Ляо Юньцзюэ спокойно наблюдал за всеми и через некоторое время заговорил:

— Давайте я проясню ситуацию.

После ночного отдыха он, казалось, восстановился, и его ясный взгляд скользнул по Юй Жун и другим местным жителям.

— Во-первых, все эти люди — порождения снов. Их образы, вероятно, возникли из мыслей сновидца.

— Вот почему они у кого-то расплывчатые, а у кого-то чёткие? — Линь Юань кивал, соглашаясь. — Да-да, младший брат Лу в целом помнит, как мы выглядим, поэтому образы получились довольно точными. А я не могу забыть, как выглядит мой брат-близнец, поэтому Ли Сы выглядит максимально реалистично.

Что касается этих местных жителей с едва различимыми чертами лица, возможно, они давно не виделись с сновидцем или не были с ним в близких отношениях, поэтому их образы лишь смутно проявились в хаотичном сне, но были затянуты в реальность силой агара.

— Во-вторых, эти пейзажи — тоже сцены из сновидений, — сказал Ляо Юньцзюэ.

С тех пор как они вошли в горы Байшань, пейзажи менялись бесконечно, как узоры в буддийских пещерах: беспорядочные и нескончаемые, они резко превращались во что-то иное. Оказалось, что это всего лишь слои старых снов, наложенные друг на друга.

Лу Жан внезапно осознал:

— Вот почему здесь ничего не пахнет…

Ведь людям сложно ощутить запахи во сне.

— Нет, везде пахнет агаром, — поправил его Линь Юань.

— Правда?

— Самую-самую малость, — Линь Юань потер кончик носа. — Эти травы и деревья пахли агаром, но, оказалось, они все фальшивые.

Он вспомнил, как Тяньсы сказал, что сила Дао здесь нестабильна. Возможно, эти растения не содержат настоящей силы Дао.

Несколько человек спокойно приняли это объяснение. Они были теми, кто прошел через страну Священного Дерева, и уже заранее знали об удивительных свойствах благовония Ши Юй.

Чу Яогуан мельком взглянула на Ан Тао. У него на лице действительно читался шок, но не такой сильный, как можно было ожидать. Он даже быстро пробормотал:

— А кто-нибудь здесь видел сон о деньгах?

— В-третьих, Лу Жан, почему ты здесь?

Лу Жан:

— …

Он уже начал бояться этого вопроса, но под пристальными взглядами остальных был вынужден снова пересказать свою историю.

Их реакция была совсем не такой, как он ожидал. Линь Юань не стал его высмеивать, а Ляо Юньцзюэ не проявил безразличия — оба внимательно и серьёзно слушали каждое его слово. Лу Жан вдруг почувствовал, что его слова никогда не имели такого веса, как сейчас.

Он говорил, пока не дошёл до событий прошлой ночи, и внезапно замолк. Он не хотел, чтобы они узнали об этом позоре.

Когда он закончил, Линь Юань спросил:

— Ты уверен, что не заходил в Буддийскую пещеру?

— А? Буддийская пещера? — Лу Жан задумался. — Тогда все было в сплошном хаосе, но я точно не заходил в пещеры.

— О, значит, у этого проклятого места есть ещё входы, кроме пещер. Тогда солдатам Чжоу и убийцам Зала восьми страданий попасть сюда ещё легче. Блуждая по горам, они могут случайно наткнуться на вход. И как только они поймут, что происходит… — Линь Юань посмотрел на Ляо Юньцзюэ.

Ляо Юньцзюэ кивнул:

— Они тоже отправятся искать агар. Мы должны опередить их. Итак, последний вопрос — где искать агар в этом огромном месте?

Линь Юань тут же обратился к испуганным местным жителям:

— Скажите, вы знаете, где можно найти агаровое дерево?

Местные жители тупо уставились на него, явно не поняв, о чём идёт речь.

— Тогда задам другой вопрос: вы знаете, где можно почувствовать какой-нибудь запах? — Линь Юань предположил, что, если они приблизятся к месту, где находится агар, его едва уловимый аромат станет сильнее, и, возможно, даже местные смогут его почувствовать.

Как только он закончил говорить, лица нескольких местных жителей сразу же изменились. Те, у кого были глаза, быстро взглянули в определенном направлении и так же быстро отвели взгляд.

— Нельзя туда идти! — пронзительно крикнул один из местных.

Лу Жан замер, сразу вспомнив поведение Юй Жун прошлой ночью.

— Почему? — спросил Линь Юань.

— Там что-то очень страшное… очень страшное…

Их изуродованные лица исказились от страха.

— Страшное? — Ляо Юньцзюэ задумчиво произнёс. — Вероятно, это создания, порождённые кошмаром.

— Тогда придётся пройти через это. Ну что, идём? — Линь Юань уже собрался двинуться в путь.

— Старший брат Линь, ты знаешь, куда идти? — спросила Чу Яогуан.

— Да, я запомнил: они смотрели на северо-запад.

Местные жители тупо наблюдали, как они направляются к одной из развилок, и вдруг дружно вытянули руки, чтобы их остановить.

— Ого, какие заботливые, — удивился Линь Юань. — Даже если мы сами хотим отправиться на смерть, вы не позволите?

— Нельзя идти, нельзя идти! — каждая морщинка на лицах местных жителей от страха опустилась вниз, делая их ещё более уродливыми и жуткими. Эти трусливые, словно мыши, существа внезапно проявили агрессию и начали толкать их к черной яме.

Чу Яогуан не успела среагировать, её толкнули, и она попятилась на несколько шагов, испуганно вскрикнув. Кто-то из страны Священного Дерева бросился вперёд и повалил одного из местных, казалось, что вот-вот начнётся новая схватка.

— Идите за мной, сюда! — в панике закричала Юй Жун.

Люди последовали за ней в другой боковой проход, но местные гнались за ними следом. Ли Ши-и прикрывала отступление и готовилась нанести смертельный удар, но Ли Сы уже ворвался в толпу, действуя стремительно, как ветер, и оглушил их ударами по затылку.

Ли Ши-и отвела взгляд, молча развернулась и ушла.

Юй Жун вывела всех из пещеры, но на её лице тоже появилась тень беспокойства:

— Вам не следует идти на северо-запад. Это запретное место…

Лу Жан вдруг придумал план:

— Юй Жун, ты говорила, что не знаешь, как отблагодарить за спасение. Проводишь нас немного? Если станет опасно, сразу вернешься. К тому же, у них есть деньги, чтобы заплатить тебе, ты ведь хочешь собрать сто десять лян, верно?

Линь Юань:

— …

Они бежали из Хэси в спешке и не взяли с собой никаких вещей. Все оставшиеся деньги пришлось отдать Ан Тао. Линь Юань бросил взгляд на Ан Тао, и тот тут же крепко прижал к себе свой кошелек.

К счастью, Юй Жун этого не заметила. Она немного поколебалась и наконец тихо сказала:

— Тогда… путь ещё долгий. Сначала я помогу вам запастись едой и водой.

За пределами пещеры уже начинался рассвет. Все последовали за Юй Жун вдоль реки, нырнули в белый туман и оказались на улицах города.

После того как они осознали, что всё вокруг — сон, они перестали запоминать дорогу, ведь сны не подчиняются никакой логике.

Местные жители, казалось, делились на разные уровни. У большинства лица были размытыми и искорёженными, а их действия лишены смысла, они просто бродили туда-сюда. Но были и другие, чья внешность была более чёткой, а сознание — более полным.

После вчерашнего хаоса местные жители начали косо поглядывать на незнакомцев. Юй Жун почувствовала враждебность толпы. Она опустила голову, крепче сжала руку ребёнка и ускорила шаг.

Лу Жан внезапно воскликнул:

— Юй Жун, что у тебя с шеей?

— Что?

Другие тоже заметили: на её изящной шее появились синяки и следы крови, тянувшиеся вниз, под воротник. Но ведь она не участвовала в сражении, так откуда взялись эти раны?

Юй Жун подняла руку, потрогала шею и небрежно сказала:

— Ничего страшного. Эти раны появляются каждое утро и через несколько часов сами исчезают.

Лу Жан был поражён:

— Сами появляются и исчезают?

— Да… Я и сама не знаю почему, но, так было всегда.

Только тогда Лу Жан осознал, что Юй Жун — это не настоящая Юй Жун, а всего лишь тень из чьей-то памяти.

Они поспешно вошли в трактир, в котором были вчера. Трактир снова был пуст, и только те танцовщицы продолжали безразлично кружиться в танце. Они тоже были тенями. Все тени были сплющены в трещине между сном и реальностью, подобно высушенным лепесткам цветов. Та мелодия по-прежнему звучала неясно, а еда на кухне по-прежнему имела искажённый вкус.

Линь Юань взял немного сухого пайка и фруктов, спросив:

— Эта еда появляется снова и снова?

— Да, — ответила Юй Жун. — Потому что повар ещё жив.

— Повар? — Линь Юань задумался, в его глазах мелькнула догадка. — Ты имеешь в виду того, кто видит сон?

Юй Жун осторожно провела его мимо горы грязной посуды и указала на фигуру, спящую в углу кухни:

— Повар.

Этот человек был уже очень стар, его толстый живот трясся в такт дыханию. Но он, без сомнения, был настоящим живым человеком.

Линь Юань подошёл и слегка толкнул его:

— Эй, дружище.

Тот с трудом перевернулся, всё ещё сжимая в руке наполовину обгрызенную куриную ножку.

— Бесполезно, его не разбудить, — сказала Юй Жун. — Когда он только пришёл сюда, он был худым, как скелет. Но стоило ему заснуть, как начинала появляться еда. И он в полусне ел, ел и ел, пока не стал таким.

Линь Юань обернулся к ней, не зная, сколько она понимает:

— А когда этот повар умрёт, где вы будете искать еду?

— У нас есть и другие повара, — ответила Юй Жун. — Но другой повар умеет создавать только сухие лепёшки.

Линь Юань понял. Когда сюда попадает сновидец, он приносит в это тайное место что-то новое. Но, поскольку чаще всего сюда попадают бедняки, даже во снах они не могут представить себе изысканных угощений.

Эти маленькие желания, привязанности, симпатии и страхи, собранные здесь со всех уголков света, сплелись воедино, образуя плоть и кости этого места.

— А есть те, кто делает деньги? — неожиданно спросил Ан Тао.

— Очень мало, — Юй Жун вздохнула с грустью на лице.

Ан Тао опустил голову, задумчиво поглаживая подбородок.

Линь Юань предположил, что этой ночью он постарается заснуть.

Они упаковали еду и воду, обошли стороной тихий переулок, после чего направились на северо-запад.

Постепенно людей становилось всё меньше, и вскоре пейзаж стал совершенно пустынным. Улицы и здания исчезли, кругом раскинулись лишь огромная степь, где время от времени скакали тени каких-то четвероногих существ…

— Это олени! — радостно воскликнула Чу Яогуан. — Ан Тао, понимаешь? На настенных росписях изображены вымершие животные, потому что мастер рисовал их, глядя на здешних животных, а эти животные появились из снов людей далёкой древности!

Ан Тао сказал:

В этом действительно есть смысл, но местные жители очень редко похожи на людей. Почему же тогда местные животные получились такими реалистичными?

— Может, это сны охотников.

— Или, — вставил Линь Юань, — только потому, что ты человек, ты не можешь заметить изъянов у этих оленей. А если бы их увидел настоящий олень, он, наверное, умер бы от страха.

Юй Жун повела их дальше, вокруг простирались бескрайние степи. Двое детей вдруг оживились и начали бегать друг за другом, играя. Но их лица по-прежнему оставались совершенно безэмоциональными.

Когда они начали сомневаться в гипотезе о “порожденных кошмарами существах”, произошло первое странное явление.

Они увидели, как туман со всех сторон вдруг сгустился, став плотным, и в конце концов действительно превратился в высокие прочные стены. Они оказались в ловушке, а перед ними стояла покосившаяся дверь, запачканная кровью.

Юй Жун вздрогнула от испуга, поспешно потянула детей назад, но спиной ударилась о высокую стену

— Дальше нельзя идти! — её алые губы задрожали. — Мы никогда не были здесь, а теперь странных вещей становится всё больше, и все уже ушли отсюда…

Она ощупывала стену, словно пытаясь найти способ выбраться, но безуспешно.

— Думаю, здесь можно идти только туда, — Линь Юань указал на покосившуюся дверь. — Даже если ты хочешь вернуться домой, тебе придётся сначала пройти через неё, а уже потом искать дорогу.

Он немного подумал и обернулся, кивнув Ли Ши-и.

Ли Ши-и вышла вперёд и подошла к двери, но за её спиной тут же оказался Ли Сы.

Ли Ши-и едва заметно нахмурилась. Ли Сы сделал вид, что не заметил этого, и с размаху выбил дверь ногой. Затем первым вошёл внутрь.

Перед ними оказалась тёмная пустая комната, пол которой был покрыт засохшими пятнами крови.

Ли Сы сделал ещё один шаг вперёд, затем поднял голову и посмотрел вверх:

— Ах… вот оно что.

В воздухе повсюду висели острые ножи, расположенные так плотно, что почти не оставалось зазоров. Ближайшее лезвие находились всего в трёх цунях* от его головы. На противоположной стороне комнаты была ещё одна закрытая дверь.

Ли Сы осмотрелся, но в комнате не было ничего, что могло бы послужить щитом. Тогда он достал из-за пояса короткий кинжал, сжал его в руке и повернулся к остальным:

— Идите за мной по одному.

Ляо Юньцзюэ понял его намерение и встал у него за спиной. Ли Сы медленно и спокойно пошёл вперёд вместе с Ляо Юньцзюэ. Когда они прошли пять шагов, над их головами раздался странный звук, и один из острых ножей сорвался вниз.

Ли Сы, не глядя, взмахнул рукой, и отбил нож в сторону.

«Данг!»

Лезвие упало прямо у его ног.

Ли Ши-и, следуя тому же принципу, спросила:

— Кто пойдёт за мной?

— …Ну, я попробую первым.

Лу Жан как бы невзначай протиснулся за её спину. Он уже начинал жалеть о том, что снова присоединился к отряду. Почему находясь с ними, ему каждый день приходится рисковать своей жизнью?

Лу Жан последовал за Ли Ши-и и вошёл в дверь, но тут услышал позади голос Ляо Юньцзюэ:

— Спаси свою жизнь в первую очередь.

Лу Жан едва не споткнулся, развернулся и вышел обратно за дверь.

— Сестра Чу, ты иди первой.

Его лицо пылало, словно ему дали пощёчину. Чу Яогуан замерла на мгновение.

— Старший брат, это…

Лу Жан поднял голову и только тогда вспомнил, что настоящий Ляо Юньцзюэ находится в комнате, а говоривший “Ляо Юньцзюэ” был всего лишь порождением его сна.

Настоящий Ляо Юньцзюэ, услышав шум, обернулся и спокойно взглянул на него.

Лу Жану стало ещё более невыносимо. В этот раз он показал не только свою трусость, но и стыд. Это было похоже на то, как если бы его раздели догола и выставили на всеобщее обозрение.

«Динь-динь-дань»

Ли Ши-и, продолжала отбивать летящие ножи, защищая Чу Яогуан, пока та шла с ней к задней двери. Лу Жан остался стоять на месте, и не хотел встречаться взглядом с кем-либо.

Ни с того ни с сего Юй Жун неожиданно задала вопрос:

— Господин Лу, ваша нога ещё болит?

— А?

Юй Жун повернулась к остальным и объяснила:

— Вчера вечером, когда господин Лу спасал нас во время бегства, он увидел этих знакомых людей и бросился в гущу толпы, чтобы спасти их. В итоге он случайно подвернул лодыжку.

Лу Жан застыл, и его сердце наполнилось теплом. Юй Жун заметила его неловкость и добавила этот маленький вымысел, чтобы по-своему показать всем его храбрость.

Линь Юань усмехнулся:

— А, я понял! Ты думал, что эти люди были настоящими, и пытался нас спасти? Не ожидал, что у младшего брата Лу есть и такая сторона.

Спина Лу Жана вдруг выпрямилась. Он не мог устоять перед похвалой, даже если она исходила от Линь Юаня.

Линь Юань продолжил:

— А что потом? Как отреагировал этот “я”?

Лу Жан:

— …Не спрашивай.

Линь Юань расхохотался:

— Что я, по-твоему, за чудовище? Ну давай, младший брат Лу, расскажи, какие шрамы я оставил в твоём сердце…

— Линь Юань, — Ли Сы уже проводил Ляо Юньцзюэ и вернулся, — глава Ляо велел мне сначала забрать тебя.

Линь Юань вздохнул, похлопал Лу Жана по плечу и с явным сожалением ушёл.

Лу Жан стоял на месте, широко раскрыв глаза:

«Ляо Юньцзюэ… неужели он пытался помочь мне выкрутиться?»