— Меня ждали? Тогда почему…

…бросили меня. Последние слова прозвучали совсем тихо, и я сделала вид, что не расслышала.

— Дом большой, правда?

Мальчик удивлённо склонил голову от неожиданной смены темы, но тут же закивал.

— Да, очень.

— Твой будет ещё больше.

Точных размеров резиденции эрцгерцога я не знала, но герцогский особняк она наверняка превосходит.

— Там живёт один высокий человек.

Странно, но после того как я вспомнила прошлую жизнь, лицо эрцгерцога никак не всплывало в памяти. Может, именно поэтому мне и удалось так легко отрезать чувства — хотя Шарлиз, гонявшаяся за ним по пятам, тоже была мной. Ну, хоть это наверняка верно. Главный герой — значит, высокий, куда деваться.

— Поначалу, может, будет страшновато. Но он хороший человек.

В этом я была уверена. Для мальчика он станет по-настоящему хорошим дядей.

— Значит…

Я замолчала на полуслове и чуть наклонила голову.

— Мы прощаемся? Я больше не увижу вас, госпожа Шарль?

Ну да, так и есть. Мне тоже немного жаль, но если я приду тебя навестить — твой дядя в обморок упадёт. Ничего хорошего из нашей дружбы не выйдет.

Сказать это вслух я не успела — из глаз мальчика одна за другой покатились слёзы, потекли по щекам.

Что… что такое.

— Ты плачешь? Почему?

— П-простите.

Саша тёр лицо тыльной стороной ладони, кусал нижнюю губу — никак не мог сдержать слёзы — и в конце концов совсем поник головой. Когда послышалось тихое всхлипывание, мне захотелось залепить себе пощёчину.

— Я не ругаю тебя, — сказала я как можно мягче.

Глядя на то, как маленькие плечи неровно вздрагивают, я почувствовала что-то странное. Где-то глубоко в груди слабо и остро кольнуло. Вот незадача. Я почесала щёку. Пусть я и добросердечнее оригинальной Шарлиз, с людьми я тоже не особо умею.

— Малыш.

Знать имя мальчика сейчас было бы вполне естественно — после разговора с герцогом, от которого я якобы его и узнала. Но я не хотела так. Крохотная фигурка, рядом с которой даже обычный диван казался огромным. Мальчик, чьё плечо, казалось, можно накрыть одной ладонью, — семилетний, но неправдоподобно маленький.

— Саша.

Мальчик, понуро опустивший бледное лицо — видно, роскошь гостиной его угнетала, — вдруг навострил уши.

— Это твоё имя.

Саша поднял голову с растерянным видом — и голубые глаза стремительно наполнились влагой.

Дело было не в том, что я не хотела нарушать сюжет. Если бы хотела — действовала бы как оригинальная Шарлиз. Просто… Я не хотела отнимать этот момент — воспоминание о том, как мальчик впервые услышит своё имя от дяди.

Я что, и правда не могу устоять перед детьми? Судя по тому, что мне хочется крепко обнять эти маленькие плечи — выходит, так. Хотя на одном желании всё и остановилось. Как бы то ни было, я подобрала племянника главного героя и теперь стою на краю сюжета — а скоро снова уеду в герцогские владения.

— Да, госпожа Шарль.

— …«Госпожа» можно убрать.

Мальчик торопливо замотал головой.

— Так нельзя.

Понятно почему — из-за того что я дворянка. Но отчего-то этот ребёнок то и дело тянул к себе моё сердце. Потому что добрый? Тихий? Или потому что жил так же, как я в прошлой жизни? Наверное, всё сразу.

Я медленно опустилась на одно колено. Мальчик от неожиданности подпрыгнул и прикрыл рот обеими руками. Глядя на его растерянно бегающий взгляд и приоткрытый рот — такого от него, всегда такого степенного, я не ожидала, — я невольно засмеялась. Саша широко распахнул глаза и тут же торопливо уставился в пол.

Странно. А, может, дело в том, что у меня лицо злодейки? Может, когда я смеюсь, выгляжу зловеще? Не знаю — мне ведь не доводилось видеть своей улыбки. Надо было завести привычку смотреться в зеркало.

Хм. Поломав голову, я медленно потянулась к нему, чтобы не напугать. Взяла ладонями его щёки — и растерянный взгляд замер на мне. На этот раз я не улыбалась.

— Завтра ты встретишься с семьёй.

— …С семьёй.

— Да, с семьёй.

Саша опустил голову. Мягкое тепло щёк отозвалось в ладонях — я едва успела остановить руки, уже готовые помять их. Опасно. Коротко кашлянула и продолжила:

— Они куда лучше меня.

В прошлой жизни я и без того не любила тяжёлые истории. Поэтому и эта книга была светлой и радостной. Главный герой, помешанный на племяннике, — что и говорить. Главная героиня тоже была доброй и тёплой. Будут жить счастливо.

— Лучше вас?

Услышь это любой столичный аристократ — рефлекторно полез бы прочищать уши. Я кивнула — немного растерянно.

— Конечно.

Кивнула ещё раз, уже увереннее — и мальчик зашевелил губами, мялся-мялся, придавил нижнюю губу маленькими верхними зубами и едва заметно улыбнулся.

— Спасибо, что нашли мне семью.

Эта слабая улыбка была похожа на ту, что он подарил мне перед тем, как ушёл купаться. Тогда от неё что-то сжалось в груди. Сейчас — то же самое. Но почему-то в ней было что-то чуть другое. Я чуть сдвинула брови, пытаясь уловить эту разницу, — и тут:

— И всё же мне кажется, что добрее вас никого нет.

Тихий шёпот, лёгкий как дуновение ветра, скользнул в ухо и защекотал его.

На следующий день, поздним утром.

После сытного завтрака с десертом я вместе с Сашей села в карету.

— Шарль, ты… правда уверена, что всё будет хорошо?

Герцог, отложивший дела ради проводов, спросил дрожащим голосом. Оно и понятно. Светские скандалы по всей столице распространяются нечасто — и Шарлиз Риента умудрилась это сделать. Юная леди, преследующая молодого эрцгерцога с императорской кровью. Эрцгерцог, которому не повезло связаться с богатой и бесстыжей аристократкой и которому теперь приходилось сталкиваться с ней где бы то ни было.

— Не беспокойтесь, я больше не питаю чувств к Его Высочеству.

— Да…

Даже мой твёрдый тон не придал герцогу уверенности.

— И видеться с ним я тоже не буду.

— Да, вот именно, так и надо!

Голос у него был почти умоляющий. Стоявший рядом дворецкий, с самого начала явно порывавшийся что-то сказать, наконец заговорил:

— Госпожа Мелисса считает, что вам лучше не встречаться с Его Высочеством лично. Я с ней согласен.

Госпожа Мелисса — старшая служанка в доме Риента. Проводить меня, как герцог с дворецким, она не могла — дела не позволяли, — зато сама вызвалась помочь мне с утренним туалетом и всё это время без умолку сыпала похвалами в адрес других аристократов: открыто бранить эрцгерцога она, конечно, не решалась.

— Хорошо. Передай ей мою благодарность.

Я опустила занавеску на окне кареты. Их забота была мне приятна — они боялись, что я снова окажусь в центре сплетен из-за эрцгерцога. Но если так пойдёт и дальше, мы не тронемся с места до полудня.

Снаружи донёсся тонкий голос: «Ша, Шарль, ты правда, правда? Обещай мне». Я потянулась к стенке со стороны козел и постучала.

— Трогаем?

— Да, госпожа Шарль.

Саша тихо ответил, и немного погодя карета двинулась. Взяла простую карету, чтобы не привлекать внимания, — и езда соответствующая. Выехав из герцогского особняка на широкую дорогу, при удаче мы должны были добраться до резиденции эрцгерцога меньше чем за час.

— Ой.

Колесо, видно, наскочило на камень — карету тряхнуло. Сидевший напротив мальчик невольно вскрикнул. Испугался, — подумала я и снова отвернулась к окну, но почувствовала, как в щёку упёрся настойчивый взгляд. Покосилась — Саша прикрывал рот обеими ладошками и украдкой следил за мной.

Ой-ой…

— …Хочешь, держи меня за руку?

Сказала — и сразу пожалела. Нехорошо давать обещания, которые не сможешь сдержать.

— М-можно?

Но, глядя на маленькое лицо с такими доверчивыми глазами, я всё равно кивнула.

— Садись рядом, малыш.

Ну и ладно. Главные герои окружат его таким теплом, что он и думать забудет об этой мелочи. А подержать кого-то за руку — это такая простая вещь, что можно сделать её даже для незнакомца.

Лишь бы мальчик поскорее открылся эрцгерцогу или главной героине и был счастлив. Лишь бы щёки округлились, а глаза засветились. Маленькая рука в моей была такой худенькой, что я не решалась сжать её как следует.

— Думаете, это дело рук императора?

Риван нахмурился. Старший советник эрцгерцога, волей обстоятельств возглавивший поиски принца, не находил себе места от беспокойства — и это при том, что дел у него было невпроворот. Поискам шёл уже седьмой день.

— Резиденция официально объявила о розыске и бросила все силы — а результата нет. Не слишком ли медленно?

Мальчиков с подходящей внешностью находили одного за другим — но каждый раз не тот.

— Вряд ли.

Каликс постукивал пальцами по тёмному деревянному столу и усмехнулся.

— Этот трусливый тип как раз хочет, чтобы Сашу нашли поскорее. Если мальчик умрёт — его самого объявят виновным.