Полчаса спустя.

В каменном лесу одна за другой возвышались массивные каменные колонны. Каждая из них была такой толстой, что потребовались бы руки трёх человек, чтобы её обхватить. Они вздымались к небу с заострёнными верхушками, напоминая гигантские обветренные костяные шипы. Почти за каждой из этих колонн с северной стороны скрывался человек.

По словам Тяньсы Дугвана, группа Чжао Мао двигалась с юга, а это место было лучшей позицией для засады.

Немного в стороне, среди высокой травы, находился глубокий провал — темная дыра. Она была настолько чёрной, словно пятно абсолютной тьмы, куда не проникал даже солнечный свет.

Линь Юань хотел успеть замаскировать эту яму до прихода Чжао Мао, превратив её в ловушку, но отверстие было слишком большим, и он никак не мог найти, чем его прикрыть. Пришлось оставить всё как есть.

Стоило Чжао Мао подойти достаточно близко, и он бы её заметил.

И потому стратегия у них была только одна: как только Чжао Мао и его люди войдут в каменный лес, Линь Юань должен будет незаметно использовать “Безграничное сознание” и заставить всех прыгнуть в яму.

Это было серьёзным испытанием для Линь Юаня. Если он не сможет быстро взять под контроль разум Чжао Мао, и тот первым воспользуется «Безграничным созданием», ситуация станет крайне опасной.

Но, как и сказал Тяньсы Дугван, эту технику в любом случае придётся осваивать в реальном бою.

Вокруг царила пугающая тишина.

Бао’эр и Цзинь’эр постояли немного, затем снова попытались поиграть в догонялки, но Юй Жун тут же их поймала. Она рассеянно достала немного еды, чтобы их отвлечь, и тихо прошептала:

— Господин Ан, господин Ан…

Ан Тао, скрывавшийся за соседней колонной, отозвался:

— Что такое?

— Та мелодия, которую вы играли недавно, как она называется? Я… я хоть и часто её пою, но не знаю, что означают слова.

— Это для тебя так важно?

Юй Жун кивнула:

— Важно. У меня осталось лишь одно последнее желание — умереть с пониманием.

Рука Лу Жана, опущенная вдоль тела, незаметно сжалась в кулак.

Ан Тао чуть улыбнулся и объяснил:

— Это песня, которую поют в пустыне, но она не на языке Хэси, а на языке Семи Светил.

— На языке Семи Светил? — Юй Жун была удивлена. Она потрогала свою приплюснутую голову, убеждаясь, что принадлежит к народу Хэси.

— У тебя немного искажённое произношение. Скорее всего, ты только начала изучать этот язык. Или же Минь Пинань слышал, как ты поёшь, но не запомнил точно, и потому в его сне мелодия исказилась.

Но для девушки из Хэси было странно учить язык Семи Светил. Научить её этому языку могли только торговцы, заходившие к ней за удовольствиями. Что побудило её учить этот язык? Что было у неё на сердце?

Ан Тао продолжил с улыбкой:

— На языке Семи Светил “энь-вэй” означает “собирать”, “энь-са” — “звёзды”. “Фа-жу” значит “улететь”, а “А-ран-вэй-цзе” — это ”святая земля”, то есть священная родина народа Семи Светил. Песня называется “Собиратели звёзд”, это песня странников.

— Собрать звёзды, улететь к святой земле… — Юй Жун задумчиво повторила эти слова, словно вкусив их новый смысл.

После короткой паузы Лу Жан заговорил, понизив голос почти до шёпота:

— Ан Тао, я тоже кое-что не могу понять. Можешь ответить?

С другой стороны между Линь Юанем и Ляо Юньцзюэ раздался голос Тяньсы:

— Обстановка изменилась, с востока приближается монстр. Прячьтесь.

Линь Юань уловил вдалеке звук лошадиных копыт. В кошмарах чаще встречаются хищные звери, а вот бояться лошадей — это что-то новое.

— Лошадь? Может, мы можем сразиться с ней…

— Немедленно прячьтесь! — перебил его Тяньсы. — Ни в коем случае не попадитесь ему на глаза!

Издалека донёсся крик, будто кто-то подгонял лошадь:

— Но-о!

Копыта забарабанили быстрее и начали стремительно приближаться.

Ляо Юньцзюэ дал знак остальным:

«Повернитесь и спрячьтесь с западной стороны!»

К счастью, каждый уже нашёл себе место за одной из каменных колонн, так что теперь оставалось только обойти её на другую сторону. Все начали осторожно двигаться, но некоторые не смогли сдержать любопытства и оглянулись назад, чтобы посмотреть на приближающегося монстра.

То, что они увидели, заставило их почувствовать, как все внутри скручивается в узел.

Чудовище оказалось не таким большим, как они ожидали. После недавней встречи с гигантской сороконожкой этот монстр выглядел не столь внушительно. В тусклом свете существо походило на лошадь: четыре ноги с копытами, но грудная клетка заканчивалась без шеи. На её месте возвышалась огромная голова, размером почти с само тело. Очертания были настолько искажёнными и размытыми, что казалось, будто края головы таяли в воздухе, постоянно меняясь.

Назвать этот отвратительный нарост «головой» можно было лишь с натяжкой. Он был поднят вверх, рот широко раскрыт в беззвучном крике, словно чудовище вопило ввысь. Единственный издаваемый звук напоминал человеческий:

— Но-о!

Эта странность казалась чем-то за пределами обычных кошмаров, как будто человеческое сознание было недостаточно изощрённым, чтобы породить такой сон.

По коже Лу Жана пробежали мурашки. Спрятавшись в тени, он прошептал:

— В Шань Хай Цзине* упоминается существо “Бэйма” — лошадь, чьи крики похожи на человеческие… но не помню, чтобы её голова была такой…

В этот момент раздался испуганный крик Чу Яогуан:

— А-а-а!

Все резко повернули головы и увидели, что по какой-то причине она ошиблась и повернула не в ту сторону, оказавшись с восточной стороны колонны, а не с западной. Так она не спряталась, а оказалась лицом к лицу с чудовищем и закричала от ужаса.

Не успел никто отреагировать, как существо, похожее на Бэйма, раскрыло свою гигантскую пасть и выпустило змею. Длинная змея бросилась на Чу Яогуан, и та, крича, бросилась бежать:

— Старший брат! Спаси меня!

Лу Жан замер, холодея от ужаса, поднял ногу, но не мог решить, сделать ли шаг. Внезапно его осенило, и он резко повернул голову, чтобы ещё раз посмотреть на Чу Яогуан.

И тут он увидел… другую Чу Яогуан, которая спокойно стояла в тени. Её большие миндалевидные глаза сердито смотрели на него.

Оказалось, что та, которая повернула не туда, была поддельной Чу Яогуан. В этой версии идеальной слабой младшей сестры, созданной фантазией Лу Жана, она не могла различить стороны света.

Лу Жан:

— …

Взгляд настоящей Чу Яогуан потемнел, её глаза сверкнули гневом.

Бэйма продолжал выпускать змей, которые, извиваясь, перекрыли все пути для бегства поддельной Чу Яогуан. Рука Ли Сы дёрнулась, будто он хотел броситься на помощь, но Линь Юань яростно махал ему, жестами прося не вмешиваться.

У поддельной Чу Яогуан не осталось выхода. Она металась из стороны в сторону, пока одна из змей не вцепилась ей в руку.

Почти в следующий миг она рухнула на землю и застыла, больше не двигаясь.

Наступила мёртвая тишина.

Змеи тоже попадали на землю. Они больше не атаковали и лениво расползлись в разные стороны.

— Что это было… — Линь Юань беззвучно шевелил губами. В его памяти всплыла фреска, которую они видели ранее, где в самом центре всех чудовищ была изображена та странная лошадь.

«Что за безумец мог представить себе подобное?»

— Это существо — сильнейший обитатель этого места, — произнёс Тяньсы Дугван. — Его нельзя ранить. Любое прикосновение к его телу означает мгновенную смерть.

— Почему?

— В мире снов не бывает «почему». Запомните одно: ни при каких обстоятельствах нельзя позволить ему увидеть вас.

Поддельная Чу Яогуан лежала на земле с открытыми глазами. Никто не шевелился. Каждый боялся сделать хоть малейшее движение. Несмотря на то что все знали, что это была не настоящая Чу Яогуан, смотреть на её лицо всё равно было жутко.

Линь Юань сглотнул, закрыл глаза и прошептал:

— Младшая сестра Чу, покойся с миром.

Чу Яогуан:

— ?

Послышался стук копыт.

Та странная лошадь медленно шла сквозь каменный лес, направляясь к телу.

Все невольно затаили дыхание и начали осторожно обходить каменные колонны, стараясь не попасться существу на глаза. Хотя, честно говоря, никто даже не знал, где у него эти глаза.

В мёртвой тишине каменного леса они следили за каждым движением лошади.

Бэйма медленно подошел к телу поддельной Чу Яогуан. Его длинные конечности согнулись, и массивная голова опустилась, чтобы одним движением проглотить тело. Глухие чавкающие звуки эхом разнеслись по каменному лесу.

Лицо Чу Яогуан стало бледным, казалось, её вот-вот стошнит.

Напряжение и без того было невыносимым, но как будто этого было мало, у Ли Сы и Ли Шии одновременно дёрнулись уши.

Они синхронно повернули головы. Похоже, эта заминка позволила Чжао Мао наконец подойти с Юга. За ним следовала группа убийц.

Но они уже успели укрыться кое-как, причём некоторые прятались прямо с южной стороны колонн. Когда Чжао Мао приблизится, он сразу их заметит.

Впереди — смертельно опасная лошадь. Позади — убийцы из Зала восьми страданий.

Что же делать? Как поступить?

Ляо Юньцзюэ не колебался: он поднял руку и подал знак всем оставаться на месте.

Тяньсы ясно сказал, что в бою с Чжао Мао у них мало шансов на победу, но в бою с Бэйма они обречены на смерть. Выбор очевиден.

Линь Юань чувствовал, как от напряжения у него сдавило горло. В момент отчаяния в сердце Линь Юаня промелькнула крохотная искра надежды: что, если убийцы сейчас рванут вперёд и Бэйма убьёт их одним ударом?

Чжао Мао не оставил им даже этой крошечной надежды. Как только он увидел Бэйма, он сразу остановился, словно уже знал его силу, и осторожно огляделся вокруг.

С этого расстояния он заметил людей, что прятались за колоннами, и его широкое лицо перекосилось от гнева.

Чжао Мао потерялся в горах Байшань, когда отстал от Чжао Иня. После этого он потерял немало людей в сражениях с армией Чжоу, и в итоге попал в этот тайный мир. Сложно сказать, было это удачей или неудачей, но они оказались совсем недалеко от агара. Однако, за все время им не встретилось ни одного местного “человека”, зато повсюду попадались бесчисленные демоны, призраки и монстры.

Последние два дня они сражались без перерыва, но даже во сне продолжали появляться новые чудовища. Вчера они как раз столкнулись с этим Бэйма, и теперь у Чжао Мао осталось всего двадцать человек.

Он не знал, где находится следующий компонент благовония Ши Юй, и не имел ни малейшего понятия, как отсюда выбраться. Он уже почти потерял надежду. Но небеса, похоже, сжалились над ним и послали желанную добычу прямо в руки.

Ляо Юньцзюэ!

Чжао Мао смотрел на Ляо Юньцзюэ с жадностью, словно не мог дождаться момента, когда схватит его и вернётся в Зал восьми страданий, чтобы лично передать Ти Ши.

Но ситуация была непростой.

Ляо Юньцзюэ стоял всего в нескольких шагах от Бэйма. Одно неверное движение или звук — и он труп.

Выражение лица Чжао Мао несколько раз менялось, словно он пытался себя сдержать. Повернувшись к своим подчинённым, карлик сделал жест рукой, который означал:

«Не лезьте. Ляо Юньцзюэ нужен живым!»

Убийцы даже благоразумно отступили на два шага назад, спокойно ожидая, пока Бэйма поест.

В это время Чжао Мао медленно сунул руку за пазуху и вытащил небольшой флакон с жидкостью, запах которой Линь Юань учуял даже на расстоянии — гнилостный, зловонный, с оттенком ядовито-зелёного.

Линь Юань мысленно готов был разорвать белые одежды Тяньсы на тысячу лоскутов. Он стиснул зубы и беззвучно зашевелил губами:

— Что теперь делать?

Задумка с внезапной атакой провалилась. Чжао Мао вот-вот собирался использовать «Безграничное сознание», причём куда более умело, чем Линь Юань.

— Не дай ему выпить божественную кровь.

— …Гениально, почему я сам до этого не додумался? — с сарказмом отозвался Линь Юань. — Может, тогда ты займёшься этим?

— Не могу, у Анутары сейчас важный момент, нужно посмотреть, что там, — ответил Тяньсы.

Линь Юань потемнело перед глазами:

— Тяньсы Дугван! Если мы погибнем, тебе ведь это тоже будет невыгодно!

— Не волнуйся, прояви немного смекалки, и всё будет в порядке.

С момента их прибытия в Хэси Тяньсы, похоже, намеренно сталкивал их с Залом восьми страданий и совсем не беспокоился о последствиях.

«Откуда у Него такая уверенность?»

Сейчас в голове Линь Юаня не было ни одной идеи. Где эта смекалка?

Бэйма доел, поднял свою огромную голову, снова издав человеческий крик “Но-о!” и двинулся прочь.

Когда существо ушло достаточно далеко, Чжао Мао вытащил пробку из бутылки и поднёс флакон с божественной кровью к губам. И вот, в тот самый момент, когда Чжао Мао хотел выпить содержимое, позади раздался знакомый голос:

— Ого, кого я вижу! Это же сам глава Чжао Мао! — тон был на удивление радостным.

Рука Чжао Мао замерла в воздухе. До этого момента его внимание было сосредоточено только на Ляо Юньцзюэ, и лишь теперь он заметил фигуру рядом с ним.

— Ли Сы? — Чжао Мао удивился, но тут же его лицо растянулось в злобной ухмылке, полной ненависти и жажды крови. — Ты и Ли Ши-и осмелились предать Зал восьми страданий. Вы давно лишились своих “красных пилюль”, так почему вы всё ещё живы?

Линь Юань усмехнулся:

— Скажи, это ли не чудо? Я столько лет держался на том противоядии, а как только перестал его принимать, оказалось, что у меня изначально святое тело, которому не страшен ни один яд.

Что это за бред?

Чжао Мао прищурился, а затем, видимо, осознал что-то:

— Невозможно. Вы все должны были умереть давным-давно, вы лишь порождения сна, а смеете ещё притворяться, будто можете вмешиваться. Жалкие ничтожества!

Сказав это, он расхохотался, запрокинув голову, его тело, круглое и неуклюжее, покачивалось, как неваляшка. Если бы ситуация не была столь напряжённой, это выглядело бы почти комично. Убийцы из его отряда, стоящие за спиной, тоже засмеялись, но их тела оставались настороженно напряженными.

Линь Юань тянул время, но и Чжао Мао не спешил. «Безграничное сознание» можно было поддерживать лишь ограниченное время, и даже ему было не под силу контролировать всех бесконечно долго. Важная миссия требовала точного расчёта, и он должен был быть абсолютно уверен в успехе перед тем, как действовать.

Линь Юань с прежней улыбкой сказал:

— Ого, какой ты проницательный. Но тогда тебе крышка, потому что в этом сне мой даньтянь в полном порядке.

Смех Чжао Мао стал чуть менее уверенным.

— И ещё, — Линь Юань сделал шаг в сторону, чтобы Чжао Мао мог увидеть Ли Сы и поддельного Линь Юаня, — здесь три меня.

В этот момент поддельный Линь Юань презрительно усмехнулся. Линь Юань был уверен, что тот ничего не понял, просто считал необходимым демонстрировать свое презрение ко всему вокруг время от времени.

Ли Сы немного замешкался и тоже издал короткий смешок.

Чжао Мао:

— …

Кто же этот сумасшедший, что так одержим Ли Сы и видит такие абсурдные сны?

____________

прим.пер.:

Бэйма (孛马) — это мифическое существо, упоминаемое в Шань Хай Цзине («Каталог гор и морей»), древнекитайском тексте, который описывает различные фантастические существа, места и явления. В переводе “Бэйма” можно интерпретировать как “звёздная лошадь” или “кометная лошадь”. Существо описывается как странное животное, похожее на лошадь, но с необычными характеристиками. Особенностью “Бэйма” является то, что оно издаёт звуки, похожие на человеческий голос.