Королевский дворец. Шикарный кабинет с панорамными окнами.

Пайпер задумчиво рассматривала старую фотографию. На ней она, Эдвард и Лили – неразлучная троица, чьи лица сияли беззаботностью. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как они в последний раз были вместе. Сердце сжималось от тоски по друзьям. Особенно по Эдварду. Она представляла, как он сейчас, возможно, уже ходит по школе, забывая о том страшном дне. Но тревога не покидала ее.

Решив отвлечься, Пайпер вышла из кабинета и направилась в просторный двор. У входа ее уже ждала учительница по стрельбе – молодая женщина с приятной улыбкой и ослепительно белыми волосами. Несколько дней назад ее мать пригласила учительницу, чтобы помочь Пайпер отточить свои навыки владения оружием. Девушка знала, что после случившегося это особенно важно. Учительница, как и Пайпер, окончила школу для одаренных детей. Они разговорились, и учительница поделилась своими переживаниями по поводу захвата школы и взрыва арены. Оказалось, что она была в курсе всех событий и следила за новостями.

— Может быть, мы потренируемся? — предложила она, протягивая девушке винтовку. Настоящую, тяжелую винтовку. За последние несколько недель Пайпер заметно окрепла. Она уже без труда выдерживала отдачу даже самых мощных моделей, но от этого становилось не легче. Каждый выстрел отзывался в груди тупой болью, напоминанием о том дне, когда все изменилось. Грусть и чувство вины за то, что не смогла защитить Эдварда, буквально разрывали ее изнутри.

Пайпер крепко сжала приклад винтовки. Ее пальцы белели на холодном металле.

— А тебе когда-нибудь приходилось защитить друга, но ты не могла и просто стояла ничего не делая? – спросила она, голос ее дрогнул. Глаза, обычно ясные и веселые, сейчас были полны невысказанной боли. С точным, уверенным движением она выстрелила. Пуля попала точно в центр мишени.

Учительница молча кивнула, понимая, какую ношу несет с собой эта девушка.

— Он умер от этого, – Пайпер опустила винтовку и посмотрела на свою ученицу. Ее взгляд был пустым, словно застывшим в воспоминании о той страшной трагедии. – Из-за моей слабости, и неуклюжести я не смог сохранить его.

Пайпер почувствовала, как ее сердце сжимается от сочувствия.

— Мне так жаль, – прошептала она.

Учительница горько усмехнулась.

— Ничего, – ответила она, словно утешая саму себя. – Зато он оставил мне на память вещь. Эту вещь ты и держишь сейчас. – Она указала на винтовку. На ее боку, выгравированными буквами, было написано "Адам".

— Не надо о грустном, лучше потренируемся, — учительница положила руку на плечо Пайпер. Ее голос был мягким и успокаивающим. Пайпер кивнула, но ее глаза оставались туманными. Она знала, что тренировки – это хороший способ отвлечься, но воспоминания все равно просачивались в ее сознание, как холодный туман.

Через несколько часов интенсивной тренировки, когда тело ныло от усталости, а пот стекал по лицу, Пайпер почувствовала себя немного лучше. Физическая усталость оттеснила на второй план душевную боль. Они вместе вошли во дворец, где их уже ждали родители.

— Присаживайтесь, — произнес отец Пайпер, его голос звучал холодно и официально. Девушка кивнула и направилась к двери.

— Сначала я должна пойти в душ, — отмахнувшись от пряди волос, выбившейся из хвоста, сказала она.

Как только дверь за Пайпер закрылась, учительница села на предложенный стул. Ее лицо, обычно мягкое и доброжелательное, теперь было серьезным, почти строго. В комнате повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов. Бен, дворецкий, стоявший в углу комнаты, чувствовал себя лишним. Он невольно скрестил руки на груди, пытаясь понять, что происходит.

— Бен, можешь оставить нас наедине, — голос отца звучал как приказ. Дворецкий кивнул и бесшумно вышел из комнаты, чувствуя, что между этими двумя людьми назревает серьезный разговор.

Бен осторожно вышел из комнаты и направился к двери Пайпер. В этот момент из гостиной донесся резкий, хриплый женский голос. Сердце Бена ухнуло. Он замер на месте, прислушиваясь. Слова разобрать было сложно, но интонации не оставляли сомнений – происходило что-то неладное.

— Ну что, начинаем? – прохрипел голос. Мурашки пробежали по спине Бена.

Приоткрыв щель в двери гостиной, Бен затаил дыхание. В тусклом свете луны он различил два силуэта в черных плащах. Они стояли спиной к нему, что-то шепча. Внезапно раздался тихий скрип двери, и фигуры резко обернулись. Их глаза, блестящие в темноте, встретились с испуганным взглядом Бена. Паника охватила его. Не раздумывая, он бросился прочь, направляясь в кухню, чтобы предупредить остальных.

— Король! Королева! Там... – выдохнул он, но его слова застыли на губах. В кухонном проеме стояли их величества, опустившиеся на колени. На них были направлены дула пистолета. Прежде чем Бен успел что-либо предпринять, резкая боль пронзила его шею. Мир вокруг начал затуманиваться. Последнее, что он услышал, был хриплый голос королевы:

— Нет...

— Тсс... Не надо слов, — прошипела она, грубо запихивая ей в рот мятый комок бумаги. Королева замычала, пытаясь выплюнуть его, но ее рука крепко сжала ее челюсть.

— Кто ты такая? — рявкнул король, его лицо исказилось от гнева. Глаза сверкали, как раскаленные угли.

— Я здесь чтобы получить корону, — процедила она сквозь зубы, ее голос звучал хрипло от подавленного крика. Глаза ее сверкали вызовом.

— Вы, схватите ту девочку! — рявкнул она, указывая на одну из своих людей. Двое людей в черном плаще, стоявших впереди нее, кивнули и двинулись вперед.

— Нет, не надо! — завопил король, бросаясь вперед, но она была быстрее. Одной ловкой рукой она выхватила висящую на плече винтовку и направила ее прямо в короля.

— Закрой рот, — приказала она холодным тоном, и в ее глазах мелькнула вспышка безумия.

Тем временем, в затянутой паром ванной комнате Пайпер отключила душ и окуталась мягким махровым полотенцем. Подойдя к зеркалу, туманно отражающему ее фигуру, она начала расчесывать влажные волосы. Неожиданно, грохот сотряс комнату, словно кто-то яростно пнул дверь. Звук был настолько резким, что она вздрогнула и выронила расческу. Сердце бешено заколотилось в груди, отбивая тревожный ритм.

Дверь ванной распахнулась, и в проеме возникли две гротескные фигуры. Пайпер вздрогнула, сердце ухнуло вниз. Мужчины, с лица которых не сходила извращенная ухмылка, были словно выкованы из стали. Их руки, грубые и сильные, сомкнулись на ее запястьях. Пайпер попыталась вырваться, но это было все равно что пытаться сдвинуть гору. Паника сдавила горло, отнимая способность кричать.

— Отпустите меня! — выдавила она хриплым шепотом. — Кто вы такие?

В ответ раздался раскатистый смех.

— Не бойся, девочка, мы ничего плохого не сделаем, — прохрипел один из них.

Их шаги эхом отозвались в тишине дома. Пайпер тащили за собой, словно куклу. Сердце бешено колотилось, предчувствие беды сковало ее ужасом.

— О нет, нет, нет, нет, нет! — крикнула Пайпер, ее голос сорвался на пронзительный визг. Сердце бешено колотилось в груди, заглушая все остальные звуки. Перед ее глазами все расплывалось. Кухня, обычно такая уютная и знакомая, превратилась в кошмарный театр. Родители, бледные и стояли на коленях, а Бен, его лучший друг, был без сознания. И над ними всеми возвышалась фигура Учительницы по стрельбе, ее глаза сверкали безумным триумфом. Указательный палец лежал на спусковом крючке винтовку, направленного прямо на родителей.

— К-как, как ты могла? — выдавила из себя Пайпер, голос дрожал от ужаса и непонимания. Учительница лишь усмехнулась в

ответ, ее губы растянулись в зловещей гримасе.