Эдвард углублялся все дальше в темный, густой лес. Деревья, словно гигантские стражи, окружали его со всех сторон, их голые ветви цеплялись за низкое серое небо. Лишь редкие лучи луны пробивались сквозь густую крону, отбрасывая причудливые тени на лесную подстилку. Вокруг стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь монотонным карканьем воронов, кружащих над его головой.

Каждый шорох, каждый скрип ветки заставлял Эдварда вздрагивать. Он не мог выбросить из головы страшный сон, который преследовал его уже несколько ночей подряд. Сон был настолько мрачным и реалистичным, что грань между реальностью и вымыслом становилась все более размытой.

— А вдруг, это правда? – прошептал он себе под нос, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

Внезапно, тишину разорвал резкий свист, и куда-то вдаль улетел брошенный камень. Эдвард резко обернулся, вглядываясь в темноту. Никого. Сердце его застучало чаще.

— Эдвард, тот самый, который спас школу, – раздался из кустов мелодичный, но в то же время жутковатый женский голос.

— А ну, выйди оттуда! – рявкнул Эдвард, осматриваясь по сторонам.

— Не бойся, ха-ха-ха, – раздался заливистый смех, и из кустов вышла фигура, окутанная густой тенью.

Медленно отступая из темноты, к Эдварду приближалась девочка. Ее волосы, белые как снег, струились по плечам, а большие, светящиеся глаза смотрели на него с нескрываемым любопытством. Острые, как у вампира, зубы сверкали в лунном свете, контрастируя с ее фарфоровой кожей. В руках она держала старинную, потрепанную книгу, исписанную непонятными символами.

Девочка остановилась перед Эдвардом и внимательно оглядела его с ног до головы. Затем, не моргнув глазом, она достала из кармана тонкий карандаш и начала рисовать на ладони. Каждая линия, каждый штрих казались наполненными магической силой. Эдвард замер, не в силах отвести взгляд.

Эдвард, сглотнув ком в горле, решительно обратился к загадочной девочке:

— Что тебе нужно от меня? — его голос звучал хрипловато, но он старался сохранять спокойствие. Девочка же, словно не слыша его, продолжала сконцентрированно водить карандашом по своей ладони, не отрывая взгляда.

Не дождавшись ответа, Эдвард сделал шаг вперед, чтобы разглядеть разглядеть её поближе. Но в тот же миг его охватила паника. Чьи-то сильные руки сжали его горло, перекрывая дыхание. Одновременно, две другие руки крепко удерживали его запястья, не давая пошевелиться. Эдвард попытался вырваться, но его усилия были тщетны. Он с изумлением огляделся, пытаясь понять, кто же держит его.

— Как у нее... или у него... может быть четыре руки? – пронеслось в его голове. Он попытался повернуться, чтобы увидеть своего противника, но не смог. Его тело казалось скованным невидимыми цепями.

— Не сопротивляйся, — прошептала она, ее голос звучал мягко, но в нем сквозила стальная решимость. Девочка повернула ладонь к Эдварду, демонстрируя законченный рисунок. На нем был изображен сам Эдвард – с теми же ямочками на щеках, тем же взъерошенным ежиком волос. Но что-то было не так. Глаза на рисунке светились холодным, мертвым блеском, а в руках он сжимал невидимый предмет.

— Ну как тебе? – спросила она, ее губы растянулись в улыбке, обнажив острые клыки.

Эдвард невольно отшатнулся. Он не ожидал, что от этого странного создания может получиться такой реалистичный и даже трогательный портрет.

— Ты правша или левша? – спросила она, ее голос звучал почти дружелюбно.

Эдвард, не совсем понимая, к чему она клонит, поднял правую руку.

— Отпусти его руку, – скомандовала она, обращаясь к кому-то, кто стоял за его спиной.

В тот же миг Эдвард почувствовал, как одна из рук, сжимавшая его запястье, ослабла. Он попытался вырваться, но другая рука все еще крепко держала его. Обернувшись, Эдвард увидел мальчика примерно своего возраста. У него были черные как смоль волосы, которые спадали на лоб, и такой же темный шарф, скрывающий нижнюю часть лица.

— Тебе просто нужно написать свой рукопись, вот здесь, – улыбнулась девочка и протянула Эдварду карандаш, указывая на пустое место рядом с рисунком.

Чувствуя, что руки наконец-то свободны, Эдвард резко отшатнулся назад, стараясь увеличить дистанцию между собой и странной компанией. Мальчик с черными волосами покачнулся и отступил на шаг назад.

Девочка рассмеялась, звонкий смех эхом разнесся по лесу. Ее глаза блестели от веселья, а острые зубы сверкали в тусклом свете единственной свечи.

— Ха-ха, — пропела она, ее голос звучал как звенящий колокольчик, – Я так и знала, что ты выберешь бой, а не мирный разговор.

— Держать руки и горло, это по-твоему мирно? – процедил он сквозь зубы.

Девочка снова рассмеялась, ее смех становился все громче и пронзительнее.

— Ха-ха, вот таким он мне и нравится, – сказала она, ее голос звучал как кошачье мурлыканье. – Настоящий мужчина, не боится трудностей.

— Хах? – не понял Эдвард. Его мозг отказывался воспринимать происходящее всерьез. Как можно было назвать нападение мирным разговором?

— Да ладно тебе, Эдвард, – она сделала шаг ближе, ее глаза сверкали в темноте. – Ты же не дурак. Мы знаем, кто тебе реально враг. – Она широко улыбнулась, обнажив все свои острые зубы. Ее улыбка была одновременно очаровательной и пугающей.

— Тот самый, незнакомец, – сказала она, ее глаза сверкнули каким-то странным светом. Эдвард сжал зубы.

— Этот мразь, который чуть не убил меня и моих друзей, – сказал он, пытаясь звучать увереннее, чем он себя чувствовал. Девочка медленно обошла его по кругу, ее взгляд скользил по его лицу, словно пытаясь что-то разглядеть.

— Да, это тот самый, – кивнула она, ее голос был тихим и зловещим. Она протянула руку и коснулась его щеки. Эдвард отшатнулся.

— Ты что, меня шантажируешь? – спросил он, его голос дрожал. Девочка улыбнулась, но в ее глазах не было и тени веселья.

— Эд, этот незнакомец, убил моих друзей. И я не хочу, чтобы кто-то еще из моих друзей пострадал, – ее голос был полон горечи.

Эдвард взвесил все за и против. Мысль о том, что он может спасти множество жизней, перевесила его сомнения. Да и чувствоваться героем было заманчиво.

— Ладно, я согласен, — решительно сказал он. Глаза девочки засветились радостью, а рядом стоящий парень лишь кивнул.

— Добро пожаловать в группу Линчевателей! — воскликнула она, крепко сжимая руки Эдварда и парня. Ее улыбка была почти маниакальной.

— Ну... Позвольте представиться, — начал Эдвард, немного смущаясь.

— Ах, да, прости. Эдвард, это Эдгар, мой друг и напарник.

— Рад познакомиться, — протянул руку Эдвард. Эдгар лишь коротко кивнул в ответ.

— Он не очень любит общаться с незнакомцами, — начала Колетт, но тут же переключилась на себя. — Меня зовут Колетт.

— Ну, Колетт, надеюсь, больше не будет таких теплых приветствий с захватом за руку и горло? — с легкой иронией заметил Эдвард.

— Обещаю, больше такого не повторится, — улыбнулась она. И они тронулись в путь, Колетт по-прежнему не отпускала их руки.