Я моргнул и открыл глаза. Что произошло? Этот Илья…

Голова болела. Я приподнялся. Около меня сидел друг и смотрел в небо. Незнакомца, как и его коробок, рядом не было. Илья, что, прошёл «испытание»?

-А, очнулся наконец.

Илья недовольно глянул на меня.

-Я не могу осознать, насколько тебе плохо, но в любой ситуации надо оставаться собой, человеком и идти вперёд, если есть шанс на спасение. Вот что я узнал за сегодня.

-Извини… А где тот...?

-Исчез.

Илья пожал плечами.

-Напоследок он дал подсказку – идти в сердце города. Там, в его самой тёмной части вы встретите следующего экзаменатора.

-А ты знаешь, что это – сердце города?

-Нет. Откуда? Ты в этом мире дольше меня.

Я задумался. Обычно «сердцем» города называли площадь, ратушу или статую. Какое-то строение или произведение искусства.

-Надо бы спросить у горожан.

-Ага.

Я встал, и мы пошли прочь из этой улочки.

С неба всё ещё не ушли тучи. Я почувствовал рукой холодок – снежинка коснулась моей кожи. Рановато для снега… Хотя, кто знает.

На улицах не было никого. Все, кто нам встречался, тут же убегали, увидев, что мы приближаемся к ним.

Прошло полдня. Шёл снег, который таял, как только касался земли. Становилось темно. Мрачных типов вокруг становилось больше, а мы до сих пор не нашли того, кто бы нам помог. И вот, наконец, мы заметили странного мужчину в широкополой шляпе, закрывающей лицо, опирающегося на железные перила моста, построенного через небольшую речушку. Он не выглядел, как бандит, ибо ему просто негде было прятать оружие – на нём не было никакой одежды кроме небольшого плаща.

-Чего вам, детишки?

Прозвучал из-под шляпы весёлый мужской голос.

-Ты не знаешь, где «сердце города»?

-О, так вы к Целительнице?

-Думаю, бессмысленно спрашивать, как вы узнали.

-Это точно. У Эмили всегда одно и то же испытание.

Незнакомец усмехнулся и поднял голову к небу.

-Сегодня идёт снег. Значит, к бедам. Впрочем, в таком мире мы живём. Сердце, говорите? Под это определение может пойти многое. Что для вас – сердце города?

-Ну, площадь или ратуша?

Я пожал плечами.

-Нет, так не пойдёт.

Незнакомец расслаблено облокотился на чугунные перила.

-Что для вас – город?

-Неужели…

Пётр нахмурился.

-Так ты догадался? Второе испытание уже началось.

Я удивлённо посмотрел на Петра.

-Так «испытание» — это просто вопросы и ответы, без смертельных боёв и ловушек?

-А много в жизни смертельных боёв и ловушек? Чаще всего шах и мат тебе ставят в разговоре.

Незнакомец почесал бородку.

-Эмили придерживается реализма. Возможно, ваша жизнь и состоит из сражений, побед и поражений. Но в любом мире, будь то наш, неспокойный и полный внезапных приключений, или ваш – размеренный, в котором нет места подобной чепухе, есть различные мысли, и их выражают словами. Не спрашивайте меня, почему я знаю, что вы с Земли. Обычно победы добиваются психологически. И тогда неважно, победил ли тебя противник физически, ведь ты знаешь, что ты одолел его.

-Это правда.

Я внезапно согласился с незнакомцем. Если вспомнить, то в отчаянии от всесилия Феррира я каждый раз сдавался. А в отчаяние и ужас меня погружали его слова. И только слова моих друзей смогли поддержать в моей душе огонёк жизни. А последние слова Юми и вовсе помогли мне защитить друзей, хотя я знал, что не смогу сделать этого.

-Так что для вас – сердце города?

-Место, где собираются люди и испытывают общие чувства.

-Правильно! Это может быть и площадь, и ратуша, как ты и сказал. Но если бы ты не уточнил, почему это – сердце города, я не принял бы ответ, потому что он был бы неверным. Почему же люди испытывают общие чувства?

-Сложный вопрос…

Илья кивнул мне и вышел вперёд.

-У них есть общая идея. Это может быть праздник, преклонение перед каким-то предметом…

-Не совсем верно. Из прошлого испытания ты понял, что у каждого человека должна быть причина жить. И это – своя причина. Конечно, у них есть общая идея. Но по твоей теории она должна быть настолько сильной, что будет затмевать свою. Иначе, если бы люди приходили на площадь лишь по праздникам, могла бы она считаться «сердцем»?

-Я знаю! Пожалуй, это то, что связывает их вместе, несмотря на разницу в целях жизни. Общие воспоминания, то, что тянет их к этому месту, то, из-за чего им будет жалко, если это место исчезнет.

Я краем глаза заметил странную фигуру в сером плаще, закрывшую лицо, которая пристроилась рядом. Незнакомец не обратил на неё внимания.

-Верно! Ты абсолютно прав. Люди, имея свою цель в жизни, обязаны иметь то, что связывает их с обществом. Иначе такой человек будет изгоем.

-Послушай… А если цель в жизни перекрывает связь с обществом?..

Из-под плаща прозвучал хриплый голос, будто знакомый.

-Такой человек – либо гений, либо глупец.

Наш «экзаменатор» всё ещё игнорировал странного незнакомца, однако ответил на его вопрос.

-Но если эта цель – важнее всего?

-Ты имеешь в виду любовь?

«Экзаменатор» ещё сильнее натянул шляпу на глаза. Его голос стал серьёзным.

-Ага.

Прохрипела фигура в плаще.

-Любовь скоротечна. Конечно, она стоит того, чтобы посвятить ей жизнь. Но какая же это любовь, что она заставляет тебя отстраниться от общества? Наоборот, чем выше любовь, тем сильнее она должна наставлять тебя на верный путь.

-Ясно.

Голос незнакомца прозвучал чисто и незабываемо грустно.

-Значит, такая моя судьба.

Плащ слетел с лица незнакомца, и мои ноги подкосились. Нет, только не он! Только не здесь! Только не сейчас!!!

Феррир закрыл глаза и поднёс руку к лицу. После того, как Эксперимент открыл глаза, я смог заметить, насколько они чистые и глубокие. В них в первый раз почувствовалась душа. Сейчас убийца был похож на несчастного юношу, который не хотел преступать закон, но иначе не мог.

-Значит, такова моя судьба.

Повторил он и выставил вперёд руку.

-Ты, Перерождённый рядом с моим старым знакомым, идём со мной. Клянусь, я не причиню тебе вреда.

-Это он?

Прошептал Илья. Его лицо побледнело.

-Так про меня рассказывали? Приятно удивлён.

-Ты убил его друзей!

-Мне пришлось.

-Да что ты говоришь?!

Я задрожал от ярости. Моё тело обернулось в огненную броню.

-Фер-рир!!! Ты – безжалостный монстр! Убийца! Ты!!! Ты!..

Я, задыхаясь, застыл, желая убить ненавистного врага. Слёзы, казалось, закончившиеся, вновь соскользнули с щёк.

-У меня не было выбора.

-Но ты наслаждался их убийством!

-Тогда я только что родился. Я не помнил, как жил раньше. Знаешь, с каким упоением ребёнок убивает стрекозу, попавшую в его руки? Для меня остальные были не более, чем эти стрекозы. А что изменилось? Я и сейчас запросто убью почти каждого в этом мире. И зачем я говорю с тобой? Пора… бы уже… начать!

Ужасная улыбка родилась на лице Эксперимента.

-Ха… Ха-ха… Ха-ха-ха-ха-ха!!! И правда, я – изгой, что должен покарать этот мир ради Госпожи! А остальное – тлен!!!