Вчера поместье Инь сгорело дотла, а уже сегодня правитель Хуайань женится на новой принцессе. Все понимали, что в этом есть что-то неладное, но, так как Ли Яньчжи их господин, они не имеют права ничего сказать против. Всё, что они могут — это наблюдать за развернувшимся торжеством.

Верхом на лошади ехал Ли Яньчжи в красных свадебных одеяниях. За ним же следовала длинная, оживленная процессия.

Когда они прибыли к воротам, мужчина резво соскочил с лошади, слегка пнул паланкин*, приподняв ткань, и протянул руку, помогая Нянь Хуань'эр покинуть носилки.

*Паланкин — крытые носилки

Бабах!

Внезапно, в чистом небе прогремел раскат грома. Все удивленно подняли головы, рассматривая голубой небосвод.

— В чем дело?

— Что происходит?

Неожиданно перед воротами взлетели сотни черных, хлопающих своими крыльями и безудержно каркающих ворон. Они заслонили собой небо и солнце, погружая все во тьму и пугая людей.

— Вороны?! Это дурное знамение!

— Это плохая примета! Это дух первой принцессы разгневался!

— Господин не должен жениться на новой принцессе! Остановите процессию! Попросите о благословении и прощении первую принцессу! Утешьте умершую!

Не ясно было, кто кричал. То тут, то там раздавались просьбы остановить женитьбу. Люди один за другим падали на колени, не давая процессии пройти через ворота.

— Изменники! Вам мало не покажется! — Нянь Хуань'эр сдернула с головы красную вуаль и, указывая на стоящий на коленях народ, закричала. — Освободите дорогу! Я принцесса Хуайань!

Ли Яньчжи нахмурился и взмахнул рукой. Охранники, стоящие позади, выступили вперед, доставая мечи. Блеснувшая сталь напугала людей, некоторые их которых начали медленно отступать.

— Если еще кто-то осмелится высказать очередной вздор, в тот же миг отправится в путь*

*На тот свет

Один седой старец поднял голову:

— Вчера погибла первая принцесса, сегодня же господин женится на новой. Гром среди чистого неба, стая ворон — это все предостережения, неужели господин не понимает этого?

Холодом сверкнули глаза Ли Яньчжи, а охранники подняли свои мечи.

Брызнула кровь.

— Любого, кто скажет еще что-нибудь против, ждет такая же участь!

Народ, в сердцах которого затаилась обида и злость, встал с колен и напал на охрану. Запах крови стоял повсюду. Вороны, несмотря на появившуюся вонь, отказывались улетать.

Это была ужасная сцена.

Сталь сверкала в глазах Ли Яньчжи. Он самолично убивал людей, вынуждая их успокоиться и в ужасе отступить. Прокляв свое «невезение», Ли Яньчжи приказал тотчас же убрать двор. Счастливая свадьба тут же стала мрачной. Ли Яньчжи и Нянь Хуань'эр уже готовы были войти во двор.

— Господин Хуайань, прошу вас, остановитесь!

Он вновь нахмурился и обернулся, замечая юную служанку.

— Ты еще кто?!

Сянлань почтительно склонила голову и, сложив руки, протянула им деревянную шкатулку.

— Моя госпожа узнала, что у Господина Хуайаня сегодня праздник и попросила преподнести вам подарок.

Правитель Хуайань сильнее нахмурился.

— Твоя госпожа? Кто она?

«Правитель Цзин и Правитель И уже поздравили нас, так кто же это может быть?»

— Отвечая господину скажу, что это принцесса Жуй. Она просила передать, что этот подарок лично от нее, и он не имеет ничего общего с Господином Жуй. Она желает, чтобы Принцесса Хуайаня была счастлива.

Договорив, служанка открыла шкатулку, в которой лежало саше*

*Саше — мешочек с засушенными ароматными травами

Воздух наполнился чудесным, похожим на цветочный, ароматом, соблазняя народ и навеки оставаясь в памяти.

— Подай его сюда, - приказала Нянь Хуань'эр. Ли Яньчжи до сих пор стоял нахмуренный. Он не хотел принимать данный подарок, но раз Нянь Хуань'эр этого желала, он не имел права отказать ей.

Сянлань шагнула вперед, протягивая саше. Нянь Хуань'эр потянулась к подарку, в то время как сузились зрачки Ли Яньчжи, стоило только ему рассмотреть дар поближе. В уголке саше золотой шелковой нитью был аккуратно вышит небольшой, но бросающийся в глаза иероглиф «Лин»*

*Лин – иероглиф, имеющий несколько значений:

1. Благословение, именно под этим значение поняла его Нянь Хуань'эр.

2. Душа умершего.

3. Данный иероглиф есть в имени Инь Цзинлин, это своего рода намек, что она здесь и все видит.

4. Также данный иероглиф есть в имени Се Лин'эр, так что это еще напоминание о том, что подарок преподнесён принцессой Жуй

Внезапно вспомнив вчерашний день и проклятие Инь Цзинлин перед смертью, Ли Яньчжи покрылся испариной и, первым схватив саше, выбросил его. Сянлань поспешно пала ниц. Нянь Хуань'эр наклонилась, поднимая и отряхивая саше, и заметила вышитый на уголке иероглиф. Она подошла к Ли Яньчжи и прошептала ему:

— Не выдумывай ерунду всякую. Принцессу Жуй зовут Се Лин'эр. Не удивляйся тому, что она вышила для нас «благословение».

Ли Яньчжи слегка успокоился, но в его глазах все еще сохранились остатки сомнения к этому подозрительному саше. Нянь Хуань'эр хотела похвастаться даром перед женами чиновников, а потому быстро спрятала его, опасаясь, что Ли Яньчжи прикажет от него избавиться.

— Пойдем, нам нужно совершить поклонение.

Двое наконец-то зашли во двор, и молодая девушка протянула Сянлань руку, помогая ей подняться.

— Молодая госпожа?

— Пойдем отсюда.

Инь Цзинлин смотрела на уходящую и обнимающуюся пару с холодным блеском в глазах. В саше она добавила несколько особых трав. Некоторое время их можно будет спокойно носить, однако вскоре у человека могут начаться галлюцинации, и он сойдет с ума. Нянь Хуань'эр можешь считать это своим первым «подарком».

Прогуливаясь по улице, девушки заметили мужчину средних лет, который прекрасно имитировал разные звуки, стараясь этим заработать себе хотя бы чуть-чуть. Инь Цзинлин слегка улыбнулась, вручая ему слиток серебра.

— Господин довольно хорошо имитирует различные звуки. Это будет вашей платой. Однажды я приглашу вас в свой дом, где вы сможете еще раз показать свой талант.

Мужчина принял слиток, прижимая его к себе и повторяя:

— Все, что только пожелайте. Все, что только пожелайте.

Карета, которая спокойно ехала до этого, со скрипом остановилась посреди дороги, не давая Инь Цзинлин возможности уйти. Изящная рука приподняла полог кареты, открывая вид на черные омуты глаз Ли Цзюньянь.

— Я, кажется, запретил тебе покидать территорию Цинсинь.

— Господин велел, больше не беспокоить его. Эти я как раз и занимаюсь.

Ли Цзюньянь, видимо, торопился, раз не стал тратить время на пустые разговоры. Фыркнув и опустив полог, он с некой тоской сказал возничему:

— В резиденцию Инь.

Получив приказ, конюх повел лошадь в сторону.

«Зачем ему в резиденцию Инь? К тому же, мне показалось, или он действительно огорчен из-за нашей смерти*?»

*Она говорит, что свою семью Инь

Насколько Инь Цзинлин помнит, они ни разу не виделись до ее перерождения. Она не понимала ничего. Сянлань в панике спросила:

— Молодая госпожа, может нам стоит вернуться? Инь Цзинлин вздохнула:

— Хорошо. Свадьба прошла, подарок вручен, больше ей нет смысла здесь находиться. Служанка, с облегчение выдохнув, повела Инь Цзинлин в сторону поместья. Всю дорогу девушка видела, что Сянлань хотела что-то сказать, но все время закрывала рот. И только дойдя до поместья, Инь Цзинлин поинтересовалась

— Что ты хочешь?

Говори, Сянлань больше не сдерживаясь тут же спросила:

— Я ни разу не слышала о том, что госпожа умеет делать благовония, да еще и с таким приятным ароматом. Где вы этому научились?

Глаза Инь Цзинлин тут же стали пустыми, но она быстро пришла в себя.

— Это довольно легко. Кто бы мог подумать, что у меня все получится с первого раза.

Сянлань тут же воодушевилась:

— Раз это понравилось принцессе Хуайаня, то и женам чиновников тоже! Если вы начнете продавать это, то вскоре сможете заработать много серебра. Ведь так?

Ее идея заинтересовала Инь Цзинлин.

Глубоко ночью вернулся Ли Цзюньянь. Он, убрав руки за спину, смотрел на Инь Цзинлин.

— Вчера ночью ты кричала имя Ли Яньчжи, сегодня ездила поздравлять его со свадьбой, да еще и преподнесла ему сделанное собственными руками саше. Ответь, что ты на самом деле вручила ему?

Инь Цзинлин усмехнулась:

— Яд.