чему ты будешь учить детей? — с улыбкой спросила Ми.

— Ну-у… — Гай призадумался. — Ми, я пока не знаю, но обязательно научусь, чему надо, чтобы перед детьми не было стыдно, — смутился он.

Ми расхохоталась и обняла Гая.

— О Арна!

— Ми, я хочу, чтобы у нас все было хорошо. Может, я не очень умный, но разберусь, обещаю. Сейчас дом построим, переселимся. Секту в новый мир не пропустят — сейчас на выходах досматривают, и в Новом Эрве тоже будут. Мирно заживем. На стройку попрошусь. Буду каждый день домой приходить и учиться.

Ми смеялась и плакала. Как можно быть таким?..

— Ты будешь отличным отцом, Гай.

— Ага. Я люблю тебя, Ми. Пойдем сполоснемся да позавтракаем?

— Я тоже тебя люблю. Пойдем.