— Хорошо.

Его ответ был коротким, словно он едва заставил себя выговорить это слово. Однако в голосе, зазвучавшем следом, от прежней неловкости не осталось и следа.

— Моя спальня очень большая. Там есть лошадка-качалка, а дядя каждый вечер читает мне сказки. А еще по обе стороны есть комнаты, полные игрушек. Риван тоже очень добр ко мне, и еда здесь вкусная. Вчера я ел жареную утку, у нее был такой необычный соус…

К концу фразы его голос начал подозрительно дрожать.

«Насколько же вкусной была эта утка, что у ребенка голос дрожит, стоит о ней вспомнить?»

Как раз наступило время, когда герцогу, экономке и дворецкому требовалось подкрепиться чем-то восстанавливающим силы, и жареная утка казалась идеальным вариантом. С благодарностью за кулинарную подсказку я погладила Сашу по маленькой голове.

— Я рада за тебя.

— Всхлип…

Но эти слова сработали как детонатор: маленькое тельце Саши затряслось от рыданий.

— Саша?

— П-простите меня.

Саша отчаянно тер лицо кулачками, задыхаясь от плача. Я поспешно опустилась на корточки и перехватила его ладошки.

— Что случилось? Расскажи мне.

Мальчик ответил не сразу. Лишь после того, как мы долго просидели так, делясь теплом друг с другом, он выдавил едва слышно:

— …Вас ведь там нет.

— Что?

— Я не могу… видеть госпожу Шарль…

Я в оцепенении смотрела на это маленькое личико, залитое слезами. В оригинале рядом с ним всегда была Ириан, и ребенок никогда так не плакал. В той истории страх перед взрослыми мужчинами оставил в его душе вечный след, и без Ириан он не мог даже поднять глаз на эрцгерцога или его помощника.

Я не берусь судить, какой исход для Саши был бы лучше. Но одно я знала точно: сейчас он страдал от чувств, которых ребенок его возраста знать не должен.

— …Прости меня.

— Нет, что вы! — в панике вскрикнул Саша. — Я… это из-за моих слов вы так говорите…

Я не смогла сдержаться и прижала его к себе. Мальчик, который, казалось, никогда не знал чужих объятий, сначала замер, а затем всем телом прильнул ко мне. Я была лишь рада, что смогла выдержать его вес и не повалиться назад.

— Пожалуйста, не уходите. Разве мы не можем всегда быть вместе?

Его руки, вцепившиеся в меня, были полны того же отчаяния, что и его слова. Я не могла ничего пообещать, поэтому лишь молча поглаживала плачущего ребенка по спине.

В какой-то момент я случайно подняла взгляд и столкнулась глазами с мужчиной, наблюдавшим за нами. Это был Риван Лихт. Он застыл в изумлении, глядя на спину Саши, но, встретившись со мной взглядом, тут же помрачнел. Стоит помнить, что Риван — человек, который ненавидит меня больше всех в доме эрцгерцога. Как ближайший соратник Каликса, он слишком хорошо знал о былых «подвигах» Шарлиз.

«Но почему он просто стоит?»

Я ожидала, что он тут же бросится ко мне, полный настороженности, чтобы забрать ребенка, но его реакция оказалась неожиданной.

— Ой, п-простите, госпожа Шарль.

Даже когда Саша наконец успокоился и, смущенно отстранившись, начал засыпать меня вопросами о моем самочувствии, Риван продолжал просто наблюдать со стороны.

«Господин Саша…»

Риван пребывал в смятении, прокручивая в голове недавний разговор с Каликсом. Сразу после того, как Саша убежал вперед под охраной Рыцаря Черной Ночи, Риван, поколебавшись, обратился к эрцгерцогу:

— Ваше Высочество, могу я спросить, почему вы позволили господину Саше поговорить с леди Риентой?

Риван был настроен скептически. Он не верил, что поступок леди, нашедшей Первого принца, был продиктован чистым бескорыстием. А даже если и так, денежного вознаграждения было бы вполне достаточно. Более того, имей она хоть каплю совести, ей стоило бы извиниться за все прошлые беспокойства и отказаться от награды. Ведь она единственная наследница рода Риента — семьи, с которой даже император считается. Чего ей может не хватать?

— Когда я сказал, что дам ей всё, что она пожелает, леди ответила вот что, — произнес Каликс.

[«Как и другие аристократы, я догадалась, что этот бал — повод официально представить Первого принца. Я подготовила этот подарок к празднику, не могли бы вы передать его ему?»]

Это было неожиданно, но Риван не спешил ослаблять бдительность.

— Слова стоят дешево, Ваше Высочество.

— Хм, — Каликс загадочно улыбнулся. — Лучше выясни, что наговорил Саше тот юнец, и если он нес чепуху, дай ему понять, что больше так поступать не стоит.

— Слушаюсь.

Риван интуитивно понял, что Каликс больше не намерен обсуждать Шарлиз. Поклонившись, он поспешил допросить молодого лорда, а затем нашел Сашу — и увидел эту сцену.

«Похоже, маленький господин и впрямь всем сердцем привязался к леди».

Дети чисты и видят людей насквозь. А Саша, выросший на улице без защиты, обладал еще более острым чутьем. Несмотря на внешнюю кротость, мальчик был крайне недоверчив и никого к себе не подпускал. Но Каликс, который наверняка сначала сам встретился с Шарлиз, чтобы проверить ее, разрешил им увидеться ради ребенка, который втайне тосковал по ней.

Риван верил своему господину. Если отбросить верность, рассудительность эрцгерцога Элуидена не знала равных. И потому помощник на мгновение допустил мысль: возможно, Шарлиз Риента не так уж безнадежна.

Поздний вечер.

Бал, выполнив свою цель, завершился рано. Несмотря на легкое разочарование некоторых гостей, большинство отнеслось к этому с пониманием, учитывая возраст принца. Когда последний гость покинул поместье, дом эрцгерцога погрузился в уютную тишину.

В спальне Саши звучал спокойный голос.

— …И тогда маленький герой поднял свой короткий меч…

Каликс прервал чтение и посмотрел на племянника. Глаза ребенка слипались от усталости.

— Я дочитаю завтра.

— Я хотел сказать кое-что дяде… Госпожа Шарль сказала, что мы увидимся снова, но я забыл спросить, когда она сможет прийти.

— Когда наступит утро, я спрошу об этом леди.

— Правда?

— Да, обещаю.

Саша застенчиво улыбнулся.

— Я так рад…

И, совершенно обессиленный, тут же уснул. Каликс не ушел сразу, а еще долго сидел у его постели. Его холодный взгляд скользнул по кулону, который ребенок настоял надеть, несмотря на сон. Мужчина коснулся подвески пальцами, и мысли, занимавшие его весь вечер, вспыхнули с новой силой.

[«На кулон не наложено никаких заклятий, Ваше Высочество. Маги Башни это подтверждают».]

Лицо леди тогда оставалось бесстрастным. Раньше единственным исключением была гримаса злости или отчаяния, так что теперь ее холодность казалась почти естественной. Но то, как она мельком поглядывала на него, или как загорались ее глаза при вопросе о награде… Было очевидно, что ей что-то от него нужно. В каком-то смысле.

[«Я дам тебе всё, что пожелаешь».]

Он ожидал, что она потребует регулярных встреч под предлогом визитов к Саше, чтобы быть ближе к нему. Но Каликс не стал задавать этот вопрос. Не потому, что боялся подтолкнуть ее к этой мысли. А потому, что она, казалось, даже не рассматривала такой вариант.

[«Просто… я решила покончить с подобным образом жизни. И я подумала, что если не подарю это Первому принцу сейчас, то другого шанса может и не быть».]

Она сморщила нос — жест, столь несвойственный ее обычному каменному лицу. В тот момент Каликс поймал себя на том, что пристально наблюдает за ней. Ощутив это мимолетное чувство диссонанса, он увидел, как Шарлиз недоуменно наклонила голову.

Каликс понимал: вызвать магов для проверки подарка было лишь формальностью. Он знал, что передаст этот дар Саше. Потому что догадывался — ребенок будет так счастлив, что не захочет расставаться с ним ни на миг.

— Мы всего лишь сходили на бал, но почему я чувствую себя так, будто весь день пахала в поле?

Неужели дело в выносливости?

— Надо заняться физической подготовкой.

Пока я согласно кивала своим мыслям, карета остановилась.

— Мы прибыли, миледи.

— Спасибо за службу.

Приняв помощь, чтобы выйти, я уже собиралась по-пластунски заползти в дом, но внезапно обернулась.

— Послушайте, сэр.

— Да, миледи!

Сэр Эванс подпрыгнул на месте от неожиданности. Я даже не удивилась — я уже поняла, что в этом доме все крайне пугливы. На днях кучер тоже чуть не улетел с козел от моего вопроса.

«Может, у их хозяина сердце кролика, вот и слуги такие же?»

Звучало очень логично.

— Я хочу подтянуть физподготовку. Могу я присоединиться к вам на тренировочной площадке?

— …Простите?

— Вы ведь бегаете там кругами по утрам? Можно мне тоже прийти?

— Э-это… если вы того желаете, то, конечно, можно. Но… но! Это будет очень тяжело.

— Если станет совсем невмоготу, я тихонько ускользну.

— К тому же… там ужасно пахнет потом от рыцарей.

«Уж точно не хуже, чем в канализации», — подумала я и лишь пожала плечами.

— Тогда до завтра, сэр.

В спину мне донеслось слабое «Да-а…», больше похожее на блеяние овечки.

И вот, добравшись до входной двери, я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, прежде чем решительно ее распахнуть.

— Ша-а-арль!

Я столкнулась ровно с той ситуацией, которую и предвидела.

…В итоге мне пришлось соврать.

— Миледи, я передала сэру Эвансу, что сегодня вы не сможете прийти на тренировку.

— Угу, спасибо.

Я уныло посмотрела на лицо герцога. Если быть точнее — на лицо человека, лежащего в постели с плотно закрытыми глазами.